Полная версия

Главная arrow Право arrow Актуальные проблемы защиты гражданских прав

  • Увеличить шрифт
  • Уменьшить шрифт


<<   СОДЕРЖАНИЕ ПОСМОТРЕТЬ ОРИГИНАЛ   >>

Защита прав лица в обязательстве из причинения вреда: особенности и проблемы применения

Обязательства вследствие причинения вреда являются одним из старейших видов обязательств, со времен римского права они получили название деликтных обязательств (от лат. delictum — «проступок, правонарушение»).

Обязательства из причинения вреда — внедоговорные обязательства, возникающие вследствие нарушения имущественных и личных неимущественных прав потерпевшего, носящих абсолютный характер, и призванные обеспечить наиболее полное восстановление этих прав за счет причинителя вреда либо за счет иных лиц, на которых законом возложена обязанность по возмещению вреда.

Как видно из данной дефиниции (в продолжение сравнения деликтных и кондиктных обязательств, изложенного в предыдущем параграфе), основное отличие деликтов от кондиктов заключается в том, что основанием деликтов всегда является правонарушение, а следовательно, деликты выступают в качестве формы гражданско-правовой ответственности, тогда как кондикты могут как носить характер ответственности, так и не иметь такового.

Кроме того, обязанным лицом в кондиктах всегда выступает лицо, обогатившееся за счет другого лица, права которого в результате этого оказались нарушенными (независимо от того, в связи с чьими действиями или событиями такое обогащение произошло), тогда как обязанным лицом в деликтах выступает причинитель вреда, а другие лица могут быть привлечены к ответственности лишь в случаях, указанных в законе.

В качестве элементов деликтного обязательства как любого правоотношения выступают субъект, объект и содержание. [1]

Субъектами обязательства из причинения вреда, т. е. его сторонами, выступают потерпевший (кредитор в обязательстве) и причинитель вреда (должник в обязательстве). Однако одной из особенностей деликтных обязательств является то, что и кредитор, и должник в деликте могут быть заменены на другое лицо. Такие ситуации возникают, например, при суброгации, регрессе, на основании решения суда (ст. 1067 ГК РФ), при причинении вреда малолетним в возрасте до 14 лет (ст. 1073, 1075 ГК РФ). Кроме того, в случаях, установленных ст. 1068— 1071, 1073, 1076, 1079 ГК РФ (в определенных случаях), должником выступает не сам причинитель вреда, а другое лицо. Также допустима множественность как на стороне должника, так и на стороне кредитора. Такая множественность может носить как солидарный, так и долевой характер.

Случаем долевой ответственности является регрессная ситуация, предусмотренная п. 2 ст. 1081 ГК РФ, согласно которой «причинитель вреда, возместивший совместно причиненный вред, вправе требовать с каждого из других причинителей вреда долю выплаченного потерпевшему возмещения в размере, соответствующем степени вины этого причинителя вреда».

Солидарная ответственность за совместное причинение вреда наступает при наличии следующих условий: 1) в причинении вреда участвуют два лица и более; 2) наступивший вред является нераздельным результатом действий этих лиц; 3) между наступлением вреда и поведением каждого из сопричинителей существует причинная связь. Наличие этих условий при причинении вреда двумя или более лицами делает их солидарно ответственными перед потерпевшим, а обязательство по возмещению совместно причиненного вреда — солидарным. Солидарная ответственность наступает и в тех случаях, когда вред причинен совместными действиями нескольких лиц, в число которых входило должностное лицо государственного органа. При этом ответственность РФ определяется с учетом правил ст. 1080 ГК РФ.

Солидарная ответственность лиц, совместно причинивших вред, находит свое объяснение в том, что причиненный ими вред является неделимым. Степень вины каждого из сопричинителей вреда при возмещении ущерба потерпевшему не имеет значения, и размер ущерба определяет объем ответственности[2].

Кроме того, как известно, солидарная ответственность всегда рассматривается как более строгая форма ответственности.

Объектом обязательств из причинения вреда являются действия лица по возмещению вреда (ст. 1082 ГК РФ). При этом в качестве объекта второго рода в данном обязательстве могут выступать либо вещь того же рода и качества (возмещение вреда в натуре), либо деньги (возмещение причиненных убытков).

