ЭКОНОМИКА И ЭКОНОМИЧЕСКАЯ МЫСЛЬ ДРЕВНЕЙ РУСИ (IX—XII вв.)

Русская нация входит в состав славянских народов. К началу новой эры, ведущей свое летоисчисление от Рождества Христова, в результате предшествующего многовекового развития из общей массы славянских племен выделились западные племена (лужицкие и плабские), южные (балканские) и восточные (новгород-киевские). Последние со временем и образовали Древнерусское государство — Новгородско-Киевскую Русь.

Хозяйственная культура восточных славян, как и других народов, в значительной степени формировалась под влиянием ландшафта, климатических условий и соседствующих цивилизаций.

К VIII—IX вв. славяне занимали половину европейского континента — от Адриатики до Верхней Волги и от Эльбы до верховий Дона. Восточная ветвь славян расселилась на значительной части Русской равнины, почти до Финского залива на севере, а на юге — до Черного моря в низовьях таких рек, как Дунай, Днестр и Днепр. Центром расселения восточных славян было Среднее Поднепровье. Русская земля делилась на четыре основные части: Озерная (Новгород, озеро Ильмень); Западная Двина (Полоцк); область Днепра (Киев); верховья Волги (Ростов Великий).

Русская равнина занимает промежуточное положение между Европой и Азией. Она несколько отдалена от морских берегов, способствующих морскому судоходству, что характерно для обширных территорий Европы, но и удаленность от моря не столь велика, как в Центральной Азии. Близость моря, способствовавшая активному развитию торговли и экономики в целом многих европейских стран, естественно, не могла определять хозяйственную жизнь Древней Руси. Но русские всегда стремились к морю и эпизодически даже в ранний период своей истории все же достигали его. В древности это были Черное и Каспийское моря, в более поздний период — Белое и Балтийское моря и т. д. Для русских проблема выхода к морям была одной из важнейших экономических и политических проблем на протяжении столетий.

Восточные славяне населяли территорию площадью приблизительно 700 000 кв. км. Природные условия этой части Восточной Европы довольно разнообразны и чем севернее, тем менее благоприятны для человека и его хозяйственной деятельности. В целом данная территория отличается от остальной Европы сравнительно равнинным рельефом, более холодным и относительно равномерным климатом, сильными ветрами, большей разностью зимних и летних температур. По сравнению с Центральной Азией природа Восточной Европы более благоприятна для земледелия, так как здесь больше плодородных и увлажненных почв. Лес, покрывавший в ранний период Среднерусскую равнину, с одной стороны, затруднял земледелие, с другой — обеспечивал плодородие. Долгое время он также позволял поддерживать самодостаточность хозяйственной жизни, являясь источником удовлетворения практически всех основных жизненных потребностей: в пище, одежде, жилье, защите от врагов. Большое пространство и низкая плотность населения давали возможность активному, предприимчивому человеку уйти в лесную «пустынь» и при условии напряженного труда выжить и дать приют другим.

Центрами хозяйственной жизни были реки. Речные системы располагались относительно близко друг от друга. Они служили важнейшими транспортными артериями и летом, и зимой. Реки дали возможность восточным славянам включиться в мировую цивилизацию — взаимодействовать, в частности, с Византией и многое от нее почерпнуть, установить культурно-хозяйственные отношения и с Западной Европой. Например, путь «из варяг в греки»[1] превратил страну наших предков из окраины Европы в равноправного экономического партнера. Реки давали пищу, способствовали развитию земледелия и скотоводства, а их берега были привлекательными для поселений. Именно здесь возникали и первые города. С приходом монголо-татар для своей защиты восточные славяне вынуждены были создавать военные поселения. Степь представляла собой враждебную макросреду. Являясь воротами в Азию, степь несла угрозу набегов кочевников, оттуда пришло монголо-татарское иго. Вместе с тем отчасти степь заменяла море: кочевые народы успешно связывали друг с другом разрозненные очаги оседлой цивилизации, не только разрушая, но и распространяя материальные культуры различных народов. Хотя восточные славяне и не были преемниками ни одного из государств древности (в этом еще одно их отличие от народов Западной Европы), они не жили в полной изоляции от народов Востока и Западной Европы.

