Полная версия

Главная arrow Культурология arrow ГРАДОСТРОИТЕЛЬНАЯ ЖИВОПИСЬ

  • Увеличить шрифт
  • Уменьшить шрифт


<<   СОДЕРЖАНИЕ ПОСМОТРЕТЬ ОРИГИНАЛ   >>

Зрители

Восприятие градостроительной живописи зрителем складывается из разделенных во времени отдельных фрагментов. Зритель последовательно «скользит» от одного элемента го-

родского пространства к другому и «монтирует» эти отдельные описания в одну общую картину.

К. Линч. Диаграмма визуальной формы Лос-Анджелеса1

Изучая, как горожане распознают и складывают в целостный образ отдельные части города, К. Линч[1] [2] использует идею «читаемости» городского ландшафта, а А. Рапопорт[3] для обозначения способа, с помощью которого человек понимает, структурирует окружающее пространство и формирует ментальные карты для его освоения, применяет понятие энвайрон- ментальной когниции (распознавания).

Энвайронментальная когниция основана на многократном переживании одних и тех же фрагментов города, которые записываются в банк памяти и впоследствии сравниваются с новыми визуальными ощущениями. Пешеход видит и воспринимает части города как элементы единого визуального поля. Когда впечатления начинают повторяться, формируется ментальная схема, с которой сопоставляются новые зрительные образы. Процесс «чтения» места, в свою очередь, дает возможность создания полной картины города как целого.

А. Рапопорт. Ментальная карта города[4]

Цветовой текст города хоть и разбит на отдельные части, разделенные пространственно, в реальном опыте все же воспринимается как нечто единое. Воспринять их не значит воспринять первый фрагмент, затем, забыв его, второй, забыв второй, третий и т. д. Воспринять цветовую картину — значит соединить все фрагменты, из которых она состоит. И только тогда, когда все элементы могут быть нами представлены в один миг, когда мы уже не чувствуем их сложенными из отдельных временных моментов, только тогда возможно условное деление целого на части, причем каждая часть тем самым будет нести в себе энергию целого.

Цветовые фрагменты имеют явную или стертую смысловую зависимость друг от друга. Они несамостоятельны, обретают смысл только в нераздельном единстве с другими частями. При восприятии градостроительных картин, как последовательной совокупности индивидуальных образов одного смысла, реципиент как бы решает в уме задачу, обобщая и приводя к общему знаменателю различные элементы. С. Эйзенштейн в статье «Монтаж 1938» пишет о том, что «два каких-либо куска, поставленные рядом, неминуемо соединяются в новое представление, возникающее из этого сопоставления как новое качество. Это отнюдь не сугубо кинематографическое обстоятельство, а явление, встречающееся неизбежно во всех случаях, когда мы имеем дело с сопоставлением двух фактов, явлений, предметов»[5]. Зритель неясно ощущает за всеми различиями некий один идеальный предмет, конструирует среди недосказанности и эскизности некую идеальную сущность, притягательную все же своей неопределенностью, неполной осуществленностью, создает в уме своего рода концепт созерцаемого им мотива (термин «концепт», заимствованный из математической логики и являющийся одним из основных понятий когнитологии, по сей день не имеет однозначного толкования, но наиболее часто определяется как ментальное образование, которое замещает нам в процессе мысли неопределенное множество предметов одного и того же рода[6]; как своего рода «алгебраическое выражение значения» (Д. С. Лихачев)[7], которым мы оперируем, ибо охватить значение во всей его сложности просто не успеваем, не можем, а иногда по-своему интерпретируем его в зависимости от своего опыта).

С помощью такого распознавания формируются ментальные карты города, которые в нашей памяти всегда окрашены. Исследования убедительно доказывают, что мы не можем себе представить цвет без формы, а форма не существует без цвета (К. Герстнер)[8], что цветные виды окружающей среды запоминаются значительно легче, чем просто цвета (Б. Г. Ремус)[9], и остаются в памяти дольше, чем черно-белые (Ф. А. Вихман и др.[10], Д. Смайлек и др.[11]).

Удачным примером изучения механизмов восприятия градостроительной живописи зрителем с помощью фотографий являются работы Т. Штрута. Его черно-белые снимки пустых улиц городов мира представляют собой особого рода экспериментальное исследование реальности, помогают понять, как именно горожане осваивают создаваемое для них архитектурное пространство, отражают коллективное представление об определенных местах города, дают возможность увидеть, как они меняются на протяжении десятилетий.

1 Штрут. Улица Ванелла Гаэтани, Неаполь (Италия), 1988 (слева); улица Труда, Санкт-Петербург (Россия), 2005 (справа)1

  • [1] Lynch К. The Image of the City. Cambridge, MA: MIT Press, 1960. P. 33.
  • [2] Ibid.
  • [3] Rapoport A. Evaluation, Cognition, and Perception // Human Aspectsof Urban Form. New York: Pergamon, 1977. P. 113—115.
  • [4] ibid.
  • [5] Эйзенштейн С. М. Монтаж 1938 // Эйзенштейн С. М. Избранные произведения в 6 томах. Т. 2. М.: Искусство, 1964. С. 157.
  • [6] Абушенко В. Л., Каиук Н. Л. Концепт // Новейший философский словарь. 2-е изд. Минск: Интерпрессервис; Книжный дом, 2001. С. 503—504.
  • [7] Лихачев Д. С. Очерки по философии художественного творчества. 2-е изд., доп. СПб.: БЛИЦ, 1999. С. 150.
  • [8] Gerstner К. Forms of Color. The Interaction of Visual Elements. Cambridge,MA: MIT Press, 1990.
  • [9] Remus B. An Investigation of the Effects of Practice on Colour Memoryas a Function of Condition, Dimension, and Colour: M. S. psychology thesis.Virginia: Polytechnic Institute, 2002. P. 32—33.
  • [10] Wichmann R, Sharpe L., and Gegenfurtner K. The Contributions of ColourRecognition Memory for Natural Scenes // Journal of Experimental Psychology —Learning, Memory, and Cognition. 2002. Vol. 28, No. 3. P. 509—520.
  • [11] Synesthetic Colour Experiences Influence Memory / D. Smilek, M. Dixon,C. Cudahy and P. Merikle // Psychological Science. 2002. Vol. 13, No. 6. P. 548—552.
 
<<   СОДЕРЖАНИЕ ПОСМОТРЕТЬ ОРИГИНАЛ   >>