Полная версия

Главная arrow Психология arrow ВОЗРАСТНАЯ ПСИХОЛОГИЯ

  • Увеличить шрифт
  • Уменьшить шрифт


<<   СОДЕРЖАНИЕ ПОСМОТРЕТЬ ОРИГИНАЛ   >>

Период собственно старости.

Через несколько лет после выхода на пенсию социальная ситуация характеризуется следующим: общение происходит в основном с такими же старцами и с членами своей семьи. Некоторые пенсионеры находят для себя новые контакты в общественной деятельности (или даже в продолжающейся профессиональной деятельности).

Для части пенсионеров меняется значение отношений с другими людьми, например, некоторые авторы отмечают, что многие ранее близкие для старика люди постепенно «теряют свою прежнюю интимность и становятся более обобщенными». Вероятно, в последующие периоды старости эта тенденция еще больше усиливается.

Досуговое увлечение становится ведущей деятельностью. Если у пенсионера сложились устойчивые отношения с другими пенсионерами, то определенная общая деятельность может серьезно увлечь их, и тогда они стараются отдавать себя этой новой деятельности без остатка, особенно если такая деятельность представляется старикам общественно значимой.

Например, в наше время многие старики в условиях провалившихся «социально-экономических преобразований» нашли для себя смысл в оппозиционной политической деятельности. Можно но-разному относиться

к их политическим пристрастиям, но важно признать, что эти люди обрели для себя новый смысл жизни, тем более что в своих помыслах они ориентированы на достаточно благородные и светлые идеалы (духовное развитие страны, идеалы социальной справедливости и т.п.). Возникла даже парадоксальная ситуация, когда политическая активность таких пенсионеров вызывает недовольство и осуждение современной молодежи, примерно такое же недовольство, которое вызывала раньше сама молодежь у людей более старшего возраста.

Для большинства стариков подтверждение чувства собственного достоинства — это просто «болезненный пункт», и именно это объясняет навязчивое преувеличение заслуг своего поколения и своих личных заслуг.

Для части стариков в этот период (даже когда здоровье еще достаточно хорошее и нет никаких причин «прощаться с жизнью») ведущей деятельностью может стать подготовка к смерти, что выражается в приобщении к религии, частому хождении на кладбище, разговорах с близкими о «завещании» и т.п.

Личностные новообразования в старости не отличаются разнообразием. Либо эго укрепляющееся чувство собственного достоинства, когда старый человек вопреки всем обстоятельствам находит для себя важный смысл своей жизни, либо это чувство отчаяния, когда такой смысл не находится и старый человек растрачивает свои силы по мелочам, буквально «угасая на глазах». Можно предположить, что причина быстрого старения многих людей не столько в биологическом и физиологическом «износе» организма и даже не в трудных условиях предшествующей жизни, сколько в чувстве своей «невостребованности», «ненужности», а может, еще больше — в неспособности заставить себя уважать и с собой считаться (с соответствующим переживанием такой своей неспособности).

Долгожительство в условиях резкого ухудшения состояния здоровья существенно отличается от старости без особых проблем со здоровьем. Поэтому социальная ситуация характеризуется в основном общением с родными и близкими, а также с врачами и соседями по палате, если старец находится на стационарном лечении или в домах престарелых (в основном старцев передают в такие дома, когда за ними нужен особый уход). К сожалению, в подобных домах такой уход фактически хуже, чем в домашних условиях.

Например, даже в такой благополучной стране, как Франция, 8% здоровых стариков умирают в первую неделю поступления в дома для престарелых, 29% — в первый месяц, 45% — в первые полгода. Государственные дома для престарелых «отличаются плохими санитарными условиями, большой скученностью, жестким режимом, плохо организованным досугом, неквалифицированным медицинским обслуживанием. Многие старики просто спиваются». А что же говорить о России периода тусовочно-криминальных демократических преобразований?

