МИРОВАЯ ПОЛИТИКА И МЕЖДУНАРОДНЫЕ ОТНОШЕНИЯ

В результате освоения данной темы студент должен:

знать

  • – категориальный аппарат теории и практики мировой политики и международных отношений;
  • – взаимосвязь внутренней и внешней политики;
  • – основных акторов современных международных отношений;
  • – основные тренды глобального и регионального развития;
  • – теории, концепции и модели современных международных отношений;

уметь

  • – различать ключевые тенденции мирового развития;
  • – анализировать основные направления внешней политики современных государств;
  • – применять методы науки о международных отношениях для изучения современных международных процессов в различных регионах мира;

владеть

  • – навыками изучения проблем и перспектив современной мировой политики;
  • – навыками применения инструментария науки о международных отношениях для анализа внешней политики РФ.

Теоретические основы мировой политики и международных отношений

Мировая политика и международные отношения являются неотъемлемой частью современной политической науки. Мировую политику (МП) принято связывать с глобальными проблемами и вопросами развития мировой политической системы в целом, в то время как международные отношения (МО) призваны раскрыть сложное взаимодействие между государствами и другими субъектами мирового политического процесса. Сложность размежевания предметов МП и МО особенно ясно проявляется в рамках дискурса о природе современных политических процессов, а также при изучении глобальных проблем современного мира. В связи с этим можно отметить активное использование термина "международные исследования" для описания проблематики как МП, так и МО или термина "глобальная политика" для привлечения внимания к наиболее значимым проблемам человечества.

Международные отношения имеют длительную историю[1]. Протогосударства Древнего мира уже действовали в своеобразной системе международных отношений, осознавали различия своих национальных интересов и возможности для сотрудничества. Соглашение между египетским фараоном Рамзесом II и хеттским монархом Хаттусили III после сражения при Кадеше примерно в 1283 г. до н.э. стало первым, дошедшим до нас соглашением между государствами. На рубеже XVIII-XIX вв. английский философ Дж. Бентам ввел в научный оборот и сам термин "международные отношения" для описания сложных и противоречивых взаимодействий между государствами в рамках дискуссии о свободе торговли. Французский философ Р. Арон определял международные отношения как "предгражданское", "естественное" состояние общества, своего рода "войну всех против всех" Т. Гоббса. В сфере международных отношений действуют суверенные государства без монополизации средств насилия и принуждения, каждый участник международных отношений исходит в своем поведении из непредсказуемого поведения других участников. Данная модель, в основе которой лежит представление о государствах с их национальными интересами как ключевых участниках международных отношений и мировой политики, была доминирующим явлением в истории международных отношений и во многом сохраняет актуальность до сих пор, хотя государства уже не являются единственными участниками мирового политического процесса. Кроме того, следует отметить, что политическая проблематика и политическая составляющая являются одними из определяющих в международных отношениях. Различия в политических системах, политических режимах, политических культурах, ценностях и идеологиях являются важнейшими факторами внешней политики государств.

Международные политические отношения представляют собой отношения между государствами с целью реализации их национальных интересов. Центральными дилеммами международных политических отношений выступают межгосударственный конфликт и межгосударственное сотрудничество, а также национальная и международная безопасность. Для наилучшего понимания международных политических отношений следует рассматривать их в неразрывной связи с такими категориями, как мировая политика и внешняя политика.

Российский исследователь С. А. Ланцов отмечает[2], что мировая политика зародилась и выросла на фундаменте международных отношений и представляет с ними единый неразрывный комплекс. При этом полного тождества между обеими частями этого комплекса нет. Мировая политика включает и международную политику, но не сводится к ней, она шире по своей проблематике и по числу задействованных в ней субъектов. При этом международные политические отношения являются ведущим и системообразующим элементом структуры международных отношений, которая включает также экономические, научно-технические, идеологические, культурные и военные международные отношения.

