Полная версия

Главная arrow Социология arrow ИСТОРИЯ СОЦИАЛИЗМА

  • Увеличить шрифт
  • Уменьшить шрифт


<<   СОДЕРЖАНИЕ ПОСМОТРЕТЬ ОРИГИНАЛ   >>

Вильгельм Вейтлинг

Мы уже видели, что в 30-х годах XIX столетия утопизм из Франции начал распространяться по Европе. Германия не осталась чужда этому движению, хотя немцы в эту эпоху представляли собою одну из консервативных национальностей. «Верхние слои» общества знакомились с воззрениями Фурье и Сен-Симона из сочинения Лоренца фон-Штейна, одного из первых осведомителей Германии о социализме за границей, из произведений и писем Генриха Гейне и Беттины фон Арним. Мысль интеллигенции уже и ранее подготовлялась к восприятию социализма, с одной стороны, философом Фихте, который в своем трактате «Изолированное торговое государство» (1800 г.) решительно порвал с экономическим либерализмом и требовал государственного вмешательства в хозяйственную политику народа, с другой стороны, рядом описательных сочинений, изображавших тяжелое положение трудящихся.

«Низшие слой», главным образом ремесленники, заимствовали коммунистические идеи непосредственно у источника. Их Меккою был Париж, тогда еще вполне гостеприимный немцам. Сюда со всех концов Германии стекались паломники для поклонения новым идеалам. Тут были и просто радикалы и ех-революционеры, беглецы от зверского прусского сыска, и неудачные политические агитаторы, и модные тогда юноши, «пораженные мировой скорбью» и разочарованием. Все они тонули в широком потоке странствовавших в силу многовекового обычая своего класса — немецких ремесленников. Их бесконечные вереницы неустанно тянулись из города в город, через таможенные границы и за государственные пределы. Побывав в Париже, где они легко обходились одним своим родным языком, немецкие подмастерья возвращались затем в различные концы своей родины, но уже политически и социально вполне определенно настроенные, с жаждою радикальных преобразований и тем самым подготовляли почву для смены увлечения книжным утопизмом — новым пролетарским. Отныне социалисты из замкнутых и малочисленных кружков интеллигенции переходили к массам, к трудовому народу, ко всему германскому пролетариату.

Утопизм, таким образом, от заоблачных мечтаний превращался в серьезное очередное дело трудящихся.

В числе попавших в Париж немецких ремесленников был и Вильгельм Вейтлинг, пролетарий по рождению, бродячий портной по профессии, оригинальный мыслитель и недюжинный агитатор по призванию.

Освоившись в Париже с доктринами французских утопистов, Фурье и Сен-Симона, особенно с учением Этьена Каба, Вейтлинг переработал воспринятое им по-своему и к началу 40-х годов развил свои мысли в целое своеобразное коммунистическое учение. Это учение проникнуто религиозным настроением, полно энтузиазма, убеждения и веры в силы рабочего класса. Пролетариат для него все — и цель, и метод. Свои задушевные думы Вейтлинг излагал в книжках и в статьях им же издаваемых газет. Друзья его деятельно распространяли его сочинения. Одаренный от природы красотою и мощною фигурою, красноречивый и фанатичный, Вейтлинг говорил пламенным полуби- блейским языком, напоминающим проповеди первых вождей христианства.

В итоге, упорный и даровитый агитатор не мог не иметь успеха. Его пропаганда вызвала первое сознательное массовое движение в пользу коммунизма среди обездоленного рабочего люда тогдашней Германии. Появился пролетарский коммунизм. Внедряя в пролетариат социальное недовольство и начатки стремительного самоопределения, прививая яд идеалистического искания лучшего будущего, поддерживая энергию и восхваляя борьбу, Вейтлинг, тем самым, создавал зародыш будущей социал-демократии.

Итак, это он — гениальный рабочий, самоучка — сомкнул цепь идеи и среды, вызвал контакт и, перевернув страницу социальной истории, стал родоначальником немецкого рабочего движения.