В то же время азиатские племена (половцы, печенеги, скифы, хазары) были кочевыми, их хозяйственная культура формировалась в иных природно-климатических условиях. Чудь и литовские племена занимались преимущественно лесными промыслами и были в рассматриваемый период менее развитыми в области земледелия. Таким образом, взаимодействие с другими народами обогащало культуру славян, но оно не было для них определяющим, как, например, в истории древних германцев.

Мощные речные системы Среднерусской равнины с древности считались удобным путем сообщения между севером и югом, западом и востоком. Так, известный русский историк И. Е. Забелин полагал, что еще за 500 лет до Рождества Христова античные греки общались с приуральскими народами и где-то вблизи от Саратова основали крупный деревянный город Гелон со смешанным населением, преобладающую часть которого составляли греки. Греки плавали также из Азовского моря до верховий Дона.

Еще с VII в. из богатых закаспийских стран до Северной Европы доходили арабы, завоевавшие большие южные территории. Они вели свою торговлю от устья Волги до Камы и далее по Волге к самому Балтийскому морю. Торгуя преимущественно с булгарами, уже в те времена они имели связи и с древними славянами. Волга у арабов именовалась рекой славян или Славянской рекой.

По мнению Г. Вернадского, значительный вклад в развитие транзитной торговли внес Хазарский каганат, обеспечивавший в VII в. торговые связи между арабским югом и славянским севером, а также между Дальним Востоком и Черным морем. Естественно, эти торговые связи не могли наложить такой же существенный отпечаток на хозяйственную жизнь древних славян, как Древний Рим на культуру древних галлов, бриттов и германцев, завоеванных римскими легионерами, однако, без сомнения, способствовали включению славян в культурные и торговые связи средневековой Европы.

Расселившись на приднепровских территориях, славяне оказались вовлеченными в евразийские торгово-обменные связи. Это послужило мотивом освоения богатых лесных ресурсов. Меха, мед, воск с тех давних пор стали важными статьями русского экспорта, а на всей протяженности великого торгового пути возникли торговые города. При этом на данном этапе торговля оставалась источником обогащения правящих слоев. Основой существования подавляющей массы населения были земледелие, а также эксплуатация лесных и водных ресурсов.

Все перечисленные условия наложили существенный отпечаток на характер труда восточных славян. Задачи выживания и развития в сложных климатических условиях обусловили необходимость совместного труда. Продвигаясь все дальше на север и северо-восток, русичи сохраняли привязанность к земледелию и рассматривали его как основу жизнеобеспечения и соответственно как наиболее важный вид трудовой деятельности.

Располагаясь большей частью в лесной зоне и лесостепи, восточные славяне занимались в основном хлебопашеством. В зависимости от зоны проживания у них сложились две системы земледелия: в лесостепной зоне по среднему течению Днепра и Днестра — переложная, которая состояла в том, что земледелец, истощив в течение нескольких лет участок земли, забрасывал его, чтобы вернуться сюда через 20—30 лет, когда восстановится плодородие почвы. В лесной зоне по верхнему течению Волги, по Оке, Волхову практиковалась подсечноогневая система. Она была крайне трудоемка и требовала коллективного труда для освоения площадей под пахоту. Чтобы подготовить пашню, в первый год обдирали кору с вековых деревьев, на следующий год в феврале («сечень» по древнему славянскому календарю) производилась подсека, рубка высохшего леса. Весной срубленные деревья сжигались в огромных кострах. Зола использовалась для удобрения новой пашни (на юге март назывался «березозол», на севере такое же название носил апрель, что, видимо, связано с различиями в сроках таяния снега и проведения этих работ). Затем шли расчистка и распашка, что тоже требовало гигантских усилий по корчеванию пней, корневых сплетений и т. п. Не случайно труд пахаря считался героическим, богатырским. Былинные богатыри Илья Муромец, Микула Селянинович и другие прославились не только своими ратными подвигами, но и как труженики, пахари.

