Полная версия

Главная arrow Социология arrow Инвалидность детского населения России (современные правовые и медико-социальные процессы)

  • Увеличить шрифт
  • Уменьшить шрифт


<<   СОДЕРЖАНИЕ ПОСМОТРЕТЬ ОРИГИНАЛ   >>

Факторы риска формирования инвалидности у детей

В отечественной и зарубежной научной литературе широко освещаются вопросы влияния внешних и личных факторов на здоровье детей и исходы заболеваний. Обсуждаются проблемы формирования здоровья в зависимости от политико-экономических, медико-биологических, медико-социальных, организационных, семейных, социально-гигиенических и других воздействий, приводятся данные о степени их влияния на организм ребенка в разные периоды развития. В данном разделе нашей задачей является освещение современных тенденций и некоторых данных в изучении состояния здоровья детей в аспекте детской инвалидности, обусловленных изменениями государственной политики в области инвалидности и научными достижениями в медицине.

По данным литературы, причины формирования первичной инвалидности у детей многочисленны. Наиболее значимые из них — отсутствие возможности/желания у части населения вести здоровый образ жизни; низкий исходный уровень здоровья родителей, особенно матерей; злоупотребление алкоголем, наркомания и табакокурение матерей или обоих родителей; неблагоприятные условия труда женщин; снижение роли санитарного просвещения граждан, и, прежде всего, неэффективная дородовая диагностика; неправильное ведение родов и неадекватность послеродовой реабилитации (Бочков Н. П., 1990; Ремнева О. В., 2011; Гафурова Д. О., 2016; Ellery S. J., 2018).

Причины формирования вторичной инвалидности связаны с высокой частотой детского травматизма, низким и несвоевременным уровнем диагностики, лечения и реабилитации заболевших детей (Пономарева О. А., 2016; Баранов А. А., На- мазова-Баранова Л. С., Терлецкая Р. Н., Антонова Е. В., 2017; Га- нузин В. М., 2017; Austin А., 2016; Miller A. R., 2016; Gabbe В. J., 2018). До настоящего времени еще отсутствует достаточное количество врачей педиатров в амбулаторном звене, и, особенно, «узких» специалистов; сохраняется низкий уровень профессиональных знаний медицинских работников; отсутствуют специализированные кабинеты, а также региональные (в шаговой доступности) реабилитационные центры, способные оказывать реабилитационную помощь детям с раннего возраста на систематической основе (Горчакова К. А., 2015; Зарипова В. В., 2016; Шаповалов К. А., 2018).

Как мы уже говорили, анализ нозологической структуры детской инвалидности показывает, что психические расстройства и расстройства поведения, болезни нервной системы и врожденные аномалии развития стабильно занимают более 60 % среди болезней, обусловивших инвалидность детей всех возрастных групп. При этом по мере взросления лидирующая роль смещается от врожденных аномалий развития в младшей возрастной группе к психическим расстройствам и расстройствам поведения в обеих подростковых группах (Баранов А. А., Альбицкий В. Ю., Зелинская Д. И., Терлецкая Р. Н., 2008).

По данным Европейской академии по изучению проблем детской инвалидности около 75 % случаев тяжелых врожденных аномалий и 33 % случаев прочих аномалий приводят к инвалидности (ЮНИСЕФ, 2005; Blank R., 2012). Показано, что около 65 % заболеваний, явившихся причинами возникновения у детей недостатков в умственном и физическом развитии, относятся к врожденным аномалиям и хромосомным нарушениям, в основе которых лежит поражение центральной нервной системы в антенатальном периоде развития. Прежде всего, среди них детский церебральный паралич (ДЦП) — 35 %, эпилепсия — 20,1 %, а также наследственные дегенеративные заболевания центральной нервной системы (Баранов А. А., Аль- бицкий В. Ю., Зелинская Д. И., Терлецкая Р. Н., 2008).

Среди неврологических заболеваний лидирует ДЦП, распространенность которого в РФ составляет 2—5 случаев на 1000 детей, что в 2—5 раз выше, чем за рубежом. В клинической структуре этого заболевания превалируют спастическая ди- плегия (4А—68 %), гемипаретическая форма (14—30 %), затем следуют гиперкинетическая и атонически-астатическая формы; на третьем месте находится двойная гемиплегия (18 %) (Гришина Л. П., 2014; Smithers-Sheedy Н., 2016).

