Полная версия

Главная arrow История arrow История арабских стран

  • Увеличить шрифт
  • Уменьшить шрифт


<<   СОДЕРЖАНИЕ ПОСМОТРЕТЬ ОРИГИНАЛ   >>

Арабский мир в начале XXI века

Различные модели социально-политического и экономического развития, которые испробовали арабские страны в течение XX века, завели их в тупик. Провалился также проект построения светского национального арабского государства. Вместо процветания получили бесконечные кризисы, военные перевороты, диктатуры сменявших друг друга вождей, системную коррупцию и бедность. Идеи и практика арабского национально-освободительного движения с большим трудом сохраняются только в Алжире и Сирии.

Почти повсеместно в поисках выхода приверженная традиционализму часть арабского мира, ведомая религиозными лидерами, обратилась к исламской альтернативе, предполагающей построение исламского государства на принципах, которые существовали при пророке Мухаммаде. Исламский путь развития — это историческое наследие, которым обладают все арабские страны и посредством которого предполагается разрешить вставшие перед ними проблемы.

Неудовлетворенность арабского мира существующим положением вещей вылилась в национально-религиозный протест, вобравший в себя идеи «мировой исламской революции» и «мировой арабской империи».

Повсеместно произошел всплеск исламских неправительственных движений и их политизация. Исламские традиционалисты считали, что мусульманский мир пришел к упадку из-за того, что «забыл истинную веру и отошел от пути Пророка». Поэтому возрождение возможно только на путях возвращения к первоосновам, к истинному (неискаженному) исламу, к Корану и Сунне.

Однако для реализации подобного проекта необходима была власть. По этой причине в арабском мире ислам стал повсеместно политизироваться. Исламистские организации и их лидеры начали борьбу за власть. Они считали, что опасность исламу исходит не только от стран Запада, но и от существующих в арабских странах светских мусульманских режимов. В борьбе с ними за власть приемлемы любые средства, в том числе различные формы подрывной деятельности — террор или партизанская война.

Радикально настроенные группы стремились повернуть общество к идеям священной войны, которая сможет обеспечить арабам победу над «неверными». Исламские экстремисты в Алжире, Египте, Иордании, Ираке и других странах объявили джихад против «неверных» политиков в своих странах.

Среди наиболее влиятельных и радикальных исламистских организаций выделялась, например, палестинская ХАМАС, которая рассматривает арабо-израильский конфликт как противостояние двух религий, а потому в такой борьбе компромиссы невозможны. ХАМАС стала организатором многих террористических актов на Ближнем Востоке и гражданской войны в Палестинской автономии (в секторе Газа).

Наиболее крупной и авторитетной в арабском мире организацией является ассоциация «Братья-мусульмане», которая внедряет в умы мусульман лозунг «Коран — наша конституция». Под этим лозунгом по всему арабскому миру стали действовать сотни других больших и малых радикальных организаций.

Международная организация Хизбут-Тахрир аль-Исламия (Исламская партия освобождения) намеревается возродить единство исламской общины, восстановить исламский халифат, освободив их от «чуждых идей, систем и законов». Лидеры этой партии предполагают искоренить коррупцию и бедность среди мусульман посредством строгого следования предписаниям шариата.

К ним примыкают «Мировой фронт джихада», созданный бен Ладеном для борьбы с «иудеями и крестоносцами», и египетская организация «Джихад», возглавляемая М. Хамзой и А. аль-Завахири, заключившие соглашение о совместной борьбе с врагами мусульман.

После террористических актов 11 сентября 2001 г. в США, а также актов террора, произошедших в столицах ряда европейских стран, в западных СМИ поднялась антиисламская истерика. Власти США и Европы выделили так называемую «ось зла», куда включили пять мусульманских государств — Иран, Ирак, Ливию, Сирию и Судан — и назначили их ответственными за террор против Запада.

