Неоосманизм

Внешняя политика Турции, как уже отмечалось, состоит из множества идеологем, каждая из которых вносит значительный вклад в формирование внешнеполитического курса. Сегодня совокупность идеологических направлений, которые реализует Турция на международной арене, принято называть неоосманизмом.

Термин был впервые введен в 1985 г. британским исследователем Дэвидом Бэрчардом[1], идеология неоосманизма является «стержневой во внутренней и внешней политике Турции[2]. Неоосманизм совмещает в себе все перечисленные идеологемы, начиная от османизма и исламизма до пантюркизма во всех его вариациях.

Неоосманизму в турецком понимании свойственна открытая приверженность имперскому прошлому государства, а также стремление возродить величие Османской империи в рамках республиканской Турции. Непреодолимое желание государства выйти на уровень мировых держав и занять главенствующие позиции в любой сфере, которая так или иначе затрагивает интересы страны, также является одним из главных критериев неоосманского курса, характеризующих современную политику государства.

Кроме этого, не отрицается и роль «мягкой силы», которая активно используется Турцией для достижения перечисленных целей. Исходя из всего сказанного, определить основные задачи, преследуемые в рамках идеологии неоосманизма, можно следующим образом: в первую очередь — это выведение Турции на имперский уровень развития, который заключается в укреплении влияния, прежде всего на тюркские государства мира, и в расширении своих границ, а если быть точнее, — в возвращении тех, которые Турция потеряла в результате образования современной республики. Все остальные задачи по сути способствуют реализации первой. К таким, в частности, относится поэтапное объединение тюркских народов наряду с формированием новой наднациональной идентичности[3].

И хотя на государственном уровне Турция не спешит заявлять о том, что внешняя политика преследует эту идеологию, что, однако, предельно ясно и без официальных заявлений, именно неоосманизм сегодня стал негласной внешнеполитической доктриной государства. На современном этапе Турецкая Республика живет имперскими амбициями, вырабатывая в рамках неоосманизма новые стратегии для реализации своих идей.

В последние годы во внешней политике государства прочно укрепилось явление евразийства, подразумевающее под собой политико-экономическое взаимодействие тюркских государств и народов Центральной Азии, Кавказа, а также России и Китая. Не остались без внимания Ближний Восток и страны Африки, где Турция также старается выстраивать определенные связи, тем самым расширяя сферу своего влияния.

Кроме этого, Турция постепенно становится более самостоятельной и постепенно отказывается от прежних контактов и проектов, где государство играло вспомогательную роль, пытаясь доказать свой надрегиональный статус. В частности, осенью 2015 г. Турция продемонстрировала свои намерения

России, а сегодня такая тенденция все чаще проявляется в отношениях с Западом.

Таким образом, при анализе переменчивой политики Турции за последние годы ее предрасположенность к идеологии неоосманизма не должна стать неожиданностью для мировой общественности, поскольку политика государства, начиная со времен «арабской весны», безальтернативно вела именно к такому исходу.

Вопрос заключается в том, насколько эффективен такой османоцентричный внешнеполитический курс для самой Турции, ведь последнее время государство, скорее, больше терпит поражений, чем празднует побед. Единственными результатами претворения неоосманизма в жизнь является похолодание отношений с рядом стран и постепенное отдаление Турецкой Республики от мировых центров силы, что в любом случае не может соответствовать интересам державы, претендующей на роль одной из мировых.

С одной стороны, можно предположить, что на современном этапе неоосманская стратегия Турции действует против ее же создателя и загоняет государство в тупик. С другой стороны, если Турции удастся найти новых влиятельных союзников, чем руководство страны сейчас и занимается, вероятно, мир еще не раз станет свидетелем того, что Турецкая Республика вошла в число самых влиятельных стран.

Однако все эти выводы находятся лишь на уровне предположений, ведь единомышленников, готовых пойти на жесткие односторонние условия государства, как и ресурсов для осуществления своих амбиций, Турция все еще не нашла. Более того, никто не давал и не дает гарантий того, что они появятся в ближайшее время.

  • [1] Аватков В. Неоосманизм.
  • [2] Малышева Д. Б. Политическое развитие Турции на современном этапе //Мировая экономика и международные отношения. 2014. № 9. С. 87.
  • [3] Аватков В. Неоосманизм.
 
Посмотреть оригинал
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ   ОРИГИНАЛ     След >