Возмещение вреда в натуре не исключено при уничтожении или повреждении имущества, когда возможно предоставить аналогичную вещь взамен уничтоженной или починить поврежденную, но это осуществимо далеко не всегда. Наиболее широкое распространение получил универсальный способ восстановления нарушенного права — возмещение убытков, применение которого возможно как при причинении вреда имуществу, так и в иных случаях, например при причинении вреда жизни или здоровью гражданина, когда возмещение вреда в натуре исключено. Это объясняется тем, что деньги, являясь общей мерой стоимости, всеобщим эквивалентом, способны заменить утраченное или поврежденное имущество.

Интерес представляет и характеристика имущественного вреда в судебной практике. Чаще всего имущественный вред оценивают как фактически понесенные потерпевшим расходы независимо от того, как оценивается причиненный имуществу фактический ущерб, т. е. независимо от того, насколько уменьшилась стоимость поврежденного имущества.

Например, по одному из дел, рассмотренных Высшим Арбитражным Судом РФ, ответчик возместил истцу вред, причиненный автомобилю истца с учетом износа пострадавшего транспортного средства, т. е. исходя из того, насколько уменьшилась стоимость поврежденного имущества. Высший Арбитражный Суд РФ, указав на правильность взыскания с ответчика суммы фактических расходов истца, которые оказались выше, чем сумма уменьшения стоимости поврежденного имущества, отметил, что нет необходимости учитывать состояние, «в котором находилось имущество в момент причинения вреда. Подобное ограничение противоречило бы положению гражданского законодательства о полном возмещении убытков» (см. определение Высшего Арбитражного Суда РФ от 28.02.2008 № 17730/07 по делу № А32-6311/2007-7/195[3]).

Из положений ст. 1064 ГК РФ следует, что содержанием деликтного обязательства являются право кредитора (потерпевшего) требовать восстановления его имущественной сферы в то состояние, в котором она находилась до причинения вреда, и обязанность должника (причинителя или иного ответственного за его действия лица) совершить указанные действия. Должник в деликтном обязательстве всегда должен совершить положительные действия, направленные на возмещение вреда, причем он может это сделать не только при обращении потерпевшего за защитой своего права в правоприменительные органы, но и добровольно.

Основной функцией обязательств из причинения вреда является полное возмещение потерпевшему причиненного вреда, т. е. восстановление имущественного положения потерпевшего. Представляется, что в рамках исполнения данных обязательств проявляется компенсаторная функция гражданско-правовой ответственности. Реализации данной функции в полной мере способствует закрепленный в действующем законодательстве принцип генерального деликта (ст. 1064 ГК РФ): причиненный вред признается противоправным и подлежит возмещению в полном объеме лицом, его причинившим, кроме случаев, прямо предусмотренных в законе.

Так, в «Институциях» Гая суть ex delicto, т. е. деликтных обязательств, заключалась в незаконности действий, в их противоправности, т. е. в любом случае исходной основой деликтного обязательства оставалась противоправность.

Одним из самых сложных и неоднозначно решаемых вопросов, связанных с деликтной ответственностью, является проблема определения потерпевшего в ситуации, когда подлежащий возмещению вред причинен имуществу, интерес в сохранности которого имеется сразу у нескольких лиц, и каждый из них претендует на восстановление (компенсацию) своего имущественного положения, которое было нарушено причинением вреда. Такая ситуация имеет место, например, когда вред причинен арендованному имуществу, имуществу, находящемуся в доверительном управлении или безвозмездном пользовании, имуществу, переданному по договору хранения, при передаче имущества в залог и в других подобных случаях.

