Полная версия

Главная arrow История arrow История арабских стран

  • Увеличить шрифт
  • Уменьшить шрифт


<<   СОДЕРЖАНИЕ ПОСМОТРЕТЬ ОРИГИНАЛ   >>

АРАБСКИЕ СТРАНЫ В НОВОЕ ВРЕМЯ

Арабские страны под властью Османской империи

Очередной этап истории арабов был связан с их пребыванием в составе Османской империи. Впервые тюрки в массовом количестве появляются на территории Малой Азии еще в середине 1-го тысячелетия, и постепенно их роль в политических событиях региона все больше возрастает. Какое-то время их экспансия сдерживалась Византийской империей, но в конечном итоге и она стала жертвой складывающегося турецкого этноса, который отличался заметной пассионарностью и распространял свою культуру на те народы, которые входили в его состав.

Турки-сельджуки, опираясь на свои родоплеменные связи и нормы ислама, создали султанат, который не имел сильной центральной власти. Периферийные владетели — беи — очень скоро перестали подчиняться воле своего повелителя, а это делало державу весьма уязвимой в борьбе против внешней угрозы. Государство сельджуков не смогло выстоять под ударами монголов и распалось на десять частей — бей- ликов. Владевший западным бейликом правитель Осман в 1299 г. стал независимым правителем собственного Османского эмирата, который в итоге сделался сильнейшей евразийской державой. Даже поражение османов в войне против Тимура (Тамерлана) не стало для них фатальным. Турки-османы подчинили себе часть Малой Азии, Балканы, под их ударами в 1453 г. пал Константинополь, ставший столицей государства — Стамбулом.

Одержав верх над своим геополитическим соперником — Сефевид- ским Ираном, турки получили выход к Арабскому Востоку. После завоевания Каира султан в 1517 г. упразднил власть последних Аббасидов и сам стал религиозным вождем мусульман. Почти все земли бывшего халифата вошли в состав Османской империи. Вот как складывалась ситуация в местах традиционного проживания арабского населения.

Территория Ирака, некогда входившая в державу Хулагуидов, оказалась включена в состав султаната Джелаиридов. Но этот период принес иракскому народу неисчислимые бедствия, что было связано с начавшейся войной против эмира Тимура, которая и привела к разорению некогда цветущих городов и селений. Достаточно сказать, что население Багдада сократилось в 10 раз по сравнению с тем временем, когда он был столицей Аббасидского халифата.

Местное земледелие, которое базировалось на развитой ирригационной системе, приходит в упадок. Разрушенные дамбы и водохранилища так и не были восстановлены, и некогда цветущая земля превратилась в пустынный и малолюдный район Сефевидского Ирана. Но и персы недолго владели этой территорией. В 1514 г. султан Селим Явуз (т. е. Грозный) захватывает Северный Ирак, положив начало турецкому периоду местной истории.

В дальнейшем османам пришлось приложить немало усилий, чтобы окончательно отбить его у персов. Эта задача будет выполнена в 1638 г. При всей неоднозначности турецкого владычества следует отметить, что оно способствовало обеспечению стабильности в землях, которые подчинялись Стамбулу. На территории Ирака вновь активизировались торговля и ремесло, оживились города.

На севере Ирака проживало курдское население. Местные владельцы-беки поставляли воинов в армию султана и платили налоги в казну государства. На юге земли принадлежали арабам. Здесь османская администрация опиралась на родовую знать в лице шейхов, которых она пыталась привлечь на свою сторону, делая их обязанности наследственной должностью. Подтверждение полномочий шейха было прерогативой государства. Но такое вмешательство приводило к росту социальной напряженности в местном арабском обществе, не желавшем признавать власть новоявленных феодалов.

Османские власти осознавали те преимущества, которые давал бесперебойный торговый транзит по территории Ирака. Когда Ост- Индская кампания постаралась вытеснить их из этих земель, активно поощряя сепаратизм местных пашей, турецкое правительство предприняло самые энергичные меры, чтобы не выпустить ситуацию из-под своего контроля. Даже глубочайший системный кризис, который будет переживать империя, не помешает ей сохранить Ирак в своем составе вплоть до середины XIX столетия.

Но столь пристальное внимание не помешало местным арабским элитам сформировать собственные правящие династии. В XVIII в. в Багдаде у власти находилась династия, основанная Хасан-пашой. При всех стараниях Порты так и не удалось избавиться от нее. У паши был собственный двор, который он стремился содержать по образцу султанского, чтобы таким способом продемонстрировать собственное величие и независимость от центральной власти.

