Б. Методы изображения

Точкообразные предметы могут, сообразно своему роду, восприниматься качественно. Как мы уже упоминали, речь идет не о точках в строгом смысле слова, а о плоскостных изображениях малого размера, для которых их фигура безразлична или у которых таковая не может быть изображена из-за масштаба. Из числа человеческих поселений сюда относятся, при большом масштабе карты, только отдельные дома, при более мелком, напротив, все деревни и более мелкие города, при еще более мелко — также и средние и большие города, поскольку они не рассматриваются количественно, т. е. по числу жителей. Кроме карт самого большого масштаба могут рассматриваться как точки также и каменоломни, рудники и пр., местонахождения редких растений и животных, или минералов и горных пород, места возделывания растений и расположения промышленных предприятий. На синоптических картах погоды часть явлений погоды, хотя бы речь шла на самом деле об явлениях, относящихся к той или иной площади, наносится ради удобства в виде точек, в качестве свойства наблюдательных станций.

Применяемые для точкообразных предметов символы являются также точками или скорее площадями весьма малого размера, форма которых или заполнение или окраска обозначают изображаемое свойство. Выбор этих обозначений является скорее вопросом картографической техники, чем научной логики, и не требует дальнейших объяснений. Конечно применение точкообразных символов не дает наглядного изображения. Но при этом речь: идет об явлениях, которые и в действительности имеют форму точек и не могут быть обозримы с одного взгляда. Изображение населенных мест на топографических картах также не наглядно. Но именно необозримость и дает в этом случае верное представление о действительности. Обозримость может быть достигнута по отношению ко множеству отдельных предметов только путем обобщения, сопровождающего переход к более мелкому масштабу.

Если желательно на одной карте изобразить много различных предметов и приходится поэтому некоторые пункты отмечать по нескольку раз, например отмечать несколько раз один и тот же город, как местонахождение различных производств, то надо ставить около него несколько значков. Но от этого страдает не только верность изображения, так как значок придется ставить не в данном месте, а около данного места, но также и удобство чтения. Особенно часто пересаливают с этим нагромождением значков на экономико-географических картах. Чтобы избежать такого нагромождения, следует переходить к более общим родовым понятиям, например объединять полотняное, хлопчатобумажное, шерстяное и шелковое прядение и ткачество в общем понятии текстильной промышленности. Несомненно это будет сделано за счет богатства содержания карты, но какая польза в полноте обозначения, если они не могу быть восприняты?

Если карту с изображением точкообразных предметов приходится сводить и более мелкому масштабу, то обобщение может быть произведено двумя способами. С одной стороны, производят отбор: менее важные или менее интересные предметы опускают и сохраняют только более важные и интересные. Таким способом топографическая карта обобщает населенные места. Но можно также слить вместе несколько отдельных предметов, образовать комплекс или коллективный предмет или представить вместо отдельных рудников горнопромышленный округ, вместо отдельных кофейных плантаций кофейный район, соединить несколько отдельных залеганий базальта в одно и т. д. Таким образом, вместо действительных пунктов обозначают области, внутри которых встречаются эти пункты и тем самым незаметно переходят к изображению площадей. Если при этом учитывают величину или частоту изображаемых предметов, то изображение получает уже количественный характер.

Несколько иначе строится изображение в том случае, когда требуется передать не род и качество предметов, а их величину или интенсивность, а также число, одним словом, количественную сторону. Сюда относятся изображения человеческих поселений по количеству жителей или количества добываемой на каком-либо руднике или в каком- либо горнопромышленном округе руды или каменного угля, размеры ввоза или вывоза, число входящих и выходящих судов для какой-либо гавани и многое другое. Температура и количество осадков, зарегистрированные на какой-либо метеорологической станции, могут быть представлены подобным же образом.