Одни и те же действия делинквента могут порождать обязательства по возмещению вреда перед различными лицами, при этом субъектный состав таких обязательств будет определяться не только принадлежностью поврежденного имущества тому или иному лицу, но и характером причиненного потерпевшим вреда, и в частности тем, выражен ли такой вред в реальном ущербе или в упущенной выгоде. Так, в перечисленных ситуациях различного рода имущественный интерес имеется как у собственника, так и у иного титульного владельца (пользователя), которому имущество передано на законном договорном основании. Например, в случае гибели имущества представляется, что именно собственник имеет право на возмещение стоимости утраченного имущества, а лицо, пользующееся данным имуществом, допустим, на праве аренды, может претендовать на компенсацию возникших у него потерь в связи с тем, что исчез предмет аренды. При этом притязания последнего должны быть направлены к арендодателю как стороне по договору (ст. 620 ГК РФ). Однако если вред был причинен не только имуществу арендодателя, но и имуществу арендатора, то вред в этой части подлежит арендатору как собственнику данного имущества. Так, по одному из дел суд признал обоснованными и подлежащими удовлетворению требования арендатора о возмещении вреда, причиненного собственному имуществу арендатора в результате затопления арендованного помещения (см. постановление Федерального арбитражного суда Волго-Вятского округа от 25.05.2007 по делу № А28-2558/2006-146/9[4]). Однако существует и другая судебная практика, согласно которой потерпевшим при причинении вреда арендованному имуществу признан арендатор (см. постановление Федерального арбитражного суда Западно-Сибирского округа от 18.09.2008 по делу № Ф043012/2008 (9548-А0316)[5]).

В юридической литературе деликтные обязательства традиционно классифицируются по основанию их возникновения. В соответствии с этой классификацией выделяются две основные группы деликтных обязательств: общий (генеральный) деликт и специальные виды деликтов. Общий (генеральный) деликт устанавливает общие положения ответственности за причинение вреда, которые применяются ко всем деликтным обязательствам, поскольку специальный закон не делает каких-либо изъятий из общего правила.

Во вторую группу входят специальные деликты, устанавливающие особые составы правонарушения, которые применяются только в случаях, предусмотренных законом. При отсутствии норм, предусматривающих специальный деликт, должны применяться положения о генеральном деликте. Действующий ГК РФ предусматривает следующие виды специальных деликтов.

1. Ответственность за вред, причиненный актами органов власти. В качестве отличительного признака рассматриваемого деликта можно отметить особый механизм установления противоправности и признания акта органа публичной власти недействительным, а также наличие в качестве условия привлечения к ответственности вины причинителя вреда.

Осуществление защиты нарушенного права путем возмещения вреда, причиненного в результате действий (бездействия) органов публичной власти либо их должностных лиц, не ставится в зависимость от необходимости оспаривания этих действий (бездействия) по правилам, установленным гл. 24 АПК РФ. Если истец обратится в суд с иском о возмещении вреда, а не с заявлением о признании недействительным правового акта, в целях установления наличия или отсутствия условий для привлечения органа публичной власти к гражданско-правовой ответственности на основании ст. 1069 ГК РФ суд при рассмотрении данного требования должен будет оценить правовой акт на предмет его законности. Ранее Президиум Высшего Арбитражного Суда РФ указывал на возможность соединения в одном исковом заявлении требований о возмещении вреда и признания ненормативного акта недействительным (см. информационное письмо Президиума Высшего Арбитражного Суда РФ от 22.12.2005 № 99 «Об отдельных вопросах практики применения Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации»1).

Специфика гражданско-правовой ответственности за вред, причиненный незаконными действиями органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда, состоит в ее частно-публичном характере. Это выражается в следующем:

  • — правоотношения, в рамках которых был причинен вред, являются публично-правовыми. Однако возмещение (компенсация) причиненного вреда производится с помощью частноправовых средств (осуществление платежей с использованием гражданско-правовых средств расчетов);
  • — данная ответственность, по сути гражданско-правовая, осложнена публичным элементом: в частности, во всех правоотношениях по возмещению (компенсации) вреда в качестве обязательного субъекта выступают публично-правовые образования в лице уполномоченных органов;
  • — профилактическая функция этой частноправовой ответственности проявляется в публично-правовой сфере: она призвана способствовать предотвращению в будущем причинения вреда со стороны органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда;
  • — гражданско-правовая ответственность может наступать не только при неправомерных, но и при правомерных действиях органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда[6].
  • 2. Ответственность за вред, причиненный недееспособными, ограниченно дееспособными и лицами, не способными понимать значение своих действий. Особенностью данного вида деликта является то, что возмещение вреда возлагается полностью или в субсидиарном порядке на лицо, которое непосредственно причинителем вреда не является.

