Полная версия

Главная arrow Агропромышленность arrow ФИЗИОЛОГИЯ РЕПРОДУКТИВНОЙ СИСТЕМЫ МЛЕКОПИТАЮЩИХ

  • Увеличить шрифт
  • Уменьшить шрифт


<<   СОДЕРЖАНИЕ ПОСМОТРЕТЬ ОРИГИНАЛ   >>

ГИПЕРЧУВСТВИТЕЛЬНЫЕ РЕАКЦИИ НА ПИЩЕВЫЕ ПРОДУКТЫ

Гиперчувствительные реакции на белки коровьего молока, равно как и на другие пищевые продукты, бесспорно, включают в себя не один иммунологический механизм. Некоторые типы гиперчувствительных реакций связаны с преимущественным образованием одного из классов антител, например IgE-антител. В других случаях иммунный ответ может быть опосредован в большей мере реакцией клеточного, а не гуморальното типа.

При использовании метода двойной диффузии в агаре на микрослайдах обнаруживали множественные линии преципитации (как правило, пять или более), образовавшиеся в ходе реакции между антигенами коровьего молока и антителами сыворотки больных с синдромом, обусловленным приемом молока; этот синдром включает в себя хроническое поражение верхних и нижних дыхательных путей и иногда гемосидероз легких. Симптомы нарушения дыхания и наличие преципитинов к белкам молока могут сопровождаться увеличением печени. В группе детей с аллергией к коровьему молоку и поражением желудочно-кишечного тракта у половины обследованных обнаружен высокий титр гемаг- глютининов и преципитинов.

В сыворотке крови больных с желудочно-кишечной формой аллергии к молоку чаще обнаруживают антимолочные преципитины, а не реагины. Реакции преципитации и пассивной кожной анафилаксии были чаще положительными у чувствительных к молоку больных, чем лиц контрольной группы; результаты реакции гемагглютинации были одинаковыми в обеих группах.

Содержание молочных преципитинов и гемагглютини- нов редко повышается при классических симптомах атопии, вызванных приемом коровьего молока. При аллергических заболеваниях, как правило, обнаруживают антитела IgE-клас- са. Наиболее ценными тестами идентификации и грубой количественной оценки антител являются скарификационная и внутрикожная пробы, радиоаллергосорбентный тест (РАСТ), высвобождение лейкоцитарного гистамина, радиоиммунодиффузия и метод перекрестного радиоиммуноэлектрофореза. Есть данные, указывающие на возможность участия комплемента в некоторых формах аллергии к коровьему молоку. Возможно также и прямое влияние некоторых белков пищевых продуктов на комплемент.

В последние годы появились данные о том, что определенные проявления аллергии к коровьему молоку могут быть обусловлены иммунологическими реакциями клеточного типа, роль которых весьма важна. В опытах in vitro исследовали лимфобластную трансформацию у больных с желудочно-кишечной формой аллергии к молоку. Положительные результаты были получены у 38% больных. Многие авторы исследовали образование лимфокинов наряду с лимфобластной трансформацией и в некоторых случаях получили положительные результаты. Точность метода исследования продукции лимфокинов возрастет, если радиоиммунологи- ческие или специфические химические методы заменят используемые в настоящее время биологические методы. Кроме вышеперечисленных иммунных реакций, аллергия к коровьему молоку может быть обусловлена также наличием короткоживущих IgG-антител, формированием и отложением комплексов антиген-антитело, высвобождением химических медиаторов и модуляторов, таких, как простагланди- ны, калликреин, фактор Хагемана и др.

В 1928 г. обнаружено, что сенсибилизация к белкам коровьего молока у морских свинок развивалась внутриутробно. Высказано предположение о возможности подобного явления и у людей. По-видимому, это предположение верно в отдельных случаях, когда у ребенка развивается явная аллергическая реакция после первого контакта с пищевым антигеном, как правило, с антигенами коровьего молока. Если согласиться с точкой зрения о возможности перехода антигенов от матери к плоду, такой иммунный ответ не будет вызывать удивления, поскольку способность синтезировать иммуноглобулины возникает уже у 8-12-недельного плода.

