На Северный полюс на лыжах

1 июня 1979 г. в 11 часов по московскому времени на Северном полюсе высокоширотной экспедицией газеты «Комсомольская правда» был поднят Государственный флаг Советского Союза в ознаменование окончания 1500-километрового маршрута от острова Генриетты (Новосибирские острова) до географической точки, обозначающей вершину нашей планеты. 76 дней Дмитрий Шпаро, Юрий Хмелевский, Владимир Леденев, Анатолий Мельников, Владимир Рахманов, Вадим Давыдов, Василий Шинкарев через пургу, через торосы и разводья во льду, борясь с морозами, которые в отдельные дни доходили до 40 градусов, по очереди торя лыжню, пробивались к своей заветной цели — Северному полюсу (рис. 29). В день окончания похода вместе с Государственным флагом СССР над полюсом был поднят флаг папанинцев, которые в 1937 г. от этой точки начали свой героический дрейф, а рядом с флагштоком установлены портреты русских полярных исследователей Георгия Седова, Владимира Русанова, Эдуарда Толля, отдавших свои жизни за то, чтобы Арктика сегодня служила советским людям.

Экспедиция Д. Шпаро на Северном полюсе

Рис. 29. Экспедиция Д. Шпаро на Северном полюсе

Десять лет шла научно-спортивная экспедиция к вершине спортивного успеха. В 1969 г. пятеро туристов-лыжников, возглавляемые Д. Шпаро, совершили поход по Болыиеземельской тундре от Воркуты до поселка Амдерма на берегу Карского моря. В 1970 г. над туристской группой берет шефство газета «Комсомольская правда», и с этого времени она получает название полярной экспедиции «Комсомольской правды». Двое из ее первого состава — Д. Шпаро и Ю. Хме- левский — через девять лет станут покорителями полюса. Зимой 1970 г. участники экспедиции совершили поход высшей категории сложности по Таймырскому полуострову и льду моря Лаптевых; в 1971 г. — по островам Северной Земли. В 1972 г. на лыжах и надувных лодках экспедиция преодолевает за 20 дней пролив Лонга, отделяющий остров Врангеля от берега Азии.

1973, 1974 и 1975 гг. были посвящены поисковой работе на побережье Таймыра, где экспедиция обнаружила следы пребывания норвежских моряков Питера Тессема и Пауля Кнутсена — участников экспедиции Р. Амундсена на шхуне «Мод», в 1919—1920 гг. преодолевших на лыжах вдвоем полярной ночью почти 1000 км от мыса Челюскин к острову Диксон, где находилась одна из первых полярных радиостанций, и погибших недалеко от цели. Кроме того, были найдены стоянки экспедиции русского геолога В. А. Русанова, склад продовольствия полярного исследователя Э. В. Толля (Шпаро, Шумилов, 1982).

«Генеральной репетицией» броска на Северный полюс стал лыжный переход протяженностью 300 км от острова Врангеля к станции «Северный полюс-23» в 1976 г. (Снегирев, Шпаро, 1979).

Экспедиция «Комсомольской правды» на Северный полюс была прекрасно подготовлена, в чем ей оказали огромную помощь многие организации страны. Рюкзаки специальной конструкции, в которых можно было поместить и переносить груз в 50 кг, сшили на Богородском швейно-такелажном комбинате, бахилы — в Московском объединении «Буревестник»; лыжные крепления, металлические части каркаса палатки, маленькие лодки и спасательные жилеты изготовили на подмосковных заводах, пуховое снаряжение — на швейно-трикотажном комбинате ДСО Профсоюзов. Для штормовых костюмов были использованы модели, разработанные специалистами ЦНИИ швейной промышленности для участников советской антарктической экспедиции; сшили их на фабрике им. К. Цеткин.

Для обеспечения устойчивой радиосвязи с маршрутной группой на острове Котельном (Новосибирские острова) и станции «СП-24» были созданы две базовые радиостанции с круглосуточной вахтой. Велика роль в успехе экспедиции летчиков полярной авиации, которые четыре раза, через каждые 15 дней, сбрасывали группе контейнеры с продуктами и запасным снаряжением, а также письма, газеты, журналы. А в день рождения Василия Шишкарева порадовали его тортом и горячим обедом, приготовленным на станции «СП-24». И случись что-нибудь, летчики вылетели бы к экспедиции без промедления.

