Полная версия

Главная arrow Социология arrow ЗАПАДНАЯ СОЦИОЛОГИЯ В 2 Ч. ЧАСТЬ 1

  • Увеличить шрифт
  • Уменьшить шрифт


<<   СОДЕРЖАНИЕ ПОСМОТРЕТЬ ОРИГИНАЛ   >>

Социологическая концепция Вильфредо Парето

Вильфредо Парето (1848—1923) — наиболее известная фигура итальянской социологии и один из классиков мировой социологической науки — родился в 1848 г. в Париже в семье итальянского эмигранта маркиза Рафаэля Парето, участника итальянского национально- освободительного движения. Вскоре после рождения Вильфредо семья вернулась в Италию, в королевство Сардиния. В 1870 г. В. Парето окончил Туринский политехнический институт, после чего 20 лет своей жизни отдал практической деятельности: работал инженером путей сообщения, директором Римской железной дороги и главноуправляющим металлургических заводов королевства.

Этот период оказал значительное влияние на мировоззрение ученого. Молодой Парето изучал работы ведущих ученых-обществоведов: Огюста Конта, Герберта Спенсера, Джона Ст. Милля. За двадцать лет, отданных инженерной и административной деятельности, Парето проявил себя как активный сторонник экономического и политического либерализма. Часто бывая в Англии, он, указывая на превосходства английской политической системы, требовал введения в Италии подобной практики. В своих статьях Парето подвергал острой критике протекционизм итальянского правительства. Несколько раз он пытался избраться в парламент, но без успеха.

Участие в хозяйственной деятельности пробудило у Парето интерес к политической экономии, особенно к ее математическому направлению. Парето испытал влияние итальянского экономиста Маттео Панта- леоне и ведущего экономиста математической школы Леона Вальраса. В 1893 г. Парето получил приглашение занять кафедру политической экономии в Лозаннском университете, где стал преемником Вальраса. Это в целом неожиданное назначение знаменовало собой важнейшие перемены в биографии Парето: ученый полностью посвятил себя научной деятельности. С 1897 г. Парето начал читать курс лекций по политическим идеологиям и социальным теориям, в котором весьма критически отзывался о социализме, марксизме, позитивизме и социал-дарвинизме. В годы пребывания в Лозанне Парето опубликовал свои важнейшие работы: «Курс политической экономии» (1897), «Социалистические системы» (1901), «Учебник политической экономии» (1906) и «Трактат по общей социологии» (1916) в четырех томах. Одновременно он продолжал активно комментировать политическую и экономическую жизнь родной Италии, критически отзываясь о «лидерах национального движения», захвативших власть в объединенной Италии. Не менее критично, чем к протекционизму итальянского правительства, Парето относился к социалистам, обвиняя их в стремлении разрушить основы современного ему общественного устройства, что привело бы, по его мнению, к уничтожению того высокого уровня развития производительных сил, который был достигнут[1]. Эти размышления во многом объясняют возникновение теории «циркуляции элит», самой известной части социологии Парето.

Одной из сложных проблем биографии В. Парето считается его отношение к фашизму. После «марша на Рим» в октябре 1922 г. Парето удостоился от фашистов разнообразных почестей, в том числе был назначен сенатором Итальянского королевства. Вне всякого сомнения, приход фашистов к власти, был с точки зрения Парето, вполне закономерным процессом смены одряхлевшей итальянской демократии более сильным режимом. Однако Парето не был свидетелем ни развития итальянского фашизма, ни тем более прихода к власти национал- социалистов. В августе 1923 г. Парето умер в Селиньи в Швейцарии. Остается полагать, что Парето со свойственным ему пессимизмом указал бы, что действия нацистов и особенно их фразеология только подтверждают положения его теории.

Многие принципы социологии Парето были определены той интеллектуальной атмосферой, в которой он сформировался как ученый. Парето, начавший свою карьеру как инженер и экономист, вполне разделял представления своего времени. Наука в его понимании — это знание, построенное на принципах естественных наук. Из науки следует изгнать все необоснованные и спекулятивные суждения, единственным основанием научного познания могут быть только факты реального мира.

