Полная версия

Главная arrow География arrow ГЕОГРАФИЯ МИРА. ТОМ 1. ПОЛИТИЧЕСКАЯ ГЕОГРАФИЯ И ГЕОПОЛИТИКА

  • Увеличить шрифт
  • Уменьшить шрифт


<<   СОДЕРЖАНИЕ ПОСМОТРЕТЬ ОРИГИНАЛ   >>

Советский период (1918-1991 гг.)

После Октябрьской революции 1917 г. и последовавшей гражданской войны отечественная геополитическая мысль разделилась на две ветви: эмигрантскую и советскую. Эти события совпали с распространением в Европе формально нового исследовательского направления — «геополитики» (получившая известность книга Р. Челлена вышла в 1916 г.). Отношение к нему в СССР прошло ряд этапов:

  • 1) 1920—1934 гг. — популяризаторский этап с методологической критикой;
  • 2) 1934—1946 гг. — этап резкой идеологической критики «лженауки»;
  • 3) 1946—1960-е гг. — этап антиамериканской критики «лженауки»;
  • 4) 1970-е — 1987 гг. — этап возврата к методологической критике с марксистских позиций и признания реальности геополитики в капиталистических странах;
  • 5) с 1987 г. — этап «новой геополитики», связанный со стремительным расширением использования геополитических методов, тем и терминологии.

В эмигрантской среде, среди ученых, осевших в Софии, Праге, Белграде, Берлине, возникло новое течение общественно-политической и философской мысли — евразийство. Его идейными предшественниками считаются

Н. Я. Данилевский и К. Н. Леонтьев. Формально движение родилось в 1921 г., когда в Софии вышел сборник «Исход к Востоку. Предчувствия и свершения. Утверждение евразийцев». Авторами сборника и «отцами» движения стали экономист и географ Петр Николаевич Савицкий (1895— 1968), лингвист и этнограф Николай Сергеевич Трубецкой (1890—1938), философ Георгий Васильевич Флоровский (1893—1979), искусствовед Петр Петрович Сувчинский (1892—1985). Их начинание привлекло многочисленных сторонников, среди которых был историк Георгий Владимирович Вернадский (1887—1973). Евразийцы одними из первых стали использовать и сам термин «геополитика».

Целью движения было «создать новую русскую идеологию, способную осмыслить происшедшие в России события и указать молодому поколению цели и методы действия», писал Савицкий. В этом направлении они разрабатывали три основные темы исследований: особенности геополитики и территории России (Савицкий); особая «многонародная нация» (Трубецкой); новая идеология и «идеократическое» государство. Суть евразийской идеи сводилась к тому, что Россия-Евразия («Евразия в узком смысле») — это особый географический и социокультурный мир, отличный как от Европы, так и от Азии. В силу своего географического положения Россия, лежащая на границе двух миров — восточного и западного, — исторически и геополитически выполняет роль культурного синтеза, объединяющего эти два начала. Этому центральному евразийскому миру противостоят окраинно-приморские области, включающие Китай, юг континента и Западную Европу. Некоторые современные исследователи отмечают сходство этой модели с «хартлендом» X. Маккиндера. Но в отличие от идей последнего (см. п. 1.2), евразийцы не проводили жесткого политического противопоставления континентальных и морских держав, «Континента» и «Океана». Вместе с тем приморский мир евразийцами разделялся еще на два — азиатский и европейский. Из двух периферических миров евразийцы отдавали явное предпочтение Азии, считая ее родственницей России. Революцию 1917 г. они восприняли как «исход к Востоку», отрыв от чуждой Европы. Россия поэтому может, по их мнению, возглавить всемирное антиевропейское, антиколониальное движение.

Для обоснования культурного своеобразия России-Евразии евразийцы заимствовали у славянофилов идею локальных культурно-исторических типов, однако во многом и разошлись с ними. В отличие от славянофилов, евразийцы полностью отвергли панславистскую идею и выделили евразийский культурный тип вместо славянского. Они считали, что русская национальность не может быть сведена к славянскому этносу, что в ее образовании большую роль сыграли тюркские и угро-финские племена, населявшие единое с восточными славянами «месторазвитие». Сама же концепция мссторазвития Савицкого стала одной из ключевых в евразийстве. Она оказалась близка развивавшейся параллельно «органической» школе немецкой геополитики. Согласно евразийцам, монголы первыми решили историческую задачу Евразии, положили начало единству этого безбрежного Континента-Океана (или «сухопутного океана»), заложили основы его государственного устройства. Их прямой наследницей и стала Московская Русь, как новое государственное образование.

