Алексей Максимович Сементовский

Алексей Максимович Сементовский (1823—1893) был самым талантливым из сыновей Максима Филипповича Сементовского-Курилло (напомним, что его братья, Никола[1] и Константин, были украинскими публицистами, этнографами и писателями; подробнее о них см.: Гимназия высших наук..., 1881. С. 452—454; Алексеев, 2006. Кн. 1. С. 15)[2].

По окончании Нежинского лицея (1840 г.) он попал на военную службу, затем стал лесничим в Киевской и лесным ревизором в Подольской губерниях. Получив приглашение занять должность губернского лесничего, он навсегда переехал в Витебск (1860 г.). Как мы говорили, это время было поворотным этапом в изучении местных древностей — круг деятельности статистических комитетов только что расширился (1861 г.), и новый губернский лесничий был лучшей кандидатурой для секретаря комитета: он уже автор многих трудов, опубликованных в периодической печати, недавно организовал ряд местных выставок на Украине, собрал сведения по истории г. Каменец-Подольска (опубликовал позднее), а переезжая в Витебск, специально прожил несколько дней в Почаевской лавре, чтобы изучить ее древности (издал в 1870 г.). Все это было причиной того, что в 1863 г. А. М. Сементовского избрали на должность секретаря Витебского статистического комитета, где он и прослужил до самого выхода «на покой» (1880 г.).

Алексей Максимович Сементовский

О творчестве А. М. Сементовского можно судить по списку его разнообразных работ. Всего известно 157 наименований (145 наименонием к большой работе «Замечания о праздниках малороссиян». Был близок с украинским писателем Г. Ф. Квитка-Основьяненко, с учеными И. И. Срезневским, Н. И. Костомаровым. Его некролог Квитке («Москвитянин», 1848) надолго стал источником об этом писателе. В дальнейшем уехал с Украины и писал по вопросам экономики и политики. Печатался в газете «Биржевые ведомости» [Гимназия высших наук..., 1881. С. 452— 454].

ваний вошло в опубликованный перечень [Гимназия высших наук..., 1881. С. 453—454 (список трудов до 1881 г.)], две там не учтены, и после публикации этого списка А. М. Сементовский написал еще 10 работ). 33 работы были посвящены Украине и написаны до его переезда в Витебск; почти все остальные посвящены тем или иным вопросам, связанным с Белоруссией, и написаны в течение 1862—1891 гг. Кроме того, А. М. Сементовский составил и отредактировал «Памятные книжки Витебской губернии» на 1863, 1864, 1865, 1866, 1869, 1878, 1881 гг., а также «Памятную книжку Виленского генерал-губернаторства» и «Адрес-календарь на 1868 г.», и солидный сборник «В память первого русского статистического съезда 1870 года».

Вся официальная часть в этих книжках и все статистические данные принадлежат перу А. М. Сементовского. За 17 лет службы секретарем Витебского статистического комитета все протоколы заседаний комитета, публиковавшиеся потом в «Витебских губернских ведомостях», были составлены им же. Помимо этого, ряд лет он был главным редактором неофициальной части «Витебских губернских ведомостей» [см. об этом: Сороко С. М., С. 82—115]. Им опубликованы работы в «Живописном обозрении», «Промышленности», «Древности», в газетах «Биржевые ведомости», «Русский курьер» и др. [Аляксееу, 1980]. Короче, вклад ученого в историю главным образом Витебщины огромен, и этот исследователь заслуживает специальной монографии.

