Реформы и перспективы развития административных систем Японии и Южной Кореи.

Факторами, определившими специфику реформирования государственного управления в Японии и Южной Корее, явились: сильное поликультурное влияние, оказываемое на протяжении их истории сначала со стороны конфуцианского Китая, затем со стороны Западной Европы и США, высокая интегрированность японского и южнокорейского обществ, а также исключительная роль государственной бюрократии в период послевоенного индустриального роста этих стран (именно государственные чиновники выступили здесь в роли ключевых агентов изменения).

В Южной Корее факторами неэффективности стали растущая напряженность между персоналом и менеджментом предприятий, неравномерное распределение доходов между регионами, отставание в развитии инфраструктуры, экологические проблемы и т. д. Уменьшение действия этих факторов оказалось связано не только с решением проблемы экономической эффективности государственного управления и повышения качества жизни, но также и с проблемой консолидации демократии. При этом решение второй проблемы представляется обязательным залогом решения первой, так как за основу принимается гипотеза о том, что «демократия может не быть необходимым условием для индустриализации, но она является таковым для социального и политического благополучия людей в постиндустриальную эпоху» [Конг, 1998, 61—62]. Исходя из этой гипотезы предлагаются следующие предпосылки эффективного государственного управления, применимые как к южнокорейской, так и к японской административной системе: административный профессионализм, административная автономия и политическая нейтральность, репрезентативный состав администрации, формирование инновационного климата, прозрачность административной деятельности и взаимодействие культур.

В целом направления административных реформ в этих станах совпадали с европейскими и американскими. Это — приватизация объектов государственной собственности, применение рыночных методов управления, делегирование широких полномочий и ответственности на нижние уровни управленческой иерархии и др. Однако адаптация опыта и образцов западных административных реформ носила и в Японии, и в Южной Корее постепенный, сбалансированный характер. Этот опыт не принимался безоглядно, а долго и подробно изучался. Изучался также и собственный опыт послевоенной модернизации экономики. В результате осуществлялась не практика навязывания целей административных реформ и способов их достижения (как, например, в США или Великобритании начала 1980-х гг.), а практика выработки компромиссных решений на всех уровнях, затронутых реформой.

Особенности политико-административного реформирования в Японии характеризуют следующие ключевые моменты:

  • • переговорный характер выработки особо значимых решений (разработка программы реформ проводилась на основе консенсуса потенциальных сторонников и противников рыночного характера реформ, участвовавших в работе комиссии Ринко);
  • • сравнительно медленные темпы осуществления программы реформ;
  • • широкое вовлечение общественности в обсуждение характера преобразований;
  • • преобладание личностного фактора над индустриальным в осуществлении реформ (например, залогом успеха реформ многие исследователи считают высокую степень доверия и популярности, которой обладал премьер-министр Японии С. Накасонэ, сумевший благодаря личным контактам собрать работоспособную команду единомышленников).

В Южной Корее серьезные административные реформы начались в 1997 г., когда президент Ким Дэгджун представил комплексную программу реформ, необходимых для преодоления экономического кризиса. Помимо чисто экономических преобразований (как-то увеличения государственного валютного фонда, реструктуризации экономики, ликвидации неэффективных коммерческих банков), были предложены меры, совершенствующие систему государственного управления. К ним можно отнести приватизацию и коммерциализацию государственных предприятий (к концу 1998 г. было приватизировано пять крупных корпораций), а также децентрализацию и сокращение управленческого аппарата (всего около 60 тыс. служащих) [Курбанов, 2000].

Таким образом, можно сделать вывод, что административные реформы в Японии и Южной Корее носят более сбалансированный и умеренный характер, нежели в континентальной Европе и США. Его ключевой особенностью является стремление к общественному консенсусу относительно целей и способов реформирования административной системы. Достижение такого консенсуса, в свою очередь, является базовым условием эффективного государственного управления.

Литература

Акимов, А. Е., Сухаръков, И. А. Методический материал к лекциям по проблемам современной Японии. — М. : Знание, 1975.

Актуальные проблемы внешней и внутренней политики Японии / Ред. кол.: В. И. Акимов (гл. ред.) и др. — М., 1981.

Актуальные проблемы политики и экономики современной Японии. АН СССР. Ин-т востоковедения / отв. ред.: К. О. Саркисов, И. П. Лебедева. — М.: Наука, 1991.

Актуальные проблемы Северо-Восточной Азии (Япония, Корея, НИС). Вып. 11. — М., 1993.

Арская, Л. П. Япония: наука и искусство управления / Об-во «Знание» России. — М., 1992.

Баскакова. М. В. Япония: государство и накопление основного капитала. АН СССР. Институт мировой экономики и международных отношений. — М.: Наука, 1976.

Богомолов, В. А. Экономическая политика: теория и практика антикризисного регулирования экономики [СССР, Германия, ФРГ, Китай, Япония, США]. Моек, гос. ун-т им. М. В. Ломоносова. Экон. фак. — М. : Диалог-МГУ, 1999.

Бойко, И. В. Государство и рынок в структурной политике Японии и США. — Владивосток, 1993.

Бучкин, В. Д. Социальная эволюция современной Южной Кореи. — М., 1987.

Курбанов, С. Особенности южнокорейского чуда // Top manager. — 2000. — Май-июнь.

Певзнер, Я. А. Государство в экономике Японии. — М. : Наука, 1976.

Пиния, Г. Г. Органы местного самоуправления в политической системе Японии : автореф. дис... канд. ист. наук. 07.00.03. Ин-т востоковедения. — М., 1991.

Постмодернизм и культурные ценности японского народа: Научно-аналитический обзор. Рос. АН, ИНИОН; [М. Н. Корнилов]. — М. : ИНИОН, 1995.

Прохожее, А. А. Организация управления экономикой и государством в Японии. — М. : Наука, 1977.

Пшенников, В. В. Японский менеджмент: 27 уроков для нас. — М. : Япония сегодня, 1997.

Хруцкий, В. Н. Южнокорейский парадокс. — М., 1993.

Япония от А до Я — популярная иллюстрированная энциклопедия. — М. : Япония сегодня, 2000.

Япония / С. А. Дийков, Д. В. Воронцов, С. Н. Гнеушев [и др.]. — 2-е изд., перераб. и доп. — М. : Междунар. отношения, 1991.

Япония / Н. М. Брагина, Б. Н. Добровинский, И. А. Латышев [и др.]; отв. ред.: Я. А. Певзнер, Д. В. Петров. — М. : Мысль, 1973.

Основные понятия

Патернализм, коллективизм, культурно-религиозные факторы, административный профессионализм, административная автономия и политическая нейтральность, репрезентативный состав администрации.

Контрольные вопросы

  • 1. Какие факторы определили специфику административных систем Японии и Южной Кореи?
  • 2. Приведите факты, подтверждающие значительное влияние государства на экономику Южной Кореи и Японии после Второй мировой войны.
  • 3. Перечислите основные элементы административной системы Японии.
  • 4. Какие японские министерства традиционно относят к наиболее значимым элементам административной системы?
  • 5. Чем определялась специфика реформ административных систем Японии и Южной Кореи?
 
Посмотреть оригинал
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ   ОРИГИНАЛ     След >