Необходимым условием наступления деликтной ответственности является наличие деликтоспособности, однако лица в возрасте до 14 лет являются полностью неделиктоспособными, поскольку в силу малолетства не могут в полной мере осознавать негативные последствия своих действий и поступков. Поэтому ст. 1073 ГК РФ устанавливает, что за вред, причиненный малолетними, отвечают их родители (усыновители) или опекуны, учреждения, которые в силу закона являются опекунами, либо учреждения и лица, обязанные осуществлять надзор за ними. Определение круга лиц, отвечающих за причинение вреда малолетними детьми, является важным вопросом, поскольку от этого в большой степени зависит сама возможность возмещения вреда и в целом эффективность имущественной ответственности.

Ныне действующий ГК РФ достаточно полно и точно определил субъектов ответственности за вред, причиненный малолетними. Прежде всего это родители (усыновители) малолетних причинителей вреда, что вполне объяснимо, так как именно они обязаны воспитывать своих детей и заботиться об их здоровье, физическом, нравственном и духовном развитии (ст. 63 СК РФ).

Родитель может быть освобожден от ответственности, если он по вине другого родителя был лишен возможности принимать участие в воспитании ребенка либо в силу объективных причин не мог воспитывать ребенка (например, из-за длительной болезни) (подп. «в» п. 16 постановления Пленума о причинении вреда жизни или здоровью).

Часть 2 ГК РФ установила правила привлечения к ответственности лиц, лишенных родительских прав. Это возможно при наличии двух условий, одно из которых носит временной, а второе — сущностный характер: 1) вред должен быть причинен в течение трех лет после лишения родительских прав; 2) действия детей, причинивших вред, явились результатом ненадлежащего осуществления этими лицами родительских обязанностей. «Родители, лишенные родительских прав, могут быть привлечены к ответственности по возмещению вреда, причиненного несовершеннолетними детьми, только в течение трех лет после лишения их родительских прав, если поведение ребенка, повлекшее причинение вреда, явилось следствием ненадлежащего осуществления ими родительских обязанностей» (подп. «г» п. 16 постановления Пленума о причинении вреда жизни и здоровью).

Родители (усыновители), опекуны, попечители, а также организации для детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, в которые несовершеннолетний был помещен под надзор (ст. 155.1 СК РФ), отвечают за вред, причиненный несовершеннолетним, если с их стороны имели место безответственное отношение к его воспитанию и неосуществление должного надзора за ним (попустительство или поощрение озорства, хулиганских и иных противоправных действий, отсутствие к нему внимания и т. п.). Образовательные, медицинские и иные организации, где малолетний временно находился, а также лица, осуществляющие за ним надзор на основании договора, отвечают только за неосуществление должного надзора за малолетним в момент причинения им вреда (подп. «а» п. 16 постановления Пленума о причинении вреда жизни и здоровью). Поэтому не исключены случаи, когда за вред, причинение ный малолетним, могут быть привлечены к ответственности и законные представители ребенка, не осуществлявшие должного воспитания, и организации или лица, не осуществившие должный надзор в момент причинения вреда.

Иначе решается вопрос в случае причинения вреда несовершеннолетними в возрасте от 14 до 18 лет. Согласно п. 1 ст. 1074 ГК РФ «несовершеннолетние в возрасте от четырнадцати до восемнадцати лет самостоятельно несут ответственность за причиненный вред на общих основаниях», т. е. являются деликтоспособными. В то же время законодатель учитывает, что у несовершеннолетних, как правило, отсутствует имущество, достаточное для возмещения вреда, поэтому «если несовершеннолетний, на которого возложена обязанность по возмещению вреда, не имеет заработка или имущества, достаточного для возмещения вреда, обязанность по возмещению вреда полностью или частично возлагается субсидиарно на его родителей (усыновителей) или попечителей, а также на организацию для детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, в которой находился причинитель вреда под надзором (статья 155.1 СК РФ), если они не докажут отсутствие своей вины» (п. 15 постановления Пленума о причинении вреда жизни и здоровью). Родители (попечители), субсидиарно отвечающие за свое виновное поведение, повлекшее причинение вреда их несовершеннолетними детьми, не имеют права регресса к последним и в случае достижения ими совершеннолетия или приобретения достаточного для возмещения вреда имущества.