Изображение и здесь пользуется значками точечного типа. Но так как здесь дело идет о количественных данных, то придется придавать меньше значения их форме, чем их величине или их интенсивности, выраженной окраской или шрафировкой, форма до некоторой степени может быть приноровлена к действительному очертанию изображаемого предмета. На этом принципе составляются, например, основные карты статистики населения. Их упрекают в том, что они мало обозримы, но этот упрек с тем же правом можно направить и по отношению ко всем топографическим картам. На основной карте статистики населения изображаются, как и на картах топографических, все отдельные человеческие поселения; разница заключается только в том, что одни имеют предметом само поселение, другие — число жителей. Как можно требовать от карты, чтобы она была хорошо обозримой, когда само изображаемое явление таковым не является. Высокая степень обозримости получается только в результате обобщения.

Связанное с уменьшением масштаба обобщение происходит опять- таки двумя способами. Один из них это отбор: ограничиваются более крупными поселениями, важнейшими гаванями и т. д. Но этот способ обобщения односторонен, потому что он считается только с более крупными предметами, а мелкие, напротив, откидывает. Если важно не столько отдельное место жительства, сколько количество жителей определенной местности, не столько отдельный рудник, сколько сумма продукции какого-либо округа, то иногда можно соединять точки вместе, отдельные дома свести в населенную местность, суммировать продукцию отдельных рудников и таким образом создавать точки, которые уже не соответствуют конкретной действительности. С другой стороны, можно, а при дальнейшем уменьшении даже должно, не считаться совсем с отдельными точками и представлять себе количество жителей или размеры продукции или другие количественные свойства распределенными на площади. Этот мысленный процесс соответствует оптическому; если смотреть на карту с большего расстояния, то отдельные точки сплываются, за исключением наибольших, в серую площадь, давая более светлый или более темный оттенок в зависимости от количества и величины точек. Количественное изображение совокупности значков точечного типа сводится, таким образом, при переходе на меньший масштаб к количественному изображению площади.

Между изображением совокупностей значков типа точечного и типа линейного едва ли есть принципиальное различие; по отношению к линиям мы также должны различать качественное и количественное изображение.

К линейным изображениям, которые обыкновенно имеют качественный характер, относятся главным образом реки и дороги. При этом безразлично, рассматриваем ли мы их как принадлежности земной поверхности или имеем больше в виду течение воды и перевозки: линейные движения, если они даже не оставляют следов на земле, могут быть представлены так же, как линии, воспринимаемые чувствами, видимые глазу. Самое изображение осуществляется посредством линий или узких обрамленных двойными линиями полосок, заполненных, по большей части, черной или цветной краской. Для того, чтобы различать природные особенности, например различное устройство дорог или род транспортных средств, можно пользоваться линиями разного вида — прямыми или извилистыми, сплошными или пунктирными — или же различными способами заполнения двойных линий.

Разной формой линии — прямой или извилистой, сплошной или пунктирной — или разной окраской полоски между двумя линиями можно передать качественные различия изображаемого предмета, скажем, род дороги или транспорта.

При малом масштабе мелкие или менее значительные реки опускаются. По особенности линий можно изобразить, пользуясь родовыми понятиями, квалифицируя, например, целую местность по общему характеру ее рек или дорог и транспортных средств и переходя, таким образом, к изображению состояния целых площадей.

Количественное изображение линейных фигур становится необходимым в тех случаях, когда мы пожелаем охарактеризовать реки по количеству воды или по быстроте течения или дороги по углу подъема или размеру движения. Средством изображения может служить разная ширина полос, разная степень полноты или густоты их окраски. И здесь также при уменьшении масштаба по большей части довольствуются опущением более мелких рек и дорог и упрощением рисунка более крупных; в некоторых случаях несколько линий соединяют в одну и лишь в редких случаях прибегают к равномерному распределению их по площади.

Гораздо большее значение имеет изображение площадей. Из числа предметов топографических карт форму площади имеют только рельеф и растительный покров, на других же картах плоскостные явления выступают всецело на передний план. Явления, рассматриваемые с близкого расстояния или изображаемые в большом масштабе, кажутся отдельными точками и линиями, как, например, штандорты растений и животных или минеральных залежей и промышленных предприятий, при взгляде же издали сливаются вместе и кажутся лишь вариациями плоскости, а потому при малом масштабе должны рассматриваться как ее свойства. Различия между плоскостями могут быть различиями качественного порядка или различиями в степени интенсивности; поэтому и здесь придется различать качественное и количественное изображение.

