Полная версия

Главная arrow Педагогика arrow Детская литература

  • Увеличить шрифт
  • Уменьшить шрифт


<<   СОДЕРЖАНИЕ ПОСМОТРЕТЬ ОРИГИНАЛ   >>

Детская поэзия России послереволюционного периода

Послеоктябрьский период в России отмечен, с одной стороны, определенными попытками продолжить традиции дореволюционной поэзии, с другой, — иными тенденциями, которые вытекали из требования «воспитывать — значит революционизировать» (М. Горький).

Пытаясь перестроиться, поэты традиционного направления в начале 1920-х гг. испытывали непреодолимые трудности. Так, П. Соловьева (псевдоним Allegro) написала стихотворение о двух котах — ленивце и трудолюбивом. О последнем она говорит:

Ну а если и крыс он поймает, тогда

Назовем его просто героем труда.

Поэты неоавангардистского плана перенимали мотивы «Степок-рас- трепок», приспосабливая их к изменившемуся социуму:

Не забудьте и меня!

Не какая-нибудь я!

А я — Шестерня!

Я — сознательная!

В. Агнивцев «Винтик-Шпунтик»

Конечно, не этот путь приспособленчества, натягивания старой формы на новое содержание, не путь малохудожественных «производственных» стихов мог быть перспективным в детской поэзии России послереволюционного периода. Для детей начали писать серьезные мастера. Ведущим стал путь, по которому шли В. Маяковский, К. Чуковский, С. Маршак, обэриуты. С приходом в поэзию для детей Маяковского и Маршака на иной художественный уровень поднялась социально-политическая тематика. Чуковский, борясь против статичности и вялости в детской поэзии, использовал свои наблюдения над тем, как дети сами создают стихи и как воспринимают поэтическое слово.

Обэриуты сумели понять, что интересам детей отвечали задорные, игровые, юмористические и в то же время нравственно воспитывающие стихи.

Журнал «Детская литература», осмысливая созданное писателями 1920-х гг. в области детской поэзии, отмечал, что «дети сами выбирали себе поэзию», что они инстинктивно тянулись к комическому фольклорному стиху. Выбор юмористических средств зависит от того, какому детскому возрасту адресована книга, какие явления жизни становятся объектом юмора. Это отчетливо чувствуется по книгам того периода К. Чуковского, В. Маяковского, С. Маршака, Д. Хармса, А. Введенского, Ю. Владимирова.

Я на рынок послал чудаков.

Дал чудакам пятаков:

Один пятак — на кушак,

Другой пятак — на колпак,

А третий пятак — так.

Ю. Владимиров «Чудаки»

Это писал для дошкольников, опираясь на фольклорные считалки и перевертыши, самый младший из обэриутов — Юрий Дмитриевич Владимиров (1909—1931).

Александр Иванович Введенский (1904—1941) отличался любовью к повторам, параллелизму в стихотворной речи, к использованию детского языка:

Дядя Боря говорит, что Оттого он так сердит, что Кто-то на пол уронил Банку, полную чернил,

И оставил на столе Деревянный пистолет,

Жестяную дудочку И складную удочку.

А. Введенский «Кто?»

Введенский работал в жанре баллады, веселых стихов и революционной поэзии. Им создавались и поэтические сказки, политический плакат для детей, и классово заостренная поэма «Октябрь». Он постоянно экспериментировал в области форм поэзии для детей. Следуя поэтическим исканиям В. Хлебникова, подобно другим обэриутам Введенский использовал синтаксические инверсии, сложные взаимоотношения звукоряда и звукообраза, магическую многозначность букв.

Значительный вклад в детскую поэзию внес Даниил Хармс (Даниил Иванович Ювачев, 1905—1942). Действие в его стихах часто развертывается замедленно; каждая строка — событие и игра. Очень характерно в этом отношении стихотворение-скороговорка «Иван Топорышкин».

В основе стихов Хармса твердая, сжимающая стихотворение схема повторов и параллелизмов. Схема точная, с ясными поворотами смысла. Правильное, почти математически выверенное чередование ритмических, синтаксических и логических единиц. И в то же время новое смысловое наполнение. У Хармса игра слов не формалистическая, а эстетически оправданная, имеющая задачей и развитие у ребенка различных представлений:

Вот и дедушка пришел,

Очень старенький пришел.

В туфлях дедушка пришел...

Д. Хармс «Иван Иваныч Самовар»

Кто пришел, какой дедушка, в чем он — на три конкретных вопроса отвечают эти строки стихотворения Хармса. В то же время они в совокупности создают выразительный портрет дедушки в домашних туфлях.

Д. Хармс, А. Введенский, Ю. Владимиров своим творчеством утверждали, что веселой может быть детская книжка на любую тему: научнопознавательную, социально-бытовую, историческую, революционную. Их стихи доказывали, что поэтическое произведение, написанное для ребенка, должно организовывать эмоции, давать ритм переживаний, доставлять радость, через игру вызывать любовь к труду и познанию.

Многие поэты в 1920-е гг. пробовали писать для детей. Среди них С. Есенин («Сказка о пастушонке Пете, его комиссарстве и коровьем царстве»), С. Черный («Детский остров»), С. Городецкий («Бунт кукол»), Н. Тихонов («Сами»), Н. Асеев («Беспризорный», «Конная Буденного», «Первомайские сигналы»), М. Светлов («Горнист», «Пионеру»), А. Жаров («Взвейтесь кострами, синие ночи»), Вс. Рождественский («Дети разных стран»). По сравнению с дореволюционной поэзией для детей в 1920-е гг. значительно расширен круг осваивавшихся тем. Они вышли за пределы детской, освоили жизнь с ее революционной тревожностью, неустроенностью и героикой. Темы революции, гражданской войны, беспризорничества, первых пионерских отрядов оказались в центре внимания детской поэзии этого периода.

В конце 1920-х гг. и особенно в 1930-е гг. в детской поэзии России ведущее место занимают темы социалистического строительства, покорения природы, образ современного героя и формирование новой морали. К концу десятилетия, когда многие ощущали предвоенную напряженность, когда «порохом пахнуть стали передовые статьи и стихи» (К. Симонов), детская поэзия в России стала активно осваивать интернациональную тематику.

В детской поэзии 1930-х гг. появились произведения таких поэтов, как С. Кирсанов («Поэма о Роботе»), А. Твардовский («Ленин и печник»), Б. Корнилов («Как от меда у медведя зубы начали болеть»), Э. Багрицкий («Смерть пионерки»), 3. Александрова («Гибель Чапаева»), О. Берггольц («Пионерская лагерная», «Песня дочери»), С. Михалков («Дядя Степа»), А. Барто («Над морем звезды»).

В январе 1939 г., когда за выдающиеся заслуги в области литературы были награждены орденами 172 писателя, среди них оказались и детские поэты Е. Благинина, А. Барто, С. Маршак, Л. Квитко, С. Михалков.

Поэзия 1920—1930-х гг. стала неотъемлемой и органичной частью художественной литературы России, что особенно отчетливо проявилось в творчестве К. Чуковского, В. Маяковского, С. Маршака. При сопоставлении их творчества и поэзии С. Есенина для детей особенно заметны черты освоения классическом русской традиции и новые тенденции, появившиеся в послереволюционные годы.

 
<<   СОДЕРЖАНИЕ ПОСМОТРЕТЬ ОРИГИНАЛ   >>