С приходом христианства труд стал рассматриваться не как бич божий, а как основа жизни, величайшее благо, богоугодное дело. Жизнь в труде и труд на пользу коллектива, т. е. жизнь в миру, — путь к самоочищению и святости. Православие и его служители культивировали такое отношение к труду и сами жили по этим канонам. Другое отношение к труду мы обнаруживаем, например, у индийских брахманов или у рыцарей германских орденов.

Поразительно даже само умение жить в условиях долгой холодной зимы. В остальной Европе холодная зима равносильна стихийному бедствию. Во Франции 1784 г. от холода только в Париже погибло около 300 тыс. человек, а температура лишь немного зашкаливала за минусовую отметку. Занятие земледелием на Среднерусской равнине требовало определенной приспособленности жизненного физиологического цикла человека. Сравнительно короткое лето, возможность заморозков, града и прочих неблагоприятных явлений природы требовали сверхконцентрации усилий в определенный промежуток времени, а затем люди нуждались в расслаблении. Поздней осенью и зимой темп работы замедлялся, именно на этот период приходятся основные славянские праздники. Эта неравномерность русского труда замечательно описана знаменитым историком В. О. Ключевским: русский человек знал, «что природа отпускает ему мало удобного времени для земледельческого труда и что короткое великорусское лето умеет еще укорачиваться нежданным ненастьем. Это заставляло великорусского крестьянина спешить, усиленно работать, чтобы сделать много в короткое время и впору убраться с поля, а затем оставаться без дела осень и зиму. Так великоросс приучался к чрезмерному кратковременному напряжению своих сил, привыкал работать скоро, лихорадочно и споро, а потом отдыхать в продолжении вынужденного осеннего и зимнего безделья. Ни один народ в Европе не способен к такому напряжению труда на короткое время, какое может развить великоросс, но и нигде в Европе, кажется, не найдем такой неприспособленности к постоянному и размеренному труду». Отличается русский трудовой уклад и от трудовых традиций азиатских народов, так как не сходны между собой природные условия их жизни, а соответственно и хозяйственная культура. Рисоводство, например, требует размеренности, скрупулезности и постоянства трудового процесса.

Приспособившись к жизни на больших неосвоенных территориях, русские стали обладателями огромных природных ресурсов, что оказало сильное влияние как на характер трудовой деятельности, так и на всю их последующую историю. Богатство лесов, рек, разведанных впоследствии земных недр сформировало такую черту характера, как небережливость, граничащую с расточительностью. В то же время природные ресурсы России часто становились объектом притязаний со стороны других народов, что порождало военные конфликты. Огромные незаселенные пространства и холодный климат развивали предприимчивость и необходимость к вовлечению в хозяйственный оборот пустующих или малонаселенных земель. В. О. Ключевский считал колонизацию основным фактором русской истории, определившим даже ее периодизацию.

Колонизация не носила у русских агрессивного характера, не сопровождалась грабежом благоустроенных культурных центров других народов и уж тем более их уничтожением. Напротив, она охватила малозаселенные и трудно поддающиеся освоению территории и сопровождалась постепенной ассимиляцией малочисленных соседей (мери, чуди). Терпимость и миролюбие (в том числе и в экономической сфере) вызывали встречное стремление к присоединению даже у недавних противников (хан Касим из Золотой Орды). Эти качества русского народа обеспечили ему впоследствии в целом мирное освоение земель вплоть до берегов Тихого океана.

Роль предпринимательства в становлении Древнерусского государства. Значение внешней торговли Древнерусское государство образовалось приблизительно в 875 г. во многом благодаря предпринимательскому духу восточных славян. Оно объединило более 200 мелких славянских племен, а также некоторые финно-угорские и литовско-латышские племена. Современники называли его Русью. Термин «Киевская Русь» — кабинетный, удобный для обозначения периода IX—XII вв., когда Киев был центром огромного раннефеодального государства.