Итак, это он — портновский подмастерье и бедняк — схватил первый в свои мозолистые, исколотые иглою и обожженные утюгом руки пылающий факел социализма и высоко поднял над головами масс его волнующееся пламя.

Биография Вейтлинга. Жизнь этого исторического человека интересна и поучительна. Немецкий рабочий Вильгельм Вейтлинг родился 9 октября 1808 г. в немецком городе Магдебурге в очень бедной семье. Кто был его отцом, мы не знаем. В метрической книге записано имя его матери, Христины Вейдлинген из города Геры, и указаны два восприемника: сапожник Иоахим Кемпф и каменщик Иоанн Вейдлинг. Таким образом, ясно, что новорожденный Вейтлинг был внебрачным ребенком. Он вырос, по собственному указанию, в крайней нищете и больших лишениях; В школе его обучили только начаткам грамоты. Затем юный Вильгельм становится портновским учеником, потом подмастерьем и, по обычаю немецких ремесленников, как подмастерье, уже с двадцатилетнего возраста, т. е. с 1828 года, ведет бродячую жизнь по всей Германии. Эта «школа жизни», погубившая многих, обогащала, конечно, наблюдательный ум молодого человека. Она дала возможность обостриться тому горячему чувству негодования против социальной неправды, которая в высшей мере характеризует Вейтлинга. В конце 30-х годов наш странствующий подмастерье попадает в Париж, куда в то время был открыт доступ для всякого немецкого ремесленника. В Париже Вейтлинг остается несколько лет подряд и, работая иглой, кормившей его, и занявшись самообразованием, Вейтлинг не тратит времени даром. Париж того времени был центром борьбы различных коммунистических школ. Властителями дум не только молодых поколений, но, в известной мере, и всех передовых людей того времени были Фурье, сен-симонисты Анфантен и Базар, Каба. Бедный немецкий ремесленник, попав в Париж, быстро проникается коммунистическими идеалами, увлекается ими и с азартом истинного прозелита решается посвятить свою жизнь на их проповедь. Все это заставляет Вейтлинга изменить и его прежнюю профессию и все мировоззрение, ранее довольно неопределенное и неинтересное. В свою очередь, французский коммунизм претерпевает решительную переработку в уме талантливого и бывалого немецкого ремесленника.

В Париже Вейтлинг вошел в местный отдел «Союза Справедливых». В Париже, как позднее в других местах, Вейтлинг, в силу его природного красноречия и благодаря опубликованию его первой и весьма поучительной брошюры «Человечество как оно есть и как оно должно быть», сразу обратил на себя внимание тогдашних радикальных кружков. Еще больший успех Вейтлинг имел в Швейцарии, куда он переселился из Парижа в 1841 году.

Переезд в Швейцарию был уже по-своему шагом в Германию. Дело в том, что Швейцария в 30-х и 40-х годах XIX века играла для Германии ту же роль, что позднее Бельгия для Франции, Лондон и Женева для русских эмигрантов. Из Швейцарии Вейтлингу было легче распространять свои идеи на родине, чем из Парижа.

И вот из Швейцарии, стараниями Вейтлинга, новые французские воззрения проникают в Германию. Страна Флориана Гейера и Томаса Мюнцера вновь начинает прислушиваться к совершенно утраченной ею социальной идее. Франция, таким образом, сыграла роль воскре- сительницы социального настроения в немецкой стране, погрязшей к тому времени в мещанских и мелко-буржуазных настроениях.