Образование специфических антител к белкам коровьего молока было обнаружено у недоношенных детей, рожденных на 35-й неделе беременности. Кроме того, описаны случаи появления острых гиперчувствительных реакций после первого приема коровьего молока у детей, которых кормили грудью. В одной из работ авторы допускают возможность внутриутробной сенсибилизации у 5 детей с экземой, развившейся после первого кормления коровьим молоком (3 детей) и детской соевой смесью (2 детей); титр гемагглютининов к лак- тальбумину или к белку сои в амниотической жидкости у этих детей был повышен. Встречались случаи появления у новорожденных, находящихся на грудном вскармливании, симптомов аллергии к тем пищевым продуктам, которые мать потребляла в избыточном количестве в период беременности; описан случай положительного РАСТ при исследовании сыворотки крови из пуповины на антигены коровьего молока. В ряде случаев сыворотка крови из пуповины содержала реагины к белку коровьего молока.

Повышенная чувствительность к пищевым продуктам и, в частности, к коровьему молоку встречается значительно чаще у детей в возрасте до 2 лет, чем у детей более старшего возраста или взрослых. Этот факт привел к наиболее логичному предположению о физиологической незрелости желудочно-кишечного тракта как основном факторе развития аллергии. Данная точка зрения подтверждалась клиническими наблюдениями: к 1 или 2 годам жизни дети оказывались в состоянии переносить пищевые продукты, которые ранее вызывали у них аллергические реакции. Кроме того, в крови имеются преципитины и гемагглюти- нины к белкам коровьего молока, причем иногда титр этих антител весьма высок; у взрослых подобное явление встречается редко. Есть основания полагать, что проницаемость слизистой оболочки желудочно-кишечного тракта для макромолекул у детей больше, нежели у взрослых. У детей, которых с момента рождения кормили молочными или детскими соевыми смесями, обнаруживали более высокий уровень сывороточных агглютининов к белкам молока или сои, чем у детей, начавших получать эти смеси после 3 месяцев жизни. Возможно также, что одним из факторов повышенной чувствительности к молоку у детей является конкуренция антигенов. У новорожденного в ответ на массированное воздействие чужеродных антигенов в виде белков коровьего молока вступает в действие довольно активный механизм гуморального иммунитета, направленный против антигенов молока. В более старшем возрасте, когда организм ребенка уже контактировал со многими другими антителами и находится под воздействием большего числа антигенов, активность этого механизма по отношению к белкам коровьего молока снижается.

Еще в 1904 г. при исследовании сыворотки крови ослабленных детей при помощи реакции преципитации было обнаружено, что непереваренный яичный белок всасывается в кишечнике. Аналогичные данные о всасывании неизмененного казеина молока получили в 1915 г. При помощи реакции преципитации и метода анафилаксии на морских свинках установили, что у детей с расстройствами желудочно- кишечного тракта белок молока или яиц может всасываться в непереваренном виде и, оставаясь короткое время в крови, экскретироваться затем с мочой через несколько часов. Отмечено, что всасывание интактных белковых молекул — весьма частое явление у здоровых детей; авторы использовали метод пассивного переноса и установили, что проницаемость кишечника для непереваренных белков может увеличиваться при диарее и вновь снижаться по мере выздоровления. В сыворотке крови человека обнаружен коровий казеин; этот антиген реагировал с меченым кроличьим гамма-глобулином к казеину. Отмечено, что высокое содержание сывороточного казеина более характерно для здоровых детей, находящихся на искусственном вскармливании, чем для взрослых, причем оно сравнительно мало зависит от приема молока.