Метод, с помощью которого этого можно достичь, — логико-экспериментальный. Суть логико-экспериментального метода заключается в опытном исследовании реальности. Любое понятие должно строго соответствовать эмпирическим фактам, все, что выходит за рамки опыта, должно быть исключено из науки. Наука упрощает реальность, чтобы точно приписать феноменам понятия, а затем устанавливает связи между феноменами и конструирует реальность. Наукой формулируется строгая система суждений, своего рода модель истинной реальности. В работах Парето отрицается существование причинных связей, которые заменяются функциональными, так как невозможно однозначно утверждать, что связи между фактами являются необходимыми.

Цель науки заключается в строительстве теорий из фактов. При этом спор о понятиях совершенно бесполезен, так как понятия — всего лишь удобные слова для указания на факты, следовательно, исследователю достаточно точно определить, на какие именно факты он указывает своими понятиями1.

Парето недаром пришел в социологию из экономической науки. Он положил в основу своей системы социологии принцип «методологического индивидуализма». Все часто употребляемые социальными мыслителями понятия — «нация», «раса» и т.д. — не являются фактами, данными в опыте. Единственное, что можно непосредственно наблюдать, — поведенческие акты, действия, которые поэтому и должны быть объектами социологического исследования вообще. Все факты коллективного характера, такие как институты, войны, следует рассматривать как желательные или нежелательные последствия индивидуального действия.

Система взглядов Парето значительно отличалась от систем современных ему экономистов и социологов: он решительно отвергает принцип рациональности человеческого действия. Наблюдение показывает, что общественная жизнь часто определяется не логикой, не целеориентированным расчетом, не рациональным решением, а скорее «чувствами». Это верно для элементарных процессов общественной жизни, особенно для религиозной и, отчасти, политической. Данное наблюдение легло в основу социологии Парето. Общество, как его понимает Парето, — сложная система нелогических человеческих взаимодействий.

Еще одна особенность взгляда Парето на общество — рассмотрение его с точки зрения теории экономического равновесия. Основоположником теории равновесия был учитель Парето — Леон Вальрас. Парето перенес эту теорию на общество в целом, хотя при таком подходе была утеряна математическая формулировка Вальраса. И здесь можно говорить лишь об общей установке восприятия социума как системы в состоянии равновесия[2] [3]. Это определило и исследовательскую программу Парето, а именно: выяснение социального значения и функций «чувств» в историко-сравнительной перспективе.

Центральным понятием системы социологии Парето является понятие «поступка» и различение «логического» и «нелогического» поступков. Различение этих двух видов поступков возможно, но не для самого индивида, ибо человеку свойственно придавать всем своим поступкам вид логичных. Под логическим поступком Парето понимает такие, в которых средства увязаны с целью не только по отношению к субъекту, но и по отношению к тем, кто обладает более обширными познаниями. Иначе говоря, в логическом действии средства, избранные деятелем, ведут к полученным результатам не только по мнению индивида, но и в реальности. Всякое иное действие должно квалифицироваться как «нелогичное». Примерами логических поступков являются действия инженера, спекулянта, нелогичных — молитвы о ниспослании дождей на поля, столь часто наблюдаемые в разных обществах, или чихание (т.е. рефлекторное, неосмысленное действие). В позиции «стороннего наблюдателя» с обширными познаниями выступает исследователь.

Что служит источником «нелогических» поступков? Выше говорилось, что действия определяются чувствами. Однако социолог в своем исследовании имеет дело не с чувствами непосредственно, а с их проявлениями. Психические состояния как таковые, даже если они доступны непосредственному наблюдению, не являются предметом социологии. Социолог должен обращать внимание на определенные роды чувств, которые детерминируют социальную жизнь и проявляются в действиях. Подобные роды чувств Парето обозначил как «резидуи», или «остатки». «Резидуи» не следует смешивать с конкретными чувствами или инстинктами. Это своего рода посредники между чувствами и их проявлениями. Всего Парето в «Трактате по общей социологии» выделил около 50 «остатков», сгруппированных в шесть классов:

I класс — «инстинкт комбинаций гетерогенных элементов»;

II класс — «инстинкт незыблемости социальных агрегатов»;

III класс — резидуи «потребности проявления чувств во внешних действиях»;

IV класс — резидуи «относящиеся к социальности»;

V класс — резидуи «целостности индивида и его зависимостей»;

VI класс — резидуи «сексуальности»1.