Как отмечает российский исследователь П. А. Цыганков[3], внешняя политика той или иной страны представляет собой конкретное практическое воплощение министерством иностранных дел (или соответствующим внешнеполитическим ведомством) основных принципов международной политики государства, вырабатываемых в рамках его более широких структур и призванных отражать его национальные интересы.

Проблема соотношения внешней и внутренней политики государства представляет значительный теоретический и практический интерес. В связи с этим существуют три основных подхода.

  • 1. Автономное сосуществование внешней и внутренней политики. Согласно данному подходу, разрабатываемому школой политического реализма, внешняя и внутренняя политика имеют единую сущность, которая в конечном счете сводится к борьбе за силу и принципиально разные сферы государственной деятельности.
  • 2. Внешняя политика является следствием внутренней политики государства. С позиции сторонников ортодоксального марксизма внешняя политика является отражением классовой сущности внутриполитического режима и зависит от экономических отношений в обществе. Для представителей неореализма и структурализма внешнюю политику страны определяет внутренняя динамика международной системы.
  • 3. Внутренняя политика вытекает из внешней политики государства. Сторонник геополитических концепций, теорий "зависимого развития", "мирового центра", "мировой периферии" и т.п. И. Валлерстайн отмечает, что в условиях мирового капитализма группа экономически развитых государств потребляет ресурсы периферийных территорий, что влияет на внутриполитические процессы как в "странах-периферии", так и в "странах-ядра".

Знание сущности и характера международных политических отношений способствует лучшему пониманию и ориентации в мире внешней политики современных государств. При этом представляется полезным ознакомиться с научно-практическими концепциями и школами в международных политических отношениях.

Политический идеализм в международных политических отношениях зародился в первой половине XX в. в США, его видными представителями стали Ф. Танненбаум, Ф. Джессап, У. Липпман, Т. Мюррей, В. Дин и др. После Второй мировой войны сторонниками данной концепции выступали госсекретари Дж. Ф. Даллес и З. Бжезинский, президенты Д. Картер (1976–1980) и Дж. Буш (1988–1992). Представители политического идеализма полагали, что путем демократизации международных отношений, включения в мировую политику норм нравственности и справедливости станет возможным полностью исключить вооруженные конфликты и войны между народами, решать все споры мирным путем на основе норм и принципов международного права при непосредственном участии международных организаций и создании системы коллективной безопасности. В качестве инструмента преодоления войн и достижения вечного мира между народами рассматривалось мировое правительство под руководством международной организации и действующее на основе мировой Конституции.

В целом основные положения политического идеализма можно сформулировать следующим образом.

  • 1. В международных политических отношениях на равноправных началах действуют самые разнообразные акторы: государства, международные правительственные и неправительственные организации, общественные группы, отдельные лица и т.п., между которыми ведется постоянная борьба, поиск компромиссов и согласование интересов.
  • 2. Отсутствие доминирующей державы не приводит к войнам между государствами, так как расширяются полномочия международных организаций и отношения строятся на нормах международного права, принципах нравственности и справедливости.
  • 3. Международные политические отношения строятся не на постоянном чередовании "войны" и "мира", а путем формирования единого мирового сообщества, у которого возникают общие проблемы.
  • 4. В плюрализме интересов субъектов международных отношений прослеживается приоритет общечеловеческих ценностей и универсальных демократических принципов.
  • 5. Международное сообщество государств способно решать возникающие конфликты мирными средствами, опираясь на нормы права и морали, и строить отношения на основе сотрудничества, основным направлением которого является создание системы коллективной безопасности на основе добровольного разоружения и отказа от решения конфликтов военным путем.
  • 6. В конечном итоге можно ожидать создания единого политического пространства и мирового правительства под руководством ООН, в котором не будет войн и конфликтов.

Кризис деятельности Лиги Наций и Вторая мировая война выдвинули на политическую повестку дня новую концепцию, получившую название "политический реализм". Во главе данной научной школы стояли Р. Арон, Г. Моргентау, Ч. Маршалл, Л. Халле, Ф. Шуман, Р. Страус-Хюпе, Г. Киссинджер и др.