  • 1. Реакция преципитации позволяет определять циркулирующие пищевые антигены. В сыворотке крови некоторых больных обнаруживали присутствие одного из белков молока при наличии антител к другим белкам. Обнаружили, что в некоторых случаях линии преципитации появлялись в результате взаимодействия пищевого антигена, содержащегося в одной сыворотке, и специфических к нему антител в сыворотке крови другого больного.
  • 2. В ряде случаев у кроликов вызывали образование специфических антител к пищевому белку путем введения им сыворотки крови человека. Таким способом иногда удается выявить наличие в сыворотке крови у людей антигенов к коровьему молоку, пшенице или яичным белкам.
  • 3. Введение здоровым лицам человеческой сыворотки, содержащей фиксирующиеся в коже антитела к глиадину пшеницы, приводило к положительной местной кожной реакции после перорального приема глиадина. Кроме того, пероральные дозы глиадина (из расчета на 1 кг массы), вызывающие положительную реакцию, у новорожденных оказались примерно в 10 раз ниже, чем у детей старше 2 лет. Это различие, по-видимому, свидетельствует о значительно большей проницаемости слизистой оболочки кишечника у детей раннего возраста по сравнению с взрослыми.

Повышенная проницаемость особенно характерна для недоношенных детей. Как показывают исследования, проведенные в последнее время, кормление грудью играет важную роль в ускорении созревания кишечника новорожденного. Было показано, что проницаемость кишечника для макромолекул у новорожденных кроликов, находящихся на грудном вскармливании, была меньшей, чем у животных, получавших молочные смеси.

Согласно многочисленным данным зрелый желудочно- кишечный тракт обладает защитными механизмами, препятствующими проникновению антигенов. Однако слизистая оболочка кишечника, особенно у детей раннего возраста, не представляет собой непреодолимого барьера. Проникновение антигенов через слизистую оболочку кишечника происходит, по-видимому, в несколько этапов.

Макромолекулы адсорбируются на микроворсинках мембраны и инвагинируют ее (эндоцитоз); при этом они оказываются заключенными в маленькие вакуоли за счет энергозависимых движений. Образовавшиеся вакуоли передвигаются от поверхности к центру клетки и сливаются, образуя более крупные вакуоли (фагосомы). Внутриклеточные лизосомы поглощают фагосомы, в результате чего образуются еще более крупные вакуоли (фаголизосомы), в которых и происходит усвоение частичек. Оставшиеся неусвоенные частицы, заключенные в маленькие вакуоли, передвигаются к базальной поверхности клетки, высвобождаются из вакуолей (экзоцитоз) и откладываются в межклеточном пространстве. Чем больше макромолекул проходит через эпителиальную клетку кишечника, тем больше вероятность их попадания в лимфатическую систему и кровь.

К факторам, способствующим усилению всасывания макромолекул, относятся неполное их усвоение внутри клетки, нарушение слизистой оболочки кишечника и снижение содержания IgA. В экспериментах на крысах установлено, что всасывание интактных белков в тонком кишечнике происходит значительно интенсивнее, чем в толстой кишке. Стенка кишечника богата лимфоидной тканью, которая сконцентрирована главным образом в пейеровых бляшках и диффузно разбросана по всей строме. По-видимому, иммунная система препятствует всасыванию макромолекул на уровне клетки и участвует в нейтрализации молекул антигенов в случае их проникновения в кровь. Специфические антитела, образующиеся на тот или иной антиген, могут быть обнаружены в секрете кишечника или в кале (копроантитела).

При обследовании детей в возрасте до 2 лет с желудочно- кишечной формой аллергии к коровьему молоку обнаруживали при помощи метода радиоиммуноэлектрофореза, что копроантитела к белкам молока относятся в основном к IgA-классу и лишь частично — к IgG-классу. Между тем соотношение IgA и IgG в крови было обратным; кроме того, уровни антител в кале и сыворотке крови слабо коррелировали между собой. Эти данные дают основание предполагать, что местный иммунный ответ в кишечнике не зависит от системной реакции. Капельное введение живой вакцины полиомиелита в дистальный отдел толстого кишечника приводило к появлению в нем антител только IgA-класса, причем титр их был значительно выше, чем в проксимальном отделе толстой кишки. В сыворотке обнаруживали главным образом антитела IgG-класса, а IgA-антитела появлялись позже, причем титр их был значительно ниже титра IgG-антител. Предполагают, что сенсибилизированные лимфоциты стромы тонкого кишечника могут проникать в кровь, а затем попадать в экзокринные железы, включая молочные, где продолжают вырабатывать антитела (в основном IgA-класса) против антигена, к которому они сенсибилизированы.