Эта связь была ясно понята и формулирована в 1844 г. Карлом Марксом, который на страницах журнала «Франко-немецкий ежегодник» пророчески возвестил миру следующие замечательные слова: «эмансипация Германии будет эмансипациею всего человечества, но когда в Германии все будет готово, то восстание вспыхнет только по пробуждающемуся пению галльского петуха». Как уже было сказано, Вейтлинг в 1841 году поселился в Швейцарии, в Женеве. Здесь его взгляды нашли себе полное сочувствие в среде бедных немецких ремесленников. В многочисленных ютившихся тогда в Швейцарии немецких рабочих ферейнах горячее слово Вейтлинга имело большой успех. В Швейцарии Вейтлинг стал еще более радикален и резок, подпав одно время под влияние ученика Прудона, анархиста Мозеса Гесс, оригинальность мысли которого, запальчивость и резкость приемов сильно влияли на людей впечатлительных. В целях более успешной пропаганды Вейтлинг, живя в Веве, с осени 1841 года приступает к изданию рабочей газеты «Воззвание к немецкой молодежи». Но вышло только четыре номера этой газеты. Этот орган издавался им позднее под заглавием «Молодое поколение».

В 1842 году Вейтлинг выпускает в свет свое главное сочинение — «Гарантия гармонии свободы», в Веве. Эта книжка была отпечатана в значительном для того времени количестве 2 тысяч экземпляров. Верные друзья и единомышленники Вейтлинга, рабочие Август Бекер и Симон Шмидт, переезжали из кантона в кантон, распространяя в рабочей среде, и не без успеха, книжку своего друга.

Отзывы современников об этом сочинении очень внушительны. Карл Маркс считает, что в буржуазной прессе нет сочинения ему равного. «Сравнивая трезвенную робкую посредственность современной немецкой литературы с этим неукладывающимся ни в какие рамки полным блеска литературным дебютом немецких рабочих, сравнивая это первое выступление пролетариата с миниатюрным политическим багажом буржуазии, мы должны признать, — говорит Карл Маркс, — что немецкий замарашка, когда придет в возраст, будет отличаться необыкновенным ростом».

Эти слова Маркса оказались пророческими.

Из маленького городка Веве весною 1843 года Вейтлинг отправился в Цюрих, несмотря на предупреждение друзей, доказывавших, что в консервативном швейцарском кантоне ему долго не прожить. Так и случилось. В Цюрихе уже знали Вейтлинга как автора «Евангелия бедного грешника», где Христос изображается провозвестником коммунистического учения и высказывается ряд радикальных взглядов на роль духовенства, и устанавливается необходимость коренного преобразования социального строя.

В Цюрихе Вейтлинг был арестован. Сидя в тюрьме, Вейтлинг составил сборник «Тюремной поэзии», который появился в свет с посвящением матери автора. Стихи Вейтлинга просты и прочувствованы — это прекрасный образчик бесхитростной пролетарской поэзии.

Выпущенный из тюрьмы Вейтлинг был выслан в Германию. На баденской границе его снова арестовали и выпроводили на север, вначале в Пруссию, а затем в Гамбург. Здесь он познакомился с знаменитым немецким поэтом Генрихом Гейне.

Знакомство их произошло в книжной лавке, и, рассказывая об этом, Гейне попутно характеризует немецкое революционное движение, сравнивая его с английским. Великий германский поэт говорит: «Английские чартисты руководились только голодом, а не идеей; если они утоляют свой голод ростбифом и плум-пуддингом, а жажду — добрым элем, то становятся неопасными: они отваливаются (от социального вопроса), как напившиеся пиявки». Иное впечатление произвели на него отечественные агитаторы, в частности Вейтлинг. «Более или менее тайные руководители немецких коммунистов, — говорит он далее, — великие логики, а самые сильные из них вышли из школы Гегеля». — «Они единственно живые люди в Германии, — удостоверяет Гейне, — и им, — пророчески добавляет гениальный сатирик, — принадлежит будущее».

Той же верою в будущность немецкого рабочего класса был проникнут и другой замечательный современник Вейтлинга Карл Маркс, выступивший позднее Вейтлинга на общественную арену. Карл Маркс высоко ставит и Вейтлинга, а суровый Маркс вообще хвалил немногих.