Основными факторами возникновения Древнерусского государства были военный и торговый. Славяне, осваивая Среднерусскую равнину, селились преимущественно по берегам рек, образовавших исключительно благоприятную систему коммуникаций. На севере это были Нева, Ладога, Волхов, Ильмень, Мета, Ловать и Шелонь; на западе — Западная Двина и Неман; на юге — Днепр, Припять, Десна и Сож; на востоке — верховья Волги, Дон, Донец, Ворона, Волга, Каспий. Реки и озера не только объединили славянские лесные и лесостепные земли, но и были частью системы коммуникаций древнего мира. Еще задолго до Рождества Христова греческие колонисты использовали Днепр как большую торговую дорогу. Торговым путем «из варяг в греки» из Балтийского (Варяжского) моря можно было достичь Рима, Царьграда (Константинополя) и, наконец, вернуться к северному побережью Черного моря. Этой «кругосветной дорогой» пользовались в разное время многие народы, однако никто из них не решился обосноваться в диких, необжитых лесных чащобах. Предпринимательская активность наших предков в этом отношении поразительна: спустя всего несколько столетий после обустройства (как принято считать, массовое размещение славян в этих местах приходится на VII—VIII вв.) им удалось не только освоить под хлебопашество лесные и лесостепные просторы, обеспечивая собственную жизнедеятельность, но и развить ремесла и выстроить крупные по тому времени торговые города на всем протяжении торгового пути. Русские не ограничивались только транзитом товаров, они активно включились в международную торговлю, предлагая продукты собственных промыслов. Развитие торговли превратило разрозненные одиночные поселения в пункты обмена дарами леса и излишками сельскохозяйственных продуктов.

По мере роста торговых городов и накопления в них материальных ценностей выявлялось единство их интересов. С одной стороны, формировалась общая потребность в вооруженной защите торговых городов и торговых дорог от внешних врагов. С другой стороны, потребовалась политическая сила, которая представляла бы общие экономические интересы в Византии и других странах. Возникла объективная необходимость создания государства. Эту функцию взяла на себя власть профессиональных военных — князя с дружиной. Тем самым предпринимательский интерес и интересы защиты восточных славян от воинственных соседей легли в основу образования Киевской Руси. Христианство, принятое на Руси в 988 г., способствовало усилению государственной власти, освящало феодальный строй, являлось его идеологической основой.

Новые властные полномочия, полученные князем, позволили ему подчинить территории и народы, ранее не вовлеченные в орбиту торговых интересов. Это стало завершением процесса политического объединения восточных славян и части других соседствующих с ними народов.

Таким образом, одной из основных задач первого Русского государства был контроль над торговым путем по Днепру. В этой связи характер самого государства можно назвать военно-торговым. При этом Киевская Русь не проявляла агрессии во внешней политике, не стремилась к грабежу и захвату материальных богатств, созданных другими народами. В основе экономики Древнерусского государства лежало успешное использование геополитического фактора и богатых, но труднодоступных природных ресурсов, которые на том этапе не решились осваивать другие народы. Военная сила была необходима для обеспечения безопасности и укрепления международного авторитета молодого государства, что четко прослеживается в истории дипломатических отношений с Константинополем. Предпринятые туда в первой половине X в. военные походы русских князей преследовали цели защиты интересов русских купцов и обеспечения им свободы торговли, а не разграбление и разорение Царьграда. В результате этих походов удалось заключить с Византией важные торговые соглашения уже в 911, а затем в 944 г., и особенно в ходе дипломатической миссии княгини Ольги в 957 г.