В отличие от крови и периферической лимфоидной ткани, где основными иммуноглобулинами являются IgG, в желудочно-кишечном тракте образуются главным образом IgA. С помощью иммунофлюоресцентного метода было обнаружено, что плазматические клетки стромы кишечника продуцируют в основном IgA. Образованные этими клетками IgA представляют собой димер, соединенный полипептидной цепью, получившей название цепь J (молекулярная масса 15 000 дальтон). IgA проникают из стромы на эпителиальную поверхность слизистой, захватывая часть гликопротеина, называемого «секреторным участком». Считают, что гли- копротеиновый участок играет определенную роль во внутриклеточном транспорте IgA и, кроме того, придает устойчивость как к действию протеолитических ферментов, так и к изменениям pH. В своей окончательной форме секреторный IgA представляет собой димер, коэффициент седиментации которого равен 11S, а молекулярная масса — 390 000 дальтон; при этом сывороточный IgA является 7S мономером, его молекулярная масса равна 170 000 дальтон и он легче разрывается под действием протеолитических ферментов, чем секреторный IgA.

На поверхности слизистой оболочки антитела обычно сконцентрированы непосредственно в слизи благодаря их взаимодействию с содержащимся в муцине цистином. Антитела могут участвовать в процессе иммунной защиты: антитела реагируют с антигенами и тем самым предотвращают прилипание последних к эпителиальным клеткам кишечника, а также захват этими клетками антигенов.

Пациенты с избирательной недостаточностью IgA часто страдают желудочно-кишечными расстройствами. У таких больных обнаружено значительное увеличение числа IgM-продуцирующих клеток в строме кишечника, поэтому их секрет содержит повышенное количество IgM. Хотя способность синтезировать IgA и другие иммуноглобулины развивается у плода уже на 8-12-й неделе, при нормальных условиях уровень как сывороточных, так и секреторных IgA у новорожденных очень низок или равен нулю.

У новорожденных строма кишечника обычно лишена и плазматических клеток; требуется несколько недель контакта с антигеном, чтобы вызвать образование секреторных антител в определяемых количествах. Транзиторная недостаточность IgA была выявлена у 3-месячных детей, чьи родители страдали атопией, причем уровень IgA был особенно низким у тех детей, у которых впоследствии в течение 1-го года жизни развивалась атопия. Можно думать, что местная иммунная система кишечника у новорожденных еще не созрела и поэтому не может справиться с высокой нагрузкой антигенами. У детей до 2 лет с потенциальной аллергией повышенное всасывание антигенов может привести к сенсибилизации, и в дальнейшем повторный контакт даже с небольшим количеством антигена оказывается достаточным для появления симптомов аллергии. Недостаточность IgA наблюдали весьма часто у детей с проявлением атопии, особенно в возрастной группе до 2 лет. При обследовании детей, страдающих непереносимостью к белкам коровьего молока, в 40% случаев обнаружена частичная недостаточность IgA. Аллергия к пищевым продуктам может усиливаться также в период транзиторной гипогаммаглобулинемии у детей в возрасте до 2 лет.

Выявлена четкая корреляция между избирательной недостаточностью IgA и наличием в крови преципитинов или гемагглютининов к белкам коровьего молока. Молочные пре- ципитины были обнаружены у больных с избирательной недостаточностью IgA, причем, как правило, это были преци- питины к коровьим IgM. Указанное обстоятельство следует учитывать, поскольку преципитины могут привести к образованию антиантисывороточных линий преципитации, выявляемых иммунодиффузией, и тем самым «имитировать» наличие IgA. Помимо этого, наряду с преципитирующими антителами к белкам коровьего молока или сыворотки у больных с избирательной недостаточностью IgA обнаружены также и циркулирующие иммунные комплексы, причем их количество коррелирует с титром преципитинов.

В сыворотке больного с недостаточностью IgA был обнаружен казеин через 1 час после приема 100 мл коровьего молока; кроме того, количество иммунных комплексов возрастало и оставалось повышенным в течение 2 часов. Интересно отметить, что у данного больного появления в крови казеина и иммунных комплексов не совпадали по времени.