После того как США и их западные союзники развернули на территориях исламских государств антитеррористические операции, предполагавшие также «модернизацию» ближневосточных режимов, там эти действия однозначно были квалифицированы как «война против ислама».

Однако под давлением обстоятельств светские режимы арабских государств также были вынуждены активизировать разгром экстремистских группировок, действовавших на их территориях, перекрывали каналы их финансирования, значительно осложнив им деятельность.

Важную роль в этом процессе сыграла война в Ираке, которую затеяли США. Война подтолкнула арабские государства к наступлению на экстремистов из-за опасения вторжения в их пределы сил американской коалиции. В то же время оккупация Ирака и Багдада, остающегося символом былого величия исламского мира, породила новую волну антиамериканизма среди мусульман и способствовала укреплению арабской солидарности.

Следует отметить, однако, что экстремисты до 2003 г. никак не могли проявить себя в Ираке, пока у власти находился С. Хусейн, который жестко подавлял любую оппозицию. И только погром, устроенный американцами и их союзниками в Ираке в 2003 г. во время так называемой операции «Шок и трепет», предоставил возможность местным исламистам активизироваться.

Спецназ армии США разыскал и после ожесточенного боя уничтожил сначала сыновей С. Хусейна, а затем удалось арестовать и его самого. Помогли местные предатели, польстившиеся на американские доллары. Бывший правитель Ирака в 2006 г. был казнен по приговору суда, организованного новыми иракскими властями с подачи американской оккупационной администрации и при настойчивом давлении со стороны президента США Дж. Буша — младшего.

В 2004 г. американцы создали из оппозиционных саддамовскому режиму представителей Временный управляющий совет Ирака, который избрал временного президента страны — суннита Гази Явара. США сделали все, чтобы не допустить к власти бывших членов партии БААС.

Одновременно, несмотря на предпринимавшиеся усилия новых властей и командования оккупационных войск, страну захлестнула волна насилия и террора. Взрывы гремели по всей стране — в Багдаде, Мосуле, Киркуке, Басре.

В 2005 г. в условиях крайней нестабильности были проведены парламентские выборы, принята новая конституция и избран новый президент — курд Джаляль Талабани. Этот выбор предопределялся стремлением новых политических сил улучшить отношения между курдами и арабами Ирака. Правительство страны возглавил и сформировал Джавад аль-Малики, представитель шиитского большинства.

Однако все изменения в социально-политической жизни Ирака не привели к прочной стабильности или экономическому подъему. Без жесткой руки С. Хусейна не прекращается соперничество между суннитами и шиитами, арабами и курдами, а также различными исламистскими группировками, которое выплескивается в перманентные вооруженные конфликты и демарши со стороны «Аль-Каиды» или «Армии аль-Махди» и многих других.

Не сдаются члены БААС, перешедшие на нелегальное положение и участвующие в партизанской войне против американцев. Их действия отличаются высокой организованностью, поскольку комплектуются из «кадров саддамовской эпохи».

В 2003 г. произошла также некоторая корректировка в подходах арабских стран к Израилю. Стали вырисовываться пути к нормализации отношений. Лидер ООП Ясир Арафат не мог утвердиться в качестве президента Палестинской автономии без помощи израильтян и США. В 2003 г. между сторонами была подписана так называемая «Дорожная карта», представляющая собой план мирного урегулирования на Ближнем Востоке и создание палестинского государства.

Против этих соглашений выступили ХАМАС и «Исламский джихад», обрушив все усилия Я. Арафата при помощи серии террористических актов, направленных как против Израиля, так и против деятелей палестинской администрации, вступивших на путь примирения с «неверными».

Неудача примиренческих усилий тех или иных политических деятелей в арабском мире закономерна, поскольку Израиль рассматривается подавляющим большинством арабов в качестве основного источника военных угроз на Ближнем Востоке. Свое отношение к Израилю арабы строят не только на фундаменте недавнего исторического прошлого, но исходят из проводимой еврейским государством наступательной стратегии. Недоверие арабов к Израилю подпитывается применяемой им «тактикой превентивных ударов и актами возмездия».

