Полная версия

Главная arrow История arrow ИСТОРИЯ ВОСТОКА

  • Увеличить шрифт
  • Уменьшить шрифт


<<   СОДЕРЖАНИЕ ПОСМОТРЕТЬ ОРИГИНАЛ   >>

Индийская модель

Вторая модель заметно отличается от первой внутренней неоднородностью, порой даже почти кричащим контрастом. Речь идет о достаточно большой группе стран, успешно развивающихся по капиталистическому пути, но при этом далеко еще не перестроивших свою традиционную внутреннюю структуру. Практически это значит, что заметная часть страны и ее населения (речь преимущественно о городах, хотя и не только о них) уже является обществом смешанного типа, более или менее успешно движущегося в сторону общества западного типа. Она существует в рамках новой, буржуазной экономики, опирающейся на идейно-институциональный фундамент в виде прав и свобод, реально функционирующей многопартийной системы с демократическими процедурами, на судопроизводство европейского типа и т.п. В то же время большая часть населения, подчас подавляющее его большинство, по-прежнему остается в плену привычного для их предков образа жизни, лишь едва затронутого нововведениями и переменами. И хотя обе части активно контактируют друг с другом, они остаются обособленными и живут каждая по своим законам, составляя в то же время единый организм. Это упоминавшийся уже применительно к колониальным структурам недавнего прошлого феномен симбиоза.

Суть столь парадоксального феномена в том, что сохраняется какая-то необходимая для медленно трансформирующегося общества, особенно большого, грань, незримо, но жестко отделяющая одних, преодолевших уже барьер традиции, от других, которым пока не удалось это сделать. Такая грань была везде, в том числе и в странах первой модели. Но там ее удалось, порой при посторонней помощи, сравнительно быстро преодолеть, и после этого она исчезла. Здесь грань солиднее, потолок ее выше, преодолеть ее сложнее, причем причины этого уходят в глубь самой традиции, ее религиозноцивилизационного фундамента. Для того чтобы грань была ликвидирована, нужны время и благоприятные обстоятельства. Метафорически ситуацию можно сравнить с яйцом, где белок и желток сосуществуют в органической связи, взаимно дополняя друг друга, но не смешиваясь. Только при определенных условиях, если яйцо еще способно превратиться в живое существо, начинается процесс, ведущий к поглощению одной его части другой частью, развивающейся и совершенствующейся качественно за счет первой. А вот когда начнется интенсивная фаза этого процесса и как все тогда пойдет, пока что никому не ведомо. Но очевидно, что ждать придется еще довольно долго.

Наиболее типичный представитель стран второй модели — Индия с ее системой общин и каст, которая продолжает держать в плену большинство населения страны. К этой модели можно отнести и некоторые страны ислама, такие как Пакистан, Бангладеш и некоторые другие, в том числе богатые нефтедолларами. В любой из них активно идет процесс экономического роста, укрепляются многие элементы структуры европейского типа, но в то же время существует определенный барьер, опирающийся как на экономическую отсталость основной массы сельского населения, так и на социопсихологические стереотипы массового сознания и связанные с ними жесткие формы социального бытия, что особенно заметно в странах ислама. Стоит еще раз оговориться, что применительно к сравнительно развитым странам ислама без хуацяо трудно точно сказать, какая из стран ближе к первой модели, а какая ко второй. Кроме разве что Турции, они находятся где-то посредине.

Какова динамика развития стран данной группы? Для всех них характерно заметное поступательное движение в сторону постепенного сближения с западным капиталистическим стандартом. В частности, это хорошо прослеживается на примере постепенного изменения роли государства, что особенно заметно там, где государство традиционно наиболее сильно, прежде всего в странах ислама. Дело в том, что усиление роли и влияния буржуазного сектора экономики и упрочение идейно-институционального ее фундамента в форме европейского типа политической, правовой и иной культуры ведут к уменьшению важности командно-административных и бюрократических методов управления. Элементы европейской структуры, правда, не везде и тем более не одинаковыми темпами, постепенно превращаются в ведущую основу успешного развития. В результате возникает новая ситуация, ослабляющая потенции старой структуры.

Вариантом второй модели следует считать, как упоминалось, примыкающую к странам данной группы, но по ряду важных параметров отличную от нее группу арабских нефтедобывающих монархий. Здесь тоже фиксируется симбиоз, т.е. резкое, даже бросающееся в глаза сосуществование двух секторов хозяйства, двух частей населения в пределах каждого из государств. Но в отличие от стран первой модели здесь мало институциональных элементов европейской структуры, как нет и заметных признаков движения в сторону цивилизационного буржуазного стандарта со стороны основной части местного населения и привычно стоящего во главе его аппарата власти. Симбиоз здесь построен не просто на контрасте, но еще и на сепарации, сознательном отделении коренного населения (или, по меньшей мере, его большинства) от современного сектора хозяйства и соответствующей ему инфраструктуры. То и другое функционирует в основном благодаря усилиям мигрантов, тогда как местное население выступает преимущественно в качестве получателей ренты. Трудно говорить о тенденциях и перспективах, но, похоже, заметного изменения ситуации здесь пока не предвидится. Это в меньшей степени касается тех стран, что склонны к усилению роли и значимости религии, преимущественно ислама.

Как следует расценивать положение стран второй модели в целом? Общее для всех них в том, что они в принципе находятся в состоянии определенного равновесия, устойчивой стабильности. Экономика их если и не процветает, то во всяком случае вполне может обеспечить существование страны и народа. В регулярной помощи страны этой модели не нуждаются, и даже есть определенные перспективы экономического роста. Некоторое беспокойство может вызывать демографическая проблема, особенно ощутимая в Индии, крупнейшей из всех стран данной группы. Пока что успехи зеленой революции в Пенджабе и некоторых других районах, развивающихся по западному капиталистическому образцу, позволяют компенсировать резкий рост населения, хотя миллионы все еще находятся в этой стране буквально на грани голода. Естественно, что при любом неблагоприятном повороте событий положение может резко ухудшиться.

От первой модели страны второй модели отделяет определенная дистанция, несмотря на то, что по доходу на душу населения некоторые нефтедобывающие страны (это относится не только к арабским монархиям и Ливии, но и, например, к Брунею) могут соперничать с Японией. Дело не только и не столько в доходе, сколько во внутренней структуре, в динамичности самой модели. Существенна политическая стабильность большинства стран второй модели. Однако в государствах с преобладающим мусульманским населением возможны взрывы национализма и тем более экстремизма, вызревающего на почве фундаментализма. Тенденции к росту фундаментализма в некоторых странах, будь то огромный и достаточно неблагополучный Пакистан, бедная Бангладеш или очень богатые нефтедолларами страны вроде эмиратов и особенно Ливия, могут при некоторых обстоятельствах проявиться, что уже особенно заметно в Пакистане.

 
<<   СОДЕРЖАНИЕ ПОСМОТРЕТЬ ОРИГИНАЛ   >>