«Остатки» первых двух классов наиболее важны и именно они лежат в основе человеческой цивилизации. «Инстинкт комбинаций» — склонность к установлению связи между идеями и вещами непреодолимо влечет человека к воплощению своих идей в природе. Это влечение лежит в основе развития общества. В противоположность «инстинкту комбинаций» «инстинкт незыблемости социальных агрегатов» отражает склонность к поддержанию уже сложившихся комбинаций, тенденцию к стабильности, т.е. выступает как своего рода инерция, тормозящая чрезмерно частые преобразования, к которым влечет человека «инстинкт комбинаций». С точки зрения Парето, человеческая история это, по сути дела, борьба двух классов «остатков».

Третий класс остатков — «потребности проявления чувств во внешних действиях» — скрывает в себе неистощимость человеческого воображения в произведении видимых объектов и церемоний, служащих знаками внутренних состояний человека. В качестве примера подобных церемоний можно указать похоронные обряды ряда народов, которые подчеркнуто выражают скорбь участников церемонии.

Четвертый класс — «остатки» относящиеся к социальности — все то, что имеет отношение к дисциплине общественной жизни. Среди них Парето указывает на «подражание», «конформизм», «альтруизм» и др. Без этих «остатков» невозможно было бы устойчивое существование социальных общностей.

Пятый класс — «остатки» целостности индивида и его зависимостей — обеспечивает органическое соединение целей индивида и средств их достижения сначала в его понимании ситуации, а после — в поведении.

Шестой класс — «остатки» сексуальности — класс, в общем, наименее интересный с точки зрения социологического исследования. Однако определенные проявления этих «остатков» во вне, например, в форме фаллических культов в примитивных культурах могут интересовать социолога.

В целом, концепция «остатков» является учением о природе человека, проявляющейся в общественной жизни. Однако человеку свойственно придавать своим действиям «налет» логики, более того, маскировка «нелогических» действий является неотъемлемым свойством человеческого сознания. Именно в этом важном пункте Парето вводит еще одно важное понятие — «деривации» (derivazione) или «производные». Если «остатки» — неизменные или относительно неизменные компоненты, то «производные» — исторически изменчивые элементы. «Производные» — это более-менее рационализированные и облеченные в словесную форму идеи и суждения в самом широком смысле. В качестве составляющих комплекса «производных» Парето называет все теологические и философские системы, нормы морали и права, политические и социальные доктрины, литературу и искусство. В более узком смысле «производные» — это прежде всего идеологии и «оправдательные» теории. В целом, «производные» рассматриваются Парето как инструменты придания видимой логичности тем действиям, которые ею не обладают.

Парето выделил четыре класса дериваций:

  • 1) простые утверждения — утверждения по образцу «так надо»;
  • 2) убеждение авторитетом, т.е. ссылкой на мнение кого-то или чего-то, что обладает будто бы более полной информацией, более высокими качествами ума или каким-либо другими значимыми качествами в превосходной степени. Примером может служить ссылка средневековых схоластов на авторитет Аристотеля;
  • 3) убеждение со ссылкой на чувства и принципы, метафизические сущности, апелляции к чувству долга, к принципу патриотизма — служению Отечеству и т.д.;
  • 4) «вербальные доказательства» — доказательства, основанные на блестящем владении языком и ораторским искусством вообще, как, например софизмы[4].