Сторонники политического реализма подвергли критике идеализм, указав, в частности, на то, что идеалистические взгляды государственных деятелей довоенного периода в немалой степени способствовали развязыванию Второй мировой войны, а также предложили достаточно стройную теорию международных политических отношений.

Ганс Моргентау в своей работе "Международная политика. Борьба за власть и мир" (1948) отмечал[4], что международные отношения представляют собой арену острого противоборства государств, вызванного стремлением к реализации своих "национальных интересов", увеличению своей силы и уменьшению власти других.

Исследователь формулирует известный тезис политического реализма: "Цели внешней политики должны определяться в терминах национального интереса и поддерживаться соответствующей силой". В свою очередь, национальные интересы теоретики данной школы подразделяют на постоянные (основные) и преходящие (промежуточные). К постоянным интересам относятся:

  • • интересы национальной безопасности (например, защита территории, населения и т.п. от внешней угрозы);
  • • национальные экономические интересы (развитие внешней торговли, рост инвестиций);
  • • интересы поддержания мирового порядка (внешняя политика, поиск союзников).

Промежуточные интересы включают в себя:

  • • интересы выживания (недопущение или предотвращение угрозы самому существованию страны);
  • • жизненные интересы (создание условий для ненанесения ущерба безопасности страны и се граждан);
  • • важные интересы (предотвращение возможного значительного ущерба для государства);
  • • периферийные (мелкие) интересы (противодействие локальным конфликтам).

При этом под "силой" теоретики политического реализма понимают способность каждого государства защищать свои интересы и реализовывать свои цели на международной арене посредством соответствующих средств. В то время как "власть" рассматривается с позиции как военной, так и экономической мощи страны, гарантии его наибольшей безопасности и процветания, престижа, возможности для распространения своих идеологических установок и духовных ценностей. Государство обеспечивает себе власть и действует во внешней политике двумя основными путями – посредством военной стратегии и дипломатии. Первая из них трактуется в духе Клаузевица – как продолжение политики насильственными средствами. Дипломатия представляет собой борьбу за власть мирными способами. В современную эпоху государства стремятся к максимальному удовлетворению своих национальных интересов, что приводит к установлению на мировой арене определенного равновесия, "баланса сил", которое является единственным реалистическим способом обеспечить и сохранить мир. При этом состояние мира – это и есть состояние равновесия сил между государствами.

Согласно Моргентау существуют два фактора, способных удержать государства от применения силы, – это международное право и мораль, вместе с тем слепая надежда на них – это идеалистическая иллюзия. Как отмечает исследователь, проблема войны и мира не имеет никаких шансов на решение при помощи механизмов коллективной безопасности или посредством ООН, при этом проекты гармонизации национальных интересов путем создания мирового сообщества или мирового государства также обречены на неудачу.

Для сторонников политического реализма внешняя политика может осуществляться в трех варианта:

  • 1) политика статус-кво – проводится государством, стремящимся сохранить влияние в сфере международных отношений;
  • 2) империалистическая политика – характерна для государств, стремящихся к расширению сферы своего влияния и изменению баланса сил в свою пользу;
  • 3) политика престижа – используется странами посредством демонстрации силы для сохранения своей роли в системе международных отношений.

Следует отметить, что в рамках политического реализма нашли свое выражение новые политические реалии, главной среди которых выступает появление ядерного оружия. В связи с этим Г. Моргентау формулирует четыре парадокса стратегии ядерных держав.

Первый парадокс состоит в одновременном стремлении использовать ядерную силу в международных отношениях и боязнью прибегнуть к ней из-за угрозы всеобщей ядерной катастрофы. Таким образом, государства скованы в использовании доступного им арсенала средств.

Второй парадокс заключается в стремлении выработать ядерную политику, при которой можно было бы избежать возможных последствий ядерной войны, а именно собственного уничтожения.