В целом, дружественный характер экономических связей с Константинополем определил выбор государственной религии. Принятие христианства в форме византийского православия как нельзя лучше отвечало реалиям сложной хозяйственной жизни славян. Для греческой православной веры не были характерны религиозный фанатизм и отчуждение от мирян. С ними церковь жила одной жизнью. Служба велась на церковнославянском языке, понятном населению, священники не давали обет безбрачия и даже предпочтительнее выходили из семейных мужчин, монахи активно трудились и как люди наиболее образованные являлись распространителями новых производственных навыков в строительстве, ремеслах, земледелии. Точно выбранной с экономической точки зрения религии впоследствии не потребовалась реформация, как это произошло с католичеством, поскольку православие не подавляло, а развивало предпринимательский интерес. Русская церковь относилась к торговле покровительственно. Православные храмы предпочитали строить в наиболее людных местах: в местах торгов у стен городов — на погостах (от слова «гостьба» — торговля). Туда сходились звероловы, смолокуры, ремесленники и прочие «промышленники». В подвалах церквей хранился необходимый для торговли инвентарь, складировались товары, сберегались торговые договоры. Монастыри вели самостоятельную хозяйственную жизнь. Церковь брала на себя ответственность за поддержание порядка в торговле, провозглашая всякий обман в сделках грехом. Поскольку торги, как правило, происходили на территории церквей и монастырей (на погосте), настоятель имел право удалить нарушителей порядка и торговых обязательств. Благотворное влияние православной церкви на экономическую жизнь обусловило даже благосклонное отношение к ней со стороны монголо-татарских завоевателей, которые не только не преследовали ее, но и освободили от дани.

Историческим ядром Киевской Руси стали Киев, Переяславль и Чернигов — старейшие города Среднего Поднепровья. Именно эта часть земель восточных славян дальше других продвинулась в области земледелия, которое оставалось базовой отраслью хозяйства, обеспечивавшей первичные материальные потребности русичей. Хотя Среднее Под- непровье, как и многие другие русские земли, было покрыто лесами, благодаря сравнительно мягкому и сухому климату оно оказалось более пригодным для земледелия, чем новгородские, смоленские или полоцкие земли. Кроме того, в северных землях преобладали хвойные леса на торфяной кислой почве, а в южных — лиственные и смешанные. Плодородная от перегнившей листвы почва обеспечивала на свободных местах превосходную траву, подходящую для выращивания скота. Здесь было меньше пушного зверя, но зато много кабанов, лосей, туров и т. п.

Природа Среднего Поднепровья располагала к традиционному занятию славян — земледелию, при том, что эти земли обладали богатыми ресурсами для промыслов (звероловства, рыболовства, бортничества). О достаточно высоком уровне развития земледелия говорят археологические находки деревянных пахотных орудий — рало, соха, плуг. Независимо от того, велось ли хозяйство в лесостепной или лесной зоне, оно было комплексным, его невозможно представить без развитого скотоводства, особенно коневодства. Большое внимание уделялось разведению крупного рогатого скота, свиней, а также овец и коз, которые содержались главным образом ради шерсти.

Развитие хозяйства шло за счет постоянного роста площадей пахотной земли, т. е. носило экстенсивный характер. Подсечное и переложное земледелие, будучи чрезвычайно трудоемким, порождало полукочевой образ жизни. Частые перемещения и колонизация новых территорий способствовали быстрому разложению родового строя. В то же время распашка в лесной зоне требовала чрезвычайно высоких энергозатрат, а в большинстве случаев усилий целого коллектива. Это обусловливало крепость соседской общины, хотя внутри общины участки земли обрабатывались отдельными семьями. Хозяйство зем- ледельцев-смердов (свободных хлебопашцев) было преимущественно натуральным, обеспечивавшим все первичные материальные потребности. Культивировался в то время довольно широкий набор сельскохозяйственных культур: рожь, яровая и озимая пшеница, ячмень, овес, горох, чечевица, бобы, просо, репа, лен, конопля. Из огородных культур можно назвать лук, чеснок, мак, капусту, огурцы, свеклу, арбузы, хмель, из садовых — яблони, груши, вишни. Как уже говорилось, занимались и скотоводством. Правда, скотоводство, дававшее и предметы потребления, и тягловую силу для хозяйств, развивалось медленнее, чем земледелие. Большие табуны лошадей и стада крупного рогатого скота были сосредоточены в феодальных вотчинах. Смердам-общин- никам этот вид деятельности в значительных масштабах был не под силу и многие из них испытывали постоянный недостаток в домашнем и особенно в рабочем скоте.