К числу качественных явлений будут относиться, например, геологический состав твердой земной коры с различением отдельных горных пород и ступеней возраста, типы форм поверхности, растительный мир, как по его образу жизни (растительность), так и по его систематическому составу (флора), состав населения по расам, народам, религиям (эти явления можно охватить и с чисто качественной стороны), характер народного хозяйства, в частности — сельского. Области, в пределах которых встречаются те или иные виды растений и животных или добываются те или иные продукты, также могут рассматриваться как площади с определенными особенностями. Предпосылкой для картографического изображения является классификация на основе родовых понятий; так, например, выполнение геологической карты может начаться только тогда, когда материалы твердой земной коры распределены по их составу и геологическому возрасту и классифицированы. Классификация может ограничиваться отдельными свойствами или же, наоборот, охватывать их в совокупности, она может быть чисто описательной или генетической; но классификация должна быть дана, и ценность карты зависит прежде всего от того, насколько хорошо проведена классификация. Но полученные классификации для картографического использования должны иногда изменяться, а именно упрощаться, потому что карта располагает для изображения различий лишь ограниченным количеством средств в виде красок и формы рисунка. Понятия, которые мы условились различать, должны быть пространственными понятиями и выступать раздельно, чтобы их можно было выделить на карте. Поэтому, например, карта растительности будет изображать не формы растительности, а растительные формации, карта флоры — не распространение отдельных семейств, а флору, т. е. особые группировки известного количества семейств. Поэтому геологическая карта малого масштаба не может быть картой горных пород. Если явления чередуются между собой настолько пестро, что при данном масштабе их трудно отделить друг от друга, то либо приходится образовывать комбинированные понятия, например, заменять несколько растительных формаций одной растительной областью, либо объединять мелкие деления в более крупные на самой карте посредством заштриховки или обведения пунктиром, как это часто делается на картах народов и религий; но таким путем можно объединять лишь небольшое число классов явлений, чтобы не слишком уж пострадала показательность карты.

Применять ли для изображения площадей окраску, штриховку или пунктировку, — это вопрос не метода, каким делает его Эккерт, а вопрос лишь техники или расходов. Краски производят большее впечатление и яснее, но дороже, вследствие чего их в практике часто избегают. При выборе красок иногда подражают природе, например, воду закрашивают голубой краской, льды и снег — белой, лес — зеленой, пустыни — коричневой, но по большей части подбор красок бывает условным и образует естественную градацию — скажем в последовательности цветов спектра (например, для изображения геологических возрастов); иногда применением сходственных красок подчеркивается естественное сродство и самих изображаемых предметов.

При переводе карты на меньший масштаб употребляются оба главных способа обобщения. Очертания фигур упрощаются, более мелкие отбрасываются или объединяются. Должна также упрощаться классификация; менее важные различия уничтожаются и от низших родовых понятий переходят к высшим. При этом надо, однако, обращать внимание на то, чтобы эти высшие понятия вообще сохраняли еще географическое значение; так, например, при изображении геологических возрастных ступеней географический смысл изображения теряется в тем большей мере, чем большие промежутки времени будут браться за один период.

За состояния различной интенсивности или количества принимаются в картографии, например, высота атмосферного давления, высота температуры, количество осадков, сила ветра, быстрота морских течений, физические условия вод. За различия интенсивности принимаются также возвышения и углубления твердой земной коры, и их изображение поэтому совпадает с изображением вышеназванных явлений. Сюда же относится изображение изолированных пунктов линий или небольших площадей в тех случаях, когда дело идет уже не об изображении отдельных предметов, как таковых, и изображаемые предметы рассматриваются лишь в качестве признаков самой площади, т. е. как плотность или как-нибудь иначе. Эта фикция при большом масштабе карт, когда отдельные объекты можно еще хорошо различить, неестественна: карты плотности населения в большом масштаб — нелепость; они вступают в свои права только при малом масштабе, при котором отдельные скопления населения уже исчезают; для более крупных населенных мест этот момент наступает позже, чем для отдельных дворов и деревень. Затруднение заключается в выборе и отграничении тех территориальных единиц, к которым будут относиться определенные показатели плотности; в качестве общего правила можно установить, что при выборе и отграничении территориальных единиц не надо руководиться посторонними существу дела обстоятельствами, как, например, административным делением, и не торопиться со схематизацией, а наоборот привлечь к использованию все сведения о действительном распределении.