Третий парадокс состоит в одновременном продолжении гонки ядерных вооружений и попытках ее прекращения. Ядерные страны выдвигают на политическую повестку дня инициативы по сокращению военного арсенала, но при этом вынуждены поддерживать ядерный паритет и в ответ на реальные (или потенциальные) действия противника наращивают и совершенствуют формы вооружений.

Четвертый парадокс связан с тем, что с появлением ядерного оружия в корне меняются отношения между союзниками. На смену коалициям в традиционном понимании приходят отношения протектората и защиты стран-сателлитов. При этом попытки вступления неядерных стран в "Клуб ядерных держав" всячески пресекаются из-за страха перед бесконтрольным распространением и применением такого рода оружия.

Обобщая теоретические воззрения приверженцев политического реализма, можно обозначить следующие основные положения, разработанные в рамках данной научной школы.

  • 1. Субъектами международных политических отношений выступают исключительно национальные государства, которые находятся в отношениях конфликта и сотрудничества. При этом определяющее значение для мировой политики имеют только взаимоотношения сильных держав, которые реализуют свои интересы без учета интересов слабых стран.
  • 2. В международных отношениях отсутствует верховная власть, и взаимодействие государств носит анархический характер. Основной принцип отношений между странами заключается в реализации своих "национальных интересов".
  • 3. Главной формой межгосударственных отношений реалисты называют перманентный "конфликт", хотя существует и сотрудничество между странами, но оно сосредоточено, главным образом, на заключении военных и военно-политических союзов и коалиций. Состояние "мира", в свою очередь, всегда имеет временный характер.
  • 4. Главной целью любого государства в международной политике выступает обеспечение собственной безопасности, что приводит к постоянному наращиванию и совершенствованию вооружений. При этом создается дилемма – чем большей безопасности достигает одна из великих держав, тем меньше защищены другие.
  • 5. Реализация национальных интересов и достижение безопасности может быть осуществлено только путем применения силы, так как опора на нормы морали и справедливости не приносит желаемого результата.
  • 6. Реалисты отрицают возможность отказа государств от стратегии силы и возможность разрешать международные конфликты путем привлечения международных организаций.

Достоинство политического реализма заключается в отказе от идеальных схем и сосредоточении внимания на объективных законах общественного развития. Вместе с тем критики политического реализма усмотрели в нем ряд существенных недостатков, в частности понимание международных отношений как "естественного состояния" силового противостояния государств на мировой арене, что сводило международные отношения исключительно к межгосударственным, отрицание взаимосвязи между внешней и внутренней политикой государства и др.

"Модернизм" как концепция международных отношений появился в качестве своеобразного ответа на традиционализм и излишнюю схематичность политического реализма и вызвал начало "нового большого спора" между традиционалистами и модернистами.

Видные представители этой школы К. Райт, М. Каплан, К. Дойч, Ч. Макклеланд, Д. Сингер, К. Холсти и другие стремились к научному анализу международных отношений, опираясь на эмпирическую базу и методы других общественных и естественных наук, большое внимание уделялось кибернетике, общей теории систем, математическим методам политологических исследований, формализации, моделированию, сбору и обработке данных, верификации результатов в отличие от традиционных методов, основанных на интуиции исследователя.

Модернисты подвергли критике главный тезис политического реализма о силе как важнейшем факторе в международных отношениях, посредством которой одни государства доминируют над другими, а также отрицали объективный характер национальных интересов (при этом сами оперировали данными понятиями). С точки зрения сторонников модернистского направления, международные отношения необходимо рассматривать как систему, состоящую из взаимосвязанных частей, структура которой в значительной степени определяет поведение включенных в нее государств (Ч. Макклеланд), при этом целью любой международной системы выступает сохранение внутренней стабильности (М. Каплан).

