Полная версия

Главная arrow Педагогика arrow Детская литература

  • Увеличить шрифт
  • Уменьшить шрифт


<<   СОДЕРЖАНИЕ ПОСМОТРЕТЬ ОРИГИНАЛ   >>

Календарный фольклор. Заклинки. Приговорки

Творческие возможности подрастающего поколения находятся в прямой зависимости от богатства и разнообразия художественного опыта взрослого окружения. В старину детей с раннего возраста приобщали к обрядовой жизни, которая была тесно связана с хозяйственной деятельностью. Они принимали участие в аграрно-календарных празднествах, сначала в качестве простых наблюдателей, а затем и активных участников.

Яркие картины традиционной обрядности, воспринятые глазами ребенка, находим у русских писателей — Л. Н. Толстого, А. Н. Толстого, С. Т. Аксакова, А. М. Горького, И. С. Шмелева и др. С. Т. Аксаков с глубоким чувством вспоминал свое первое участие в деревенских праздниках: «Она [тетка. — Прим, авт.] уговорила меня посмотреть игрища и, завернув с головой в шубу и отдав на руки здоровенной своей девке Матрене, отправилась со мной в столярную избу, где ожидала нас переряженная в медведей, индеек, журавлей, стариков и старух вся девичья и вся молодая дворня... Чудные голоса святочных песен, уцелевшие звуки глубокой древности, отголоски неведомого мира еще хранили в себе живую обаятельную силу и властвовали над сердцами неизмеримо далекого потомства»1.

Во время зимних святок дети исполняли колядки, содержащие бла- гопожелания и просьбы о «подаянии». В южных губерниях России и на Украине долгое время бытовал обряд «посеванья», который совершался детьми в первый день Нового года. Ступив на порог, дети разбрасывали зерно и приговаривали: «Сею-сею-посеваю, с Новым годом поздравляю». Хозяева должны были одарить «посевалыциков» гостинцами. Ритуальные действия с зерном носили магический характер: они призваны были обеспечить богатый урожай в наступающем году.

Во Владимирской губернии дети на масленицу собирали по дворам солому и дрова для костра, на котором сжигалось чучело Масленицы. Затем пели под окнами:

Тинь-тинька,

Подай блинка,

Последний кусок,

Мочальный усок[1] [2].

Особенно активная роль отводилась детям при встрече весны. По древним верованиям Весна представлялась антропоморфным (человекоподобным) существом, которое приносили из-за моря на своих крыльях птицы. В праздник сорока мучеников (9/22 марта) дети насаживали на палки испеченных из теста птиц, которых называли куликами или жаворонками, взбирались на крыши риг и амбаров и, поднимая своих «птиц» как можно выше, пели:

Жаворонки, прилетите,

Красну весну принесите.

Нам зима-то надоела И весь хлеб у нас поела.. .[3]

Считалось, что в этот день прилетает сорок сороков разных птиц, и первая из них — жаворонок. Обрядовые действия должны были способствовать скорому приходу весны, которая «запирает» зиму и «отпирает» лето. Песни назывались «веснянками», а сам обряд — «кликать весну». Увидев первых журавлей, летящих в родные края, дети хором вторили их голосам:

Курли, курли,

Летят журавли.

Курли-си, курли-си,

По Руси! По Руси!

На Зосиму-пчельника (17/30 апреля), проходя мимо ульев, дети скандировали:

Пчелушки,

Серые, малые,

Крылышки алые...

В поле идут,

Гудут, гудут,

С поля идут,

Медок несут1.

Замечательное описание русских праздников сквозь призму детского восприятия оставил И. С. Шмелев в романе «Лето Господне». Накануне Преображения Господня (6/19 августа), или Второго Спаса, именуемого в народе Яблочным, отправлялись отрясать яблони, плоды которых предстояло освятить в церкви.

«Меры три собрали. Несут на шесте в корзине, продев в ушки. Выпрашивают плотники, выклянчивают мальчишки, прыгая на одной ноге:

Крива-крива ручка,

Кто даст — тот князь,

Кто не даст — тот собачий глаз.

Собачий глаз! Собачий глаз!

Горкин отмахивается, лягается:

— Махонькие что ли... Приходи завтра к Казанской — дам и пару»[4] [5].

Современному читателю поведение Горкина кажется непонятным. А дело в том, что считалось грехом есть яблоки до Второго Спаса. Существовала вера, что детям, родители которых нарушили запрет, на том свете не дадут яблок[6].

Ребятишки создавали свои произведения, опираясь на творческий опыт старших, но руководствуясь собственным вкусом. Бытующие в детской среде заклички, приговоры, присловья невелики по объему, имеют четкую ритмику, богаты звуковыми повторами. Их содержание, как правило, связано со знакомыми явлениями. Разнообразны заклички, обращенные к солнцу, дождю, ветру:

Солнышко, ведрышко,

Выгляни в окошечко:

Твои дети на повети Мед колупают,

Деткам бросают.