Помимо ДЦП, а зачастую и в сочетании с ним растет распространенность другой неврологической патологии, в том числе эпилепсии, которая становится причиной двигательного и когнитивного дефицита и создает жизнеугрожающие ситуации для пациентов (Попова А. А., 2016; Ughasoro М. D., 2016).

Перинатальные нарушения играют существенную роль в развитии заболеваний нервной системы у детей, они являются причиной 60—80 % случаев неврологической инвалидности (Барашнев Ю. И., 2011; Батышева Т. Т., 2014).

Одним из ведущих факторов, определяющих увеличение распространенности перинатального поражения ЦНС, считается недоношенность (Малышкина А. И., 2014; Mahoney К., 2017).

В последние годы наблюдается рост числа недоношенных детей, что объясняется переходом на рекомендованные ВОЗ критерии живорождения, а также улучшением выхаживания недоношенных и маловесных новорожденных[1]. Доля недоношенных детей и родившихся с низкой, очень низкой и экстремально низкой массой тела среди детей, родившихся живыми, в настоящее время составляет 11,8 % (225 тыс. чел.) (Намазо- ва-Баранова Л. С., Деев И. А., 2016).

Относительно новой является статистика наследственных болезней с поражением нервной системы в детской и подростковой популяции. Среди них особо выделяются так называемые орфанные болезни, финансовое бремя на лечение которых взяло на себя государство. Однако имеет место ряд проблем — возможность ранней клинической и генетической диагностики и своевременного назначения и закупки дорогостоящих специальных препаратов. В связи с недостаточностью финансирования местные органы здравоохранения не принимают во внимание решения федеральных консилиумов об инициации детям патогенетического лечения, затягивают или вовсе отказывают больному в его назначении, что, несомненно, ухудшает прогноз развития и жизни ребенка (Новиков П. В., 2014; Осипова Л. А., 2015; Баранов А. А., Намазова-Баранова Л. С., Гундобина О. С., 2015; Солдатов А. А., 2017).

Данные отечественной и зарубежной литературы отражают единое мнение исследователей, что достижения перинатологии привели не только к увеличению выживаемости младенцев, но и к росту инвалидизирующих расстройств у выживших детей. Среди новорожденных с массой тела 1000 г и ниже тяжелые инвалидизирующие расстройства отмечаются в 28 % случаев, а менее грубые — в 44 % (Барашнев Ю. И., 2011; Намазова-Баранова Л. С., Деев И. А., 2016; Wilson-Costello D., 2005).

Реанимация и выхаживание младенцев с экстремально низкой массой тела (ЭНМТ) не является до конца решенной проблемой с позиции оценки отдаленных результатов. Еще менее изученной является взаимосвязь между исходным состоянием ребенка, объемом терапии и потенциальным риском инвалиди- зации. При тяжелых церебральных повреждениях, потребовавших реанимационных мероприятий, инвалидность возникала в 97 % случаев. У выживших детей велика частота развития внутричерепных кровоизлияний (Patra К., 2006), органических повреждений мозга (Vincer М. J., 2006), легких (Borghesi А., 2009), нарушений зрения, слуха (Садовникова Н. Н., 2017; Богомильский М. Р., 2016), приводящих к инвалидности.

При этом большое значение придается низкой массе тела и зрелости плода. Так, риск развития ДЦП у младенца с массой тела при рождении менее 1500 г, в 20—30 раз превышает таковой среди всех новорожденных детей. Известно, что общая частота нейросенсорных аномалий, включая ДЦП, гидроцефалию, микроцефалию, слепоту, глухоту и эпилепсию, последовательно увеличивается с уменьшением массы тела при рождении и приблизительно составляет 20 % для детей с массой тела при рождении менее 1000 г. Частота слепоты в этой группе детей 5—6 %, а глухоты — 2—3 % (Wilson-Costello D., 2005).

При проведении тестов интеллектуального развития дети, рожденные с массой тела менее 1500 г, демонстрировали более низкие оценки. Хотя при катемнестическом наблюдении средние значения IQ не отличались у детей с массой тела менее 1500 г и нормальной массой тела — частота низкого (IQ <70) и субнормального (IQ 70—84) интеллекта значительно выше в первой группе. Эти различия возрастали по мере снижения массы тела при рождении. Среди рожденных с массой тела менее 1000 г 8—13 % имели субнормальное интеллектуальное развитие, а менее 750 г — уже 20 % детей (Andreias L., 2009).

