Б. Изолирующий характер картографического изображения

Карта пользуется — как мы это исследуем еще подробнее — частью точечными и линейными обозначениями, частью покрывает пространства красками и разного рода штриховкой. На топографической карте рельеф требует, как только мы выходим за пределы трудно разбираемых горизонталей, оттенения посредством штриховки или оттушовки (отмывки) склонов, для обозначения сравнительной высоты употребляется раскраска или штриховка ступеней высот. На многих специальных картах на эти обозначения рельефа накладываются еще особые знаки для обозначения леса, лугов и т. д. Для обозначения государств теперь по большей части уже не применяют сплошной окраски территории, но все-таки не довольствуются и тонкой пограничной линией, а проводят по границам более широкую цветную полосу. К сожалению надписи, которых нельзя избежать, занимают очень много места. К этому прибавляются мелкие кружки и квадраты населенных мест, линии рек и дорог, которые теснятся и мешают друг другу, каждый из них страдает из-за обилия остальных.

Еще больше, чем топографические карты, бывает нередко «перегружены» и многие другие карты, на которых характеристика поверхностей, как, например, геологический состав или растительный покров, или распространение народов изображаются красками и их оттенками. Там рядом с цветным фоном, или, вернее, под ним или над ним, едва хватает места для черных обозначений рек, дорог, населенных мест и тем более для линий высот. К сожалению соединить с этим наглядное изображение рельефа путем штриховки или раскрашенных ступеней высоты или же связать на одной карте две различные расцветки, например, геологическую и фитогеографическую, почти невозможно. Карта всегда должна ограничивать себя. Если топографическая карта выхватывает известное количество предметов из различных царств природы, которые покрывают поверхность и обусловливают ее картину, то физико-географические и антропогеографические карты с самого начала ограничиваются немногими предметами. Карта по самой своей сущности есть изолирующее изображение.

Изолирование может быть трех родов.

Первый и самый важный род изолирования — это вещественное изолирование (изолирование содержания), т. е. ограничение одним явлением или немногими кругами явлений, будь то форма поверхности, геологический состав, температура, растительность или что- нибудь иное. Не только каждое царство природы, но каждая возможная категория явлений требует своего особого картографического изображения, но конечно их можно иногда соединять по нескольку на одной карте. Особенно далеко заходит это вещественное изолирование в географии растений и животных, а также в экономической географии, когда отдельным растительным и животным сообществам или отдельным отраслям хозяйства посвящаются особые карты.

Второй род — это пространственное изолирование. Можно изобразить состав почвы верхнего слоя поверхности или строение твердой породы на некоторой глубине, температуру на земной поверхности или температуру атмосферы на некоторой высоте, температуру поверхности моря или температуру на определенной глубине или на дне его. Для каждой из этих задач необходима особая карта. Только в линейных разрезах, в профилях, можно наглядно изобразить лежащие на разной высоте друг над другом состояния, а вместе с тем и все вертикальное строение; поэтому было бы целесообразно чаще прибегать к изображению профилей. Но при этом нужно остерегаться одной опасности. Незначительность вертикальных размеров по сравнению с горизонтальными сильно искажает, особенно при мелких масштабах, представление о высотах, и если это иной раз не вредит, то в других случаях, особенно когда речь идет об углах падения горных склонов, могут получиться очень неправильные представления.

