Полная версия

Главная arrow Литература arrow ВВЕДЕНИЕ В ЯЗЫКОЗНАНИЕ ЧАСТЬ 2

  • Увеличить шрифт
  • Уменьшить шрифт


<<   СОДЕРЖАНИЕ ПОСМОТРЕТЬ ОРИГИНАЛ   >>

Скрещивание языков

Образование языков путём скрещивания.

Самым глубоким видом взаимодействия языков является скрещивание — процесс создания нового языка из двух.

Обычно такое явление наблюдается при завоевании одного народа другим, когда на одной территории сталкивается два языка. В такой ситуации возникает долговременное, иногда многовековое двуязычие, при котором языки конкурируют. Со временем, однако, может сформироваться новый язык, причём один из языков ложится в основу (см. понятие суб- и суперстрата, которое обсуждалось в начале этой главы), а второй входит в новый язык в виде отдельных элементов. Необходимо подчеркнуть, что основой нового языка совсем не обязательно становится язык победителя (завоевателя), поскольку языковая «борьба»- это не то же самое, что борьба политическая. Как правило, в основу ложится более развитый и прочно усвоенный язык.

Как уже говорилось ранее в связи с явлением субстрата, путём скрещивания «вульгарной» (народной) латыни с языками местных или, наоборот, пришлых (как в Италии) «варварских» племён образовались все романские языки, а старофранцузский язык испытал также и сильнейшее воздействие языка франков, принадлежавшего к германской ветви индоевропейских языков.

Классическим (и хрестоматийным) примером языка, образовавшегося в результате скрещивания, является английский язык.

В XI в. Англию, населённую англосаксами, по происхождению германцами, покорили, под предводительством знаменитого Вильгельма Завоевателя, норманны, пришедшие из Франции. Говорили норманны на древнефранцузском языке. В течение некоторого времени в стране сосуществовали два функционально дифференцированных языка.

Как пишет Вальтер Скотт, «при дворе и в замках знатнейших вельмож, старавшихся ввести у себя великолепие придворного обихода, говорили исключительно ио-нормано-французски; на том же языке велось судопроизводство во всех местах, где отправлялось правосудие. Словом, французский язык был языком знати, рыцарства и даже правосудия, тогда как несравненно более мужественная и выразительная англосаксонская речь была предоставлена крестьянам и дворовым людям, не знавшим иного языка...». Эта ситуация «англосаксонско-французского» двуязычия обыгрывается писателем в знаменитом историческом романе «Айвенго». Приведём отрывок из первой главы романа, который живо передаёт атмосферу двуязычия, саму динамику становления нового (английского) языка.

Пример ситуации

«Два человека [крестьяне Гурт и Вамба. — И.К.У Д.С.] ...принадлежали, судя по их одежде и внешности, к числу простолюдинов, населявших в те далёкие времена лесной район западного Йоркшира. <...> Они вели беседу на англосаксонском наречии, на котором, как уже говорилось раньше, в ту пору изъяснялись в Англии все низшие сословия, за исключением норманнских воинов и ближайшей свиты феодальных владык [выделено нами. — И.К.,Д.С.]. Однако приводить их разговор в оригинале было бы бесполезно для читателя, незнакомого с этим диалектом, а потому мы позволим себе привести его в дословном переводе.

— Святой Витольд, прокляни ты этих чертовых свиней! — проворчал свинопас после тщетных попыток собрать разбежавшееся стадо пронзительными звуками рога. <...>А потому, Гурт, вот что я скажу тебе: иокличь-ка Фангса, а стадо предоставь его судьбе... Ведь к утру свиньи всё равно превратятся в норманнов, и притом к твоему же собственному удовольствию и облегчению. — Как же так — свиньи, к моему удовольствию и облегчению, превратятся в норманнов? — спросил Гурт. — Ну-ка, объясни. Голова у меня тупая, а на уме одна досада и злость. Мне не до загадок. — Ну, как называются эти хрюкающие твари на четырёх ногах? — спросил Вамба. — Свиньи, дурак, свиньи, — отвечал пастух. — Это всякому дураку известно. — Правильно, “суайн” — саксонское слово. А вот как ты назовешь свинью, когда она зарезана, ободрана, и рассечена на части, и повешена за ноги, как изменник? — Порк, — отвечал свинопас. — Очень рад, что и это известно всякому дураку, — заметил Вамба. — А “порк”, кажется, норманно-французское слово. Значит, пока свинья жива и за ней смотрит саксонский раб, то зовут её по-саксонски; но она становится норманном и её называют “порк”, как только она попадает в господский замок и является на пир знатных особ. Что ты об этом думаешь, друг мой Гурт? — Что правда, то правда, друг Вамба. Не знаю только, как эта правда попала в твою дурацкую башку. — А ты послушай, что я тебе скажу ещё, — продолжал Вамба в том же духе. — Вот, например, старый наш олдермен бык: покуда его пасут такие рабы, как ты, он носит свою саксонскую кличку “оке”, когда же он оказывается перед знатным господином, чтобы тот его отведал, бык становится пылким и любезным французским рыцарем Биф. Таким же образом и теленок — “каф” — делается мосье де Во: пока за ним нужно присматривать — он сакс, но когда он нужен для наслаждения — ему дают норманнское имя».

В основу английского языка лёг англосаксонский язык. Предполагается, что древнефранцузский язык не смог стать базовым, «главным» потому, что для норманнов, пришедших во Францию из Скандинавии, он не был родным, а значит (по сравнению с родным языком англосаксов), был менее прочно укоренён и уступил «мужественному и выразительному» (Вальтер Скотт) языку англосаксов.

Именно особая роль старофранцузского влияния в образовании английского языка даёт основание считать этот романский элемент в английском (в отличие от поздних латинизмов и французских заимствований) не заимствованиями, а ингредиентом (от лат. ingrediens — входящий) => [Хр.: с. 595, Мартынов], т.е. составной частью базового словаря современного английского языка. Например, people ‘народ, население’ (ср. фр.peuple)y peasant ‘крестьянин’ (фр. paysan), mountain ‘гора’ (фр. montagne), falcon ‘сокол’ (фр. faucon), horse ‘конь’ (ср. фр. coursier), sense ‘смысл, значение’ (ср. фр. sens) и т.п.[1]

Результатом особо сложного процесса скрещивания языков является африкаанс (бурский язык) — один из официальных языков ЮАР. Его возникновению способствовало прежде всего происходившее в XVII-XVIII вв. смешение диалектов нидерландского языка с немецким и английским языками. Африкаанс испытал также влияние французского языка эмигрантов-гугенотов, языков аборигенов (готтентотских, бушменских, банту), а также креольского малайско-португальского языка моряков, торговцев и рабов.

Пример ситуации

Медновский язык алеутов о-ва Медный является результатом наглядного скрещивания алеутского и русского языков, ср. пример простого предложения, которое построено по русской синтаксической модели, в котором слова алеутского языка перемежаются русскими словами: Пускай они хлиибал; акииют! «Пусть они хлеба купят». Как видно из этого примера, русское слово хлеб оформлено алеутским аффиксом -ах;, в то время как алеутский глагол имеет русскую флексию 3 л. мн. ч.[2]

  • [1] Мартынов В. В. Язык в пространстве и времени. М., 1983. С. 7—8; 48.
  • [2] Гэловко Е. В. Язык медновских алеутов. Языки мира. Палеоазиатские языки.М., 1997. С. 117—125 (URL: http://beringisland.ru/aleuts/aleuts_lang.shtm).
 
<<   СОДЕРЖАНИЕ ПОСМОТРЕТЬ ОРИГИНАЛ   >>