Широко образованный человек, обладающий к тому же разносторонними интересами в области краеведения, и неутомимый работник, А. М. Сементовский быстро сориентировался в окружающей обстановке и с большой энергией принялся за исследование края. Еще будучи губернским лесничим он изъездил вдоль и поперек Витебскую губернию, в 1862 г. описал губернские леса [Сементовский, 1862], а затем, став секретарем Статистического комитета (1863 г.), обратился к статистике, истории, археологии, этнографии края (работы А. М. Сементовского по археологии: Алексеев, 1967. С. 162, примеч. 108). Он прекрасно понимал значение археологических памятников, однако сам их не копал и свою задачу видел в собирании и регистрации сведений о них. Заинтересовавшись призывом Петербургской археологической комиссии к сбору сведений о памятниках края, он приступил к их обследованию и в том же 1863 г. опубликовал результаты работ по Городокскому уезду [Сементовский, 1863. С. 108]. Здесь он делил курганы на полевые, кучные и одиночные, описывал некоторые курганные группы (в Жукове, у Городка), а также укрепления XV в. на оз. Езерище. По его собственному признанию, им руководило желание «возбудить охоту к собиранию и опубликованию... заметок о... памятниках местной старины, почти на каждом шагу попираемых нашими ногами...». Одновременно А. М. Сементовский положил начало археологической коллекции, которая потом сильно разрослась и демонстрировалась на различных выставках [Сементовский, 1867. С. 11 (о предметах, полученных им на оз. Езерище)]. Работы молодого энтузиаста стали известны Археологической комиссии, и она отметила, что Витебский статистический комитет «при содействии своих членов в короткое время успел собрать весьма любопытные сведения о множестве курганов и городищ, находящихся в различных частях Витебской губернии» [Доклад..., 1865. С. XXIII].

Задача регистрации археологических памятников губернии неизбежно привела А. М. Сементовского к мысли о необходимости составления их археологической карты — первой такой карты в Западно- русских землях. Карта эта и была опубликована в книге этого автора 1867 г. [Сементовский, 1867]. Труд был напечатан в Петербурге в типографии К. Вульфа, состоял из 74 страниц, был хорошо иллюстрирован и содержал четыре главы: 1) Земляные памятники Витебской губернии; 2) Замки и замковища; 3) Находки вне курганов и вообще земляных насыпей; 4) Христианские древности Витебской губернии. Книга была целиком посвящена чисто археологическим объектам, ценность которых как исторического источника для А. М. Сементовского находилась вне сомнения. Во введении он писал: «Собрание точных и положительных сведений о повсеместно рассеянных на необозримом пространстве нашего отечества разного рода памятниках старины совершенно необходимо для разъяснения многого в исторической жизни разнородных племен и народов, обитавших и обитающих на землях русских» [Сементовский, 1867. С. 1]. Из первой главы этого издания мы узнаем, что широкое собирание сведений об археологических памятниках губернии началось по инициативе А. М. Сементовского после его доклада 7 ноября 1863 г. в Витебском статистическом комитете, где он, зачитав воззвание Археологической комиссии на эту тему, предложил свой план организации такой работы. В 1864 г. комитет собрал уже сведения о 430 «древних могилах или курганах», о 12 городищах, «двух укреплениях, двух окопах, одном замковище, одном вале и одном колодце», в последующие годы автор собрал известия «с лишком о 120 курганах Городокского и Витебского уездов, о семи Полоцкого и более чем о 250 Лепельского уезда». Он здесь же добавлял, что известия о «некоторых группах курганов последнего уезда, а равно о находимых в них вещах сообщены М. Ф. Кусцинским. Таким образом, из числа множества курганов, находящихся на пространстве Витебской губ[ернии], почти о 800 древнейших из них собраны более или менее подробные сведения» [Сементовский, 1867. С. 5]. Почему именно эти курганы древнейшие — не объяснялось, да, вероятно, в то время и объяснить было невозможно. Далее текст шел по уездам — Городокский, Себеж- ский, Полоцкий, Лепельский (по ним удалось собрать более всего материалов) и другие, он сопровождался штриховыми рисунками — типичными курганными (как мы теперь знаем) вещами из раскопок главным образом М. Ф. Кусцинского.