Из Гамбурга Вейтлинг переселился сначала в Брюссель[1], а затем в Лондон, где английские, немецкие и французские социалисты встретили его с распростертыми объятиями, называя «мужественным и высокоталантливым вождем немецких коммунистов». Но в Лондоне Вейт- линг все же не обосновался, а, получив письмо в 1846 году от Кригея, перебрался в Америку, где принял предложенное ему редактирование «Volksbund’a» и где продолжал по-прежнему агитировать. Центром его деятельности и пропаганды был «Союз Освобождения» — американское общество немецких коммунистов. Издание «Volksbund’a» не пошло, и литературная склонность Вейтлинга вылилась в издании и личной продаже им же написанных брошюр. Так, впервые появились здесь в 1847 г. «Воззвание к мужам труда и забот» и английский перевод «Евангелия бедного грешника». Друзьями Вейтлинга в этот период его жизни были: Альберт Брисман и некоторые другие американские фурьеристы. Часть из них принадлежала к обширному по тогдашнему времени союзу «Союз Освобождения» (Befreiungsbund). Программа союза представляла собою смесь государственно-социалистических и коммунистических идей, облеченных в масонскую внешность. Пропагандируя свои идеи и агитируя в пользу «Союза Освобождения», неутомимый Вейтлинг предпринял в начале 1848 г. обширную поездку по Соединенным Штатам и доехал до Нового Орлеана. Вернувшись в Нью-Йорк, он узнал о революционном движении в Германии и поспешил на родину.

Революция 1848 года увлекла Вейтлинга в Берлин. Здесь он принял энергичное участие в движении и даже издавал коммунистический листок: «Избиратель» («Urwahler»). В октябре того же года он участвовал во втором демократическом конгрессе в качестве делегата от Нью- Йорка, а спустя месяц был выслан из Берлина.

В Гамбурге, где он вновь временно обосновался, ему удалось организовать несколько отделений «Союза Освобождения» с крайней революционной коммунистической программой. Когда в августе 1849 года гамбургская полиция выступила против этой агитации, Вейтлинг вторично уезжает в Америку. Здесь с 1851 по 1854 г. Вейтлинг издает газету: «Республика Рабочих». Он пытался также основать в штате Висконсин коммунистическую общину при содействии организованного им рабочего союза. Но осуществлению его идей помешала распря между его последователями. С этого времени, впрочем, Вейтлинг уже совершенно сходит со сцены. Наступают тяжелые дни. Пятидесятилетний Вейтлинг поступает писцом в переселенческое бюро, а свое свободное время посвящает астрономии и изобретению портновской машинки для выделки петель. Но эти занятия были уже совершенно бесплодными; его астрономические открытия, как оказывается, были известны за тысячу лет до него, а секрет остроумной машины для выделки петель так и остался неоткрытым. Безвестным и всеми забытым Вейтлинг умер в Америке 15 января 1871 года, 63 лет от роду.

Так печально окончилась богатая гонениями и лишениями жизнь родоначальника современного немецкого пролетарского движения. И только теперь в дни великих исторических потрясений наступило время для изучения и оценки заслуг и сочинений этого замечательного человека.

Присмотримся теперь ближе, в чем содержание его сочинений, каковы заключающиеся в них идеи и какое место в истории социализма занимает Вильгельм Вейтлинг.

Сочинения Вейтлинга. I. «Проект общества коммунистического развития» — до сих пор не напечатанная рукопись. Содержание здесь изложенных идей следующее: пропаганда всегда возможна, ее может вести и небольшое число людей, пользуясь всяким подходящим случаем. Для перехода к лучшему социальному будущему необходимы: общее братство, забвение собственности, обращение на «ты», прощение обиды, постоянное общение и точка зрения на неприятности как на болезненное явление, обучение и обсуждение всех социальных систем, умеренность. Все сочувствующие этому организуют союз. Принимая нового члена, ему предлагают вопрос: «Мы, рабочие, наконец, устали трудиться для лентяев и пр., мы желаем жить вместе новою жизнью, хочешь ли так, как и мы?»