В-третьих, при некоторых явлениях надо принимать в расчет временные изменения, будь это колебания или поступательные изменения. Особенно это относится к климату. Временное изменение, как таковое, может быть изображено только кривыми или диаграммами, которые ограничиваются одним пунктом (Ort) или одной местностью (Gegend); карта может давать или состояние одного определенного момента времени (действительного или среднего) или общую картину всего временного процесса в целом. Синоптические карты погоды вычерчиваются каждый день заново. Климатологические карты средних величин требуются, собственно говоря, тоже для каждого дня и часа, и только из практических соображений приходится удовлетворяться средними за большие промежутки времени. Первоначально считавшиеся удовлетворяющими своей цели годовые изотермы давно оказались недостаточными, даже потеряли всякую ценность, благодаря признанному значению годовых колебаний температуры, но и изотермические карты обоих крайних месяцев удовлетворяют только грубому изображению климата; теперь все больше и больше переходят к вычерчиванию изотерм для всех месяцев. К этому необходимо прибавить карты высших и низших или средних за несколько лет температур (абсолютные и относительные максимумы и минимумы), а также карты дневных и годовых амплитуд температуры и т. д., что может до известной степени полно представить картину изменяемости условий температуры. Для того, чтобы охватить ход погоды во времени на одном пункте в его характерном своеобразии, можно установить типы погоды и нанести на карту их распространение; таким способом построены карты распределения осадков по временам года; и по-видимому можно было бы рекомендовать почаще применять: этот способ изображения.

Из изолирующего характера картографических изображений вытекает одно очень важное следствие для оценки их значения и практического пользования ими. Отдельная карта может проследить какое- либо явление по стране, по части света или по всей земле, но оно будет всегда выхватывать только одно или несколько явлений, ей не надо охватить всей совокупности явлений, собранных на одном месте, которые только вместе взятые и определяют сущность местности или ландшафта. Карта служит, таким образом, преимущественно для той формы географического рассмотрения, которая в своем чистом виде характерна для общего землеведения и даже при ограничении поля изучения одной страдой сближается с общим землеведением. На топографических картах это не так заметно, потому что они соединяют предметы различных царств природы; они также могут служить основанием для хорологического изучения в тесном смысле слова, т. е. показывать связь явлений какого-либо места. Напротив, у геологических, климатологических, фитогеографических и других специальных карт эта возможность ограничена. Можно было бы изобрести диаграммоподобные рисунки — насколько мне известно, такие рисунки еще никогда не рисовались, — которые представляли бы в проведенном по стране поперечном разрезе различные царства природы и ряды явлений друг над другом. И все-таки отдельная карта никогда не может дать всесторонней хорологической характеристики; для этого нужна целая серия карт. Однако параллельно рассматривать можно всегда только ограниченное число карт, две или, в крайнем случае, три или четыре, рисуя их на прозрачной бумаге и накладывая друг на друга, чтобы таким путем охватить пространственное сосуществование и взаимную зависимость различных явлений. Поэтому-то при одностороннем изучении карты хорологическая точка зрения легко теряется. У климатологических карт, где изолирование должно заходить дальше всего из-за изменения явлений во времени, особенно легко возникает опасность, заключающаяся в том, что климатологическая концепция, вместо того чтобы охватить климат как целое, затеряется в отдельных климатических явлениях и их формах в различные моменты времени.

До известной степени эти недостатки могут быть устранены картами, которые, отбрасывая отдельные подробности, объединяют разные ряды явлений в одну общую картину. При этом на помощь приходят кривые хода во времени и диаграммы вышеуказанного рода. Но здесь же должно вступать в свою роль текстовое пояснение, которое может помочь охарактеризовать местность, ландшафт, страну во всем ее своеобразии одним предложением, иногда чуть ли не одним словом.

Еще больше теряется не только хорологический, но вообще географический характер на картах, изображающих различные растительные, животные и хозяйственные объекты, у которых вещественное изолирование заходит дальше всего. Эти карты имеют непосредственно только ботанический, зоологический или экономический интерес. Косвенно они полезны и для географии постольку, поскольку из них могут выводиться законы размещения, но для характеристики местностей и ландшафтов они мало пригодны. Для этого наши знания должны быть перелиты в другие формы, должны создаться флористические, фаунистические и экономико-географические понятия, которые относились бы не к отдельным предметам, а к характеру заполнения пространства.

 
Посмотреть оригинал
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ   ОРИГИНАЛ     След >