Граждане, признанные недееспособными, являются и неделиктоспособными, поэтому не могут привлекаться к ответственности в случае причинения ими вреда. Вред, причиненный такими лицами, возмещается их опекунами или организациями, обязанными осуществлять за ними надзор, если они не докажут, что вред возник не по их вине. Вина опекунов и организаций может выражаться в отсутствии или в ненадлежащем осуществлении обязанностей по надзору за недееспособными в момент причинения ими вреда.

В интересах потерпевшего, жизни или здоровью которого причинен вред, действующее гражданское законодательство допускает возможность возложения обязанности по возмещению вреда непосредственно на причинителя при наличии двух условий: 1) опекун умер либо не имеет достаточных средств для возмещения вреда; 2) сам причинитель вреда такими средствами обладает. При этом суд должен учесть имущественное положение причинителя вреда и потерпевшего, а также другие обстоятельства. Для возложения обязанности по возмещению вреда не имеет значения, является ли такое лицо по-прежнему недееспособным или признано уже после причинения вреда дееспособным.

В соответствии со ст. 1078 ГК РФ дееспособный гражданин или несовершеннолетний в возрасте от 14 до 18 лет, причинивший вред в состоянии, когда он не мог понимать значение своих действий или руководить ими, не отвечает за причиненный вред. Из этого общего правила есть два важных исключения. Во-первых, в случае причинения вреда жизни или здоровью потерпевшего суд с учетом имущественного положения причинителя вреда и потерпевшего, а также других обстоятельств может возложить обязанность по возмещению вреда на самого причинителя. Во-вторых, причинитель не освобождается от обязанности по возмещению вреда, если сам привел себя в состояние, в котором не мог понимать значение своих действий или руководить ими, употреблением спиртных напитков, наркотических средств или иным способом. Данные исключения установлены в интересах потерпевших и не могут рассматриваться как меры ответственности, законодатель отдает приоритет защите интересов потерпевшего, что является вполне справедливым.

3. Ответственность за вред, причиненный деятельностью, создающей повышенную опасность для окружающих. Специфика данного деликта проявляется как в части субъекта, обязанного возместить вред (в качестве такового выступает владелец источника повышенной опасности), так и в части орудия причинения вреда (непосредственно источника повышенной опасности). В данном случае вред причиняется не субъектом, а деятельностью, создающей повышенную опасность для окружающих. Иначе говоря, по общему правилу ни характеристика лица (владельца источника повышенной опасности), ни характеристика его поведения не имеют значения для возникновения данного обязательства. Значение приобретает только сам «источник повышенной опасности», который способен причинить вред.

Понятие «источник повышенной опасности» впервые появилось в ГК РСФСР 1922 г., утвержденном постановлением

ВЦИК от 11.11.1922[7], где в ст. 404 устанавливалось, что лица и предприятия, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих, отвечают за вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы, умысла или грубой небрежности потерпевшего. Близкие к этому правила содержались в Основах гражданского законодательства Союза ССР, утвержденных Законом СССР от 08.12.1961[8], и ГК РСФСР 1964 г., утвержденном Верховным Советом РСФСР 11.06.1964[9].

Однако на протяжении длительного периода не прекращается теоретический спор, предметом которого является само понятие источника повышенной опасности. В настоящий период можно выделить три различных взгляда на это понятие.

Во-первых, источник повышенной опасности рассматривается как деятельность (теория деятельности). Эта позиция наиболее полно обоснована Б. С. Антимоновым[10] и получила развитие в работах многих других авторов, например С. Е. Донцова[11] и О. С. Иоффе[12]. С. Е. Донцов отмечал, что источник повышенной опасности можно определить как деятельность владеющих субъектов по использованию объектов материального мира, которые, будучи наделенными определенными вредоносными свойствами, в процессе своей эксплуатации не поддаются полному контролю, в результате чего создается повышенная вероятность причинения вреда окружающим гражданам, их имуществу и имуществу организаций[13].