Присланные из Стамбула наместники не могли удержаться в Багдаде дольше нескольких месяцев и становились жертвами кюлеменов (так называли белых рабов, которых обращали в ислам и обучали воинскому мастерству). По своему положению они напоминали мамлюков Египта. Кюлемены провозглашали пашой представителя местного правящего рода, а в 1780 г. один из них — Сулейман Большой (Буюк Сулейман) — основал собственную династию, которая правила до 1831 г. На местах власть принадлежала матасаллимам, которые подчинялись прежде всего багдадским властям.

Значительная часть арабских территорий лишь номинально признавала власть турок. Так, Хиджаз, где располагались главные святыни ислама, фактически жил по собственным законам и пользовался самой широкой автономией. Признавая политический авторитет султана, местные правители достаточно уверенно чувствовали себя в роли религиозных лидеров.

В 1532 г. турки захватили Йемен, где удержались около ста лет. В 30-х гг. XVII в. они постепенно начали выводить отсюда свои гарнизоны, которые были заблокированы силами зейдитов. Их имамы сумели мобилизовать сторонников и создать для османов такие условия, при которых сохранять здесь свое присутствие оказалось затруднительно.

Пустыни Центральной Аравии также не знали иноземной власти. Кочевники-бедуины жили по своим законам и не признавали турецкой администрации. Местные шейхи были по своему статусу родоплеменными вождями, а не феодальными владельцами. В порядке вещей считалось, что такой предводитель ухаживает за скотом и работает наравне с остальными бедуинами.

Образ жизни кочевников, ландшафтно-климатическая специфика региона служили гарантией независимости от Стамбула. У султана не было причин затрачивать немалые силы и средства для того, чтобы покорить этих людей. В середине XIX столетия среди бедуинов получает распространение ваххабизм, влияние которого очень скоро распространится на Западную и Центральную части Аравийского полуострова. Ваххабизм как религиозно-политическое движение в исламе свое название получил от имени шейха Мухаммада ибн Абд аль-Ваххаба ат-Тамими, который считал, что истинными мусульманами были лишь первые три поколения последователей пророка Мухаммада, и призывал вернуться к истокам веры. Его учение стало идеологией борьбы против власти Турции над арабами.

Неблагоприятная внешнеполитическая конъюнктура, опустошительные вторжения иноземцев существенно затормозили социально- экономическое развитие народов Месопотамии (его иракской части) и Аравии. По сравнению с ними более благоприятная обстановка сложилась в Магрибе, Египте и Сирии, что сказалось на ситуации в этой части арабского мира.

Присоединение к Османской империи Алжира было связано с деятельностью знаменитого пирата Хайраддина Барбароссы (Рыжебородого). Заняв эти земли в 1520 г., он признал себя вассалом турецкого султана, обеспечив себе таким образом покровительство и защиту от возможных соперников. В дальнейшем из Стамбула сюда будут направляться наместники бейлербеи.

Как и в других частях империи, в Алжире постепенно усилились сепаратистские настроения. Здесь к власти пришли янычары, которые, опираясь на местных шейхов, обложили данью земледельческое население и ремесленников. Из своей среды они выбирали дея, который совместно с четырьмя беями руководил землями, разделенными на провинции.

Базируясь в Алжире, турки попытались в 1534 г. занять Тунис, но были остановлены испанцами. Лишь в 1574 г. османами была достигнута эта цель. После 1705 г. в Тунисе утвердилась династия Хусейни- дов (по имени основателя Хусейна бен Али), номинально зависящая от воли султана.

В 1551 г. в состав империи вошел Триполи, позволив, таким образом, закрепиться на севере Африки. Какое-то время власть султана здесь признавали безоговорочно, но постепенно местная элита дистанцировалась от Стамбула. В 1711 г. в Триполи к власти приходит янычарская династия беев Караманлы. На словах признавая главенство султана, она фактически проводила самостоятельную политику, независимую от Порты.

В Египте, где у власти находились мамлюки, им удалось создать достаточно жизнеспособное государство, которое успешно отражало натиск монголов. Даже уязвимость местных династий, когда отсутствие легитимных прав на престол приводило к частой смене одних правителей другими, не мешало им поддерживать сформировавшиеся военно-политические и экономические институты. Мамлюки сумели восстановиться после погрома, который устроил им Тамерлан. Будучи профессиональными воинами, они сами не занимались земледелием, а жили за счет доходов со своих условных владений — икта. Даже эти налоги они собирали не сами, а с помощью откупщиков-мультазимов, содержание которых также ложилось на плечи рядовых земледельцев- феллахов.