Обращает на себя внимание, что у А. М. Сементовского еще не было четкого представления о категориях археологических памятников — курган, городище, замковище: в некоторых случаях они у него взаимозаменялись. Он часто приводил народные предания и часто им верил. Он писал, например, что около самой Могилы Голубец (городище? — Авт.) был «выбран (выпахан. —Авт.) на поле слиток... серебра величиной с голову капусты [и это] дает право рассчитывать на возможность успеха правильного археологического исследования этого замечательного своею колоссальностью памятника местной старины» [Сементов- ский, 1867. С. 6; Сементовский, 1890. С. 3]. Народные предания руководили автором и в вопросах о замках (глава 2), которых, основываясь лишь на этих народных наименованиях, он насчитывал в губерниях 35. Любопытно, что, описывая замки Витебщины (Полоцк, Витебск и др.), А. М. Сементовский никогда не говорил об их древнейшей истории и начинал с развитого Средневековья. Исключение сделано им лишь для Стрежева и Усвят. «О стрежевском замке имеются следующие исторические сведения: Рогвольд, князь киевский [?! —Авт.], призванный для княжения в Полоцке, 1159 г., отнял у князя полотского дома Всеволода Глебовича, удел его Изяславль (ныне Заславль, местечко Минского уезда), отдав ему взамен того замок или пригород Стрижев» [Сементовский, 1867. С. 47; Сементовский, 1890. С. 50]. Все это неверно [Алексеев, 1966. С. 183—184]. Впрочем, это может объясняться тем, что Сементовский обладал списком летописи, имевшим значительные ошибки, либо не достаточной внимательностью самого Сементовского.

Среди случайных находок, которым посвящена, как сказано, 3-я глава книги, фигурировали самые разнообразные предметы, происходившие чаще всего из коллекции того же М. Ф. Кусцинского. Этот раздел завершает текст о «Борисовых камнях», которые описываются по статье, помещенной в «Древностях» [т. 1], что было перепечаткой из «Виленского вестника» [1864. № 56]. Автор поддерживает мысль Тышкевича о необходимости как можно скорее специально исследовать эти камни, ибо «время берет свое и с каждым годом волны двинские и грубое невежество прибрежного населения все более и более разрывают эти красноречивые страницы истории Белоруссии...» [Сементовский, 1867. С. 63—64]. Книга заканчивалась разделом о христианских древностях Витебской губернии, где автор говорил лишь общеизвестные вещи о кресте Евфросинии Полоцкой 1161 г. Архитектурных памятников (включенных во второе издание книги) он не касался, отсылая читателя к своим статьям на эту тему в «Памятных книжках» губернии на 1864—1866 гг. Приложенная карта содержит 77 наименований.

Книга А. М. Сементовского 1867 г. явилась первым подробным руководством по археологическим памятникам Западнорусских земель. Из нее впервые стало известно не только об обилии археологических памятников на Витебщине, но и о древних иллюстрациях и вещах, которые находят при их исследовании. В то время труд А. М. Сементовского имел огромное значение даже в том несовершенном виде, в котором он был составлен (почти без исторических справок).

В 1880 г. А. М. Сементовский вышел на пенсию, но продолжал печататься. Археологические обследования почти полностью прекратил.

Лишь однажды, 7 июня 1884 г., вблизи своего имения Рожанщина (на берегу Западной Двины ниже Полоцка) у несуществовавшей уже тогда д. Волотовки он (по-видимому, с помещиками соседних имений Бездедовичи и Устье) участвовал в раскопках одного длинного и нескольких круглых курганов. Все эти насыпи издавна именовались «бездедовичскими волотовками». Их еще в 1850-х годах раскапывали бездедовичский помещик Обремпальский, К. А. Говорский, местные жители. О результатах раскопок К. А. Говорского, несмотря на то, что они были опубликованы, А. М. Сементовский не узнал, от крестьян же слышал о находке в курганах лишь «совершенно перержавевшей бляхи, вроде сковороды» и грубого (лепного?) горшка. При раскопках 1884 г. в насыпи были найдены «в одной куче гарнца две мелкие полуистлевшие кости, между коими отличили остатки двух человеческих коленных чашек». Было открыто типичное трупосожжение, о котором в том же 1884 г. А. М. Сементовский писал в «Витебских губернских ведомостях» [№ 73].

