«Арабская весна». Трансформационные процессы 2011—2014 годов

Причины протестных выступлений.

Причины возникновения протестного движения в каждой арабской стране были различны, как различны и сами арабские страны. При определенных схожих моментах «арабские революции» были абсолютно разнородными по составу действующих сил, по провозглашенным ими целям, по результатам революционных выступлений.

Можно говорить о схожести психологических особенностей арабских народов, пришедших к пониманию того, что реформирование является насущной необходимостью.

Важной подоплекой этих событий стала давно назревавшая демографическая проблема. В большинстве арабских стран молодые люди в возрасте до 35 лет составляют до 50% населения[1]. К началу революции в Тунисе выпускники вузов и профессионально-технических училищ составляли более 60% от общего числа безработных. Безработица среди молодежи достигла 42,8% в Египте, 24,4% — в Сирии, 30% — в Ливии. Все это в последние годы будило в умах арабской молодежи протестные настроения.

В 1990—2010 гг. происходило качественное преобразование арабских экономик, связанное с их «вынужденной модернизацией»[2] и адаптацией к мировым экономическим трендам. Внутриэкономическое положение арабских стран еще больше стало зависимо от конъюнктуры мирового рынка, а реформы, с одной стороны, усилив социальную мобильность и рост материальных запросов, с другой — привели к огромному социальному расслоению, коррупции и дальнейшему росту безработицы.

Растущее недовольство населения арабских стран стимулировал мировой финансовый кризис: резко снизились иностранные инвестиции, повысились мировые цены на основные продукты питания, жизненный уровень населения значительно ухудшился. Рост цен на продовольствие снизил возможности государственного субсидирования цен на хлеб и основные продукты питания самых бедных слоев населения. В целом, по разным оценкам, весь арабский мир к середине 2009 г. понес экономических убытков в размере от 1 до 2,5 трлн долл. Это была серьезная потеря, учитывая, что эта сумма лишь незначительно меньше совокупного арабского ВВП за два года[3].

Во всех арабских странах зрело недовольство господствующими диктаторскими кланами, которые вызывающе обогащались, погрязли в коррупции и подавлении свободы личности. В более общем плане речь шла о ликвидации монополии узкой правящей группы на власть и экономические блага; начался процесс делегитимизации правящего семейства или клана через народное волеизъявление. Эти кланы, продвинув на высшие должностные посты в государстве своих детей и ближайших родственников, стояли у власти не одно десятилетие, используя для этого формально легитимные электоральные процедуры. Наличие в арабских странах таких кланов превращало, но сути, политический режим в «наследственную республику».

Авторитарные режимы долгое время создавали видимость социальной стабильности, а руководители, фактически утратив связь с народом, игнорировали нарастание серьезных экономических и социальных противоречий. Отсюда понятен основной лозунг демонстрантов — «Ирхаль!» («Уходи!») и требование политических свобод. Идея низвержения политических сфинксов стала мощной силой, объединявшей под одним знаменем зачастую весьма неоднородную массу протестующих, и на первом этапе придавшей восстанию определенную осмысленность.

Во многих странах на фоне этих событий усилились этнические и конфессиональные противоречия, которые стали еще одной гранью этих революций. Ни одна из арабских стран не является абсолютно гомогенным политическим образованием. Национально-этнические и религиознообщинные отношения, взятые в их историческом разрезе, выступают одним из структурных элементов их современного политического процесса, что позволяет различным политическим силам при умелом обращении с этно- конфессиональиым фактором манипулировать сознанием приверженцев одной веры или представителей той или иной этнической группы, создавая дополнительные трудноразрешимые политические ситуации.

Кроме того, важно отметить еще одно социально-политическое обстоятельство, которое зачастую резко обостряет не только отношения между представителями разных религий, но и внутриисламскую враждебность — это «чересполосица» шиито-суннитской принадлежности граждан и правящих элит в целом ряде государств.

В этой связи в арабских событиях сыграл свою определенную роль и «иранский фактор», который важен в связи с тем, что экспорт исламской революции — это официальная доктрина страны, которая рассматривает в качестве зоны своих интересов страны, где правят или проживают шииты, а это Сирия, Йемен, Ирак, Ливан, Бахрейн, Кувейт, Саудовская Аравия.

  • [1] Долгов Б. В. Причины подъема протестных движений в арабских странах // Протестные движения в арабских странах. Предпосылки, особенности, перспективы / под ред.И. В. Следзевского. М.: URSS, 2012. С. 18.
  • [2] ФитупиЛ. Л. «Арабская весна» в глобальном и региональном измерениях // Протестные движения в арабских странах. Предпосылки, особенности, перспективы. С. 76.
  • [3] Филоник А. О. Вокруг «арабской весны». Социально-экономические процессы в арабском мире (общее и особенное) // Ближний Восток, арабское пробуждение и Россия: чтодальше? / под ред. В. В. Наумкина. М.: Ин-т востоковедения РАН, 2012. С. 41.
 
Посмотреть оригинал
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ   ОРИГИНАЛ     След >