В 1517 г. Египет вошел в состав османского государства. Управлял им присланный из Стамбула паша, но на местах власть, как и прежде, оставалась в руках мамлюкских беев. Турецкая администрация предпочитала находить компромисс с этой воинской элитой, вполне резонно рассудив, что цена конфликта может стать для нее недопустимо высокой. Османы провели перепись земельного фонда и создали «Канун- наме Мыср». В нем они определили формы землепользования и права землевладельцев, регламентировали правила торговли и ремесла, установили статус городов.

По-прежнему ключевыми фигурами были мультазимы. По существу, они контролировали основные финансовые потоки в стране, и даже мамлюки, которые раньше с пренебрежением смотрели на всех, кто не занят военным делом, теперь охотно становились откупщиками.

В «Канун-наме Мыср» определялись правила жизни феллахов. Они были главными землепользователями и создавали основной материальный доход. Жили эти земледельцы общинами, во главе которых стояли шейхи. Они были обязаны следить за тем, чтобы все земли обрабатывались феллахами. Если земледелец бежал с выделенного ему участка, то за это шейх нес персональную ответственность, выплачивал штраф.

Шейхами управлялись корпорации ремесленников и торговцев в городах. В Каире шейхи руководили и целыми кварталами, тем более что проживали в них люди, как правило занимающиеся схожей деятельностью. Ключевой фигурой в местном самоуправлении был и судья-кади.

Население арабского города не было полностью отделено от сельского хозяйства. Многие горожане продолжали заниматься земледелием, особенно садоводством. Значительная часть жителей не была задействована в производстве материальных благ. Например, в Каире в конце XVIII в. из 100 тыс. взрослых мужчин лишь 40 тыс. считались рабочими и ремесленниками. При этом в их число входили банщики, парикмахеры, певцы и т. д. В городе существовали цеха жонглеров, парикмахеров, погонщиков верблюдов и танцовщиц. Остальные были военными, представителями духовенства, купцами. Число слуг достигало 30 тыс. человек. Общая численность населения столицы Египта определялась в 300 тыс. человек.

Арабские ремесленники долгое время славились своими изделиями, которые охотно приобретали далеко за пределами региона. Но в XVIII в. они уже не могли конкурировать с фабричной европейской промышленностью и постепенно теряли не только внешние рынки, но и внутренний рынок Османской империи. В немалой степени этому способствовал режим капитуляций (льгот), которые раздавали иноземным предпринимателям турецкие власти.

Достаточно самостоятельно чувствовали себя и жители Сирии. Здесь получили распространение тимары — условные наследственные владения с земледельческим населением, выплачивающим налоги. Это было следствием турецкого влияния на жизнь сирийцев. Сирия и Палестина делились на четыре пашалыка (провинции). Их центрами были Алеппо, Дамаск, Триполи и Сайде (до конца XVIII в., а затем Акка).

Войска Селима Явуза в 1516 г. захватили Ливан и вторглись в горные районы Сирии и Палестины. Чтобы закрепить за Портой эти земли, султан решил пойти на привлечение местных владельцев на свою сторону. В районах Горного Ливана сохранялось прежнее административнополитическое устройство. В качестве правителя был оставлен эмир Фахраддин I, который представлял династию Маанидов. Эту династию в Стамбуле признавали за «эмиров Арабистана» и даже мирились с тем, что они поддерживают активные связи с христианами Европы.

Фахраддин I попытался не выплачивать обещанную Стамбулу дань, чем вызвал серьезное недовольство со стороны правительства Османской империи. Турки решили заменить местную династию своими чиновниками, но это вызвало резкий протест со стороны жителей региона. Начались вооруженные столкновения. В ход шли самые разные средства. По приказу паши Дамаска Фахраддин I был отравлен, но его сын Киркмас продолжил дело отца. Во время турецкой военной экспедиции в Ливан в 1585 г. он был убит. Вместе с ним были уничтожены многие представители ливанской элиты, не желавшие мириться с османским засильем.