II. «Человечество, как оно есть и как оно должно быть», 1838 г.

Социальное неравенство ныне порождается «неравномерностью распределения труда и производимых трудом богатств». Между тем, «кто не работает, тот не должен и есть». «Никто не должен иметь больше того, сколько нужно для удовлетворения его потребностей». В итоге «одинаковое для всех материальное положение», что приводит «к отсутствию забот и к дружелюбию и, следовательно, к всеобщему счастью». Все «дело... только за борьбою, которую вы, ведь, желаете», — говорит Вейтлинг, обращаясь к рабочим. Он убеждает бросить «рабский страх, мать трусости». «Рабочий должен вырвать этот вредный плевел и воз- лелеять на его месте отвагу и любовь к ближнему». Истинное счастье, по Вейтлингу, может осуществиться только при соблюдении ряда основоположений, из которых важнейшее: 1) равное для всех распределение труда и одинаковое для всех пользование жизненными благами.

  • 2) одинаковое воспитание и равные для всех права и обязанности,
  • 3) уравнение правителей с прочими гражданами, 4) уничтожение прав владения и наследования, 5) всеобщее соединение всего человечества в великий семейный союз и уничтожение всех узких и черствых понятий о национальности. Эти новые начала осуществятся в том новом социальном строе, в котором будет общность имуществ, но не будет денежной системы.

«Провозгласите свободу и равенство, устраните панов и попов, уничтожьте постоянное войско и обложите налогами богатых — всем этим вы многого достигнете, но счастье человечества вы далеко еще не утвердите». Чтобы и это утвердить, «надо устроить жизнь на основе общности имущества, уничтожить денежную систему, и поднять нравственность». «Пока существуют деньги в их современном значении, наш мир никогда не увидит свободы». «Деньги — смертный грех человечества». «Порча нравов, обусловленная неравенством состояний, со своей стороны также способствует увеличению нищеты и людских страданий».

Для практического осуществления этих идей необходимо, по мнению Вейтлинга, предварительное просвещение народов и признание народом его проекта конституции общества. «Заблаговременное просвещение народа необходимо потому, чтобы народ после крушения старого строя быстро нашелся и осмотрелся среди новых общественных порядков и не сделался бы жертвою безначалия или послушным орудием кучки тиранов». «Конституция великого семейного союза человечества» покоится на двух основаниях — труд и наслаждение. На труде основывается деловой или рабочий строй, другой — семейный строй, или строй наслаждения (потребление), — основывается потреблением, связанным с наслаждением.

Семейный строй предлагаемого Вейтлингом коммунистического устройства покоится на иерархической организации индивидуальных семей, управляемых старшинами. 1000 семей образует семейную общину. Десять таких общин — семейный округ, избирающий окружное начальство. От каждого округа выбирается один депутат в верховный «великий семейный союз», уже из своей среды выбирающий высший законодательный орган — сенат.

Сходным образом устроен и рабочий строй, распадающийся на четыре отдела или гражданских состояний: земледельцев, лиц промышленного труда, учителей и промышленную армию. Все граждане в возрасте от 15 до 18 лет подлежат особой, обязательной для всех, трудовой повинности. Эта молодежь составляет обширную промышленную армию труда всеобщего союза. Эта армия исполняет все общественные, тяжелые, необходимые и неприятные работы, например: очистку гаваней, улиц и зданий.

В государстве Вейтлинга каждая семья получает отдельное жилище со своею обстановкою и садом, но семьи пользуются общею кухнею и общим столом. Все продукты производятся и распределяются коммунально.

Но «одно равномерное распределение труда и средств к жизни не в состоянии дать человечеству продолжительного счастья». В коммунистическую систему полного равенства необходимо внести поправку. «Строго регламентированное однообразное равенство будет для человечества тем же, что для утомленного дорогою проголодавшегося путника лишенное соли кушанье — на первых порах его едят жадно, затем со дня на день оно становится менее вкусным, а напоследок начинает тошнить». «Вечно живому, вечно подвижному духу человека должен быть дан простор, чтобы скука и равнодушие не овладели человеком». Этому началу личной свободы должен быть дан простор, и «каждому должно быть дозволено работать сверх общенормирован- ного времени (в начале 6 часов), еще добровольно избыточные часы».