Следует еще раз повторить, что «производные» исторически изменчивы. Каждое время апеллирует к своим авторитетам, к своим метафизическим принципам, у каждой культуры есть свои представления о должном, о «том, как надо». Можно даже предполагать, что в различные периоды человеческой истории ведущая роль в «логизации» поведения переходила от одного класса дериваций к другому. Наиболее чистой формой «производных» Парето считал политические идеологии. Деривации по своей сути ложны, но это не уменьшает социального значения дериваций как феноменов социальной жизни. Детальное исследование распространения дериваций позволяет считать Парето одним из основателей теории социальной коммуникации. Особенно его интересовал вопрос, каким образом политические лидеры и демагоги приводят других, да и самих себя к вере в двусмысленные, беспочвенные и ложные идеи и, более того, превращению их в императивы действия. Решение проблемы в том, что эти «производные» всегда нацелены на конкретные группы, способные их воспринять, готовые согласиться, т.е. на «целевые аудитории», если употреблять современную терминологию. Политику или демагогу надлежит уметь манипулировать идеями, чтобы манипулировать сознаниями. Проблема идеологий и их использования в политической жизни приводит нас к самой «популярной» части социологии Парето — учению о «циркуляции элит».

В основе его представлений об обществе лежит важнейшее положение — общество по своей природе гетерогенно. Все общество по Парето распадается на элиту и неэлиту. В основе общественной гетерогенности лежит неравенство в распределении способностей между индивидами, производным от которого является распределение материальных ресурсов. Последнее важно, но в ключевых ситуациях именно первое играет определяющую роль. Соответственно, способ, которым Парето выделяет общественную элиту, оказывается с точки зрения современной социологии несколько необычным. В элиту он включает тех, кто добился успеха в своей области деятельности. Степень успеха определяется приписанным индексом, который дается человеку исследователем. Чем более удачлив человек, тем выше его индекс. Классическим примером такого приписывания является следующий: человеку, заработавшему миллион, Парето приписывает 10; заработавшему 1000 — 6; тому, кто едва не оказался в богадельне или работном доме — 1; тому, кто уже оказался — 0 и т.д. Подобным образом в элиту попадают и удачливые политики, и талантливые бизнесмены наряду с талантливыми мошенниками; выдающиеся ученые находятся в одном ряду с куртизанками.

Внутри этой элиты в свою очередь выделяется правящая элита, то есть лица, непосредственно осуществляющие управление обществом. В целом, социальная стратификация, по Парето, всегда принимает форму пирамиды, сужающейся к верху. «Маленький правящий класс» на вершине общества Парето характеризует с точки зрения преобладания у членов элиты «остатков» первого или второго класса. Весь процесс исторического развития — это смена элит с преобладанием то одного, то другого класса «остатков». Заимствуя терминологию у Макиавелли, Парето обозначает элиту с преобладанием «инстинкта комбинаций» как «лисиц», элиту с преобладающим «инстинктом постоянства агрегатов», как «львов». «Лисицы» склонны к реформаторству, поиску новых комбинаций, управлению при помощи убеждения, пренебрежению традицией. Господство «лис» характерно для обществ в состоянии экономического процветания. По мнению Парето, в современных ему Франции и Италии, которые он характеризует как плутократии (то есть, общества под властью богатых), господствуют именно «лисицы». Однако чрезмерная склонность «лис» к «комбинированию», расшатывающая систему общественных отношений, приводит им на смену «львов». «Львы» склонны к применению силы, консерватизму. На первых порах они способны стабилизировать общество, «восстановить порядок сильной рукой», но их консерватизм обуславливает их слабость. Элиты, состоящие из «львов», склонны к закрытости, что ведет к их постепенному вырождению, представители элиты не способны более применять силу и оказываются низвергнуты. В пример Парето приводит утонченную элиту Франции перед Революцией: изнеженная аристократия, погрязшая в роскоши и чувственности, оказалась неспособна защитить свою власть и была втоптана в грязь. Парето замечает в этой связи, что история — кладбище аристократий, которые оказались неспособны защищать свое господство. В этом Парето видит суть процесса циркуляции элит.

Среди факторов гибели аристократий Парето выделяет два:

  • 1) гибель на поле боя;
  • 2) потеря жизнеспособности через несколько поколений после взятия власти.