Уровень фактических знаний по каждому из вышеназванных явлений весьма различен, и это различие для картографа чрезвычайно важно. Лишь для некоторых из этих явлений плотность известна по всему пространству земли или по большей ее части, так что можно сразу приступать к картографированию. В сущности это можно сказать только о высоте уровня твердой земной поверхности в тех областях, где были произведены точные съемки. Глубины озер и морей мы знаем по большей части только из отдельных более или менее пусто расположенных пунктов измерения, давление, температуру и осадки — из наблюдений отдельных станций. Вследствие этого картографирование этих явлений в качестве необходимой предпосылки требует охватывающего все пространство гипотетического восполнения и конструкции, как мы это уже разъяснили, говоря об общих свойствах картографического изображения.

Количественное построение может направить внимание либо на равенство интенсивности, либо на градацию интенсивности. В первом случае применяют линии равной интенсивности или линии равного цифрового выражения, для которых в разговорном языке употреблялось не особенно удачное с литературной точки зрения выражение «изаритмы»; можно также подбирать разные классы плотности, которые затем и выделять разными красками или разными оттенками. Изображение при помощи линий особенно уместно там, где в изменении интенсивности явления наблюдаются постепенные переходы. Первыми из таких линий были линии высот и глубин (изогипсы и изобаты). Гауе дал линию равного магнетического отклонения, а Гумбольдт — изотермы, и с тех пор входят в употребление все новые и новые подобного рода линии. Способ их составления вряд ли требует дальнейших объяснений. При уменьшении масштаба отдельные линии упрощаются, и из всего числа линий остаются только главные. На картах всей земли остаются только самые общие черты в распределении интенсивности изображаемого явления. Вместо непосредственной действительности можно изображать также и абстракции или, вернее сказать, фикции; так, при изображении давления воздуха и температуры обыкновенно элиминируют влияние высоты, приводя ее к уровню моря.

В качестве дополнения к линейному рисунку вводится также раскраска и оттушевка, имеющие целью сделать различия в интенсивности более заметными. Раскраска получает самостоятельное значение, если в распределении интенсивности не замечается резких ступеней или если дело не в этих ступенях, а в том, чтобы выявить часто наблюдающиеся резкие различия и противоположности. Особенно это относится к плотности населения и вообще к средним цифрам, которые часто, например, у границ между горами и равнинами непосредственно подходят друг к другу в резко различном выражении. При расцветке важен выбор красок. Иногда соседним ступеням придается резко различная окраска, а далеко лежащим друг от друга, напротив, — сходная. Это противоречит действительности. Удобнее употреблять оттенки одной краски и ряда сходных красок, например, в порядке спектра или по законам пластики высоты.

Другая точка зрения, а именно точка зрения ступеней (die Abstufung) имеет значение лишь для некоторых явлений. При вычерчивании рельефа изображение склона посредством шрафировки или тушевки имеет одинаковое право наряду с изображением рельефа при помощи изогипс; крутизна склона (или градиент) важна также и при изображении давления воздуха, потому что от этого зависит сила ветров. Когда такие карты сводятся к меньшему масштабу, приходится отдельные конкретные градиенты заменять средними. Любое картографическое изображение подходит под один из этих способов. Но они указывают только основные направления работы; в отдельных случаях возможны изменения, кроме того постоянно нужно заново ставить вопрос о целесообразном оформлении изображаемых географических понятий, эти последние должны соединять простоту выражения с богатым научным содержанием, чтобы быть одновременно картографически изобразимыми и научно ценными. Ответ на эти вопросы не является, однако, задачей теории картографии, а относится к содержанию различных частных дисциплин географии. Переходя теперь к рассмотрению картографических изображений в различных частях географии, мы должны будем при этом каждый раз предпосылать этому рассмотрению анализ образования самых понятий данной дисциплины. Само собой разумеется, что мы при этом сможем учесть только наиболее общее и важное.

 
Посмотреть оригинал
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ   ОРИГИНАЛ     След >