Подводя некоторый итог, можно сказать, что по уровню сельскохозяйственных орудий, степени развития земледелия и скотоводства, набору возделываемых культур и видов домашнего скота Киевская Русь стояла на том же уровне, что и современные ей страны Западной Европы.

По мере роста населения, совершенствования орудий труда, развития животноводства постепенно распространялись двупольная и трехпольная (яровое поле, озимое и пар) системы земледелия. При переходе на трехпольную систему полезная возделываемая площадь возрастала тем самым с до Однако сравнительно широко она стала применяться лишь в XIII—XIV вв. В значительной степени возрос прибавочный продукт, что обусловило переход населения на более оседлый образ жизни. Земля стала приобретать все большую и большую ценность как экономический ресурс. Относительная ограниченность пригодной для обработки земли постепенно привела к тому, что отдельные лица стали закреплять ее за собой на правах частной собственности. Прежде всего по этому пути пошли власть имущие — князья и их приближенные — бояре. Так, на рубеже VIII—IX вв. начала формироваться феодальная собственность на землю, при этом в двух формах.

Первая из них — номинальная, а потом фактическая собственность на все русские земли сначала отдельных князей, а затем Великого князя киевского. Экономическим способом реализации данной формы собственности являлась дань в его пользу. Уже первые киевские князья сосредоточили в своих руках огромный земельный фонд. Для упрочения своей власти они передавали часть земель своим дружинникам (боярам) в качестве вознаграждения за службу и преданность. Значительные владения были розданы и местной знати — земским боярам, чтобы приблизить их к княжескому двору и тем самым ослабить местный сепаратизм. Осевшие на землях великие князья, бояре-дружинники, земские бояре и составили в Киевской Руси класс феодалов.

Вторая форма феодальной собственности на землю — вотчинная, т. е. боярская, земля хозяйственного назначения, приносившая доход в виде продукта от ее использования.

Вотчина — это владение, которое находилось в полной собственности феодала, передавалось по наследству, могло быть продано, подарено и т. д. Вотчинным хозяйством управлял огнищанин (от «огнище» — хозяйство), ему подчинялись приказчики — тиуны и сельские старосты.

Закрепление земли в вотчинную собственность поставило вопрос о не менее важном экономическом ресурсе — трудовом. Проблема была решена путем закрепления рабочей силы за собственником земли в форме закрепощения, что потребовало государственного вмешательства в этот процесс и его юридического оформления. Происходило это постепенно, но неуклонно. Феодалы стали ограничивать свободу крестьян, живших на свободных землях, а дань и повинности, которые они обязаны были выполнять в пользу князя, в значительной части обращать в свою пользу, т. е. превращали государственные повинности в феодальную ренту.

Русская Правда содержит сведения о происхождении феодальной зависимости населения и ее формах в виде экономического и внеэкономического принуждения. Экономическое принуждение состояло в том, что разорившийся в результате военного нашествия или стихийного бедствия крестьянин был вынужден идти в кабалу к феодалу. Таких людей в то время называли закупы или рядовичи. Они заключали договор {.ряд) с феодалом и тем самым признавали свою зависимость от него. Если условием договора была денежная ссуда {купа) или другой вид помощи — зерно, скот, то такой рядович назывался закупом. Он считался временно зависимым от феодала, однако, поскольку возвратить своевременно долг удавалось далеко не всегда, временная зависимость превращалась в постоянную — закуп становился крепостным. Наиболее распространенной разновидностью закупов были ролейные закупы, которые за ссуду работали на земле феодала и пользовались его инвентарем.

Внеэкономическое принуждение состояло в силовом установлении власти феодалов над целыми общинами и феодальной эксплуатации людей, попавших по разным причинам в рабство.