Второй путь обусловлен двумя факторами: склонностью элит ограничивать доступ чужаков в свой состав, что может привести к скоплению талантливых индивидов не в элите и революции, и тем, что качества, необходимые для управления, не наследуются. Для элиты остается два способа устранения «талантов»: либо нейтрализовать путем ссылки или убийства, либо — путем включения в свой состав. Для закрытых обществ возможен первый путь, но уже отмечалось, что элита со временем утрачивает способность применять силу, то есть единственно возможный для себя способ нейтрализовать врага. Парето объясняет это тем, что у долго властвующих элит всегда преобладают «остатки» первого класса. Таким образом, процесс циркуляции осложнен тем, что сама элита внутренне эволюционирует в сторону «лисиц».

Абсорбция индивидов, обладающих необходимыми качествами для властвования, представляется Парето более перспективным способом нейтрализации. Постоянное обновление состава элиты за счет абсорбции увеличивает жизнеспособность правящей группы. Однако процесс циркуляции это вряд ли остановит и неизменным останется тот факт, что у власти всегда стоит меньшинство.

Аналогичная циркуляция происходит не только в политике, но и в экономике, где олицетворением «льва» является рантье, а «лисицы» — спекулянт. Господство рантье — стабильный период, переходящий в стагнацию, господство спекулянтов — период активных биржевых спекуляций и роста экономики. Периодический «грабеж» рантье — необходимое условие развития экономики, ибо в противном случае в их руках сосредоточится все общественное богатство. В экономике, как и в политике, наиболее устойчивая структура может возникнуть при сочетании индивидов, как с первым, так и со вторым классом «остатков».

Здесь следует пояснить соотношение между типом элиты и господствующей идеологией. Мастерами использования «производных» являются «лисы», стремящиеся властвовать при помощи убеждения. Политик-«лис» способен подобрать ту фразеологию, которую воспримут неэлитарные слои и которая подтолкнет их к необходимым действиям. Цинизм Парето очевиден, но такова была наблюдаемая им практика политической жизни современной ему Европы. Хотя Парето и декларировал свою научную беспристрастность, у него были свои любимые мишени — погрязшие в демагогии плутократии Западной Европы. С этой точки зрения приход фашистов к власти в Италии был для ученого подтверждением его теории циркуляции элит: произошла закономерная смена «лисиц» «львами».

Социологические труды Парето в отличие от экономических были практически незамечены при его жизни и не оказали влияния на развитие социологии в Европе. Интерес к идеям Парето пробудился в середине 1930-х гг. в США в Гарвардском университете, когда Лоуренсом Хендерсоном была создана группа по изучению идей Парето. Утверждение же Парето как классика социологии связано с реконструкцией его социальной теории Толкотом Парсонсом в «Структуре социального действия». Парсонс поставил Парето в один ряд с Максом Вебером и Эмилем Дюркгеймом. Из идей Парето многое перешло в структурнофункциональную теорию: взгляд на общество как на равновесную систему, возникающую в процессе взаимодействия индивидов; идея функциональных связей. Значительный интерес привлекла к себе концепция «циркуляции элит», которая вместе с теорией «правящего класса» Гаэтано Моски и так называемым «железным законом олигархии» Роберта Михельса получила широкое распространение в политической науке.

Вопросы для самоконтроля

  • 1. В чем заключались причины развития итальянской социологической мысли в конце XIX — начале XX вв.?
  • 2. Каковы основные положения политической социологии Г. Моски?
  • 3. Какие инстинкты, согласно В. Парето, определяют место человека в элитной страте?
  • 4. Какие виды элит различал В. Парето?

  • [1] См. напр.: В. Парето. Социалистическая опасность // Социс. 2001. № 5.
  • [2] См.: Klassiker der Soziologie. Munchen. В. 1. 1999. S. 97—98.
  • [3] См.: Pareto V. Sociological Writings. N. Y., 1966. P. 32.
  • [4] Pareto V. Sociological Writings. N. Y., 1966. P. 238—239.
 
<<   СОДЕРЖАНИЕ ПОСМОТРЕТЬ ОРИГИНАЛ   >>