В структурном отношении международная система включает в себя ряд независимых и зависимых переменных, определяющих состояние этого единого целого. При этом под независимыми переменными понимались:

  • • основные акторы международных отношений (государства, международные организации);
  • • структура международной системы (различные типы политических коалиций и т.п.);
  • • формы и виды взаимодействия основных элементов системы (экономические, военные, дипломатические каналы взаимодействия).

К зависимым переменным относятся следующие:

  • • могущество государства (способность влиять на поведение других субъектов международных отношений);
  • • управление силой (применение силы одним государством против другого);
  • • стабильность существующей структуры и процессов в международной системе и их изменение.

Следует отметить, что различия между политическим реализмом и модернизмом в целом не были принципиальными, а в настоящее время даже стираются, спор носит в большей степени методологический характер и не затрагивает основ теории.

Третий "большой спор" разгорелся в конце 1960-х – начале 1970-х гг. между неореалистами и неолибералами. Представители таких неолиберальных школ, как: транс-национализм (Р. О. Кеохан, Дж. Най), теория интеграции (Д. Митрани) и теория взаимозависимости (Э. Хаас, Д. Моурс), подвергли критике сами концептуальные основы классической школы. В центре их внимания оказалась роль государства как субъекта международных отношений, значение национального интереса и силы для понимания политических процессов на мировой арене.

Транснационализм стремится вернуть некоторые положения политического идеализма и одновременно примирить реалистические и идеалистические воззрения на международные политические отношения как взаимодополняющие.

Согласно данной концепции политический реализм и его односторонний взгляд на международные отношения исключительно как на арену борьбы силовых потенциалов великих держав должны быть отброшены. Международные отношения выходят далеко за рамки межгосударственных взаимодействий, основанных на национальных интересах и силовом противоборстве. Государство как международный автор лишается своей монополии, помимо них в международных отношениях действуют негосударственные организации, транснациональные корпорации (ТНК), индивиды. Многообразие участников, видов взаимодействия между ними (культурное и научное сотрудничество, экономические обмены и т.п.), возрастание взаимозависимости, удорожание механизмов использования военной силы, научно-технический прогресс способствуют трансформации международных отношений из "интернациональных" (межгосударственных) в "транснациональные".

В качестве важнейшего свойства новых отношений исследователи отмечают стремление к интеграции. При этом результатом политической интеграции должно стать перемещение лояльности граждан в сторону наднационального центра, в связи с чем обязательным условием является наличие центральных, политических институтов интеграционных сообществ, стимулирующих, в свою очередь, формирование "наднационального самосознания", которые появляются и утверждаются в процессе совместного принятия решений.

Транснационализм способствовал включению в проблематику международных отношений новых явлений и тенденций, многие положения этого течения продолжают развиваться его сторонниками. Вместе с тем некоторые положения транснационализма повторяют идеалистические и трудно воплощаемые в современных условиях идеи.

Представителей неомарксизма (И. Валлерстайн[5], Э. Кардозо, П. Баран, П. Суизи, С. Амин, А. Имманюэль и др.) объединяет идея о существовании зависимости экономически слаборазвитых стран от индустриальных государств, об эксплуатации и выкачивании ресурсов последними. Основываясь на некоторых тезисах классического марксизма, неомарксисты представляют пространство международных отношений в виде глобальной империи, периферия которой продолжает контролироваться центром. Это проявляется в неравенстве экономических обменов и неравномерном развитии.

Сторонники неомарксизма разделяют мировое пространство на "центр" и "периферию" (И. Валлерстайн выделяет также полупериферию). Периферия является поставщиком сырья и ресурсов, центр – готовой продукции, что не позволяет развивающимся странам занимать лучшие позиции в международном разделении труда, где уже сложились свои правила и произошла расстановка сил. При этом в орбиту подобного рода взаимоотношений вовлекаются не только государства, важная роль также отводится ТНК и неправительственным организациям, активно действующим в странах третьего мира.

