Полная версия

Главная arrow Социология arrow МЕТОДОЛОГИЯ И МЕТОДЫ СОЦИОЛОГИЧЕСКИХ ИССЛЕДОВАНИЙ

  • Увеличить шрифт
  • Уменьшить шрифт


<<   СОДЕРЖАНИЕ ПОСМОТРЕТЬ ОРИГИНАЛ   >>

Принцип дополнительности двух методологий

Раньше количественные и качественные подходы рассматривались как противоположности. На самом же деле, как считают Ю. Н. Толстова и Е. В. Масленников, логика исследования в двух случаях довольно сходная. «Различие состоит в выборе конструктов и, как следствие, — методов. В основе такого выбора лежит специфика предмета исследования»[1]. Сегодня всеми социологами признанно, что качественная и количественная методологии соотносятся между собой по принципу дополнительности[2]. От идеологии войны научное сообщество перешло к проповеди мира. Но стали ли мы глубже понимать проблему соотношения двух стратегий?

Большинство специалистов забывают, что из принципа дополнительности автоматически следует принцип неопределенности, гласящий, что ни одна из двух картин мира или методологий не в состоянии дать полную картину или абсолютную истину. В физике принцип неопределенности Гейзенберга также появляется при измерении. Он сообщает, что даже самым мощным на свете электронным микроскопом, дающим 40 000-кратное увеличение, нельзя точно измерить координату и импульс частицы — либо одно, либо другое, но не оба показателя вместе.

Количественная методология дает достаточно точную картину статистического распределения признаков, т.е. картину большой социальной группы. Но она почти ничего не может сказать об отдельном индивиде. Качественная методология предоставляет точное изображение внутреннего мира и поведения человека, но не способна дать точную картину социальной группы в целом.

Изображая мир с известной степенью неопределенности или вероятности, т.е. в меру искажая картину бытия, две перспективы способны жить только в дружбе — они дополнительны. Эту идею сформулировал Н. Бор и назвал ее принципом дополнительности, который можно рассматривать как обобщение соотношений неопределенности Гейзенберга. Мы можем измерить либо координаты, либо импульсы, но не координаты и импульсы одновременно. Физическое содержание системы не исчерпывается каким- либо одним теоретическим языком, посредством которого можно было бы выразить переменные, способные принимать вполне определенные значения. Различные языки и точки зрения на систему могут оказаться дополнительными. Все они связаны с одной и той же реальностью, но не сводятся к одному-единственному описанию. Неустранимая множественность точек зрения на одну и ту же реальность означает невозможность существования некой надстоящей или возвышающейся над всеми точки зрения, с которой открывается единственно правильный вид на реальность. Взаимно дополнительны не только разные процедуры измерения, но и разные языки, на которых они записываются — в нашем случае качественный и количественный.

Таким образом, качественные и количественные методы одновременно: а) противоположны и б) взаимно дополнительны. Эта ситуация напоминает измерение в квантовой механике — для того чтобы изучить элементарную частицу, имеющую двойственную природу (волны и корпускулы), физику необходимо применить два противоположных метода. Один изучает ее как волну, другой как частицу.

Применение одного метода в один и тот же момент времени исключает использование другого. Самый сильный микроскоп, направленный на установление координат частицы, сбивает ее с траектории — принцип дополнительности Гайзенберга.

В современной социологии, как и в современной физике, отказавшейся от жестко детерминированной ньютоновской картины мира и перешедшей к вероятностному квантовомеханическому описанию реальности, складывается похожая ситуация. Применение одного метода в один и тот же момент времени исключает использование другого, если он нацелен на измерение тех же параметров. Но оба метода прекрасно уживаются вместе, если они по-разному измеряют один объект, подходят к нему с разных сторон, дают разные проекции на плоскость. Как и в квантовой механике, для того чтобы изучить элементарную частицу, имеющую двойственную природу, ученому необходимо применить два противоположных метода. Один изучает элементарную частицу как волну, другой — как корпускулу.

Зарубежный опыт. Первым идею дополнительности двух методологий высказал выдающийся немецкий социолог Макс Вебер. Она возникла в конце XIX в., когда обсуждался вопрос о том, какой быть социологии — идеографической или номотетической наукой. Сторонников двух противоположных точек зрения примирил М. Вебер, провозгласивший, что для будущего социологии выгоден их союз, а не противоборство. И сегодня многие социологи считают их единство неизбежным.

