Искаженная оценка итогов Великой Победы в контексте обстоятельств вхождения государств Балтии в состав СССР

Попытки ревизии юридических итогов Второй мировой войны исходят, к сожалению, и от некоторых руководителей Латвии, Литвы и Эстонии. В 2005 г. была распространена декларация Президента Латвийской Республики. В данном документе В. Вике-Фрейберга отмечала: «Латвия вместе с остальными странами Европы приветствует поражение нацистской Германии и ее фашистского режима. Однако, в отличие от Западной Европы, падение ненавистной империи нацистской Германии не привело к освобождению моей страны. Вместо этого три балтийских государства — Латвия, Эстония и Литва — подверглись жестокой оккупации со стороны другой тоталитарной империи — Советской России... В июне 1940 г. Россия вторглась и оккупировала Латвию, Эстонию и Литву». В заключение глава Латвии призвала всех лидеров демократических стран «побудить Россию выразить свое сожаление по поводу послевоенного подчинения Центральной и Восточной Европы».

Уже в самом высказывании содержится противоречие: так это «послевоенное подчинение» (т. е. после 1945 г.) или все-таки «с июня 1940 г.» Латвия, Эстония и Литва находились в состоянии войны с СССР? Это уточнение было бы юридически важно. Новый Президент Латвии В. Затлерс разделяет мнение своего предшественника В. Вике-Фрейберга об итогах окончания Второй мировой войны, отмечая: «Трагедией Латвии было то, что латышам, так же, как большинству восточноевропейских народов, окончание войны в Европе в мае 1945 г. не принесло свободу и надежду на восстановление своей государственности. Нацизм был повержен, но в Латвии в его результате один режим оккупации — нацистский — сменился на другой — советский тоталитарный режим... в Латвии 9 Мая не был и не будет официальным праздничным днем»1.

В заявлении председателя парламента Эстонии Э. Эргма сказано: «Окончание Второй мировой войны действительно означало конец нацизма и фашизма во всей Европе, но вместе с тем произошло закрепление советской оккупации не только в Балтийских странах, но и в других государствах Центральной и Восточной Европы». Здесь, как мы видим, юридическая позиция главы государства выражена четче: он считает, что с 1940 г. Эстония была оккупирована СССР, т. е. по отношению к Советскому Союзу Эстония была вражеским государством. Такая же позиция отражена в специальном заявлении от 24 ноября 2004 г. председателем литовского сейма А. Паулаускасом: «В Литве Вторая мировая война началась с советской оккупации и аннексии в 1940 г. <...> Окончание Второй мировой войны нам не принесло свободы и независимости, хотя мы на это и очень надеялись. Хотя война закончилась победой против одной тоталитарной идеологии — фашизма, однако другая — тоталитарный коммунизм — укрепилась и расширилась»[1] [2]. В 2009 г. Президент Литвы В. Адамкус отмечал, что «окончание Второй мировой войны для Литвы «символизирует боль»», как и то, что «8 мая 1945 г. для Литвы, как и многих стран Восточной Европы, означает не победу над насилием, а лишь смену насильника»1.

В рамках международно-правовой оценки этих утверждений руководителей государств Балтии, прежде всего, остановимся на термине «оккупация».

Оккупация — это военная мера, являющаяся одним из возможных результатов военных действий; невозможна оккупация одним государством другого, мирно с ним соседствующего.

Вопросы об оккупированных территориях достаточно детально регламентированы именно нормами международного гуманитарного права, в частности, Женевской конвенцией о защите гражданского населения во время войны (1949). Международное гуманитарное право под военной оккупацией понимает временное занятие вооруженными силами воюющей стороны в международном конфликте территории неприятеля в период проведения военных действий. Однако, как свидетельствуют документы, ни СССР, ни Латвия, Литва или Эстония в 1940 г. не считали себя воюющими между собой сторонами; между ними не велись какие-либо военные действия; не было объявлений войны. Таким образом, исходя из известного постулата об интертемпоральном праве, по отношению к Латвии, Литве, Эстонии юридически неправильно относить советские войска того периода к неприятельским войскам воюющего государства.