Известный обществовед А. Г. Франк отмечает следующее:

  • 1) периферийные территории рассматриваются как источник материально-финансовых ресурсов для модернизации экономики центров;
  • 2) правительства развитых стран признают наиболее эффективным способом развития перенос устаревших отраслей производства из своих стран в регионы с избыточной и дешевой рабочей силой;
  • 3) подобная ситуация приводит к неравномерному экономическому росту и процессу пространственной поляризации на трансграничном уровне и тем самым становится причиной диспропорций между странами центра и периферии.

Таким образом, центры стремятся изыскать наиболее быстрые пути понижения издержек производства и повышения нормы прибыли, чтобы избежать внутренних потрясений, связанных с падением жизненного уровня значительной части населения и утратой правительством электоральной поддержки. Тем самым развивающиеся страны обречены на роль сырьевой базы для индустриальных стран Северного полушария.

Теоретики неомарксизма отмечают, что развитые центры нс способствуют модернизации периферийных регионов, а напротив, стремятся сдерживать ее экономическое и политическое развитие. Видный политолог, ставший впоследствии президентом Бразилии, Э. Кардозо отмечал, что взаимодействие развитого "Севера" и развивающегося "Юга" вовсе не приводит к модернизации последнего. Проникая в "третий мир", крупные компании создают там лишь отдельные модернизированные сектора экономики и прогрессивные социальные слои. В остальном общество остается традиционным и, хуже того, "модернизированный" сектор оказывается тем средством, с помощью которого корпорации "Севера" консервируют наиболее архаичные экономические уклады и сдерживают развитие страны в целом и ее наименее развитых регионов.

Данная концепция получила отражение в практической политике. В 1970-е гг. под давлением стран третьего мира Организация Объединенных Наций приняла соответствующую декларацию и программу действий, а также Хартию об экономических правах и обязанностях государств.

Сравнивая упомянутые выше научные школы в международных политических отношениях, российский исследователь А. В. Торкунов отмечает[6]: основной спор развернулся между представителями реализма и неореализма, неолиберализма и неомарксизма.

Таким образом, каждая рассмотренная научная школа имеет как достоинства, так и слабые стороны, в них отражены определенные аспекты реальности, что способствует применению положений концепций в практике международных отношений. Имевшая место дискуссия не привела к победе ни одной из концепций, но при этом не способствовала также их конвергенции. В то же время полемика между ними способствовала их взаимообогащению, а также развитию науки о международных отношениях в целом.

Важным инструментом понимания сущности международных политических отношений выступает моделирование возможных конфигураций расстановки политических сил в мире[7]. Обращение к моделям способствует более наглядному представлению реальных и потенциальных состояний международных систем, позволяя подробно рассматривать определенный, интересный для исследователя параметр взаимодействия.

В настоящее время весьма распространенным является рассмотрение моделей, выделенных на основании количества великих держав (или сверхдержав), входящих в структуру международных отношений. Таким образом, выделяют:

  • 1) однополярную;
  • 2) биполярную;
  • 3) многополярную структуры международных систем.

Как вытекает из самого названия, при однополярной системе в мире доминирует одна держава, сила и власть которой позволяют ей полностью контролировать мировой политический процесс и диктовать остальным государствам свою волю (в качестве такой державы выделяется США).

Биполярная модель международных систем основывается на противостоянии двух примерно равных по силе государств, вокруг которых формируются разного рода союзы и коалиции (политические, военные, экономические и т.п.). При этом наблюдается практически неограниченное политическое влияние этих держав в пределах своей зоны доминирования. Во внешней политике это проявляется в форме протекции странам-сателлитам и постоянным наращиванием военного потенциала, а также военного и иного рода присутствия в стратегически важных регионах планеты. Вместе с тем сверхдержавы второй половины XX в. (СССР и США) воздерживались от глобальных войн и противостояний, ограничиваясь локальными столкновениями с участием третьих стран, и выступали фактором сдерживания возможной агрессии друг друга в отношении какого-либо другого государства.

