Полная версия

Главная arrow Социология arrow ИСТОРИЯ СОЦИАЛИЗМА

  • Увеличить шрифт
  • Уменьшить шрифт


<<   СОДЕРЖАНИЕ ПОСМОТРЕТЬ ОРИГИНАЛ   >>

Луи Блан

Луи Блан родился 29 октября 1811 года; сын небогатого чиновника, он получил воспитание в коллегии города Родеса. По окончании последней 17-тилетний Блан уже должен был снискивать себе пропитание уроками. Окружающие долгое время мало доверяли юному педагогу, бывшему к тому же очень небольшого роста.

В конце 1830-х годов Луи Блан впервые выступил в качестве литератора. Две его стихотворные поэмы получили премию Аррасской академии, а политические статьи охотно печатались в одной из местных газет.

В 1833 году Л. Блан переселился в Париж, где сотрудничал в газете «Добрые чувства». Статьи его имели большой успех. В 1838 г. он основал свою собственную газету, значительное место в которой было отведено рабочему вопросу. В следующем году за статью против Луи Бонапарта Л. Блан подвергся внезапному ночному нападению, едва не стоившему ему жизни. Будущий император, тогда только Л. Бонапарт, издал книгу «Идеи Наполеонов», на которую Блан отвечал резкою критикою. «Вы нам предлагаете, — писал Луи Блан, — все то, что было делом вашего дяди, кроме войны... Ах, милостивый государь, ведь это будет деспотизм, только без славы; это двор над нашими головами, но без Европы у наших ног, это империя, но без императора». В том же 1839 году на страницах его газеты появилось самое известное его сочинение «Организация труда», которое сыграло важную роль в ходе социальных событий Франции. Оказав громадное влияние на рабочих Парижа, эта книга имела выдающийся успех и далеко за его пределами. Ошибочно думать, что она содержала что-либо социалистическое: вообще Л. Блан не был социалистом, хотя некоторые сен-симонистские идеи не были ему чужды.

Газета Л. Блана прекратилась в самом начале сороковых годов, так как Луи Блан перешел к ряду исторических работ, обширных по замыслу и талантливых по изложению, — «История десяти лет», первый том вышел в Париже в 1841 году. Покончив с этим сочинением, Л. Блай приступил к новому самому большому из своих трудов — «История французской революции». Из 15-ти напечатанных им томов до 1848 года вышли два. Обе «Истории» имели колоссальный успех, особенно «История десяти лет», которая в короткий промежуток времени выдержала ряд изданий, несмотря на свой большой объем.

В то же время Луи Блан принимал участие во влиятельной парижской газете «Реформа». В итоге имя его стало настолько известным, что в 1846 году ему предлагали быть членом палаты депутатов. Особенно выдвинула Л. Блана революция 1848 г., в которой передовым бойцом являлся пролетариат. В этом движении были моменты, когда самое осуществление нового социалистического строя казалось практически легко исполнимым, и тогда первые шаги в новом направлении связывались с именем Л. Блана.

Но вскоре восставший пролетариат был раздавлен артиллериею Ка- веньяка. Раскрывшаяся таким образом пропасть между пролетариатом и буржуазией больше не исчезала, несмотря на усилия многих перебросить через пропасть спасительные мостики примирения.

Классовый антагонизм стал резко проявляться во Франции еще с самого начала сороковых годов. С этого времени пролетариат все больше приходит в возбуждение, движимый двумя магическими формулами: организация труда и право на труд. Буржуазия глядела встревоженно на предвестников новой бури. Король, между тем, был занят династическими планами и интригами против мешавших ему английских министров. Когда суровый и набожный Гизо вступил в 1840 г. на пост премьера Франции, против короля и капиталистов в обществе и парламенте подняла голову либеральная оппозиция. Эта оппозиция требовала реформ в самой парламентской системе Франции. «Но среди рабочего населения Парижа, — говорит Файф, — действовали другие силы и другие идеи сравнительно с теми, что занимали политиков собрания. Теории социализма, увлекавшие в первые годы царствования Луи-Филиппа только немногих мыслителей и читателей, глубоко распространились в массы народы и обратились в символ веры бедняка».