После смерти Ясира Арафата палестинское государство больше никто не строил, хотя на словах этот процесс никогда не останавливался. Новое руководство Палестинской автономии до сих пор не было сметено исламскими радикалами только потому, что Западный берег реки Иордан находится под контролем израильских военных.

В то же время военное присутствие в Ираке США использовали для установления контроля над всем регионом Ближнего Востока, а также для оказания давления на Сирию, которую обвиняли в потворстве исламистским группировкам ХАМАС, «Хезболла», «Исламский джихад», и на Саудовскую Аравию. Однако демократия на штыках, которую пытались внедрять в исламский мир американцы, не только не достигала декларируемой США цели, но вела к развалу существовавшего в странах ближневосточного региона внутреннего баланса сил, краху государственного аппарата.

Саудиты оказались в непростом положении: кроме давления со стороны американцев, серьезной угрозой королевской власти стали притязания «Аль Каиды». Лидер экстремистов Усама бен Ладен объявил о стремлении захватить власть в Аравии. Чтобы сократить число потенциальных союзников бен Ладена в стране, королевские власти уволили или приостановили деятельность нескольких сотен религиозных служителей, которые проповедовали идеи религиозной нетерпимости. Опасения властей имели под собой почву, так как среди значительной части населения королевства Усама бен Ладен считался «мусульманским героем, бросившим вызов Соединенным Штатам». С другой стороны, Саудиты отказывались поддерживать действия США на Ближнем Востоке.

В начале 2011 г. массовые демонстрации недовольного населения прокатились по многим странам арабского Востока. Демонстрации захлестнули Тунис, Алжир, Ливию, Египет, Сирию, Йемен, Бахрейн. Волна социально-политических потрясений вскоре получила название «Арабская весна».

Наблюдатели событий в Магрибе и на Ближнем Востоке отмечали, что социально-экономические трудности не были главной причиной начавшихся волнений, поскольку в странах названных регионов не наблюдалось экономической стагнации. Например, в Египте за 30 лет правления Хосни Мубарака экономика выросла в 4,5 раза. Даже в наиболее бедной стране арабского мира — Йемене — постоянно рос ВВП. В странах арабского мира не было голода, а бедность находилась на уровне таких стран, как Китай или Индия.

С другой стороны, в немалой степени на дестабилизацию ситуации оказала влияние безработица, которая, однако, вызывалась не столько экономическими, сколько структурно-демографическими и культурными факторами.

В том же Египте из-за снижения младенческой и детской смертности соответственно в 3 и 4 раза резко выросла доля молодежи в общей численности населения страны. Именно молодежь составляла половину безработных в стране.

Кроме того, произошла деградация идеи арабского национализма, который не смог предложить населению приемлемой перспективы развития и лишил многих прежней веры в будущее. Потому гораздо более остро, чем экономические проблемы, стали восприниматься диспропорции ценностно-содержательного характера, что оценивалось в обществе как попрание справедливости. Наконец, разлад в правящих элитах также немало способствовал сползанию социально-политической ситуации в арабских странах до состояния коллапса.

Проявлением разлада в элитах арабских стран стал успех антиправительственных выступлений в Тунисе, Египте, Ливии и Йемене. События социально-политического противостояния в этих странах завершились отставками или свержением правящих режимов.

В Тунисе, с территории которого пожар «Арабской весны» быстро перекинулся на соседние государства, был нарушен традиционный для арабского мира баланс сил между армией и спецслужбами. Бывший президент Бен Али довел численность спецслужб до четырехкратного превосходства над армией. После свержения Бен Али армия начала массовые аресты сотрудников спецслужб.