Ведущая деятельность — лечение, стремление хоть как-то бороться с болезнями. Очень часто, стремясь осмыслить свою жизнь, человек как бы «цепляется» за все лучшее, что было (и чего не было) в его жизни. В этом состоянии, когда трудно проявить свои силы и активность, старики общаются с себе подобными (или с врачами). Со стороны психологов, врачей, специалистов-героп- тологов главная помощь — это человеческое участие, выражающееся в умении выслушивать рассказы человека о своей жизни, ведь далеко не каждому суждено написать «мемуары». И даже у многих из тех, кто напишет такие «мемуары», все-таки мало надежды, что кто-то их внимательно прочитает. В этом состоянии человек хочет оставить после себя что-то очень хорошее, значимое, достойное и этим как бы доказать себе и окружающим: «Я жил не зря». А может, и покаяться в чем-то недостойном. Раньше такие исповеди неплохо умели выслушивать священники.

Личностные новообразования связаны с пониманием ограниченности своей жизни, и в то же время с сопричастностью к миру, природе, культуре, обществу, человечеству. Для многих все это выражается в сопричастности к Богу. Человек понимает бренность своей жизни и хочет все в большей степени чувствовать себя частью окружающего мира, космоса, природы, которые вечны. Таким образом человек, понимая конечность своего существования, хочет в чем-то приобщиться к бесконечному. Недаром, именно в старости многие выдающиеся ученые обращаются к Богу, «открывают» для себя Бога.

Долгожительство при относительно хорошем здоровье (примерно после 75—80 лет и старше) может характеризоваться тем, что близкие и родные люди начинают гордиться, что в их семье живет настоящий долгожитель. В какой-то мере эта гордость эгоистична: родные считают, что в их роду хорошая наследственность и что они также долго проживут. В этом смысле долгожитель — символ будущей долгой жизни для других членов семьи. У здорового долгожителя могут появиться новые друзья и знакомые, более того, иногда долгожители, уверовав в то, что «годы им не страшны», начинают флиртовать с некоторыми старушками (и даже с дамами зрелого возраста) и иногда женятся на них. Поскольку долгожитель — явление редкое, то пообщаться с таким старцем стремятся самые разные люди, включая представителей средств массовой информации, поэтому круг знакомых у долгожителя может даже несколько расшириться. Этим и характеризуется социальная ситуация данного возраста.

Ведущая деятельность во многом зависит от наклонностей данного человека, но в любом случае это достаточно активная жизнь (иногда даже с излишествами, характерными для здорового зрелого человека, например выпивки по праздникам, курение и т.п.). Вероятно, для сохранения здоровья важны не только предписания врача, но и само чувство своего здоровья (или «чувство жизни»). Воспитание детей и внуков (правнуков) для долгожителей не становится столь актуальным, как для стариков предпенсионного и пенсионного возраста, так как к этому времени его дети сами становятся пожилыми и старыми людьми и уже самостоятельно хотят воспитывать своих внуков.

Личностные новообразования долгожителя — это чувство собственного достоинства, поскольку человек смог победить старость. Поэтому для многих из них характерны интерес к жизни (а иногда и «жажда жизни»), а также определенная внутренняя гармоничность и даже мудрость. Можно предположить, что важнейшим условием их долголетия как раз и является мудрость, уравновешенный, философский взгляд на все явления жизни.

Положение пожилых людей в обществе обычно рассматривают как следствие урбанизации и индустриализации. Существует ряд культурно-социальных факторов, которые определяют специфику процесса старения и положение пожилых в обществе: владение собственностью и доход, стратегические знания, работоспособность, традиции и религия, ролевая неопределенность, потеря ролей, потеря будущего, взаимозависимость с близким окружением. Эти факторы для каждого человека индивидуальны, поэтому процесс старения уникален для каждой личности. Однако он происходит не только на уровнях личности и группы, но и общества.

Одной из теорий, пытающихся объяснить положение пожилых людей в обществе, является широко распространенная и принятая на Западе теория разобществления, которую впервые обосновали Дж. Розен и Б. Ныогартен, а затем дополнили Е. Камминг и В. Генри. Разобществление — это психосоциальное явление, объясняющееся как природными изменениями психологии стареющей личности, так и воздействием на нее социальной среды. Явление разобществления выражается в изменении мотивации и сосредоточении на своем внутреннем мире и спаде коммуникативности.

Формальное начало этого процесса связано с выходом на пенсию и обнаруживает субъективное и объективное проявление.

Объективно разобществление находит свое выражение в утрате прежних социальных ролей, ухудшении состояния здоровья, снижении дохода, утрате или отдалении близких людей. Субъективно оно выступает в ощущении своей ненужности, сужении круга интересов — сосредоточении их на своем внутреннем мире.