В день завершения маршрута целая группа самолетов «АН-2» пошла к полюсу; чтобы вывезти оттуда участников экспедиции на Большую землю. А перед этим совершил поистине героический поступок, как его оценил И. Д. Папанин (1979), летчик О. А. Охонский. Тяжелый колесный самолет «ИЛ-14» он посадил на льдину перед полюсом, куда завез горючее для «АН-2». «Что-то не припоминаю аналогичных примеров из истории авиации», — сказал восхищенный мастерством и мужеством пилота Иван Дмитриевич.

Советские люди готовы были оказать любую помощь маршрутной группе. Так, когда солнце стало греть сильнее и меховые варежки оказались слишком теплыми, жители поселка Черского подготовили брезентовые рукавицы, и вместе с продуктами питания они были сброшены в лагерь экспедиции.

Арктика встретила экспедицию тридцатиградусными морозами. И с первых же шагов 16 марта ее участникам пришлось мобилизовать все свое мастерство, приобретенное в предыдущих арктических походах.

Сразу на старте на острове Генриетты путь им преградил движущийся вдоль острова со скоростью 4 км в час поток, в котором плыли, сталкиваясь, наползая одна на другую, льдины. Переправиться через поток на легких резиновых лодках было невозможно, так как они могли вмерзнуть в лед, мороз моментально схватывал образующиеся полыньи. Поэтому поток необходимо было преодолеть пешком по колышущимся льдинам, неся на себе рюкзаки весом по 45 кг, да еще нелегкие лыжи «Бескиды». Но другого варианта не существовало.

Вот как описывает этот переход врач экспедиции В. Давыдов (1983). «Накануне мы видели, как преодолевает подобные препятствия белый медведь. Он шагал по льду просто и естественно, не смущаясь его непрерывным хаотичным движением. Он был у себя дома, а дома порой не замечаешь сбившегося половика или сдвинутого с места коврика.

Глядя на него, подумалось: «Нам бы такую скорость». Позавидовали хорошей полярной завистью.

При переходе особо сложных участков мы снимали рюкзаки, перебегали с лыжами в руках на соседнюю льдину, убеждались в ее надежности, а затем проделывали этот путь уже с рюкзаками. Так часа два продвигались мы вперед, балансируя, как канатоходцы, и вдруг послышался крик. Трудно было сориентироваться в первые минуты, откуда он исходит. Боковым зрением я заметил, что Дима Шпаро и Володя Леденев сбрасывают рюкзаки и куда-то бегут. Не очень понимая, для чего я это делаю, стал стягивать рюкзак тоже. Когда вслед за ними я подбежал к темному ледяному шевелящемуся месиву, то увидел, что Дима уже вытащил на льдину Васю Шишкарева, первого, кто вкусил прелести арктического незапланированного купания. Рюкзак плавал в воде и выловить его не составляло особого труда. Мороз в это время стоял около тридцати градусов, и на наших глазах Васины брезентовые брюки, анорак и лыжная шапочка покрылись тонким ледяным глянцем.

Второй провал произошел спустя пять-десять минут. Юра Хмелев- ский ступил на кусок льдины, она не выдержала его тяжести и вместе с ним погрузилась в воду. К счастью, Юру за рюкзак успел ухватить Толя Мельников, а через мгновение подоспел на помощь и я.

Вообще-то начало похода было не очень приглядным. За короткое время двое товарищей угодили под лед, утоплены лыжи, а впереди сотни метров точно таких же препятствий».

Еще около часа добиралась группа до надежного пакового льда, где, наконец, была установлена палатка, переодеты в сухое двое побывавших в арктической купели, а их мокрые вещи выставлены вымораживаться.

Труднейшие препятствия сменялись ровными полями льда, на которых можно было развить предельную скорость (рекорд перехода в день составил 40 км), но торосы, разводья каждый раз заставляли до предела использовать физические и психические возможности участников экспедиции. Опасности подстерегали постоянно. «Почти два месяца идти по дрейфующим льдам и не подвергаться опасности нельзя, — сообщал в корреспонденции «Комсомольской правде» с маршрута Д. Шпаро (1979). — Здесь все время надо быть наготове, в любую минуту ждать беды. Внезапное торошение может смять палатку. Неосторожный шаг — и человек провалился в трещину. Рискованны переправы на надувной резиновой лодке: ее способны торпедировать острые края льдин. Бедой может кончиться визит белого медведя. Не потерять друг друга во время пурги, предохранить глаза от снежной слепоты... Много опасностей». Но филигранно разработанные маршрут, снаряжение, рацион питания, опыт, приобретенный в предыдущих экспедициях по Арктике, позволили успешно выполнить спортивную задачу — достичь Северного полюса.