Далее, ввод советских войск на территории Латвии, Литвы и Эстонии был юридически оформлен и осуществлен с их согласия. Это предусматривалось, в частности, нормами договоров о взаимопомощи, заключенных в 1939 г. СССР с Эстонией (28 сентября), с Латвией (5 октября) и с Литвой (10 октября)[3] [4]. Согласно этим договорам, СССР получал право размещать войска, военные и военно- морские базы на территории Прибалтийских государств. К примеру, ст. 3 пакта о взаимопомощи с Латвией предусматривала следующее: «Латвийская Республика в целях обеспечения безопасности СССР и укрепления своей собственной независимости предоставляет Союзу право иметь в городах Лиепая (Либава) и Вентспилс (Виндава) базы военно-морского флота и несколько аэродромов для авиации на правах аренды по сходной цене. В целях охраны Ирбенского пролива Советскому Союзу предоставляется право на тех же условиях соорудить базу береговой артиллерии на побережье между Вентспилс и Питрагс. В целях охраны морских баз, аэродромов и базы береговой артиллерии Советский Союз имеет право держать в участках, отведенных под базы и аэродромы, за свой счет строго ограниченное количество советских наземных и воздушных вооруженных сил, максимальная численность которых определяется особым соглашением»1. Договоры о взаимопомощи с двумя другими Прибалтийскими странами по своему содержанию аналогичны договору, приведенному выше.

Кроме того, вхождение Латвии, Литвы и Эстонии в состав СССР было обусловлено непосредственным волеизъявлением стран Балтии. Решение о присоединении к Советскому Союзу власти стран приняли самостоятельно. То, что на это решение повлиял рост влияния левых сил в этих государствах — это внутриполитический, а не международный фактор. Очевидно, идеи общественной собственности на средства производства, отсутствие безработицы, а также огромное экономическое различие между бедными и богатыми на тот период повлияли на принятие большинством населения в этих государствах такого решения. Юридически важно и то, что не политические партии, а парламенты этих стран (сеймы в Литве и Латвии и дума в Эстонии) провозгласили советскую власть и приняли декларации о принятии их в состав СССР. В ходе 7-й сессии Верховного Совета СССР были приняты законы о принятии Литвы (3 августа), Латвии (5 августа) и Эстонии (6 августа) в состав Советского Союза[5] [6]. В тексте закона от 3 августа 1940 г. зафиксировано положение о том, что Верховный Совет постановляет «удовлетворить просьбу Сейма Литвы и принять Литовскую Советскую Социалистическую Республику в СССР в качестве равноправной Советской Социалистической Республики»[7]. Тексты законов о принятии Латвии и Эстонии в состав СССР содержат те же формулировки.

Таким образом, с юридической точки зрения, присоединение стран Балтии к СССР отражало оформленное волеизъявление этих стран. Это присоединение, следовательно, не может быть квалифицировано в качестве оккупации. Тем более ошибочны цитированные утверждения руководителей Прибалтийских государств об оккупации этих стран Советским Союзом в 1945 г.: на тот период времени территория этих государств юридически уже являлась территорией СССР. Государство не может оккупировать территорию, которая и так является его частью.

  • [1] Текст выступления см.: URL: http://www.regnum.ru/news/1212081.html.
  • [2] Тексты выступлений цитируются по: URL: www.regnum.ru.
  • [3] Текст выступления см.: URL: http://www.regnum.ru/news/1161575.html.
  • [4] Текст договоров см.: Внешняя политика СССР. Т. IV. С. 450—458.
  • [5] Внешняя политика СССР. Т. IV. С. 453—455.
  • [6] Там же. С. 520—521.
  • [7] Там же. С. 520.
 
Посмотреть оригинал
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ   ОРИГИНАЛ     След >