На рис. 1.17 видно, что с помощью качественного метода социолог изучает один случай на всю его глубину — от буквы А до буквы М. Каждая буква обозначает одно уникальное событие в жизни данного человека или сообщества. К примеру, биографический метод призван выяснить хронологическую последовательность социально значимых событий в жизни одного человека, их содержание и уникальность. Такими событиями могут быть: социальное происхождение (в какой семье родился интервьюируемый), имянаречение, крещение, социализация и влияние семейных традиций на воспитание, школьные годы, выбор профессии и т.д. Каждое событие на нашем рисунке обозначается одной буквой. События, как и буквы, выстроены в вертикальном порядке — так соблюдается принцип иерархии.

Дополнительность качественных и количественных методов

Рис. 1.17. Дополнительность качественных и количественных методов

Предположим, что на втором этапе социолог задумал перейти от качественного метода к количественному. Что он должен делать? Он выясняет то, насколько типичны два или три события в жизни людей одного и того же поколения или разных поколений. К примеру, все ли проходят через обряд крещения или имянаречения, все ли люди, попавшие в выборочную совокупность, проходили через школу и как у них складывался процесс выбора нрофессии. Социолог выбирает одно событие, скажем Д и тиражирует его на всю выборочную совокупность. Его интересует не вертикальный ряд, а горизонтальный — типичность данного события на выборочной совокупности, включающей, к примеру, 100, 300 или 1000 уникальных жизненных судеб.

В качественной методологии человека, у которого выясняют все подробности жизни в многочасовой беседе или за которым наблюдают в течение многих дней, недель, месяцев или даже лет, трудно назвать респондентом. Это интервьюируемый, наблюдаемый или информатор (информант). А вот в обычном социологическом опросе, где снимается моментальная статистическая информация, социолог не углубляется в личные подробности, но в короткое время снимает нужную информацию. Речь идет именно о респонденте. Респондент — это объект приложения статистического опроса, количественного метода. Интервьюируемый (наблюдаемый) — объект применения качественного метода.

Количественным называется признак, значениями которого служат числа, допускающие сложение; в противном случае признак называется качественным.

Я. Суппес, Дж. Занес

Цель количественного метода — подготовить как можно меньше вопросов и опросить как можно больше людей. Цель качественного метода — подготовить как можно больше вопросов и опросить как можно меньше людей. В количественном методе используются простые и стандартные вопросы, в качественном, наоборот, — сложные и нестандартные. В количественной методологии нельзя менять стратегию, задавать дополнительные вопросы, не предусмотренные программой, каким-либо образом влиять на респондента. В качественной методологии стратегия и тактика постоянно меняются по ходу интервью, задаются новые вопросы, не предусмотренные программой, а сама программа набрасывается контурно — лишь в самых общих чертах. Здесь успех мероприятия зависит от личности исследователя: как он смог завоевать доверие интервьюируемого, расположить к откровенной беседе и т.д.

Распространенный прием обучения американских, а теперь уже и российских, студентов, а именно социальная автобиография, служит прекрасным примером взаимной дополнительности двух противоположных методологий — качественной и количественной. В самом деле, от человека, конструирующего свою социальную автобиографию, требуются две удивительные способности: 1) описать логику неповторимых, присущих только этому человеку событий, выстроить в хронологической последовательности жизненно важные события (в какой семье родился, как проходила социализация, какие события, происходившие в жизни родителей, повлияли на жизнь студента); 2) обнаружить «социальный вес» каждого описанного события, его типичность, пересечение с судьбами других людей и общества в целом. Если, к примеру, в 1992 г. ваш отец оказался безработным, в результате чего снизился материальный уровень, пришлось переехать на другую, более дешевую квартиру, сменив район проживани я и школу, то каждое из таких жизненно (или лично) важных событий необходимо пропустить — по горизонтали — через социальную статистику и установить, сколько безработных было в тот год, является ли судьба вашего отца типичной, послужила ли причиной структурная перестройка отрасли промышленности или ее кризис в целом, не оказался ли он жертвой сокращения целой отрасли, либо безработица являлась фрикционной, регулярно происходящей в любом обществе, и т.д.

Умение пропустить личные невзгоды сквозь призму общественных проблем — обязательный атрибут социологического мышления. Не научившись увязывать два круга событий — личные и общественные, — вообще не стоит связывать свою судьбу с социологией как строгой и вместе с тем уникальной наукой. Таким образом, принцип дополнительности исключительного и типичного лежит в основании социологического мышления. Или выразимся еще точнее — в основании мышления профессионального социолога, в основании социологии как особого рода профессиональной деятельности.

