Полная версия

Главная arrow Журналистика arrow ТЕЛЕВИЗИОННАЯ ЖУРНАЛИСТИКА. ТЕЛЕВИДЕНИЕ В ПОИСКАХ ТЕЛЕВИДЕНИЯ

  • Увеличить шрифт
  • Уменьшить шрифт


<<   СОДЕРЖАНИЕ ПОСМОТРЕТЬ ОРИГИНАЛ   >>

Вращение велосипедного колеса

— Был такой фильм, где музыкант-барабанщик, когда отбивал барабанную дробь, включал в нее незаметную для постороннего уха морзянку и передавал закодированные сообщения. Раньше у меня всегда было ощущение, что, делая фильм, я играю музыку, внутри которой передаю единомышленникам сообщение. Это был не кукиш в кармане, а “привет своим”:

“Ребята, нас много таких. Ты не одинок”. Когда это стало возможно встать и сказать открытым текстом, у меня иссяк интерес к музыке. Если в ней нельзя ничего закодировать, то просто играть рапсодии...

Прежде у меня было ощущение, что можно сделать некий фильм и что-то им изменить. И проснуться знаменитым. Выясняется — даже игровые, высочайшего класса фильмы изменить ни черта не могут.

Раньше человек перед камерой зажимался, слова не мог сказать. Мы на пупе вертелись, на ушах стояли, чтобы вытащить искреннюю естественную интонацию. А теперь — как цветочек — наклониться и сорвать. Остановить человека на улице и задать любой вопрос — никакой проблемы. А прежде тот старался бы ускользнуть, чтобы, не дай бог, не брякнуть лишнего слова, не испортить отношения с системой. Начальник увидит, учительница сына увидит — зачем это? Лучше не высовываться. Люди изменились отчасти благодаря телевидению, благодаря синхронным фильмам. Другое дело — как ты эту естественность будешь использовать, какие вопросы задавать?

Работа со мной у многих операторов восторга не вызывала: довольно много говорящих голов и почти не было восходов-закатов. Они тоже жаждали самопроявления. И что сейчас с ними? Многие “стоят на рогах” — это значит держаться двумя руками за растопыренные рукоятки телекамеры. Стоят и снимают опостылевшие ток-шоу. Самопроявление — нулевое.

Мы всю жизнь думали, что как только перестанем зависеть от воли начальства и станем зависеть от воли зрителя, тот сразу же кинется смотреть наши фильмы, общаться с нами. Выяснилось, что зрителю не нужны Белинский с Гоголем, а нужен “милорд глупый”. Из зрительского корыта потребляют совсем другие жанры.

Почему сейчас нас забыли? Потому что все сделанное, как при быстром вращении велосипедного колеса, слилось в один сплошной круг. Отдельные спицы — неразличимы.

Мы создали профессиональный уровень, с которого стартовали сегодняшние мальчики и девочки. Они пришли на унавоженную почву, и зачем им разбираться, кто ее унаваживал и чем, какая корова тут проходила. У них искреннее ощущение, что телевидение началось с них.

 
<<   СОДЕРЖАНИЕ ПОСМОТРЕТЬ ОРИГИНАЛ   >>