Погром, устроенный турками, не помешал сыну Киркмаса — Фах- раддину II — взойти на престол в 1590 г. Этот правитель действовал осторожно, но при этом весьма результативно. Не вступая в открытые вооруженные столкновения, Фахраддин II сумел создать разветвленную шпионскую сеть, действующую как на территории Ливана и сопредельных землях, так и в самом Константинополе. Он умело сталкивал своих противников друг с другом, чем добился благосклонности со стороны султана. По приказанию эмира в Стамбул была отправлена большая дань, к которой Фахраддин II охотно прибавил и часть своих военных трофеев. После этого султан весьма благосклонно относился к тому, что его вассал претендовал на все новые земли. Так в руках ливанского правителя оказались не только горные, но и прибрежные территории страны, часть земель Сирии и Палестины.

Будучи по происхождению друзом (арабом, исповедующим дру- зизм — религиозное направление, вышедшее из учения исмаилитов), Фахраддин II нередко выдавал себя за христианина, что позволяло ему успешно договариваться с европейцами. С их помощью он рассчитывал освободиться от турецкой зависимости и обрести суверенитет. Была сделана ставка на итальянцев, давних торговых партнеров Ливана. По приказу эмира начали возводиться крепости, которые должны были обезопасить его страну в случае вторжения османов. Армия Фахрад- дина II насчитывала около 40 тыс. человек, которых он пытался хорошо вооружить и подготовить.

Восстание началось в 1613 г. и вызвало массовую поддержку населения Ливана. Туркам пришлось бросить сюда значительные силы и в конечном итоге нанести Фахраддину II поражение. Спасаясь от преследования, он скрылся на территории Италии, где находился в эмиграции пять лет. Здесь он пытался сформировать антитурецкую коалицию из европейских государств, вел переговоры с Ватиканом и Мальтийским орденом, но успеха не добился. Лишь после того, как в Стамбуле сменилась власть и новый султан Осман II провел амнистию, Фахраддин II смог вернуться на родину.

Популярный в народе повелитель быстро сумел восстановить свои владения, способствовал развитию внутренней и международной торговли, поощрял учебу молодежи в европейских учебных заведениях. По его приказу была проведена реконструкция Бейрута, в котором были разбиты широкие бульвары, строились новые здания. При этом он не отказался от своей цели освободиться от власти Стамбула. В начале 30-х гг. XVII в. вновь вспыхивает восстание, но и на этот раз оно не имеет успеха. Более того, Фахраддин II оказывается в плену и его вывозят в столицу империи. Там эмир и закончит свой жизненный путь, когда в Ливане в 1635 г. вновь начнутся беспорядки. Его обвинили в том, что своими действиями он потворствовал антиосманским настроениям, и казнили. Но борьба ливанцев за свободу на этом не прекратилась.

В самом Ливане постоянно конкурировали две группировки: кай- ситы и йемениты. Первые поддерживали Маанидов и последовательно боролись против турок. Вторые желали компромисса со Стамбулом и делали ставку на род Аламаддинов. Когда претендентов на престол со стороны Маанидов не осталось, их в 1697 г. сменили эмиры из рода Шейхаб. им пришлось столкнуться с попыткой турок и йеменитов в 1710 г. превратить Ливан в обычный пашалык, лишенный автономных прав и подчиняющийся администрации, назначаемой султаном. Эмир Хейдар Шехаб был свергнут, но кайситы уже на следующий год взяли реванш и в битве при Айн-Даре смогли истребить почти всех Аламаддинов. Это позволило Ливану сохранить свою обособленность от Стамбула, который должен был считаться с местными реалиями.

Сомалийское побережье входило в состав отдельного пашалыка Ха- баш. Череда конфликтов и войн, в которые были втянуты местные племена, затрудняли экономическое освоение этих территорий. Наместникам султана здесь приходилось предпринимать значительные усилия, чтобы хотя бы формально сохранить эти земли в составе империи.

В целом можно отметить, что прочных связей между отдельными частями Османского государства не было. Этот полиэтнический конгломерат народов, объединенный в свое время с помощью насилия, был подвержен идеям сепаратизма, которые усиливались по мере ослабления власти султана.

Системный кризис, который переживала Османская империя в XVIII в., привел к тому, что от нее откололся Египет. Мамлюки вновь стали проводить независимую политику. Первым правителем мамлюков в XVIII в. стал Ибрахим-бей, который хотя и не был выходцем из мамлюкской среды, но имел среди них большой авторитет, чем и воспользовался в собственных интересах. Он правил Египтом с 1746 по 1757 гг., а после его смерти началась ожесточенная борьба за власть между преемниками. Сильнейшим оказался Али-бей по прозвищу аль- Кабир, занявший престол в 1763 г. Он был абхазом по происхождению и не питал к Турции добрых чувств, стремясь поскорее избавиться от их власти. В 1770 г. Али-бей принял титул «султана Египта и обоих морей», заявив о суверенитете своей страны.