Или:

Ветер, ветерок,

Не дуй мне в бок,

А дуй мне в спину,

Чтоб идти было в силу[7].

Или:

Уж дождь дождем Поливай ведром:

На бабину рожь,

На дедову пшеницу,

На девкин лен,

На Иванов дом.

В наши дни такие песенки, хотя и исполняются «на случай», но уже не связаны с обрядом, они превратились в детскую забаву. Исследователь видит древнюю мировоззренческую основу поэтики закличек, ребенок же воспринимает ее как условно-художественную. То, что Солнце живет в доме, имеет детей-озорников, близко и понятно юным исполнителям. Это дает им возможность окунуться в чудесный мир, родственный сказочному, где стерты границы между реальным и фантастическим.

Особое внимание народная педагогика уделяла воспитанию бережного отношения к живой природе. Писатель Б. С. Рябинин напоминал о существовании в народном быту так называемых детских запук — запретов убивать животных, птиц, насекомых. Детей предостерегали: «Синицу не зори (т. е. не разоряй) —дома будет пожар»; «Голубя не убивай — мать умрет». В словаре В. Даля запуки толкуются не только как запреты, но как суеверия, пустые предрассудки, между тем в свое время они помогали подрастающему поколению осмыслить право всего живого на жизнь. Одна пожилая женщина сказала Б. С. Рябинину: «Кто животных не любит, у того счастья нет»1.

Приговорки, обращенные к животным, птицам, насекомым, растениям, обязаны своим происхождением «взрослому» репертуару, теперь же дети перенимают их друг от друга. В отличие от исполнявшихся хором закличек такие приговорки были сольными. Подкрадываясь к бабочке, ее уговаривают: «Бабочка-сечка, сядь на крылечко». Взяв в руки улитку, просят: «Улитка, улитка, высунь рога. Дам кусочек пирога». Подбрасывая божью коровку, приговаривают:

Божья коровка.

Полети на небо,

Там твои детки Кушают конфетки.

(Кушают котлетки)[8] [9].

Глухие отголоски веры в сверхъестественные свойства животных находим в популярных обращениях к мыши. Первый выпавший зуб опускают в норку с просьбой заменить его новым:

Мышка, мышка,

На тебе костяной,

Дай мне золотой.

Чтобы избавиться от воды, попавшей в ухо при купании, прыгают на одной ноге и повторяют речитативом:

Мышка, мышка, вылей воду Под дубовую колоду1.

В современном детском быту число закличек и приговорок заметно сократилось. Ушли из обихода некогда распространенные обращения к грибам, пчелам, домашним животным и птицам. Однако появились обращения к рукотворным объектам, например к самолетам:

Самолет, самолет,

Забери меня в полет.

Встречаются и веселые, озорные стишки:

[А]эроплан, [а]эроплан,

Посади меня в карман,

А в кармане пусто,

Выросла капуста.

Такая «чудо-техника» стала привычной к середине XX в. и тогда же нашла отражение в фольклоре, а вот фактов сращения современной компьтерно-гаджетной реальности-ирреальности и устного творчества людей фольклористами пока не отмечено. Налицо, очевидно, угасание творческих реакций людей на мир под воздействием электронно-виртуального давления на все его стороны и на личность.

Г. С. Виноградов справедливо писал, что детский быт имеет черты, не встречающиеся у взрослых. Подражая старшему поколению, учась у него, дети тем не менее не копируют взрослую жизнь[10] [11]. Здесь мы имеем дело со сложным процессом наследования культуры не прямо, а опосредствованно.

  • [1] Аксаков С. Т. Воспоминания. М., 1856. С. 125.
  • [2] Капица О. И. Детский фольклор. С. 83.
  • [3] Русская поэзия детям. С. 59.
  • [4] Круглый год. С. 151—161.
  • [5] Шмелев И. С. Сочинения. В 2 т. М., 1989. Т. 2. С. 253.
  • [6] Круглый год. С. 310.
  • [7] Фольклор Московской области. Вып. 1: Календарный и детский фольклор / сост.В. Б. Сорокин. М., 1979. С. 65—67.
  • [8] Рябинин Б. С. О любви к живому. М., 1966. С. 38.
  • [9] Архив ИИАЭ. Л. 59.
  • [10] Кайев А. Л. К характеристике современного устно-поэтического репертуара детей.С. 98.
  • [11] Виноградов Г. С. Детский народный календарь // Сибирская живая старина. Иркутск, 1924. Вып. 2. С. 52.
 
<<   СОДЕРЖАНИЕ ПОСМОТРЕТЬ ОРИГИНАЛ   >>