Смелые парадоксы Сен-Симона и Шарля Фурье разбудили дремавшую мысль, а редкий по фанатизму энтузиазм их последователей и иступленная страстность, непоколебимая вера в свое учение двинули общество в сторону экономических вопросов. Аполитический экономизм и радикальное переустройство социального строя стали отныне девизом дня. Тут уже не трудно было указать на роль пролетариата, особенно страдавшего от тогдашней экономической системы. И на эту роль впервые указал Луи Блан.

«Идея нового общественного строя, — говорит Л. Штейн, — овладела умами рабочего сословия в предместьях Парижа не в какой-либо сложной форме. Рабочий читал у Луи Блана, самого нового и понятного из преподавателей, о праве труда, об обязанности государства доставлять работу своим гражданам. Это было нечто действительное и обязательное. За это он был готов, в случае надобности, взяться за оружие и был совершенно равнодушен к распространению избирательных прав на другую часть буржуазии или к переходу власти из рук одних искателей мест в руки других».

Логика общественных событий с неумолимою последовательностью вела к тому, чтобы и в момент дарования парламентской реформы рабочие массы оставались в оппозиции. Действительно, 24 февраля 1848 года пролетариат, несмотря на уступки Луи-Филиппа буржуазии, свергнул трон во Франции. Поводом была поднявшаяся в то время агитация в пользу реформы выборов. Король в тронной речи в парламенте в 1847 году высказывается против агитации за реформу. Тогда оппозиция организует целый ряд банкетов. Один из них, устроенный в западном Париже, на Елисейских полях, 24 февраля 1848 г., правительство объявило незаконным. Оппозиция, имевшая намерение вместе с банкетом устроить мирную демонстрацию, не хотела доводить дела до кровавого столкновения. Депутаты уклонились даже от участия в банкете. Но явившиеся на улицу рабочие устраивают баррикады. Доселе верная «царю и отечеству» национальная гвардия на этот раз не обнаруживает особенного желания «подавлять крамолу» и изменяет Луи-Филиппу. Растерявшийся король дает отставку Гизо. В Париже по этому поводу всеобщее ликование, но пролетариат и его вожди деятельно готовятся к новому выступлению. Убийство в тот же день 80 рабочих перед зданием министерства иностранных дел дает сигнал к новому восстанию. Рабочие берутся за оружие снова. На этот раз окончательно перепуганный Луи-Филипп отрекается от престола в пользу своего внука. Но уже поздно. Толпа, ворвавшись в палату депутатов, избирает временное правительство. В числе членов временного правительства был и Луи Блан. Он опирался на многочисленный парижский пролетариат, усиленно предлагавший ему диктатуру. «Если бы Л. Блан, — говорит Л. Штейн, — в этот великий исторический момент имел мужество восстать против своих товарищей по министерству и захватить предлагаемую ему социальную диктатуру, социалистическое государство было бы создано. Надолго ли — это другой вопрос, но все же оно существовало бы.»

Итак, 24 февраля 1848 г. Луи Блан попал в число членов временного правительства. Уже на другой день, 25 февраля, по настоянию Л. Бла- на, временное правительство признает «право на труд». Далее, так как предложение Блана об учреждении министерства труда было отвергнуто, правительство учредило известную Люксембургскую комиссию под председательством Блана. Благодаря инициативе этой комиссии было устроено несколько производительных ассоциаций.

Правительство в 1848 году дало ассоциациям заказ на изготовление 100.000 мундиров и седел для кавалерии, что заняло труд 2.000 человек. Впрочем, вскоре, а именно в 1851 г., эта работа сдавалась уже не ассоциациям, а всем желающим — поштучно. Организацией национальных мастерских, «этой, по выражению историка французского социализма Поля Луи, карикатурой на социализм», противники Луи Блана хотели подорвать его авторитет, а, главное, дискредитировать социализм.

Тома, стоявший во главе национальных мастерских и составивший их историю, прямо говорит о том, что национальные мастерския были организованы с целью довести до абсурда «теоретические построения» Луи Блана. На самом же деле ни Луи Блан, ни Люксембургская комиссия тут не при чем. Правительство восстановило это учреждение, существовавшее как институт временного характера в 1789 и 1830 гг. Поэтому все авторы, приписавшие, в противоположность мнению Лассаля, учреждение национальных мастерских влиянию Луи Блана, в этом ошибаются.