Характерной для Евразии является пустынно-стенная область, протянувшаяся от Западной Украины до Великой Китайской стены. «Стенная полоса — становой хребет ее истории; тот, кто владел степью, легко становился политическим объединителем всей Евразии»[1]. В новых условиях роль степи во многом стал выполнять Великий Сибирский путь. Евразия мало соприкасается с Мировым океаном, и для нее исключается активное участие в океаническом хозяйстве. Зато естественные богатства Евразии открывают путь к экономической самодостаточности и превращают ее как бы в Континент-Океан. Но евразийское движение просуществовало недолго. С 1926 г. намечается раскол на левое (Париж) и правое (Прага) его крылья. В 1929 г. вышел последний номер газеты «Евразия» (Париж), но движение, благодаря Савицкому, существовало еще до 1939 г.

Идеи евразийцев впоследствии были развиты Львом Николаевичем Гумилевым (1912—1992) уже в СССР. Однако лишь в 1990-е гг. большим тиражом были изданы сразу все его основные труды («Этногенез и биосфера Земли», «География этноса в исторический период», «Ритмы Евразии» и др.). Он дополнил теорию евразийцев учением о «кормящем» и «вмещающем» ландшафте. Но говоря о согласии с выводами евразийцев, он отмечал, что «главного в теории этногенеза — понятия пассиопар- ности — они не знали». По Гумилеву, именно «пассионарные толчки» определили ритмы Евразии и сложный процесс формирования ее целостности. Каждый такой толчок происходил вдоль условных осей, протягивавшихся на тысячи километров. И здесь одновременно возникали новые этносы, причем преимущественно там, где такая ось пересекала стык разных ландшафтов (рис. 2.2). Эти толчки представлялись результатом извержения «избыточной биохимической энергии биосферы», нс поддающегося никакой периодизации. Уровень пассионарное™ проходит ряд фаз своего роста и падения (подъем, акматичсская стадия, надлом, инерция, гомеостаз и обскурация), соответствующих историческим этапам развития этноса, занимая в сумме примерно 1200 лет. Так, он считал Запад находящимся в одной из последних стадий этногенеза.

Базовой геополитической концепцией по отношению к капиталистическому миру в СССР стала работа Владимира Ильича Лепина (1870—1924) «Империализм как высшая стадия капитализма» (1916). В ней обосновывалась идея неравномерности развития капитализма в мировом масштабе, особенно ярко выражающейся в том, что несколько государств (США, Англия, Япония) осуществляют колониальное угнетение большинства населения Земли. Это неминуемо ведет к новым переделам мира и войнам. Он указывал, что для капитала имеют значение не только открытые источники сырья, но и потенциальные. Отсюда выводится стремление к расширению любой контролируемой территории. «Для пас важно, — писал он, — чтобы... сохранялся союз между трудящимися всех наций для борьбы с буржуазией каких угодно наций». Таким образом, идея классовой борьбы переносилась на межгосударственные отношения.

Оси зон пассионарных толчков (по Л. Н. Гумилеву)

Рис. 2.2. Оси зон пассионарных толчков (по Л. Н. Гумилеву)1:

линиями с римскими цифрами обозначены оси пассионарных толчков, происходивших в Евразии в период с XVIII в. до н.э. по XIII в. н.э.; арабскими цифрами обозначены места этногенеза. Так, к IX толчку (XIII в.) относится этногенез литовцев (1), великороссов (2), турок-османов (3) и эфиопов (4). Остальные обозначения см. в первоисточнике

Важным компонентом советской идеологии 1920-х гг. стала доктрина «мировой революции». Ее активным сторонником и пропагандистом стал Лев Давидович Троцкий (1879—1940). В 1926 г. он предположил создание Соединенных Советских Штатов Европы наравне с СССР, что привлечет к себе и народы Азии. Это позволило бы, по его мнению, противостоять США и построить мировую социалистическую федерацию. В 1920-е гг. сформировалось и представление об СССР как острове-крепости. «Наша страна но-прежнему находится в положении осажденной крепости, и будет в нем находиться, пока в мире царит капитал», — писал Михаил Васильевич Фрунзе (1885—1925).