Статистический факт. За прошедшие сутки в Москве произошло 19 дорожно-транспортных происшествий.

Научный факт. Как установлено в большинстве социологических исследований, основные виновники дорожно-транспортных происшествий (более 60%) — выпившие водители.

У качественной и количественной парадигм существует поле общих интересов и сфера своих собственных, несходных интересов. «И тот и другой тип исследований, — пишет В. В. Семенова, — схожи научными категориями: концепции, гипотезы, измерительные процедуры, использование теоретического анализа данных. Обе стратегии предполагают научно- обобщенные формы представления данных. Значит, проводя качественное исследование, необходимо умение работать с научными понятиями и концепциями; быть знакомым с теориями. Однако категориальный аппарат гуманистической социологии существенно отличается от позитивистской. Следовательно, исследователь-“качественник” должен быть хорошо подготовленным теоретически именно в рамках данной традиции». В этом заключается сходство двух методологий. Различаются же они, по мнению В. В. Семеновой, следующими чертами: «Порядок операций в качественном исследовании существенно отличается: гипотезы выдвигаются “на выходе”; концепции и понятия на начальном этапе формулируются в самом общем виде и становятся более определенными лишь в результате послеполевого обобщения; измерительные инструменты разрабатываются по итогам полевого этапа. Это означает, что в отличие от количественного качественное исследование на начальном этапе носит открытый характер и конструируется в четкие концепции только на заключительном этапе. Следовательно, приступая к исследованию, нужно быть готовым к самостоятельной аналитической работе в процессе самого исследования. В качественной стратегии форма представления данных и их подача носят описательный характер, а это предполагает готовность и умение работать с пространными текстовыми материалами»[3]. Обобщим сказанное выше схематически (рис. 1.18).

Общее и различное в двух стратегиях исследования

Рис. 1.18. Общее и различное в двух стратегиях исследования

На рис. 1.18 изображены общие и различающиеся моменты в двух стратегиях. Две области — А и С показывают то, что является единым в качественной и количественной методологиях. Действительно, на подготовительной (составление программы) фазе А обе они используют научно- теоретический аппарат социологии. К нему же они прибегают на завершающей стадии С, когда нужно интерпретировать эмпирические факты. Но вот методы и процедуры получения эмпирических данных у них различаются, о чем и говорит зона В. Точки D и Е называются переломными: в одной из них начинается расхождение двух стратегий, а в другой — их соединение.

Наглядный пример соединения двух методологий в рамках одного исследования представил специалист по экономической социологии В. В. Паци- орковский. В одном из своих исследований о новых формах собственности в сельском хозяйстве им было обнаружено два вида исследовательских ситуаций. Первая, когда колхоз уже распался, и бывшие колхозники на собственном опыте знали, что такое «взять пай», в каких формах это делается и какие из них выгоднее. А вторая, когда колхоз живет как прежде и ничего менять не планирует. Понятно, что заранее разработанная анкета во второй ситуации не годилась совершенно, и здесь приходилось работать методом свободного интервью по месту жительства. «Заказчику было представлено два отчета: по первой группе ситуаций количественный, по второй — качественный. Но второй отчет не мог бы появиться без первого: они тесно связаны. Кроме того, второй отчет включал такой обязательный компонент, как анализ статистической документации колхозов»[4].

На Западе популярность качественной социологии растет, количественная социология, разработанная до уровня инженерных технологий, возможно, уже исчерпала предназначенный для нее культурный пласт, а для перехода на следующий, более глубокий слой породы, нужен новый подход. Там качественная социология нужна как следующая ступень развития.

  • [1] Толстова Ю. Н., Масленников Е. В. Качественная и количественная социология: взглядсквозь призму понимания эмпирического исследования как измерения // Социс. 2000. №> 10.С. 103.
  • [2] См.: Маслова О. М. Количественная и качественная социология: методология и методы(по материалам «Круглого стола») // Социология. 1995. № 5—6. С. 5—15.
  • [3] Семенова В. В. Качественные методы: введение в гуманистическую социологию. М.,1998. С. 128.
  • [4] Маслова О. М. Количественная и качественная социология: методология и методы(по материалам «Круглого стола») // Социология. 1995. № 5—6. С. 12.
 
<<   СОДЕРЖАНИЕ ПОСМОТРЕТЬ ОРИГИНАЛ   >>