Переводная литература

В Киеве интенсивная переводческая деятельность достигает своего расцвета в 30–40-с годы XI в.

Отбор произведений, подлежащих переводу, определялся потребностями верхов феодального общества. Задачи упрочения христианской морали, новой религии стояли на первом плане, и это обусловило преобладание церковной переводной литературы над светской. Однако русские переводчики нс прошли мимо светской повести, которая по характеру своего идейно-художественного содержания соответствовала духу времени. Древнерусские книжники перевели с греческого языка ряд воинских, исторических и дидактических повестей, способствовавших упрочению того светского идеала, который пропагандировала оригинальная литература. Переводчики не ставили своей целью точную передачу оригинала, а стремились максимально приблизить его к запросам времени и среды. Поэтому переводимые произведения подвергались редакционной правке.

Воинские повести

"Александрия". Большой популярностью у русского читателя пользовалась повесть о жизни и подвигах прославленного полководца древности Александра Македонского – "Александрия". Она была создана, по-видимому, вскоре после смерти Александра (ум. в 323 г. до н. э.) на основании письменных источников и устных легенд о его подвигах. Повесть в древности приписывалась ученику Аристотеля – Каллисфену, однако Каллисфен умер раньше А. Македонского, поэтому эту древнюю редакцию повести стали именовать псевдокаллисфеновой. В V в. н. э. "Александрия" известна в Византии и на Западе, где она бытует в латинском переводе; на древнерусский язык "Александрия" была переведена с греческого в XI–XII вв. Этот византийский рыцарский роман воспринимался на Руси как повесть историческая, посвященная жизни и деяниям исторической личности.

Александр изображается в повести человеком необыкновенным: многомудрым, бесстрашным воином. Его отцом является не македонский царь Филипп, а изгнанный из Египта царь Нектонав, почитаемый македонянами как великий врач и волхв. К нему за помощью и обращается бесплодная жена Филиппа Олимпиада. Нектонав предсказал Олимпиаде, что она родит сына от бога Аммона. Приняв образ бога, Нектонав явился к Олимпиаде, и та зачала младенца. Когда приспело время и Олимпиада стала рожать, Нектонав начал гадать по "течению" небесных светил и не разрешал ей рожать до тех пор, пока "небеснаа течения и мирская стухия" не предсказали рождения царя "мирудръжца". О рождении Александра возвестили "громи велици и блистании млъниа, яко всему миру подвизатися".

Своим внешним видом Александр, утверждает повесть, не походил ни на Филиппа, ни на мать Олимпиаду, ни на своего отца Нектонава. "Образ убо имяше человеческий, гриву же лвову, очима же грозоок, десное убо долу зряше, шюее же зекро (правый глаз смотрел вниз, левый же был голубой). Зуби же его остри, акы змиевы. Подобье же имяше лвово, скор, ясн (цветуш) бяше". Александра обучают книгам, музыке, геометрии, риторике, военному делу и философии (учителем философии был Аристотель). Когда Александру исполнилось 12 лет, он ходит вместе с отцом Филиппом на войну, проявляя свою незаурядную силу и отвагу. В пятнадцатилетием возрасте Александр укрощает вологлавого коня "человекоядца" и затем побеждает в Нисе арканского царя Николая в состязаниях на колесницах.

Став после смерти Филиппа царем Македонии, Александр начинает войну с могущественным персидским царем Дарием. Он совершает успешный поход в Египет, где основывает город Александрию. Дарий посылает Александру грамоту с символическими дарами: мячом, плетью и ящичком с золотом: мяч – Александр еще слишком юн для ведения ратных дел, и ему надлежит играть со сверстниками в мяч; плетка – символ наказания: дерзкого юнца следует ею проучить; ящичек с золотом – намек на бедность Александра, и золото даст ему возможность расплатиться со своими воинами. Сначала Александр в гневе решает казнить посла, но затем верх берет благоразумие, и он сажает его с собою за пиршественный стол.