Этот избыточный труд также регистрируется и идет на удовлетворение индивидуальных желаний и вкусов. И, так как все товары оцениваются и рассчитываются по количеству затраченного на их производство времени, то их можно получить в обмен на удостоверение об избыточном сверхнормированном труде. Владение такими добавочными предметами — только пожизненное. Всякое наследование, как ведущее к усилению неравенства, вообще отменяется. «Таким образом, — думает Вейтлинг, — мера, предусматривающая институт избыточного труда, открывает полный простор проявлению индивидуальных наклонностей отдельных лиц, а потребление и пользование предметами роскоши скорее возрастет, чем сократится».

Новый порядок, по мнению Вейтлинга, приносит неисчислимые материальные выгоды. Неравенство исчезает, жизнь удешевляется, количество труда сокращается, сумма наслаждений возрастает. Водворяется умеренность вместо развращающей невоздержанности. Но умеренность не есть ограничение — люди едят не по порциям, а сколько пожелают.

Этот порядок особенно выгоден в эпохи войны, в дни, когда страна в опасности. Тогда только наступает момент «установления точных порций». Любопытно отношение коммуниста Вейтлинга к войне. Война с врагами — исключительное событие. Оно ставит на ноги все сильное и взрослое население. В случае ее «мы обязаны приносить самые большие жертвы». «Члены союза могут тогда делить между собою лишь то, что останется за вычетом потребностей армии, ибо воины наши не должны ни в чем терпеть недостаток. Если остальным пришлось бы испытывать нужду, то нужду эту будут переносить все без исключения, а на миру, как известно, и смерть красна. Мы будем, по крайней мере, избавлены от зрелища, как со ртов немногих течет жир, и как в их шкафах висят десятки костюмов, тогда как большинство терпит голод и стужу». И когда граждане возьмутся за оружие, чтобы бороться за свободу и равенство, то «остальные, конечно, с радостью возьмут на себя во время войны несколько добавочных часов труда сверх установленного, чтобы вновь поднять размеры внезапно сократившегося производства».

И, несмотря «на все эти неизбежные жертвы, они все же будут жить неизмеримо счастливее, чем преобладающее большинство в современном строе». Такой самообороняющийся вооруженный народ Вейтлинг считает непобедимым. «Встав на защиту своих прав против народных угнетателей хотя бы всей Европы», такой народ выходит из этой борьбы только победителем. Но война — редкое событие. В обыкновенное время человек должен стремиться к совершенствованию. «Человек может все больше приблизиться к нему, но не достигнуть его вполне в своей земной жизни». «Совершенство — это всемогущий бог, и стремиться достигнуть его значит — сделаться ему более подобным».

Вейтлинг не считает своего проекта социального преобразования окончательным. Он предлагает его лишь вниманию тех, «кто не имел случая познакомиться с системами общности имуществ, представленными Фурье и многими другими». «Все до сих пор представленные проекты общественного преобразования представляют доказательства возможности и необходимости его усовершенствования». «Чем больше книг об этом пишется, тем больше народ может убедиться в справедливости этих доказательств». «Самую лучшую книгу об этом нам придется написать нашею кровью», — пророчески думает Вейтлинг.

III. «Гарантии свободы и гармонии» 1842. Основные идеи этого произведения следующие.

Язык, границы, отечество — все это не нужно, как не нужны и следующие догмы. Люди должны жить общею равною и свободною жизнью. Новая организация общества должна порвать со всем старым. Каждый должен иметь дело на то же удовлетворение потребностей, что и другой. Работа должна давать возможность проявлять все способности.