Рюкзаки со старта и после каждого сброса с самолета продуктов весили по 45 кг. Продукты и бензин брали на 14 дней. Каждый день вес рюкзаков уменьшался более чем на один килограмм, и уже на восьмой день они имели достаточно умеренный для подготовленного туриста вес — 37 кг, позволяющий увеличить скорость движения.

Режим дня строго соблюдался. Подъем дежурного в 4 часа 30 минут, общий подъем и завтрак в 5 часов 30 минут, выход на маршрут в 7.30, с 12.30 до 15 часов обед и послеобеденный отдых. В это время устанавливалась палатка, готовилась горячая пища; после обеда 30 минут все спали. С 15 до 20 часов группа вновь находилась на лыжне. В 21.30 ужин и в 22.30 — отбой. Режим хода выдерживался обычный туристский: 50 минут движение, 10 минут отдых (Шпаро, 1979).

С большим вниманием при подготовке к экспедиции отнеслись ее участники к меню похода. Трудно было его сделать разнообразным, но в нем имелись все необходимые для человека, выполняющего большую физическую работу, пищевые компоненты. Составили его на основе обширной научной программы, подготовленной учеными Всесоюзного научно-исследовательского института консервной и овощесушильной промышленности.

Завтрак включал своеобразное горячее блюдо, приготовленное из 100 г геркулеса, 50 г сухого молока, 50 г топленого масла и 200 г отварного сублимированного мяса, кофе с сахаром и галеты, обед — 110 г сублимированного творога, 50 г сала, ржаной сухарь, 3 галеты, 7 кусочков сахара, конфету «Каракум» или «Чародейку»; ужин — то же, что и завтрак, только геркулес заменялся гречневой крупой, а кофе — чаем.

Кроме того, было еще два так называемых «перекуса» — утренний после третьего перехода и во время послеобеденного маршрута. Они состояли из 25 г колбасы, 15 г шоколада и 2 галет. Горячее блюдо, приготовляемое на завтрак и ужин, по питательности не уступало пемми- кану — высококалорийной пище, используемой полярными экспедициями прошлого, а по вкусовым качествам превосходило его.

В меню происходили на протяжении всего перехода некоторые изменения, что определялось повышением температуры воздуха к концу пути. Кроме того, организовывалось дополнительное питание в дни отдыха, приуроченное к сбросу в лагерь продуктов с самолета. Оно имело большое значение для работоспособности группы (Шпаро, 1979).

Экспедиция газеты «Комсомольская правда» являет собой пример тщательности в подготовке к сложному многодневному путешествию, без чего немыслим был бы успех на столь трудном и опасном маршруте.

Во время похода группа выполнила и значительный объем научных исследований: провела медико-биологические наблюдения по программам, составленным специалистами Института медико-биологических проблем Минздрава СССР, фиксировала данные о раздробленности льда, ориентации и количестве гряд торосов, размерах ледовых полей, измеряла по всему маршруту магнитное склонение, испытывала средства сигнализации и связи, аккумуляторы, одежду, различные типы солнцезащитных очков, экспериментальные рационы питания. Радисты базовых групп осуществляли наблюдение за прохождением радиоволн и ионной концентрации в атмосфере. В результатах этих работ были заинтересованы многие научно- исследовательские учреждения страны, предприятия и организации, осваивающие Север.

Родина высоко оценила спортивные достижения высокоширотной полярной экспедиции газеты «Комсомольская правда». Орденом Ленина наградили начальника экспедиции доцента Московского института стали и сплавов Д. И. Шпаро, орденами Трудового Красного Знамени В. А. Давыдова — заместителя главного врача Московской городской больницы № 53; В. П. Леденева — старшего научного сотрудника Всесоюзного научно-исследовательского института продуктов брожения, А. В. Мельникова — старшего инженера войсковой части, В. Ф. Рахманова — главного конструктора проекта Московского специального конструкторского бюро гидротехнических стальных конструкций и механизмов, Ю. И. Хмелевского — старшего научного сотрудника Центрального экономико-математического института,

В. И. Шишкарева — рабочего управления дорожного хозяйства и благоустройства исполкома Фрунзенского райсовета г. Москвы. Орденами «Знак Почета», медалями «За трудовую доблесть» были награждены члены базовых групп, пилоты Колымо-Индигирского авиапредприятия, члены штаба по проведению экспедиции.

 
Посмотреть оригинал
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ   ОРИГИНАЛ     След >