Александру свойственны нс только воинская доблесть, мужество, отвага, которые он проявляет в войне с персидским царем Дарием, в поединке с индийским царем Пором, но и чувство сострадания, участия к страданиям и горю других людей.

Сбросив в ров Нектонава, который "исследует то, что творится на небе, нс зная, что делается на земле", Александр жалеет его, узнав, что Нектонав является его настоящим отцом, и на собственных плечах приносит умершего в дом к Олимпиаде и хоронит его с честью. Встретив в Вавилоне закованных в цепи греческих пленников, Александр проливает слезы, проявляет великодушие к побежденным.

Интересно раскрывается характер героя во взаимоотношении его с сатрапами Дария. Желая заслужить благосклонность Александра, сатрапы смертельно ранят своего господина. Александр же велит казнить неверных слуг Дария. Умирающего Дария Александр прикрывает своим плащом и, прослезившись, говорит: "Встани, царю, Дарий, и в своей земли царствуй и над своим владыка буди, прими венец свой, перскому множеству царствуй, а имей свое величество".

Александр не только жаждет воинской славы и подвигов, но и стремится увидеть чужие земли. Ряд своих походов-путешествий он предпринимает только из-за своей любознательности. В письмах к Олимпиаде, Аристотелю он описывает необычных людей –великанов, поросших шерстью, "человекоядцев", обитающих в болотах, и другие диковинные вещи.

Удовлетворяя свою любознательность, Александр совершает свой мирный поход в страну "рахманов" – нагомудрецов.

"Просите у мене, что хощете, – гордо заявляет Александр рахманам,– и дам вам". И воспиша вcu, глаголюще: "Дай нам бесъмерьтие". Однако этого сделать Александр не в силах, ибо сам смертен. "Они же реша ему: "Почто ты, смъртен сы, толико ся бореши, да все возмеши? Где же то хощеши понести? Не пакы ли то инем оставиши?"

В этом диалоге ярко выражена философская мысль о суетности человеческой жизни. Правда, Александр заявляет рахманам, что человеческая судьба "строится вышним промыслом", у каждого человека свой нрав, а если бы был нрав единый, то по морю бы нс плавали, землю не возделывали, детей не рожали.

Характерно, что в повести постоянно подчеркивается превосходство эллинской (греческой) культуры над культурами варварских народов.

Образ Александра подвергается в повести христианизации: прибыв в Иерусалим, он склоняется перед патриархом и признает единого и невидимого бога; в Лусовом пристанище герой пытается проникнуть на небеса, но, услышав глас запрета, отказывается от исполнения своей дерзостной мысли.

"Александрия" состоит из ряда интересных эпизодов, описывающих различные события: воинские подвиги героя (они даются в соответствии со стилистическими традициями воинской повести), посещение им различных народов и стран. Однако все изложение материала подчинено религиозно-моралистической задаче – показать тщету и суетность земной жизни. Так, умирающий Дарий говорит Александру, чтобы он не обольщался радостью победы и счастья. О суетности жизни говорят Александру и "рахманы".

В "Александрии" объединяются жанры воинской повести и хождения. Кроме того, отличительную особенность ее стиля составляют письма, которым обмениваются между собой Александр, Дарий, Олимпиада, Роксана, Пор, Кондакия.

Описание далеких стран, исполненных чудес, образ мужественного героя-воина привлекали к повести внимание читателя, делали ее необычайно популярной. Уже в XIII столетии у нас возникает новая редакция повести, дополненная описанием чудес и более пространными моралистическими рассуждениями. В XV в. появляется сербская редакция "Александрии", отличающаяся от предшествующих риторичностью стиля и значительным усилением христианского морализма. Так, приспосабливаясь к запросам времени, "Александрия" в русском переводе все дальше отходила от своего оригинала[1].

"Девгениево деяние". Образ мужественного воина-христианина, защитника границ своего государства стоит в центре переводной повести "Девгениево деяние". Повесть дошла до нас в трех списках XVIII в., но перевод се на русский язык был осуществлен, по-видимому, непосредственно с греческого в XI–XII вв.