После июньских событий и сражения между правительственными войсками и рабочими национальных мастерских, Л. Блан был привлечен к суду за его «преступную» роль в этих событиях. Луи Блану ничего не оставалось, как бежать в Англию, что он и сделал. В Англии он пробыл 30 лет. Его «Письма из Англии» (4 тома, Париж, 1865 г.) имели в свое время громадный успех. И только после франко-прусской войны Л. Блан вернулся во Францию, где был немедленно избран членом национального собрания. Коммунары предлагали ему быть диктатором, но Блан отказался; до своей смерти он был только деятельным членом парламента. Но зато, когда в 1879 году Блан предпринял путешествие по Франции, он был как бы вознагражден за свое 20-тилетнее изгнание: его повсюду встречали с необычайным триумфом. В 1881 году, 6 декабря, Л. Блан скончался. Похороны его были устроены за счет государства.

Основные воззрения Луи Блана, главным образом, изложены в его сочинении «Организация труда». Развитию же отдельных вопросов посвящено много места в других его работах исторического и публицистического характера.

В общем, Луи Блан не был социалистом, но вообще его миросозерцание находится под сильным влиянием сен-симонизма, а отчасти Фурье и Жан-Жака Руссо. Однако ни одно из этих течений вполне не подчинило его себе. Л. Блан во многом расходится и с Руссо, отрицая, напр., его идею непосредственного народного законодательства, и с Фурье, который внушил ему лишь общую идею ассоциации и навел на мысль о значении привлекательного труда; расходится Л. Блан и с сен-симонизмом; историческая точка зрения последнего хотя и была им целиком усвоена, но все же с значительными поправками.

Так называемое идеалистическое понимание истории, часто заслонявшееся у сен-симонистов прямо противоположными воззрениями, выдвигается Л. Бланом на первый план. По его мнению, историческое развитие всецело обусловливается успехами знания. Только наука может поэтому открыть выход из того ненормального положения, в каком находится современное общество. И, будучи признана, научная истина не может не повлиять на ход истории. Если до сих пор человеческое общество, переживая различные стадии своего развития, не могло освободиться от социальных бедствий, то это объясняется для Луи Блана лишь недостаточным знанием истинных условий общественного благополучия. «Язва общества, по его мнению, заключается прежде всего в невежестве, жертвою которого становятся все классы. Нужно повлиять на людей, изменить их нравственное и умственное состояние для того, чтобы люди переменили тогда и свой общественный строй. Этого же можно достигнуть только с помощью науки». Известно выражение Луи Блана, что «не сила руководит миром, а мысль» и что «история делается книгами».

Общественная эволюция рассматривается Луи Бланом как смена различных стадий умственного развития. Он так же, как и сенсимонисты, находит в истории три главных фазиса, характеризующиеся тремя различными и противоречащими друг другу принципами. Но характеристика этих фазисов не совпадает у него с той, какую дали сен-симонисты. История, по воззрению Луи Блана, предоставляла поочередно преобладание трем принципам: власти, индивидуализму и братству. Власть регулировала жизнь людей с помощью внешнего принуждения и навязываемых верований. Освободившись от слепого подчинения власти, чело век провозгласил абсолютное значение своих индивидуальных прав и стал полагаться на свои личные силы. Наконец, третья эпоха истории, и притом только теперь начинающаяся, является эпохой братства: солидарность людей и вытекающая из признания ее необходимость организоваться в гармоническое целое должна устранить как рабство, создаваемое властью, так и все бедствия, связанные с эгоистическим существованием ничем не связанных между собой людей.

Признавая вместе с сен-симонистами факт расслоения общества на классы и преобладания одних классов над другими, Луи Блан не видит, однако же, в классовой борьбе средства общественного прогресса. Наоборот, для прогресса необходимо устранить антагонизм классов и привлечь всех членов общества к примирению и сознательному устроению жизни на новых началах. Общество приобретет силу, необходимую для разрешения современных противоречий лишь в единении и в общей коллективной деятельности. Здесь на помощь является наука, призывающая к разумному отношению к жизни и утверждающая ту истину, что личный интерес человека не противоречит интересам общества, а находится с ним в полной гармонии.