Суть разобществления заключается в том, что с возрастом происходит удаление стареющего человека от общества, причем этот процесс биологически и психологически внутренне присущ и неизбежен. Разрыв между личностью и обществом происходит уже после выхода на пенсию. По инерции пожилой человек продолжает поддерживать старые связи, интересуется тем, что происходит на работе. Затем эти связи становятся искусственными и постепенно прерываются. Количество поступающей к человеку информации уменьшается, круг его интересов сужается, падает активность, в связи с чем ускоряется процесс старения.

Другой теорией, которая пытается объяснить положение пожилых людей в обществе и отношение к ним, является теория модернизации. Не так давно западное общество оставалось неграмотным в культурном отношении, аграрным в экономике, большим в семейной структуре и сельским в расположении. Старших людей было мало, авторитет их был велик. В большой семье старые люди монополизировали власть, в аграрной экономике они контролировали землю. Традиционная культура окружала их почти мистическим ореолом знания и авторитета. Но в начале XX в. революционный процесс, называемый модернизацией, потряс традиционное общество, и эта теория описывает изменение отношений к пожилым людям и их положение как следствие модернизации:

  • • современное здравоохранение увеличило количество старых людей, возраст популяции и ее рабочей части. Ситуация вынуждает к выходу на пенсию и понижает статус пожилых;
  • • современная технология создала новые производства и трансформировала устаревшие, что привело к потере старыми людьми работы, дохода и статуса;
  • • урбанизация привлекла молодых в города, что повлекло за собой разрушение многопоколенной семьи;
  • • рост массового образования и грамотности уничтожил мистический ореол старости в смысле мудрости и знания.

Другая теория, разработанная М. Мид, ставила своей целью объяснить зависимость межпоколенных отношений от темпов научно-технического и социального развития. Она описывает положение пожилых в обществе, связывая межпоколенные отношения с темпом общественного развития и господствующим типом семейной организации. М. Мид различает в истории человечества три типа культур:

  • постфигуративныеу в которых дети учатся главным образом у своих предков;
  • конфигуративныву в которых и дети, и взрослые учатся у сверстников;
  • префигуративпыву в которых взрослые учатся у своих детей.

Постфигуративная культура — такая культура, где каждое

изменение протекает настолько медленно и незаметно, что деды, держа в руках новорожденных внуков, не могут представить себе для них никакого будущего, отличного от их собственного прошлого. Прошлое взрослых оказывается будущим для каждого нового поколения. Постфигуративная культура преобладает, по словам Мид, в традиционном, патриархальном обществе, которое ориентируется главным образом на опыт прежних поколений, т.е. на традицию и живых ее носителей — стариков.

Ускорение технического и социального развития делает опыт прежних поколений недостаточным. В кон фигуративной культуре преобладающей моделью поведения для людей, принадлежащих к данному обществу, оказывается поведение их современников. Для нее типична ориентация не столько на старших, сколько на современников, равных по возрасту и опыту. Конфигуративная культура начинается там, где наступает кризис постфигуративной системы. Этот кризис может возникнуть разными путями: как следствие катастрофы; в результате развития новых форм техники, неизвестных старшим; вслед за переселением в новую страну, где старшие будут считаться иммигрантами; в итоге завоевания, когда покоренное население вынуждено усваивать язык и нравы завоевателей; в результате обращения в новую веру, когда новообращенные взрослые пытаются воспитать в духе новых идеалов, или же в итоге мер, сознательно осуществленных какой-либо революцией, утверждающей себя введением нового образа жизни для молодежи. В результате этих изменений появляется новый фактор — опыт молодого поколения радикально отличается от опыта их родителей, дедов и других старших представителей той общности, к которой они непосредственно принадлежат. В своей простейшей форме — это общество, в котором отсутствуют деды и бабки.

В наши дни рождается, по мнению Мид, новая префигура- тивная культура. Современный темп развития стал настолько быстрым (благодаря новейшим открытиям в области науки и техники), что прошлый опыт уже не только недостаточен, но часто оказывается вредным, мешая новым обстоятельствам, которые сложились в период 40—60-х гг. прошлого века. Прсфигуративная культура ориентирована главным образом на будущее.