Как показывают «Повесть временных лет» и Русская Правда, в Киевской Руси было значительное число холопов, т. е. рабов. Это были или военнопленные, или крестьяне, продавшие себя за долги, или, наконец, крестьяне, вступившие в брак с холопкой без заключения специального договора с ее господином. Феодалы, как правило, эксплуатировали холопов как обычных крепостных крестьян, т. е. наделяли их участками земли и облагали феодальной рентой в виде барщины или оброка. По летописи, князья расселяли захваченных на войне рабов на своих землях, они вели самостоятельное хозяйство, обрабатывали княжеские угодья, выполняли иные повинности. Из их числа нередко создавались целые деревни. Часть рабов, как правило, использовали в качестве челяди, т. е. в качестве прислуги в усадьбе феодала.

Таким образом, бывшие свободные крестьяне и рабы-холопы постепенно сливались в один класс — феодально-зависимого крестьянства. Однако в целом этот процесс растянулся по времени на несколько столетий. Во всяком случае в период Киевской Руси оставалось еще довольно большое число свободных крестьян-общинников, которые именовались смердами, а земли, на которых они трудились, — черными.

Существовал и еще один путь, приводивший свободных крестьян в состояние зависимости от феодала, — их добровольное переселение на его земли. Дело в том, что в те далекие времена земледельческий труд носил во многом кочевой характер как в случае с подсечно-огневым вариантом земледелия, так и переложным, ибо по истечении ряда лет в связи с истощением земли крестьяне оставляли прежние свои угодья и шли осваивать новые. Понятно, что это было сопряжено с большими трудозатратами. Поэтому естественным было их стремление возвратиться на ранее оставленные земли и продолжить их производительное использование. Но, как правило, эти земли уже были заняты и являлись объектом частной собственности.

Вторая причина, по которой свободные крестьяне шли «под руку» феодала и селились на так называемых «белых» землях, состояла в том, что крестьянам, находившимся в непосредственном ведении государства, жилось зачастую хуже, чем тем крестьянам, которые устраивались на землях частного владения. Первые из них отправляли больше повинностей. На них кроме податей в собственном смысле этого слова ложилось кормление великокняжеских наместников и волостных чиновников. К этому нужно добавить, что правительственный произвол на «черных» землях проявлялся намного сильнее, чем на «белых», к тому же феодалы, как правило, имели разного рода льготы, в том числе и податные, вплоть до полного освобождения от дани в пользу князя, что создавало у них возможность не перегружать своих крестьян чрезмерными поборами. К этому следует добавить и тот факт, что до поры до времени, пока крестьянин не оказывался в неоплатном долгу перед феодалом, он считался свободным человеком и мог уйти и вести хозяйство в любом другом месте. Он мог это сделать и после того, как рассчитается со своим кредитором.

И наконец, последнее обстоятельство, определявшее стремление свободных крестьян предпочитать частновладельческие земли «дикому полю», т. е. как бы ничьей, Божьей земле, состояло в том, что в данном случае они оказывались под защитой феодала и от произвола великокняжеских чиновников и от подчас агрессивных соседних народов, и от «лихих» людей — разбойников.

Наряду с княжеским и боярским развивалось и церковное, монастырское землевладение. Земельные владения церкви возникали главным образом за счет дарения князей и бояр. Это так называемые вклады по душе, с тем чтобы после смерти дарителей церковь продолжала за них молиться. С целью расширения своих земельных владений церковные иерархи использовали и такие средства, как вымогательство или обман. В конечном счете уже в XII в. монастыри превратились в крупнейших землевладельцев. Например, Киево-Печерскому монастырю принадлежали целые волости и города.

  • [1] Путь «из варяг в греки» — древний водный торговый путь из Балтийского в Черное море, по которому в IX—XII вв. шла торговля Руси и Северной Европы с Византией.От Балтийского моря по реке Неве, Ладожскому озеру, реке Волхов, озеру Ильмень, рекеЛовать, волоком до реки Западная Двина, волоком до реки Днепр и далее в Черное море.
 
Посмотреть оригинал
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ   ОРИГИНАЛ     След >