Отрицание классовой борьбы не приводило, однако, Луи Блана к отрицанию революции как неизбежного момента в развитии общества. Наоборот, он сам называл себя революционером. Развитие новых идей, совершающееся медленно и постепенно, приводит неизбежно к перевороту, который может совершаться более или менее быстро и заключается в замене одной общественной организации другою, ей противоположною. Революция, как ее понимает Луи Блан, не всегда принимает бурный разрушительный характер. Чем больше в обществе будет распространено правильное, научное понимание вещей, чем большее участие будет принимать народ в законодательстве, тем легче революция может совершиться мирным бескровным путем. Всеобщая подача голосов, по мнению Луи Блана, окажет в этом отношении неоценимую услугу.

Современный строй, в котором с особенной силой проявляют себя начала индивидуализма, должен быть изменен, если общество не желает погибнуть. Должна произойти революция, которая поставит во главу угла принцип братства. Поэтому необходимо прежде всего подвергнуть критике самые основы современного строя и позаботиться о распространении правильных научных воззрений на общественную жизнь.

Но особенно обстоятельной и жестокой критике подвергается Луи Бланом принцип конкуренции, царящий в современном обществе. Конкуренция является источником всего зла. Она, не в одинаковой, правда, степени, но все же гибельна как для рабочих, так и фабрикантов. Подробно описывая самый процесс так называемого свободного договора между работником и работодателем и указывая причины постоянного понижения цен, к которым рабочие вынуждаются голодом, Луи Блан подчеркивает безвыходность положения рабочего и его полную необеспеченность. Конкуренция создает бедность, а бедность порождает пороки. Она обусловливает перепроизводство и промышленные кризисы. В среде же предпринимателей конкуренция создает постоянную вражду и служит часто причиною разорения. Мелкая собственность поглощается крупною, и в конце концов создается олигархия «финансовых вельмож». Конкуренция обращается, по словам Луи Блана, во «всеобщую экспроприацию».

Луи Блан считает поэтому необходимым бороться с распространенным в его время учением фритредеров, провозглашавших принцип «laissez faire — laissez passer». По его словам, совершенно непоследовательно для государства, берущего на себя защиту граждан от опасностей, являющихся результатом свободной конкуренции, отказываться от мероприятий, которые могли бы предупредить эти опасности, т. е. от вмешательства в экономическую жизнь.

Но такое зло, как конкуренция, должно быть устранено силою, равною ему по могуществу. От него можно избавить общество, противопоставив конкуренции конкуренцию же, только иначе осуществляемую. Как известно, предприятие, ведущееся в крупных размерах с более крупным капиталом, в силу своей большей мощности оказывается победителем в борьбе за рынок. Поэтому, — рассуждает Луи Блан, — нужно найти капиталиста, который мог бы померяться с самыми крупными предпринимателями — и тогда эти последние будут побеждены. Таким капиталистом может явиться только государство, поддерживающее своими капиталами ассоциации производителей. Ассоциация — это единственная форма, которая может избавить человечество от угнетающих его бедствий. Наемный труд должен быть совершенно уничтожен, оплата же труда должна производиться сообразно с количеством рабочих часов. Ассоциация не представляется Луи Блану чем-либо искусственно изобретенным и навязываемым человечеству, вопреки его общим стремлениям. Наоборот, это есть наиболее приспособленная к человеческим инстинктам форма труда, так как личное и общественное начала неразрывно связаны в человеке. Всякое право личности, по мнению Луи Блана, получает силу лишь при отождествлении его с общественным интересом. Все граждане должны обратиться постепенно в членов ассоциации. Это последнее требование выставлялось Луи Бланом как идеал, к которому должно стремиться общество. Он понимал, что ассоциация может действительно привести к желаемым результатам лишь в том случае, если она является всеобщей, если она охватывает все отрасли промышленности. Именно поэтому Луи Блану представлялось существенно необходимым участие государства в деле организации ассоциаций. Но нельзя сказать, чтобы этот взгляд проводился Луи Бланом последовательно. У него заметно некоторое колебание в вопросе о роли государства. В некоторых местах он даже высказывается так, как будто имеет в виду свободное самостоятельное образование ассоциаций, без участия государственной власти. Он предлагал иногда иной путь: постепенное завоевание основываемыми самими рабочими, за свой страх и риск, общественными организациями сперва одной, затем нескольких и, наконец, всех отраслей промышленности. Однако государству вообще принадлежит в системе Луи Блана весьма видное место. Он придает громадное значение организаторской деятельности прогрессивного государства. Поэтому можно сказать с уверенностью, что в общем в понимании Луи Блана переход от конкуренции к ассоциации представляется рядом политических мероприятий.