Особенностью военно-стратегической мысли 1920—1930-х гг. было предположение, что тыл буржуазных государств в войне будет крайне неустойчивым, и это умножит возможности Красной Армии во много раз. Источником комплектования армии предполагалось сделать пролетариат всего мира независимо от национальности. Эта концепция частично была возобновлена в 1960-е гг. В ряде статей утверждался контроль политики за ходом возможной ядерной войны: классовый характер западных государств якобы приведет к внутреннему конфликту классов и принудит капитал прекратить войну. Против подобных упрощений еще в 1920-е гг. резко выступил военный теоретик Александр Андреевич Свечин (1878—1938).

С конца 1960-х гг. ВМФ[2] [3] СССР вошел в период своего апогея. За всю историю России флот впервые стал действительно океанским. Это преобразование связывается с именем адмирала Сергея Георгиевича Горшкова (1910—1988), занимавшего пост главнокомандующего более 30 лет. Он активно выступил против концепции флота как помощника армии, подчеркивая роль ВМФ в мирное время как сдерживающего фактора в международных конфликтах в различных районах мира. К его заслугам принадлежит и разработка понятия «морская мощь государства», в которое он включал, подобно Мэхану, не только ее важнейший компонент, ВМФ, но и все средства освоения Мирового океана, включая торговый флот.

Геополитические исследования, особенно в общественно-политической сфере, на протяжении всей советской истории были подчинены идеологическим установкам партийных лидеров. С 1930-х гг. И. В. Сталин стал проводить тезис об обострении классовой борьбы в ходе строительства социализма, что отразилось и во взглядах на международную политику, в которой предполагалась жесткая поляризация и фактически идеологический детерминизм. На XX съезде КПСС (1956) Н. С. Хрущев снял тезис о неизбежности новой мировой войны и провозгласил политику мирного сосуществования. Но так как идея классовой борьбы не отвергалась, то «мирное сосуществование» стало пониматься как его разновидность, т.е. подрыв капиталистических режимов изнутри.

В брежневский период (1964—1982) внешнеполитические приоритеты несколько изменились. Прежнее понимание мирного сосуществования как «генеральной линии» внешней политики СССР стало расцениваться как «волюнтаристская интерпретация» ее основных принципов. На первый план вышли задачи укрепления системы социализма и поддержка национально-освободительных движений в странах Азии и Африки. После акции стран Варшавского договора в отношении Чехословакии (1968) внешнеполитические принципы СССР на Западе получили название «доктрины Брежнева», или «доктрины ограниченного суверенитета». Она нашла отражение в событиях в Венгрии, Польше и в какой-то мере в Афганистане. На самом деле эта доктрина была провозглашена еще в 1920-х гг. в качестве принципа «пролетарского интернационализма», подразумевающего совместную борьбу с контрреволюцией. Неотъемлемым компонентом реальной «доктрины Брежнева» оставался и принцип мирного сосуществования.

Но геополитическая мысль развивалась и в научном сообществе, причем в 1920-х — начале 1930-х гг. — зачастую вопреки марксистским догмам. Так, экономистом Николаем Дмитриевичем Кондратьевым (1892—1938) на основе эмпирического материала была выдвинута концепция «длинных волн» («больших циклов») мировой экономической конъюнктуры длительностью 40—60 лет (см. также гл. 1). Кондратьев отмечал связь больших военных конфликтов и революций с восходящими фазами цикла. Фаза роста часто начинается с войны. Вершина цикла также сопровождается военной активностью, но она непопулярна и подрывает экономические силы всех сторон конфликтов. Вторая половина фазы снижения характеризуется поляризацией общества, национализмом, возведением таможенных барьеров. Концепция «длинных волн» была воспринята на Западе и использовалась там для построения геополитических моделей.