Во-вторых, под источником повышенной опасности понимаются предметы, вещи и оборудование, находящиеся в процессе эксплуатации и создающие при этом повышенную опасность для окружающих (теория объекта)[14]. Также под источником повышенной опасности предлагалось понимать свойства вещей или силы природы, которые при достигнутом уровне развития науки и техники не поддаются полностью контролю человека, создают высокую степень вероятности причинения вреда жизни или здоровью человека либо материальным благам[15]. Близкое к этому понятие источника повышенной опасности содержится в работах Ю. X. Калмыкова[16].

Именно первая позиция нашла отражение в действующем законодательстве (п. 1 ст. 1079 ГК РФ) и судебной практике. В п. 18 постановления Пленума о причинении вреда жизни и здоровью отмечается, что «по смыслу статьи 1079 ГК РФ, источником повышенной опасности следует признать любую деятельность, осуществление которой создает повышенную вероятность причинения вреда из-за невозможности полного контроля за ней со стороны человека, а также деятельность по использованию, транспортировке, хранению предметов, веществ и других объектов производственного, хозяйственного или иного назначения, обладающих такими же свойствами». В данном постановлении указано, что ст. 1079 ГК РФ не содержит исчерпывающего перечня источников повышенной опасности, поэтому суд, принимая во внимание особые свойства предметов, веществ или иных объектов, используемых в процессе деятельности, вправе признать источником повышенной опасности также иную деятельность, не указанную в перечне.

Традиционно в юридической литературе и практике к источникам повышенной опасности относят содержание диких животных; содержание же домашних животных не признается таковым. В. М. Болдинов указывает, что «многие опасные животные обладают способностью к произвольным действиям, сложно детерминированному поведению, в связи с чем нельзя не признать специфику неподконтрольности этих, так сказать, “одушевленных” источников повышенной опасности, обусловленную наличием центральной нервной системы (психики)»[17]. Признавая эти качества у диких животных, следует признать, что эти признаки можно встретить и у определенных домашних животных, в частности собак определенных пород (ротвейлеров, питбультерьеров и др.).

Субъектом ответственности за вред, причиненный источником повышенной опасности, является владелец источника повышенной опасности, под которым согласно п. 2 ч. 1 ст. 1079 ГК РФ понимается юридическое лицо или гражданин, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т. п.).

Понятие «владелец источника повышенной опасности» широко используется и в доктрине права, и в судебной практике. Е. А. Флейшиц дала классическое определение владельца источника повышенной опасности: «Это тот, кто в момент причинения вреда от своего имени осуществлял деятельность, в которой использовал источник повышенной опасности, и, следовательно, был в состоянии и обязан осуществлять над ней контроль»[18].

Не признается владельцем и не несет ответственности перед потерпевшим лицо, управлявшее источником повышенной опасности в силу трудовых отношений с владельцем (шофер, водитель трамвая, рабочий на станке). На такое лицо, причинившее вред жизни или здоровью в связи с использованием транспортного средства, принадлежавшего работодателю, ответственность за причинение вреда может быть возложена лишь при условии, если будет доказано, что оно завладело транспортным средством противоправно (п. 2 ст. 1079 ГК РФ).

О. А. Красавчиковым было предложено выделять два признака владельца источника повышенной опасности: юридический и материальный[19], которые были в дальнейшем восприняты и в теории гражданского права, и на практике.

Юридический признак означает, что владельцем источника повышенной опасности может быть лицо, которое обладает определенными правами в отношении источника повышенной опасности. Примерный (открытый) перечень таких оснований перечислен в ст. 1079 ГК РФ. Это прежде всего право собственности, право хозяйственного ведения, право оперативного управления либо иной законный титул (основание). Титульное владение всегда опирается на законное основание (титул).

По смыслу ст. 1079 ГК РФ лицо, в отношении которого оформлена доверенность на управление транспортным средством, признается его законным владельцем, если транспортное средство передано ему во временное пользование и он пользуется им по своему усмотрению.