За последние годы наши знания об иммунных механизмах, лежащих в основе пищевой аллергии, расширились, но многие вопросы все еще остаются неясными. Трудности в известной мере связаны с тем обстоятельством, что циркулирующие антитела к белкам коровьего молока часто обнаруживают у совершенно здоровых людей и не выявляют у ряда больных с симптомами, явно укладывающимися в картину аллергии к молоку. По сути, этот факт не должен вызывать удивления, поскольку антитела выполняют защитную функцию в организме, если количество их остается в пределах нормы, а иммунная система в целом хорошо сбалансирована. Согласно современным представлениям, в основе пищевой аллергии и других видов гиперчувствительности, как правило, лежит именно нарушение баланса иммунных механизмов. Имеющиеся данные свидетельствуют в пользу того, что большинство иммунных реакций, включая аллергические, не обусловлены каким-либо одним иммунным механизмом.

Наиболее принятая классификация механизмов аллергии разработана и выделяют четыре основных типа реакций: Тип 1. Повышенная чувствительность анафилактического или немедленного типа. Реакция этого типа возникает в результате взаимодействия между аллергеном или антигеном и специфическим к нему IgE-антителом (или коротко- живущим IgG) на поверхности тучных клеток с последующим высвобождением химических медиаторов, которые увеличивают местный кровоток, проницаемость сосудов и стимулируют приток различных клеток к месту реакции.

Тип II. Цитотоксическая, или цитолитическая, реакция. При активации этого типа антитела (обычно IgG- или IgM-классов) реагируют с антигенным компонентом клетки. Антиген может быть частью клеточной структуры; возможно также, что экзогенный антиген или гаптен адсорбированы на поверхности клетки. Связывание и активация комплемента, как правило, участвуют в цитолитическом повреждении ткани.

Тип III. Реакция типа феномена Артюса, или иммунных комплексов. Антиген (обычно при его избытке) реагирует со специфическим антителом (IgG или IgM), затем происходит связывание с комплементом и образование циркулирующих иммунных комплексов. Последние вызывают васкулиты, местную воспалительную реакцию и повреждение ткани. Высвобождаемые комплементом хемотаксиче- ские факторы стимулируют приток к месту реакции полиморфно-ядерных лейкоцитов, которые частично разрушаются и, в свою очередь, высвобождают протеолитические ферменты, приводящие к дальнейшему повреждению ткани.

Тип IV. Повышенная чувствительность замедленного типа, или реакция клеточного иммунитета. Сенсибилизированные Т-лимфоциты мигрируют к месту скопления антигенов и реагируют с клеткой-мишенью или микроорганизмом, в котором находится антиген. Одновременно Т-клетки высвобождают разнообразные реактивные вещества, называемые лимфокинами, которые способствуют развитию иммунных реакций и нередко участвуют в повреждении ткани.

По меньшей мере 3 из указанных четырех типов реакций (I, II, IV), а возможно, и все они могут быть в той или иной степени включены в механизм аллергии к молоку.

Анафилактические реакции в основном опосредованы IgE-антителами; однако в некоторых случаях могут играть роль и другие механизмы, поскольку IgE-антитела не всегда удается обнаружить. Реакция развивается в период от нескольких минут до нескольких часов после контакта с аллергеном, затем она ослабевает и исчезает через 24-48 часов после устранения аллергена. Высвобождение химического медиатора — гистамина приводит к более быстрому появлению симптомов, чем в случае с МРС-А или кининами. Симптомы варьируют от системной анафилаксии до одышки, рвоты, диареи, болей в животе, крапивницы, отека, экземы или ринита. Как правило, они спровоцированы малым количеством аллергена, который приводит к резко выраженным симптомам у лиц с высокой чувствительностью.