Коренная причина социальной неурядицы — нарушение гармонии и равновесия между потребностями и способностями. Гармония заключается в дружественном семейном союзе, обнимающем все человечество. Все управление должно находиться в руках ученых и гениев: философов, физиков, механиков. Верхнею инстанциею является «Совет трех». Во всей системе управления, как в центральных, так и в местных органах — выборное начало. «Центральные компании» ведают управление «провинциальными компаниями» и занимаются преимущественно научными и техническими вопросами.

Существуют, по Вейтлингу, три сорта труда: необходимый, полезный и приятный. Первые два определяются в часах и делятся на число способных к труду. По мнению Вейтлинга, примерно, для удовлетворения жизненных потребностей государство должно требовать от каждого шестичасового труда. Самое занятие, выбор вида труда и профессии, вполне зависят от воли каждого. Но так как у каждого человека могут найтись и другие потребности, например, к роскоши, комфорту, то для удовлетворения таких потребностей надо работать большее количество, чем шесть часов. Каждый час сверх общей шестичасовой рабочей нормы заносится в особую «коммерческую» книгу, как «коммерческий» час. На деньги, полученные за коммерческие часы, каждый в конце года может приобретать все то, что ему лично нравится. Воспитание детей производится за общественный счет, все дальнейшее образование также за счет общества. Суд и тюрьмы во всей стране уничтожаются, а все преступники лечатся в особых учреждениях, как больные.

Для реализации этих идей Вейтлинг видел два пути: пропаганду и коренное изменение существующих условий — революцию. Второй путь Вейтлинг считал более действительным. Для предварительного же приведения в исполнение своих планов Вейтлинг считал необходимым: уничтожение всех грязных жилищ, всего грязного платья и белья, полную отмену всех долгов.

IV. «Евангелие бедного грешника», Цюрих, 1843. В этом страстно и гневно написанном памфлете Вейтлинг, основываясь на текстах

Евангелия, пламенно обрушивается на ханжество и лицемерие официальной церкви, которая является союзницей буржуазного общества и правительственной власти. От Евангелия попов нужно, по мнению Вейтлинга, обратиться к Евангелию любви, мужества и надежды. Пролетарии — эти «бедные грешники» — не должны смущаться ни своей бедности, ни своих мелких грешков. В существующем строе они и так наказываются, в то время когда крупные проделки сходят большим мошенникам с рук. «Если вам, не обращая внимания на ваши намозоленные в работе руки, отравят горьким упреком стакан вина или водки, раскройте это Евангелие. В нем вы найдете того, кто не отвергает с презрением радости трапезы, найдете друга мытаря и грешника, пред которым сбежится мораль ваших врагов. Расточительной рукой ты расплескала свой драгоценный елей, кающаяся Магдалина. Грешница с томными глазами! Ты позволяла маленькому божку любви рыться нескромными руками в весенних почках своей красоты и оказывала ему слабое сопротивление. Ты ослабляла страдание, одерживая над ним победу за победой. Королева страданий, теперь ты их победила».

Христос, по мнению Вейтлинга, — коммунист. Он требовал уничтожения денег, отмены наказаний, отрицал семью и брак, не уважал частную собственность. Христос рекомендовал свободу и равенство, общность труда и общность наслаждений. Всякий раз, когда христианские реформаторы обращались к христианству, они оживляли свои демократические идеалы. Атеисты и теисты, как Вольтер, — вредны. Каждую из этих мыслей Вейтлинг обосновывает соответственным текстом евангелия, которых в книжке более ста.

  • [1] О пребывании Вейтлинга в Брюсселе осталась следующая заметка Ф. Энгельса:«Он уже не был более наивным юным портняжным подмастерьем, изумляющимся своейсобственной одаренности, который старается уяснить самому себе, какой же вид должно иметь коммунистическое общество. Он был великим человеком, преследуемым завистниками за свое превосходство, который повсюду чуял соперников, тайных врагов,
 
<<   СОДЕРЖАНИЕ ПОСМОТРЕТЬ ОРИГИНАЛ   >>