Многие в Тунисе также были недовольны тем, что клан Трабелси, к которому принадлежала вторая жена президента Бен Али Лейла, контролировал до 30 % национальной экономики, препятствуя созданию условий для развития малого и среднего бизнеса.

В Египте возник конфликт между армией и группировкой сына президента Гамаля Мубарака. Армейская верхушка, находившаяся у власти с 1952 г., не желала перехода власти в руки гражданских политиков.

В Ливии ситуацию взорвал конфликт между шейхами племен Три- политании и Киренаики. Племенных шейхов Киренаики перестало устраивать 40-летнее нахождение у власти триполитанца Муаммара Каддафи. Кроме того, к раздуванию раздоров в Ливии приложили руку саудовские эмиссары и лидеры стран ЕС.

До начала беспорядков Ливия была одной из наиболее благополучных стран Северной Африки. Своим благополучием ливийцы были обязаны М. Каддафи, который «фактически модернизировал Ливию и превратил ее из куска пустыни в одно из самых экономически развитых государств» (Геворг Мирзаян).

Успехи модернизации в стране размывали племенное устройство общества, что вызвало острое неприятие со стороны племенных шейхов, статус и возможности которых резко пошли вниз. Племенные элиты были недовольны распределением доходов от нефти, добываемой на их территориях, и не одобряли внешнюю политику М. Каддафи.

В 2011 г. пожар революции разожгли жители Бенгази. Шейх Фарай аль-Зуай встал на сторону мятежников. Подал в отставку и перебрался в Бенгази генерал Абдель Фаттах Юнее, глава ливийского МВД. Перебежчиками стали ливийские дипломатические представители в ЛАГ. В ливийский конфликт тут же вмешались монархи Персидского залива, а также Париж и Лондон. Монархи Залива, и в частности КСА и Катара, не могли простить Каддафи его претензии на лидерство в арабском мире и попыток распространения «социалистической революции» на их территории. Кроме того, эмир Катара Ат-Тани не мог простить полковнику Каддафи личного оскорбления в свой адрес.

После того как племенные ополчения, вооруженные новым западным оружием, не сумели отнять власть у М. Каддафи, Запад и Залив провели через СБ ООН резолюцию о «бесполетной зоне над Ливией» и праве на «любые действия по защите мирных жителей и населенных ими территорий...». Вскоре Запад начал совместную военную операцию против сторонников полковника Каддафи, получившую название «Рассвет Одиссея». Вооруженные силы США и некоторых стран НАТО, катарский спецназ в конце концов добили неуступчивого лидера Ливийской Джамахирии, захватив штурмом Триполи. Каддафи отступил в Сирт, но был там схвачен и после мучений и надругательств убит.

Лишение жизни и власти Каддафи немедленно привело к распаду государственного единства Ливии, превратив ее во враждебные друг другу племенные территории. Антиливийская операция Запада создала большие проблемы не только Ливии, но также самому Западу, который лишился надежного поставщика в Европу природного газа и щита от многотысячной нелегальной эмиграции выходцев из Африки.

Одновременно такие государства, как Сирия и Бахрейн, которых к 2011 г. не затронула эпидемия внутриэлитных раздоров, демонстрировали высокую степень консолидации и поддержку со стороны армии и дипломатического корпуса. Армия и органы правопорядка оставались гарантами стабильности существовавших в данных странах режимов.

Президент Сирии Башар Асад пользовался реальной поддержкой многих слоев населения. Однако Сирия стала жертвой политического противостояния и полем для выяснения отношений между Ираном, Турцией и Королевством Саудовская Аравия, а также США, ЕС и Россией.

Внешние силы влияния настраивали и подстрекали различные слои сирийского общества против многолетнего безальтернативного господства партии БААС в стране. Огонь гражданской войны был подожжен в городе Дераа, а вскоре беспорядки захватили все остальные города, в том числе Дамаск.