При аллергии к молоку тяжелые реакции встречаются редко, но врачи должны знать о возможности их появления и быть готовыми быстро справиться с ними. Анафилактические реакции при аллергии к молоку наблюдаются в среднем в 1/4-1/3 случаев. Обычно этот тип реакции сопровождается повышением уровня IgE в сыворотке, а также увеличением содержания эозинофилов в крови или локальном секрете. Для определения реагинов к молоку, наличие которых подтверждает вероятность аллергических реакций немедленного типа, используют следующие специфические тесты:

  • 1. Кожные пробы. Эти пробы остаются самыми простыми и употребляемыми для выявления повышенной чувствительности немедленного типа.
  • 2. Радиоаллергосорбентный тест. Специфические белки молока подвергаются электрофорезу, где они осаждаются кроличьей антисывороткой; затем сыворотку больного наносят на преципитат и определяют сывороточные IgE-антитела с помощью меченого анти-IgE.
  • 4. Метод пассивной кожной анафилаксии на обезьянах с использованием сыворотки больного.
  • 5. Реакция Прауснитца-Кюстнера. Этот метод используют редко из-за опасности развития гепатита.
  • 6. Высвобождение лейкоцитарного гистамина.
  • 7. Высвобождение гистамина из легочной ткани человека, пассивно сенсибилизированной in vitro.
  • 8. Дегрануляция базофилов у пассивно сенсибилизированных обезьян.
  • 9. Метод радиоиммунодиффузии.
  • 10. Иммунофлюоресцентные исследования биопсийного материала тонкого кишечника.

Реакции иммунных комплексов обычно возникают при наличии относительно большого количества антигенов, реагирующих со специфическими антителами. Повреждение ткани в результате реакций такого типа чаще всего происходит в случае, когда имеется некоторый избыток антигенов; вместе с тем в литературе описан случай резкого повреждения ткани, вызванного иммунными комплексами при равных количествах антигенов и антител. Прикрепление комплемента к комплексу антиген-антитело может привести к снижению его уровня в сыворотке. Считается, что антитела, участвующие в реакциях этого типа, относятся главным образом к IgG- или IgM-классам, которые способны связывать комплемент.

При гемосидерозе легких, вызванном приемом молока, в сыворотке крови больных обнаруживали молочные преципи- тины в сочетании с высокой концентрацией IgG- и IgA-антител к молоку. Однако в ряде случаев повышенное отложение иммунных комплексов может быть обусловлено взаимодействием антигенов с IgE-антителами. Образуемые комплексами микропреципитаты способны привести к острой воспалительной реакции эндотелия мелких кровеносных сосудов и развитию васкулитов. Симптомы появляются через 6-12 часов или через несколько суток после контакта с аллергеном и сохраняются до нескольких недель. Замедленное развитие реакции нередко затрудняет установление причинно-следственной связи между приемом пищи и появлением симптомов заболевания, которые не исчезают до тех пор, пока не устранят аллерген.

Реакции иммунных комплексов составляют, по-видимому, около 50% всех проявлений гиперчувствительности к молоку, однако данные об их частоте отсутствуют. Возможно, этот тип реакций участвует в развитии массивных кишечных кровотечений, вызванных приемом молока, у детей в возрасте до 2 лет, а также скрытых кишечных кровотечений, гастроэнтеропатии, гемосидероза легких и в ряде случаев заболеваний почек. Лабораторные показатели, подтверждающие участие реакций этого типа, следующие: высокий титр преципитинов или гемагглютининов, комплементфик- сированные антитела, снижение компонентов комплемента в сыворотке и циркулирующие иммунные комплексы.

Иммунофлюоресцентные исследования биопсийного материала почек больных, у которых иммунные комплексы состоят из коровьего гамма-глобулина и антигаммаглобули- на, выявляют антикоровий гамма-глобулин в участках гранулярных отложений. В сыворотке крови одного больного, страдающего вызванной приемом молока гастроэнтеропати- ей, наряду с циркулирующими иммунными комплексами были обнаружены антитела к микросомальным тканевым антигенам.

Как уже упоминалось ранее, реакции повышенной чувствительности замедленного типа осуществляются лимфоцитами и не включают гуморальную иммунную систему. Реакции этого типа развиваются, как правило, через 1-3 суток после однократного контакта с аллергеном и сохраняются в течение нескольких суток. Развивающийся подострый воспалительный процесс, включая повреждение клеток и деструкцию ткани, может перейти в хроническую форму в случае продолжения контакта с антигеном.