Если в обязанности лица, в отношении которого оформлена доверенность на право управления, входят лишь обязанности по управлению транспортным средством по заданию и в интересах другого лица, за выполнение которых он получает вознаграждение (водительские услуги), такая доверенность может являться одним из доказательств по делу, подтверждающим наличие трудовых или гражданско-правовых отношений. Указанное лицо может считаться законным участником дорожного движения (п. 2.1.1 Правил дорожного движения), но не владельцем источника повышенной опасности (см. п. 20 постановления о причинении вреда жизни и здоровью).

Материальный признак показывает, в чьем фактическом владении находится источник повышенной опасности, кто им непосредственно пользуется, эксплуатирует, хранит и т. п. «Как правило, оба названных признака должны быть налицо, за исключением случаев, указанных в законе»[20].

Еще одна особенность возмещения вреда, причиненного источником повышенной опасности, касается условий наступления ответственности. Для возникновения обязанности по возмещению вреда, причиненного источником повышенной опасности, вины владельца не требуется, он обязан возместить вред потерпевшему независимо от того, виновен он в причинении вреда или нет. По такому же принципу строится и ответственность лиц, противоправно завладевших источником повышенной опасности. Освобождают владельца источника повышенной опасности от ответственности непреодолимая сила и умысел потерпевшего, повлекшие наступление вреда. Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности, если докажет, что вред причинен вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего (п. 1 ст. 1079 ГК РФ).

4. Ответственность за вред, причиненный вследствие недостатков товаров, работ, услуг. В соответствии со ст. 1095 ГК РФ вред, причиненный жизни, здоровью или имуществу гражданина либо имуществу юридического лица вследствие конструктивных, рецептурных или иных недостатков товара, работы или услуги, а также вследствие недостаточной или недостоверной информации о товаре (работе, услуге), подлежит возмещению продавцом или изготовителем товара, лицом, выполнившим работу или оказавшим услугу (исполнителем), независимо от их вины и от того, состоял потерпевший с ними в договорных отношениях или нет. Возмещение такого вреда прежде всего регулируется ст. 1095—1097 ГК РФ. Кроме ГК РФ, имущественная ответственность за вред, причиненный вследствие недостатков товара (работы, услуги), предусмотрена и Законом о защите прав потребителей. Правила ГК РФ в этой части не во всем совпадают со специальным комплексным регулированием законодательства о защите прав потребителей, поэтому весьма важным является уяснение вопроса об их соотношении[21].

Статья 1096 ГК РФ устанавливает, что вред, причиненный вследствие недостатков товара, подлежит возмещению по выбору потерпевшего продавцом или изготовителем товара. Потерпевшим может быть любое лицо независимо от того, состояло оно или нет в договорных отношениях с продавцом или изготовителем товара (например, это могут быть покупатель, члены его семьи, гости, одаряемые). Такая регламентация рассматриваемых отношений позволила высказать в юридической литературе мнение, что «закон допускает конкуренцию договорного и деликтного исков, оставляя право выбора за потребителем»[22].

Однако в этой связи следует напомнить слова В. Т. Смирнова и А. А. Собчака, относящиеся к вопросу возмещения вреда жизни или здоровью граждан: «Ответственность за причинение вреда личности может носить только деликтный характер, независимо от того, состоит она в каких-либо правоотношениях с причинителем вреда или нет»[23].

ГК РФ предусматривает два основания освобождения продавца (изготовителя) от ответственности за вред, причиненный недостатками товара (работы). При этом, как отмечено в п. 28 постановления Пленума о защите прав потребителей, бремя доказывания обстоятельств, освобождающих от ответственности за причинение вреда, лежит на продавце (изготовителе, исполнителе). Первое основание носит традиционный для гражданского права характер: это возникновение вреда вследствие непреодолимой силы. Второе основание носит специфический характер, присущий только данному виду деликтных обязательств. Это нарушение потребителем установленных правил пользования товаром, результатами работы, услуги или их хранения. Это могут быть как обычные правила пользования и хранения, о которых знают обычные потребители, так и специальные правила, о необходимости соблюдения которых изготовитель (исполнитель) обязан указать в сопроводительной документации на товар, на этикетке, маркировкой или иным способом, а продавец обязан довести эти правила до сведения потребителя. При нарушении потребителем правил пользования товаром изготовитель (продавец) освобождается от обязанности по возмещению вреда, однако, как уже отмечалось, наличие оснований для освобождения от ответственности по возмещению вреда должен доказать изготовитель (продавец).