В 1890 г. вышло второе издание книги А. М. Сементовского. Оно было значительно дополнено, охватывало по-прежнему Витебщину, но называлось шире: «Белорусские древности» и было приурочено к открытию IX Археологического съезда в Вильне (1893 г.). Как свидетельствует некролог А. М. Сементовского, в подготовительной работе к съезду А. М. Сементовский принял большое участие, но дождаться съезда ему не пришлось: в начале 1893 г. он умер [А. М. Сементовский..., 1893].

Новая книга А. М. Сементовского была принята современниками весьма прохладно, так как это была та же книга 1867 г., но лишь дополненная новыми сведениями об археологических памятниках губернии. Правда, в ней были и новые разделы о христианских древностях с новыми находками древних вещей (гривны из Суходревского клада XI в., энколпионы из вроде бы витебской территории и пр.) и памятников домонгольской архитектуры, но исследовательский уровень издания был прежним. Так, на С. 18 утверждалось, что между Завидичами и Лепелем «есть много курганов, поросших кустарником, кои были насыпаны в 1812 г. над телами баварских войск, входивших в состав французской армии», на С. 21 — что один разрушенный курган находится неподалеку от Бездедовичей (где, по свидетельству местных жителей, кроме слоев золы и угля «вещей никаких не находилось»), судя по сохранившимся на курганах пням, они — «возраста выше столетнего», и т. д. А. М. Сементовский с возрастом сильно отстал от уровня науки того времени, хотя с научными организациями постоянную связь поддерживал и находился с ними в постоянной переписке, сообщал им о ново-найденных древностях [Алексеев, 1996. С. 104]. Его книга уже не удовлетворила современников1.

1

В целом же деятельность А. М. Сементовского, особенно в период 1860—1870-х годов в Белоруссии, и в частности в Витебской губернии, была исключительно плодотворной: долгое время он фактически руководил всей огромной работой Витебского статистического комитета, издал много работ по статистике и истории Витебска и губернии, собирал многочисленные сведения об археологических памятниках края (хотя туманно представлял, что это такое) и изредка даже вел раскопки.

Интерес к местной истории и местным древностям Белоруссии в 1860—1870-х годах продолжал неуклонно расти. К 1860-м годам, например, относится начало исследовательской деятельности кобрин- ского ученого-монаха Матвея Бродовича, перу которого принадлежала очередная попытка создать историю Полоцкого княжества. Обстоятельный труд, по свидетельству старожилов, после внезапной смерти М. Бродовича в 1879 г. попал вместе с архивом в нечистые коммерческие руки и продавался со всеми его бумагами, как макулатура, на пуды. Узнав об этом, известный этнограф А. К. Ельский поспешил в Кобрин, но было поздно — он узнал лишь, что труд М. Бродовича, как и весь его архив, проданы [Tygodnik powszechny. 1880. № 13. S. 202]. Об интересе в то время к истории края свидетельствуют также «исторические справки» Г. Дубицкого о городах Чечерске, Белыничах и их истории, которые печатались в «Могилёвских губернских ведомостях» [1861. № 2, 50], статьи с описанием археологических древностей в Городокском и Полоцком уездах Витебской губернии [Древности..., 1864], описание древностей Заславля [Заслав, 1864] и др. Особенно возрос интерес исследователей к древностям. Для нас подобные публикации интересны тем, что они дают описание тех остатков древних памятников (например, существовавших некогда укреплений), которые теперь, к сожалению, полностью или частично утрачены.

  • [1] Из его 60 печатных работ наиболее известна работа «Киев и его достопримечательности», остальные — об украинских древностях и украинской этнографии; им жеопубликовано несколько повестей и романов («Кочубей», «Княгиня Долгорукова» и др.).Для В. Г. Белинского он, печатавшийся в «Маяке», «Москвитянине», был человекомвраждебного лагеря [Белинский, 1955. С. 365, 366, 755].
  • [2] Печатался в журнале «Молодик», его первая статья — «Очерк малороссийскихповерий и обычаев, относящихся к праздникам», увидела свет в 1843 г. Она была введе
 
Посмотреть оригинал
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ   ОРИГИНАЛ     След >