Луи Блан совместно с Видалем и Пикером выработал план организации ассоциации с помощью государства. По этому плану правительство должно было сделать крупный заем, который пойдет на постройку общественных мастерских. Частные мастерския медленно и постепенно будут поглощаться этими крупными предприятиями. Государство же должно обеспечить личности ее право на труд и на помощь в случае каких-либо бедствий или в виде пособий.

Предоставление государству такой роли не вызывало у Луи Блана никакого смущения, потому что он имел в виду государство, в котором общество решает дела через посредство народных представителей. Для свободы частных лиц организаторская деятельность такого демократического государства не может, по его мнению, представлять никакой опасности.

Вообще же никакого принуждения ко вступлению в ассоциации Луи Блан не предполагает. Он думает, напротив, что ассоциация будет привлекать к себе работников помимо каких бы то ни было обязательных требований со стороны государства. Государство ограничится помощью желающим образовать ассоциацию. Единственным же стимулом ко вступлению в нее будет привлекательность самого труда в ассоциации. Луи Блан вообще, вслед за Фурье, настаивает на привлекательности труда, которая еще увеличивается в случае коллективной организации работы. В его общественных мастерских работа организуется сама собой, исключительно вследствие привлекательности труда, так как согласованность различных профессий с соответствующими естественными стремлениями сделает из труда наслаждение.

Возлагая все свои надежды на ассоциацию, Луи Блан не был, однако, коммунистом в том смысле, чтобы отрицать вообще всякую собственность. Он уже совершенно отчетливо понимает различие между собственностью на средства производства, на капитал и собственностью на средства потребления. Право собственности вообще им не отрицается, но оно, по его мнению, должно быть подчинено задачам общественного благополучия. Допустима лишь та собственность, которая не противоречит принципам коллективного сотрудничества. Отсюда вытекает, что право собственности должно распространяться лишь на продукт труда, поскольку он является средством потребления; что же касается средств производства, то таковые, при коллективной организации труда, не могут быть частною собственностью. Все орудия производства должны быть только собственностью ассоциации. Собственность же на предметы потребления должна находиться в строгом соответствии с трудом. Поэтому нет никаких оснований для сохранения института наследственной собственности. Обмен, однако, не устраняется Луи Бланом даже и для того идеального строя, где царит вообще ассоциация. И хотя оплата труда производится непосредственно ассоциацией, распределяющей между своими членами все необходимое, однако, желающим предоставляется получать взамен продуктов денежные знаки. Но и в этом случае все же предполагается, что оплата труда является не заработной платой в нашем смысле этого слова, а осуществлением прав работника на полный продукт труда. Исходя из этого принципа, Луи Блан отрицает для идеального состояния общества, когда ассоциация станет всеобщею, всякое представление о доходе. Таковой признается им лишь для переходной стадии.

Воззрения Луи Блана, ближе подходя к жизни и не заключая в себе слишком широких мечтаний, нашли гораздо больше доступа к массе, чем учение Фурье и Сен-Симона. Исходя из коммунизма, Блан от него отрешается и почти подходит к принципам существующего строя, исправляя его только в смысле организации труда за государственный счет.

По-русски о Луи Блане можно прочесть.

  • 1. Елисеев, А. В. Луи Блан в «Вест. Евр.» за 1883, кн. I, 3.
  • 2. Жуковский, Ю. Материалы для общественной науки. Прудон и Луи Блан. СПб., 1866.
  • 3. Щеглов, И. История социальных систем, т. II, стр. 445—695. СПб., 1889.
  • 4. Поль Луи. Французские мыслители и писатели XIX в. СПб., 1905.
  • 5. Чернов, П. Луи Блан. («Молодая Россия») 1906.
  • 6. Г. К-ша. Национальные мастерския во Франции в 1848 г. Ростов на Д. 1906.
 
<<   СОДЕРЖАНИЕ ПОСМОТРЕТЬ ОРИГИНАЛ   >>