В Законе о защите прав потребителей содержится норма, предусматривающая неограниченную ответственность изготовителя (исполнителя) за вред, причиненный жизни, здоровью или имуществу потребителя в связи с использованием материалов, оборудования, инструментов и иных средств, необходимых для производства товаров (выполнения работ, оказания услуг), независимо от того, позволял уровень знаний выявить их особые свойства или нет (п. 4 ст. 14). В юридической литературе отмечается, что «в данном случае законом устанавливается по существу абсолютная ответственность, т. е. ответственность, от которой изготовитель или исполнитель не могут быть освобождены ни при каких условиях»[24].

  • [1] Ушивцева Д. А. Обязательства вследствие неосновательного обогащения: вопросы теории и практики. Тюмень : Слово, 2006. С. 132.
  • [2] 2 См.: Смирнов В. Т, Собчак А. А. Общее учение о деликтных обязательствах в советском гражданском праве : учеб, пособие. Л., 1983. С. 65.
  • [3] Документ опубликован не был. Доступ из СПС «КонсультантПлюс».
  • [4] Документ опубликован не был. Доступ из СПС «КонсультантПлюс».
  • [5] См.: Решения и постановления судов. URL: http://www.resheniya-sudov.ги/2008/183461/ (дата обращения: 01.11.2015).
  • [6] См.: Королев И. И. Гражданско-правовая ответственность за вред, причиненный незаконными действиями органов дознания, предварительногоследствия, прокуратуры и суда. М. : Статут, 2014.
  • [7] См.: СУ РСФСР. 1922. № 71. Ст. 904.
  • [8] См.: ВВС СССР. 1961. № 50. Ст. 525.
  • [9] См.: ВВС РСФСР. 1964. № 24. Ст. 407.
  • [10] См.: Антимонов Б. С. Гражданская ответственность за вред, причиненный источником повышенной опасности. М., 1952. С. 46.
  • [11] См.: Донцов С. Е., Маринина М. Я. Имущественная ответственностьза вред, причиненный личности. М., 1986. С. 39.
  • [12] См.: Иоффе О. С. Указ. соч. С. 477—482.
  • [13] См.: Иоффе О. С. Указ. соч. С. 39.
  • [14] См.: Майданик Л. А., Сергеева И. Ю. Материальная ответственностьза повреждение здоровья. М., 1968. С. 48.
  • [15] См.: Флейшиц Е. Н. Обязательства из причинения вреда и из неосновательного обогащения. С. 131.
  • [16] См.: Калмыков Ю. X. Имущественные права советских граждан. Саратов,1979. С. 118; Красавчиков О. А. Возмещение вреда, причиненного источникомповышенной опасности. М., 1966. С. 34; Белякова А. М. Гражданско-правоваяответственность за причинение вреда. М., 1986. С. 108.
  • [17] Болдинов В. М. Ответственность за причинение вреда источником повышенной опасности. СПб., 2002. С. 34.
  • [18] Флейшиц Е. А. Основные вопросы гражданской ответственности за повреждение здоровья // Ученые записки ВИЮН. М., 1955. Вып. I. С. 51.
  • [19] См.: Советское гражданское право : учебник / под ред. О. А. Красавчикова. Т. 2. С. 388—389.
  • [20] Гражданское право : учебник / под ред. А. П. Сергеева, Ю. К. Толстого.Т. 2. С. 736.
  • [21] См.: Шевченко А. С., Шевченко Г. Н. Деликтные обязательства в российском гражданском праве : учеб, пособие. М. : Статут, 2013.
  • [22] Гражданское право : учебник / под ред. Е. А. Суханова. Т. 4. С. 697.
  • [23] Смирнов В. Т, Собчак А. А. Указ. соч. С. 101.
  • [24] Гражданское право. С. 697.
 
<<   СОДЕРЖАНИЕ ПОСМОТРЕТЬ ОРИГИНАЛ   >>