Полная версия

Главная arrow Экономика arrow История таможенного дела и таможенной политики России

  • Увеличить шрифт
  • Уменьшить шрифт


<<   СОДЕРЖАНИЕ ПОСМОТРЕТЬ ОРИГИНАЛ   >>

Взгляды министра финансов Е. Ф. Канкрина на таможенную политику России

Граф Е. Ф. Канкрин получил известность во время Отечественной войны 1812 г. В таможенной политике он придерживался следующих принципов:

• покровительственная система не должна доводиться до крайности; запретительные статьи следует вводить только в крайних, немногих случаях в интересах таможенного дохода;

  • • нельзя устанавливать правил относительно высоты таможенного обложения; для различных стран этот размер может быть неодинаков;
  • • товары, которые могут стать предметом широкой контрабанды, следует облагать осторожно, так как можно лишиться таможенного дохода;
  • • тариф должен назначить на товары ценовые пошлины только в случае необходимости; лучше облагать товары определенными пошлинами с меры и веса; при назначении таких пошлин следует принимать во внимание среднюю цену высших сортов иностранных товаров;
  • • следует составить особый пассажирский тариф, который должен быть не слишком затруднительным для торгующих и не рассматриваться министерством финансов в качестве основного источника дохода.

На посту министра финансов Е. Ф. Канкрин действовал самостоятельно, упорно боролся с оппозицией, иногда позволял себе делать возражения и самому императору Николаю I. Министр крайне не любил вводить новые налоги, смотрел на таможенный тариф не только как на средство поощрения промышленности, но и как на важный источник государственных поступлений, поэтому в случаях, когда это было возможно, стремился снять запрет на ввоз товаров, понизить пошлины на заграничные товары, когда от этого не страдало внутреннее производство. Е. Ф. Канкрин прилагал все усилия к тому, чтобы устранить контрабанду и прекратить злоупотребления в таможенном ведомстве. Меры, принимавшиеся им для увеличения таможенных поступлений, в значительной степени достигли цели: при его управлении таможенный доход империи вырос в два с половиной раза.

Протекционистский таможенный тариф 1822 г.

В 1822 г. принят новый тариф, что объяснялось курсом на покровительство отечественной промышленности, которая не выдерживала конкуренции с иностранными производителями. Тариф действовал до 1850 г. С апреля 1823 г. пост министра финансов занимал Е. Ф. Канкрин. При нем изменения в тарифе происходили в 1824, 1825, 1826, 1830, 1831, 1836, 1838, 1841 и 1842 гг. Не меняя в целом запретительной протекционистской системы, они выражались в частичных поправках и были направлены главным образом на покровительство хлопчатобумажной и шелковой промышленности.

Иностранные сырье и пищевые продукты, которые не производились внутри страны и без которых страна обойтись не могла, оставались свободными от обложения. Товары, производство которых внутри страны представлялось возможным с течением времени, облагались низкими пошлинами. Высокими пошлинами облагались предметы роскоши. Ввоз предметов, составлявших конкуренцию отечественной индустрии, был запрещен.

Формально тариф 1822 г. не запрещал привоз отдельных сортов бумажных, шерстяных и шелковых тканей, табака, вина, пряностей, сахара, но предусматривал их обложение пошлиной в размере от 100 до 250 % их стоимости, что было равносильно запрету. Пошлины на чугун составляли 600 %, а на железо — 250 % их стоимости. Вводился беспошлинный ввоз машин и низкие пошлины на хлопок-сырец.

Главным результатом подобной таможенной политики явилось увеличение доходов по таможенным сборам с 1823 по 1844 г. в 2,5 раза — с 11 до 26 млн руб. Благоприятные условия таможенного тарифа в экспорте способствовали улучшению важного показателя экономического развития — торгового баланса. Вывоз товаров достиг 53 млн руб. и стал превышать ввоз сначала на 2 млн руб., а через десять лет — на 13 млн руб.

В импорте умеренный протекционизм привел к увеличению за 25 лет — с 1825 по 1850 г. — ввоза продуктов вдвое, а изделий — вчетверо в денежном выражении. Таким образом, во внешней торговле России по-прежнему главенствовали иностранцы. Доля русских торговых судов в заграничном плавании в 1830-х гг. не превышала 14 %.

Ввоз русских товаров на кораблях в некоторые европейские государства затруднялся высокими размерами пошлин и различных сборов, которые эти страны установили для товаров из России, например в Англии, США, Нидерландах, Испании, Франции. Наиболее благоприятными во внешней торговле с Россией были условия в Швеции, Норвегии и ганзейских городах.

В сухопутной торговле удалось увеличить объемы за счет товарооборота с Пруссией и Австрией, которые имели непосредственные границы с Россией, и потому лидировали в торговле по суше. Получая из России хлеб, пеньку, лес, сало, кожи и щетину, Пруссия продавала их дальше в Англию, Голландию и Францию через свои морские порты: Данциг, Кенигсберг и Мемель. Австрия, кроме сырьевых товаров, вывозила меха и скот. Более разнообразным был ассортимент товаров, ввозимых в Россию из этих соседних государств. Россия покупала там мануфактурные товары, шелк, вина, косы, серпы и другие сельскохозяйственные изделия.

Еще одним направлением, в котором внешняя торговля России наращивала обороты, была торговля на южных границах империи. Одним из главных внешнеторговых партнеров в этом направлении стала Персия. Товарооборот со Средней Азией был выгоден для России, потому что в нем она имела положительный торговый баланс, который к середине XIX в. достиг 25,5 млн руб., из которых на ввоз приходилось 10,5 млн руб., а на вывоз — 15 млн руб.

 
<<   СОДЕРЖАНИЕ ПОСМОТРЕТЬ ОРИГИНАЛ   >>