Этот правитель пользовался авторитетом среди мусульманского арабского населения. Достаточно сказать, что во всех мечетях Египта и Хиджаза его имя произносилось в хутбе (проповедь, совершаемая имамом во время пятничного полуденного богослужения). Он вступил в союз с правителем Сефеда (области на территории Палестины) — шейхом Дагером. Тот принадлежал к течению кайситов и был рад найти себе единомышленника, с которым мог вместе сражаться против турок. Сам Дагер восстановил старинную крепость в Акке, которая стала его оплотом в борьбе против Оттоманской Порты. О могуществе этого владетеля говорит численность армии, которая в военное время насчитывала до 70 тыс. человек. Кроме того, он имел собственный флот, что мог позволить далеко не каждый правитель.

После начала войны Османской империи с Россией Али-бей в 1771 г. присылал своих дипломатов в ставку графа А. Г. Орлова, с которым договаривался о совместных действиях против общего врага. Али-бей и Дагер развернули успешное наступление в Сирии, сумели занять

Дамаск, Сайду, блокировали Яффу. Но этот победный натиск был остановлен после того, как командующий египетскими войсками Абу Захаб увел своих мамлюков в Верхний Египет и начал борьбу с Али-Беем, пытаясь занять его престол. Оказавшись в меньшинстве, покинутый большинством мамлюков Али-Бей бежал к своему союзнику в Акку.

Произошедшие события сразу же сказались на положении шейха Дагера. У него также появился конкурент — ливанский эмир Юсеф Шехаб, который вместе с турками начал осаду Сайды. Ситуацию спасла русская эскадра, которая сняла осаду города и помогла овладеть Бейрутом. Но начавшиеся мирные переговоры Петербурга и Стамбула завершились уходом русских кораблей, и Бейрут вновь оказался у османов.

Это не значит, что Россия оставила своих союзников без поддержки. Али-Бей получил необходимое ему оружие и в 1773 г. выступил против мятежных мамлюкских беев. Однако этот поход был для него неудачным. Он оказался смертельно ранен в сражении и попал в плен. А его партнера по антитурецкой коалиции Дагера спасла лишь вновь начавшаяся борьба русских против османов. Юсеф Шехаб порвал со Стамбулом и стал просить Екатерину II принять его в свое подданство. Турецкий гарнизон снова был выбит из Бейрута. Но, как и два года назад, все изменилось после подписания в 1774 г. Кучук-Кайнарджийского мира и вывода русских сил из региона.

Теперь турки бросили все силы на разгром Дагера. Он укрылся в Акке, где и нашел свою смерть. А его оплот стал местом резиденции турецкого паши Ахмеда с весьма символичным прозвищем Джаззар, т. е. «Мясник». Его жестокость постоянно провоцировала народные волнения, что заставило турок в конечном итоге прислать сюда нового наместника. Все это сопровождалось и расколом внутри местной знати, которая использовала османов для расправы над конкурентами.

В конце XVIII в. Турция оказалась втянута в борьбу за передел сфер влияния в мире, которую ожесточенно вели между собой две ведущие европейские державы — Франция и Великобритания. В Египте в 1798 г. высаживаются французские войска, которыми командовал Бонапарт. Он строил далеко идущие планы, рассчитывая не только приобрести богатую колонию, но и создать в дальнейшем условия для похода на Индию. Хотя экспедиция Бонапарта закончилась гибелью его корпуса, остатки которого в конце сентября 1801 г. с трудом смогли вырваться во Францию, власть Стамбула на этих землях оставалась по-прежнему номинальной. Это особенно стало заметно после 1805 г., когда к власти в Египте пришел паша Мухаммад-Али.

Контрольные вопросы

  • 1. Какую роль играли кюлемены в Ираке и мамлюки в Египте?
  • 2. Какую политику проводили власти Стамбула в отношении Хиджаза?
  • 3. Как «Канун-наме Мыср» регламентировал земельные отношения?
  • 4. Какую политику проводила династия Маанидов в Ливане?
 
<<   СОДЕРЖАНИЕ ПОСМОТРЕТЬ ОРИГИНАЛ   >>