Следует упомянуть концепцию гелиотараксии, разработанную представителем философской школы «русского космизма» и основателем гелиобиологии Александром Леонидовичем Чижевским (1897—1964). Он писал, что явления общественной и международной жизни происходят тогда, когда им благоприятствуют как социально-политические, так и физические факторы. Один из последних — деятельность Солнца. Ее максимумы стимулируют объединение народных масс и их активизацию, причем важны не только многолетние, но и месячные, и суточные колебания, а также фазы активности. В критических точках малейшего изменения политической конъюнктуры достаточно для изменения всей существовавшей ранее системы. В 1930-е гг. Чижевскому пришлось отказаться от развития данной концепции, вступившей в противоречие с официальной идеологией.

Важным вкладом в геополитику стало разработанное Владимиром Ивановичем Вернадским (1863—1945) учение о ноосфере. Внимание к геологической и геохимической деятельности человечества привело его к мысли о новой фазе эволюции биосферы — ноосфере (от греч. «vooq» — разум). Наиболее полно представления Вернадского о ноосфере изложены в работе «Научная мысль как планетное явление», опубликованной лишь в 1977 г. В его трудах указан ряд условий, необходимых для становления ноосферы. Среди них: единство человечества, обусловленное развитием средств коммуникации и созданием сходных форм цивилизации, усилением связей между всеми государствами планеты; расширение границ биосферы и выход в космос; увеличение роли народных масс в решении вопросов политики; исключение войн из жизни общества. Последнее условие Вернадский считал особенно важным для создания и существования ноосферы.

Особенностью советских геополитических исследований этого периода стала обращенность открытых публикаций на зарубежную тематику. Методологической основой исследований стал идеологизированный экономический детерминизм на основе марксизма. Новая парадигма политической географии обусловила развитие геополитической мысли по следующим основным темам.

  • 1. Политическая карта мира и ее развитие в результате соперничества и переделов мира между ведущими капиталистическими державами (В. Э. Ден, А. И. Витвер, Б. Н. Семевский и др.).
  • 2. Типология стран мира (Ю. Д. Дмитриевский, В. В. Вольский и др.). Эта тема разрабатывалась на основе биполярного раздела мира. При этом страны капиталистической системы различались по степени развитости капитализма и колониальной зависимости. Но еще в довоенный период базовая типология стран была разработана Коминтерном.
  • 3. Территориально-политическое выражение межимпериалистического соперничества и колониализма (В. В. Вольский, А. Г. Милейковский, В. С. Ягья и др.). Рассматривались, например, такие аспекты, как борьба за передел мира, ресурсов и Западной Европы, «тихоокеанская проблема», борьба Англии и США за господство в Америке и др. Эпицентром исследования этих вопросов стали общественно-политические науки и занимающиеся ими организации (Институт мировой экономики и международных отношений, Коммунистический университет и др.).
  • 4. Политизация (территориально-политическая оценка) экономико- географического материала с ярко выраженным антикапиталистическим оттенком (экономический кризис капитализма и нарастание революционного движения, важнейшие межимпериалистические противоречия, классовый состав, политические партии и др.). Процесс все большей политизации экономической географии способствовал становлению политической географии как самостоятельной науки.
  • 5. Идеологизированная критика западных геополитических концепций, их методологии, идеологии, прикладных функций. В этом направлении можно увидеть отдаленный аналог возникшей на Западе в конце 1980-х гг. «критической геополитики».
  • 6. В рамках политико-географического страноведения развиваются и некоторые геополитические темы, в частности политико-географическое положение отдельных государств, география рабочего движения, география национальных отношений. В разработку теоретических и методологических принципов политико-географического страноведения в 1960— 1970-х гг. большой вклад внес И. М. Маергойз (1908—1975).

  • [1] Евразийство (опыт систематического изложения) // Мир России — Евразия. М., 1995.С. 258.
  • [2] Гумилев Л. Н. Этногенез и биосфера Земли. Л., 1990. С. 342.
  • [3] ВМФ — военно-морской флот.
 
<<   СОДЕРЖАНИЕ ПОСМОТРЕТЬ ОРИГИНАЛ   >>