Полная версия

Главная arrow Религиоведение arrow ЗАПАДНЫЕ КОНФЕССИИ. ИСЛАМ. НОВЫЕ РЕЛИГИИ

  • Увеличить шрифт
  • Уменьшить шрифт


<<   СОДЕРЖАНИЕ ПОСМОТРЕТЬ ОРИГИНАЛ   >>

Вероучение лютеранства.

Верность лютеранства символам веры и постановлениям соборов свидетельствует о том, что лютеранская доктрина не претендовала на новшества, как это хотели представить в католических кругах. Лютер испытал сильное влияние Августина, Бернара Клервоского и немецких мистиков, учивших, что спасение дается по божественной благодати. Воспитанный в августинианском монашестве, он не желал провозглашать нового вероисповедания. Его стремлением было раскрыть исключительное значение того, что он в христианстве считал истинным, прежде всего — Слова Божьего, открытого в Библии. По Лютеру, символические книги подлежат обоснованию и проверке Священным Писанием и лишь как соответствующие Писанию служат нормой богословия и проповеди. Лютер настаивал на личном отношении человека и Бога, боролся за право каждого христианина свободно читать Библию. Это право могло реализоваться при условии перевода Библии на национальные языки. И Лютер это сделал: Библия была им переведена на немецкий язык. Он объявил Библию единственным источником вероучения, а Предание (преимущественно наследие Отцов церкви) признавал полезным в той мере, в какой оно соответствует Писанию. Таким образом, Лютер заменил авторитет церкви авторитетом Библии.

В основе учения Лютера лежит идея «оправдания верой» грешного человека, предполагающая личное, непосредственное, отношение между ним и Богом. Согласно Лютеру, первородный грех не только повредил природу человека, как учат православие и католицизм, но целиком извратил ее. «Во-первых, мы должны знать, — проповедовал Лютер, — что мы все — дети гнева, и что все наши дела, мысли и рассудок — греховны». Человек, с точки зрения Лютера, в грехопадении утратил саму способность совершать добро. В силу этого человек не может спастись своими заслугами. Спасение может быть только результатом божественного вмешательства, «благодати» как незаслуженного благоволения Божьего человечеству.

Христианство представлялось Лютеру религией избавления от греха, религией спасительной любви, оправдывающей грешника перед Богом. Учение об оправдании одной верой («sola fide») в искупительную жертву Христа, независимо от дел закона (Рим. 3:28) стало важнейшим принципом лютеранства, как и связанные с ним принципы «только Писание» («sola Scriptura»), «только благодать» («sola gratia»). Оправдывающая вера — это безусловное убеждение в отпущении грехов ради заслуг Христа. Она понимается как дар благодати, который не может не производить добра и проявляется в делах христианина. «Во-вторых, мы должны также знать, — требовал Лютер в той же проповеди, — что но своей бесконечной доброте и милосердию Бог послал нам в мир своего единородного Сына, чтобы мы в Него верили, итак, кто в Него верит, будет свободен от греха и дитя Бога».

Когда зарождается вера, пишет Лютер в трактате «Свобода христианина», человека пронизывает ощущение, что все в нем грешно, достойно порицания и проклятия. Вера в Иисуса Христа ведет к становлению новым человеком; грехи прощены и оправданы заслугами Иисуса Христа[1]. «Имеющий веру имеет все». Учение Лютера является христоцентрическим. «Я решил ничего не знать, — писал он, — кроме Иисуса Христа, и притом распятого». Лютеранство основывается на принципе «только Христос» («solus Christus»), а теология Лютера оценивается как «теология

Креста». Иные способы добиться спасения (обряды, аскеза, богоугодные дела и т.п.) считаются несущественными. «Душе, — заявил Лютер, — не легче оттого, что тело украшено священными одеждами проповедника, или обитает в священных местах, или занимается исполнением священных обязанностей, молитв, постов...»[2]. При этом Лютер занял последовательную антиклерикальную позицию но отношению к католической церкви. Имея в виду духовенство, он писал: «Эта должность управляющего, однако теперь превратилась в столь великое проявление власти и столь великую тиранию, что никакая языческая империя или другая земная власть не может быть сравнима с ней...»[3].

По мысли Лютера, божественное откровение достигает человека посредством слов, а не сакраментальными действиями церкви. Что касается добрых дел, то они являются плодом любви к Богу, проистекающей из веры в благовестие Христа. Если католическая церковь выработала для управления мыслью и жизнью прихожан разветвленную систему запретов, предписаний и обрядов под контролем духовенства, то Лютер возложил на каждого верующего человека ответственность не только за соблюдение, но и за понимание Священного Писания, потребовал от него постоянного внутреннего самоконтроля. Согласно Лютеру, церковь — это прежде всего духовная, невидимая общность истинно верующих в Христа, а не внешний иерархический авторитет и сакральная организация.

Особое значение в лютеранстве приобрел принцип всеобщего священства. Всякий христианин, с этой точки зрения, в силу крещения получает и посвящение. Благодать равно дается всем крещеным по вере, а потому в своем отношении с Богом христианин не нуждается ни в каких посредниках, имеет право учить слову Божию, проповедовать его и совершать богослужения. Этот принцип снимает догматическое различие между священником и мирянином. Таинства для Лютера не являются «средствами спасения», тем более средствами, которые можно и нужно оплачивать деньгами. По Лютеру, таинства — это «знаки, свидетельствующие о Божией воле, возбуждающей у людей уверенность в спасении». Лютер защищал вместе с тем учение о реальном присутствии тела и крови Христа в хлебе и вине, освященных во время евхаристии, чем отличался от Цвингли, Кальвина и сближающегося с Кальвином Меланхтона, трактовавших (каждый по-своему) присутствие Христа в евхаристии метафорически. Однако это присутствие Лютер понимал иначе, чем католики, — не как пресуществление (превращение), но как сосуществование евхаристических даров с телом Христа.

  • [1] См.: Лютер М. Избранные произведения. СПб., 1994. С. 27—28.
  • [2] Лютер М. Указ. соч. С. 26
  • [3] Там же. С. 36.
 
<<   СОДЕРЖАНИЕ ПОСМОТРЕТЬ ОРИГИНАЛ   >>