Сегодня во всех частях мира у молодых людей возникла общность того опыта, которого никогда не было и не будет у старших. И наоборот, старшее поколение никогда не увидит в жизни молодых людей повторения своего беспрецедентного опыта. Этот разрыв между поколениями является совершенно новым, глобальным и всеобщим.

Описанные зарубежные теории объединяет общее: в них пытаются объяснить ухудшение отношения к пожилым людям в обществе. Хотя речь не идет о негативных стереотипах, ясно, что пожилые люди имеют неудовлетворительное общественное положение. Эти теории являются нс больше, чем гипотезами, которые не получили эмпирического подтверждения. Поэтому пока не выработано общепринятого объяснения положения старых людей и отношения общества к ним.

Основные понятия

Разобществление — психосоциальное явление, объясняющееся как природными изменениями психологии стареющей личности, так и воздействием на нее социальной среды.

Старость — заключительный период человеческой жизни, условное начало которого связано с отходом человека от непосредственного участия в производительной жизни общества, характеризующийся новообразованиями, как и любой другой возраст.

Старение — разрушительный процесс, который протекает в результате увеличивающегося с возрастом повреждающего действия внешних и внутренних факторов и ведет к недостаточности физиологических функций организма. Старение представляет собой постоянно развивающееся и необратимое изменение структур и функций живой системы.

Счастливая старость — случай психической жизни в старости, когда отношение человека к своему старческому бытию но основным линиям соответствует данным этическим категориям. Счастливая старость — особо благоприятная форма старения, находящаяся в одном ряду с другими формами благоприятных и неблагоприятных возрастных изменений высших психических функций.

Список литературы

1. Абрамова, Г. С. Возрастная психология / Г. С. Абрамова. — М. : Издательство Юрайт, 2010.

  • 2. Анциферова, Л. И. Развитие личности и проблемы геронтопсихологии / Л. И. Анцыферова. — М.: Изд-во Института психологии РАН, 2006.
  • 3. Арьес, Ф. Человек перед лицом смерти / Ф. Арьес. — М.: Прогресс, 1992.
  • 4. Бодалев, А. А. Основные акмеологические закономерности человеческой жизни / А. А. Бодалев, В. Т. Ганжин // Мир психологии. — 1999. — № 2.
  • 5. Глухашок, Н. С. Поздний возраст и стратегии его освоения / Н. С. Глуханюк, Т. Б. Гершкович. — М.: Изд-во МПСИ, 2003.
  • 6. Ермолаева, М. В. Психология зрелого и позднего возрастов. В вопросах и ответах / М. В. Ермолаева. — М.: Изд-во МПСИ, 2005.
  • 7. Краснова, О. В. «Мы» и «Они»: Эйджизм и самосознание пожилых людей / О. В. Краснова // Психология зрелости и старения. — 2000. — № 3.
  • 8. Лидере, А. Г. Кризис пожилого возраста: Гипотеза о его психологическом содержании / А. Г. Лидере // Психология зрелости и старения. — 2000. - № 2.
  • 9. Психология развития / под ред. А. К. Болотовой и О. Н. Молчановой. — М.: ЧеРо, 2005.
  • 10. Сорокоумова, Е. А. Социальный интеллект в пожилом возрасте / Е. А. Сорокоумова, А. А. Иванов //Третий возраст: старшее поколение в современной информационной среде. — М.: Изд-во СГУ, 2008. С. 100—105.
  • 11. Сорокоумова, Е. А. Перспективы исследования социального интеллекта в пожилом возрасте / Е. А. Сорокоумова, А. А. Иванов // Известия самарского научного центра российской академии наук. — 2009. — Т. И. — № 4(2). - С. 439-444.
  • 12. Чудновский, В. Э. Становление личности и проблема смысла жизни / В. Э. Чудновский. — М.: Изд-во МПСИ, 2006.
  • 13. Шахматов, Н. Ф. Психическое старение: счастливое и болезненное / Н. Ф. Шахматов. — М.: Медицина, 1996.
  • 14. Эриксон, Э. Личность и кризис идентичности / Э. Эриксон. — М., 1996.
 
<<   СОДЕРЖАНИЕ ПОСМОТРЕТЬ ОРИГИНАЛ   >>