Многополярная система характеризуется плюрализмом международных акторов и их интересов. При этом нет такой превосходящей силы, которая могла бы оказывать определяющее влияние на мировую политику, тем самым государства, с одной стороны, постоянно вступают в конфликты, но с другой – проявляют тенденцию к созданию коалиций и нахождению компромиссных решений.

Еще одна широко известная модель систем международных отношений, основанная на общей теории систем и системном анализе, была предложена американским политологом М. Капланом (род. 1921)[8]. Основанием для классификации у исследователя выступают варианты расстановки сил в международной политической системе. М. Каплан выделяет шесть типов систем:

  • 1) система баланса сил;
  • 2) свободная биполярная система;
  • 3) жесткая биполярная система;
  • 4) универсальная система;
  • 5) иерархическая система;
  • 6) система "вето".

Проанализировав основные черты и характеристики систем международных отношений, предложенных М. Капланом, можно отметить, что автор отдает предпочтение "системе баланса сил" как наиболее устойчивой и гибкой. "Система баланса сил" характеризуется многополярностью, ее субъектами являются национальные государства, которых должно быть не менее пяти, чтобы система была устойчивой. Государства постоянно вступают в разного рода войны и коалиции, которые постоянно меняются, так как любой член системы является одновременно потенциальным союзником и противником. Логика коалиций диктуется стремлением не допустить появления государства, превосходящего остальных по своей силе.

М. Каплан рассматривает также факторы и условия, при которых каждая модель системы международных отношений может существовать или трансформироваться в систему другого типа, как она развивается, функционирует и по каким причинам приходит в упадок.

Английский исследователь Е. Луард предпринял попытку синтеза историко-социологического и эвристического подходов. В центре его внимания находились конкретные исторические ситуации, на основании анализа которых он выделяет семь исторических международных систем: древнекитайская система (771–721 до н.э.), система древнегреческих государств (510–338 до н.э.), эпоха европейских династий (1300–1559), эра религиозного господства (1559–1648), период возникновения и расцвета режима государственного суверенитета (1648–1789), эпоха национализма (1789–1914), эра господства идеологии (1914–1974). Далее ученый анализирует их на основании идеологий, мотиваций, используемых акторами средств, стратификации, структуры, норм, институтов, элит. С помощью данных переменных Е. Луард прослеживает воздействие каждой из них на структуру и функционирование международных систем, на их изменение в пространстве и времени.

Исходя из имеющихся у нас данных, мы можем, опираясь на предложенные Луардом тезисы, продлить эру господства идеологий до 1991 г., 1991–2001 гг. – эпоха господства глобализации. С 2001 г. началась новая эра глобальной нестабильности, еще не получившая своего наименования.

Следует отметить, что модели систем международных отношений являются одним из наиболее важных аспектов теории и практики международных политических отношений, так как позволяют обозначить возможные мировые тенденции.

  • [1] Системная история международных отношений: в 2 т. / под ред. А. Д. Богатурова. М.: Культурная революция, 2009.
  • [2] Мировая политика и международные отношения: учеб, пособие / под ред. С. А. Ланцова, В. А. Ачкасова. СПб.: Питер, 2008.
  • [3] Цыганков А. П., Цыганков П. А. Социология международных отношений: Анализ российских и западных теорий. М.: Аспект Пресс, 2008.
  • [4] Morgenthau H.J. Politics Among Nations. The Struggle for Power and Peace. Second Edition, Alfred A. Knopf: N. Y., 1955.
  • [5] Валлерстайн И. Анализ мировых систем и ситуация в современном мире / пер. с англ. Π. М. Кудюкина; под общ. ред. Б. Ю. Кагарлицкого. СПб.: Университетская книга, 2001.
  • [6] Современные международные отношения: учебник / под. ред. А. В. Торкунова. М.: 2001. Серия: Российская политическая энциклопедия.
  • [7] Мировая политика и международные отношения: учеб. пособие / под ред. Ю. В. Косова. СПб.: Питер, 2012.
  • [8] Kaplan М. A. System and process in international politics. ECPR Press, 2005.
 
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ     След >