Попытки президента Асада вступить в переговорный процесс с оппозицией и начать обновление политической жизни в стране были сорваны. Противниками выступили отдельные армейские группы, исламисты и их внешнеполитические спонсоры.

Против Б. Асада выступила часть членов ЛАГ, потребовав его отставки, ввели ряд санкций монархии Залива и Евросоюз, надеявшиеся поднять против президента недовольное население страны. Не получилось. Тогда Запад и ЛАГ попытались организовать вторжение антиаса- довских сил, добившись санкции от СБ ООН по ливийскому сценарию. Кроме того, в западных СМИ началась кампания по дискредитации сирийских властей, им вторил катарский телеканал «Аль-Джазира», демонстрировавший ролики «массовых преступлений сирийской армии против мирного населения». Однако снова не получилось: РФ и Китай выступили против иностранного вмешательства в дела Сирии и за решение возникших проблем переговорным путем.

Не добившись необходимого решения от СБ ООН, спонсоры сирийской оппозиции для координации ее деятельности в 2012 г. создали Группу друзей Сирии, в которую вошли монархии Персидского залива, Запад и Турция. Они организовали в Сирии вооруженную оппозицию — Свободную Сирийскую армию (ССА) и другие вооруженные формирования, обеспечив их финансовой поддержкой, переправляли в страну оружие, военных советников и иностранных «добровольцев».

В странах, которые были охвачены пожаром революционных событий, нарушился также баланс сил между армией и исламистами, что дало возможность исламистам на время сосредоточить власть в своих руках.

Приобретя власть, исламисты не только начали перестраивать социально-политический процесс по лекалам исламского проекта, но пытались поставить армию под свой полный контроль. Это происходило в Тунисе или в Египте, где «Братья-мусульмане» не только развернули судебное преследование Хосни Мубарака, но и начали чистку в армейских рядах.

Армия, после некоторого раздумья и перегруппировки сил, восстановила свой контроль над политическими структурами государства, отодвинув от власти исламистов. В 2013 г. в Египте после годичного правления был отстранен от власти президент Мухаммад Мурси, представлявший «Братьев-мусульман», и власть снова вернулась в руки военных. Страну возглавил генерал Абдул-Фаттах ас-Сиси, бывший министром обороны в правительстве Мурси.

Социально-политические процессы, получившие название «Арабская весна», задели Иорданское Хашимитское королевство и королевство Марокко по касательной. Гибкая и прагматическая политика короля Абдаллы II, строившаяся по принципу «хороший для всех, даже для Израиля», долго позволяла Иордании избегать участия в ближневосточных конфликтах. Но «Арабская весна» отняла у иорданского короля свободу маневра. Королевство, будучи бедным государством, попало в растущую зависимость от финансовой помощи КСА и монархий Персидского залива, а также от их возможностей оказывать сдерживающее влияние на радикальных исламистов.

Пограничное соседство с Сирией после развязывания там гражданской войны вынуждает Амман быть очень осторожным. Вместе с сирийскими беженцами на территорию страны проникают исламские радикалы, которые легко могут дестабилизировать политическую ситуацию в стране. Кроме того, король Абдалла II вынужден учитывать, что исламские радикальные организации имеют в стране многочисленных сторонников. Например, «Хезболлу» поддерживают 55 %, а ХАМАС имеет до 60 % приверженцев, что понятно, если учесть, что подавляющая часть населения страны состоит из арабов-палестинцев.

Лидеры ХАМАС — Халед Машаль и Муса Абу Марзук, нашедшие пристанище в Иордании, проводят весьма лояльную политику в отношении местных властей исходя из ряда причин. Во-первых, пребывание в Аммане обеспечивает им элементарное выживание. Во-вторых, палестинцы помнят «черный сентябрь» 1970 г. и не желают его повторения. Больше того, ХАМАС не может позволить себе требований типа «Иордания — это Палестина» в силу того, что тогда потеряются основания для требований по созданию палестинского государства на Западном берегу Иордана. В-третьих, попытки свергнуть иорданского короля, помимо всех других последствий, неизбежно приведут к вмешательству в события со стороны Израиля. В-четвертых, ХАМАС не может позволить себе не учитывать мнения КСА и монархий Залива. Наконец в-пятых, иорданская армия считается одной из самых боеспособных армий в арабском мире. По этой причине после распада Ливии и ослабления Египта или Сирии Иордания может сделаться «ударным кулаком» монархий Залива в случае обострения отношений с шиитским Ираном.