Частота реакций этого типа при аллергии к молоку неизвестна прежде всего из-за отсутствия надежного диагностического метода. По-видимому, ряд проявлений аллергии к молоку, например некоторые виды гастроэнтеропатии и дерматоза, включают этот тип реакций. Установлению диагноза помогают кожные пробы, если их результаты оказываются положительными через 24-48 часов. Лимфоциты больного подвергаются лимфобластной трансформации in vitro в присутствии антигена; эта реакция может также сопровождаться образованием лимфокинов. Лимфобластная трансформация лимфоцитов периферической крови in vitro была обнаружена у 38% больных с желудочно-кишечной формой аллергии к молоку, причем наиболее часто она имела место у детей с резко выраженными проявлениями заболевания. Лимфобластную трансформацию и образование лимфокинов наблюдали при инкубации лимфоцитов с белковыми антигенами коровьего молока (использовались лимфоциты с повышенной чувствительностью замедленного типа). В ряде случаев у больных, потребляющих молоко или после пробы с ним, наблюдается пролиферация лимфоцитов in vitro и без добавления антигена, что свидетельствует о возможности антигенной стимуляции клеток in vivo. Такая стимуляция может продолжаться несколько суток или недель после приема пищевого аллергена.

Рутинные иммунологические анализы не выявляют циркулирующих антител к белкам коровьего молока у многих чувствительных к молоку больных. Это важное обстоятельство привело к предположению о возможности образования новых антигенов после переваривания белков в желудочно-кишечном тракте. Обработка пепсином in vitro коровьего сывороточного альбумина, альфа-лактальбумина, бета- лактоглобулина и казеина приводила к образованию новых антигенов, часть из которых преципитировали в реакции с кроличьей антисывороткой. При гидролизе пепсином бета- лактоглобулина наблюдали образование 8 новых антигенов. У детей с повышенной чувствительностью к молоку отрицательные результаты РАСТ с цельным коровьим молоком или его отдельными белковыми фракциями в ряде случаев становились положительными, если в качестве антигенов использовали белки молока, предварительно обработанные пепсином или пепсин-трипсином. Тем не менее, большинство антигенов, обнаруженных в белковом «переваре», имеется и в смеси нативных белков молока, и они реагируют аналогичным образом с антителами больного. До настоящего времени все еще нет убедительных данных о том, что образование в желудочно-кишечном тракте новых антигенов является единственным механизмом гиперчувствительных реакций. Дальнейшее развитие лабораторных методов диагностики повышенной чувствительности к пищевым продуктам позволит выявить более тонкие механизмы иммунологических реакций.

Аллергия к молоку проявляется разнообразными симптомами, но лишь некоторые из них можно считать патогно- моничными для этого заболевания. В процесс вовлечены многие системы организма, что затрудняет диагностику и нередко приводит к неправильному диагнозу. Симптомы заболевания варьируют от резко выраженной анафилаксии до болей в животе, от рвоты или поноса сразу же после приема молока до замедленных реакций типа небольших желудочно-кишечных кровотечений, которые месяцами могут оставаться незамеченными. Данные о частоте тех или иных проявлений также различны и зависят от выбора группы обследуемых, возраста больных, диагностических критериев и лабораторных методов. Наиболее часто поражается желудочно-кишечный тракт, затем — дыхательные пути и кожа и реже другие системы организма.

Множественную симптоматику находят более чем у половины больных. У ряда пациентов разделенные по времени контакты с антигеном иногда вызывают поражение различных шоковых органов; латентный период, продолжительность симптомов и острота реакций также могут варьировать в широких пределах. Однако все же, как правило, проявления заболевания у каждого больного отличаются определенной стабильностью. Анализ показывает следующее распределение симптомов у больных: диарея — 88%, рвота — 44%, боли в желудке — 39%, нейродермиты (атопические дерматозы) — 33%, риниты — 31%, астма — 31%, крапивница — 13% и анафилаксия — 12%.

 
<<   СОДЕРЖАНИЕ ПОСМОТРЕТЬ ОРИГИНАЛ   >>