Не ослабевает внимание детских офтальмологов к такому тяжелому заболеванию, как ретинопатия недоношенных (РПН), так как по своим тяжелым исходам она в структуре детской инвалидности по зрению стала вытеснять такие распространенные патологии, как глаукома, катаракта, атрофия зрительного нерва. У детей с массой тела при рождении менее 1000 г частота РПН достигает 73,7 %, а удельный вес инвали- дизирующих форм — 27 %. Она является ведущей причиной развития детской слепоты (Катаргина, Л. А., 2012; Шах П. К., 2017; Wilson-Costello D., 2005).

Значимой патологией перинатального периода, приводящей к инвалидности, является тугоухость. По данным литературы, тугоухостью страдают от 1,3 до 9 % детей с ЭНМТ (Гар- барук Е. С., 2008).

Лечение и выхаживание детей с ЭНМТ требует больших финансовых затрат, высокой квалификации врачей и сестер, обеспечения специализированной помощью (неврологической, офтальмологической, сурдологической и др.). Однако опыт ряда стран показывает, что эти затраты не являются потерянными. При условии рождения и выхаживания таких детей в перинатальных центрах летальность в первую неделю жизни составляла не более 35 %, а в 54 % случаев они не имели серьезных последствий. В этом плане представляет интерес работа J. С. Partridge et al (2015), в которой клинико-экономический анализ эффективности выхаживания детей с ЭНМТ подтвердил его целесообразность (Partridge J. С., 2015).

По данным литературы, риск формирования инвалидности у новорожденных с ЭНМТ колеблется от 30 % до 50 % (Glass Н. С., 2015). Однако отсутствует информация о распространенности инвалидности в целом среди данной группы детей. Представлены только результаты изучения частоты отдельных причин, приводящих к формированию инвалидности у них: ретинопатия, хронические заболевания легких, повреждения головного мозга, двигательные нарушения, аутизм, умственная отсталость и др. Следует отметить, что при этом были получены разноречивые данные (Huang Y., 2018).

Имеют место сообщения о стремительном увеличении частоты применения вспомогательных репродуктивных технологий как метода лечения бесплодия. По данным Регистра Центров вспомогательных репродуктивных технологий России, в 2011 г. на 1 млн населения было выполнено 398,3, а в 2012 г. уже 438,7 циклов вспомогательных репродуктивных технологий. Доля родов после вспомогательных репродуктивных технологий в России достигает 0,77 % от всех родов, доля новорожденных за счет многоплодия — 0,84 % (Корсак В. С., 2014).

Подавляющее большинство исследователей отмечают превышение доли «больших» пороков у детей, родившихся в результате экстракорпорального оплодотворения, по сравнению с общей популяцией на 30—40 % (Davies М. J., 2012; Wen J., 2012; Lu Y, 2013; Chaabane S., 2016; Iwashima S., 2017). Так, анализ состояния здоровья более чем у 100 тыс. детей, рожденных в Китае с помощью указанной технологии, показал высокие риски врожденных аномалий (нервной, костно-мышечной, пищеварительной, мочеполовой систем, системы кровообращения). В Дании среди 27 тыс. детей, родившихся после использования вспомогательных репродуктивных технологий, были зарегистрированы врожденные пороки развития у 7 % новорожденных при частоте 1—5 % в популяции (Fedder J., 2013). По данным аналогичных исследований, проведенных в г. Москве, пороки развития отмечены у 6,6 % новорожденных при популяционной частоте 5,27 % (Савельева Г. М., 2010).

Следует отметить, что среди детей, рожденных при использовании вспомогательных репродуктивных технологий, госпитализированных в клиники ФГАУ «Национальный научно-практический центр здоровья детей» Минздрава России, в 14,6 % случаев отмечалось тяжелое сочетанное поражение центральной нервной системы, в 27,6 % — пороки развития (в том числе множественные), в 5,4 % — наследственные заболевания, в 23,7 % — тяжелые сочетанные инфекции (Баранов А. А., Намазова-Баранова Л. С., Беляева И. А., 2015).

  • [1] Приказ Министерства здравоохранения и социального развития РФот 27.12.2011 № 1687н «О медицинских критериях рождения, форме документа о рождении и порядке ее выдачи» (с изменениями на 02.09.2013). URL:http://docs.cntd.ru/document/902320615.
 
<<   СОДЕРЖАНИЕ ПОСМОТРЕТЬ ОРИГИНАЛ   >>