«Арабская весна» в Марокко отметилась тем, что произошли протесты молодежи, чьим выразителем стала организация «Движение 20 февраля», а также с требованиями демократических перемен выступили исламисты из весьма влиятельной в стране партии «Справедливость и благочестие». Большинство протестов имели мирный характер, но в ряде городов протестующими были разграблены и сожжены государственные здания, магазины и банки. Большинство протестующих выказывали недовольство существовавшей в стране абсолютной властью короля, которой ставили в вину слабость экономики, высокий уровень безработицы, социальное неравенство, коррупцию и непотизм.

Несмотря на то, что беспорядки сотрясали страну в течение полутора лет, прежняя элита сохранила свою власть и статус. Властям удалось перехватить инициативу у протестующих по ряду причин. Во-первых, страна не подвергалась активному вмешательству извне. Во-вторых, король Мухаммад VI быстро отреагировал на социальные протесты и выступил с инициативой проведения демократических реформ. 2 июля 2011 г. был проведен референдум по новой конституции, согласно которой король мог назначать правительство только от партии, победившей на парламентских выборах. Расширялись права самого правительства и парламента, регионов и гарантировалась независимость судов. В стране объявлялась свобода вероисповедания. Берберский язык приобрел статус государственного языка наравне с арабским языком. В-третьих, протестное движение потеряло свою мощь после того, как король назначил премьер-министром лидера исламистской партии «Справедливости и развития» Абделлаха Бенкирана. Таким образом, марокканские власти оказались более подготовленными к превратностям «Арабской весны», а отсутствие внешней подпитки для протестных слоев позволило относительно быстро взять ситуацию под контроль.

Если оценивать последствия такого сложного и многовекторного явления, как «Арабская весна», в целом, то можно констатировать, что она «скорее усугубила социально-экономическую ситуацию в регионе, нежели решила проблемы, стоящие на повестке дня арабских государств» (А. Коротаев, Л. Исаев). Революция потрясла основы многих государств региона, разрушив самостоятельно или под влиянием внешних сил устои, опиравшиеся на принципы и идеи арабского национализма и «арабского социализма», и не привела к торжеству исламского социально-политического проекта. Там, где представители исламистских партий приходили к власти, они своим радикализмом поворачивали ситуацию против себя, не находя абсолютной поддержки в обществе, так или иначе получившем опыт модернизации.

Не реализовались планы не только наиболее радикально настроенных исламистов, но потерпели крах и умеренные исламские революционеры, призывавшие мусульман освоить достижения современного индустриального общества не только в технологической, но и в институциональной сферах, поставить эти достижения на службу мусульманскому миру и мусульманским ценностям и тем самым не только получить возможность дать реальный отпор «неверным», но и получить материальную базу для построения подлинно исламского общества.

Контрольные вопросы

  • 1. Каковы причины политизации ислама в странах арабского Востока?
  • 2. Что собой представляет «Арабская весна» и какова её сущность?
  • 3. Насколько «Арабская весна» была подвержена влиянию извне арабского мира?
  • 4. Какова сущность исламского социально-политического проекта?
  • 5. Назовите цели и задачи исламского проекта в странах арабского Востока.
  • 6. Почему «Арабская весна» в разной степени затронула разные арабские государства?
 
<<   СОДЕРЖАНИЕ ПОСМОТРЕТЬ ОРИГИНАЛ   >>