Перевод является свободной переработкой греческой поэмы X в. о подвигах Василия Дигениса, который в нашей повести превратился в прекрасного Девгения. При переводе утратились многие черты византийской истории, существенным изменениям подверглось изображение любви героя. В русском переложении любовный византийский роман превратился в героическую воинскую повесть о борьбе христиан с "погаными". При этом русский переводчик значительное внимание уделил сказочным элементам.

"Девгениево деяние" состоит из двух повестей. Первая рассказывает о родителях Девгения: отец его – аравийский царь Амир, а мать – гречанка, похищенная Амиром, но вырученная своими братьями; она выходит замуж за Амира после того, как тот принимает христианство. Вторая повесть посвящена описанию подвигов Девгения, т. е. "двоюро́дного", – рожденного от сарацина и гречанки.

Девгений изображается прекрасным юношей: "...лице же его яко снег, а румяно яко маков цвет, власы же его яко злато, очи же его вельми великии яко чашы, пристрашно зрети на него".

В гиперболическом, былинном плане подчеркивается мужество, сила и храбрость юного Девгения. Присутствует в повести и характерный для фольклора мотив змееборчества: Девгений побеждает четырехглавого змея. Подобно русскому богаты́рю Илье Муромцу, Девгению смерть в бою не писана: он бесстрашно устремляется против врагов, убивая их сразу по тысяче, перескакивая реки, смело вступает в единоборство и побеждает царя Филипапу и его дочь-богатыршу Максимилиану, которые хотели "уловить" прекрасного Девгения, "яко зайца в тенета". Подобно героям русской сказки, Девгений добывает себе невесту – прекрасную Стратиговну, побеждая се отца и братьев.

Вместе с тем Девгений – благочестивый христианский герой: все свои победы он одерживает благодаря упованию на силу Божию.

Стиль повести представляет собой сложное переплетение элементов устной народной поэзии и книжной стилистики. Героический образ Девгения, его необычайные подвиги привлекали внимание читателей, тем более что в сознании народном ее герой сближался с образами былин[2].

"История Иудейской войны" Иосифа Флавия. В XI–XII вв. была переведена на древнерусский язык "История Иудейской войны" еврейского историка Иосифа Флавия под названием "Повесть о разорении Иерусалима". Эта повесть охватывала события с 167 г. до н. э. до 72 г. н. э.

Центральное место в повести занимает полное драматизма описание борьбы восставшего еврейского народа против римских легионов (особенно ярки картины осады Иотопаты и Иерусалима).

Как установлено исследователями, древнерусские переводчики довольно свободно обращались с греческим оригиналом и прибегали к сокращенному его пересказу, а иногда вносили дополнения. К таким дополнениям относятся вставки об Иисусе Христе и Иоанне Крестителе, резкие выпады против римлян и отрицательная характеристика Ирода Великого.

В повести при описании сражений широко используются стилистические формулы воинских повестей, отсутствовавшие в греческом подлиннике и находящие соответствие в оригинальной древнерусской литературе, в том числе в "Слове о полку Игореве". Например, "...и стрелы на ня летаху, яко дождь" (ср. в "Слове о полку Игореве": "...ити дождю стрелами...") или "...быстъ видети лом копийный и скрежетание мечное и щиты искепани и мужи носими, и землю напоиша кровью".

Читателя повесть привлекала красочностью описаний военных событий[3].

  • [1] См.: Александрия. Роман об Александре Македонском по русской рукописи XV века/Изд. подготовили М. И. Ботвинник, Я. С. Лурье и О. В. Творогов (Серия "Литературные памятники") М.; Л., 1965.
  • [2] См.: Кузьмина В.Д. Девгениево деяние. М., 1962.
  • [3] См.: Мещерский Н. А. История Иудейской войны Иосифа Флавия в древнерусском переводе. М.; Л., 1958.
 
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ     След >