Полная версия

Главная arrow Литература arrow История древней русской литературы. Часть 1

  • Увеличить шрифт
  • Уменьшить шрифт


<<   СОДЕРЖАНИЕ ПОСМОТРЕТЬ ОРИГИНАЛ   >>

Вспомогательные науки

Следующей главой нашего «Введения» в историю русской литературы будет, как было указано, ознакомление, по крайней мере, с главнейшими вспомогательными дисциплинами, при помощи которых мы можем сознательно отнестись к материалу, подлежащему изучению историей древнерусской литературы. На первом месте здесь должны быть поставлены вопросы: где может быть найден материал, и каков этот материал?

Библиография

На первый вопрос отвечает обыкновенно библиография. На второй вопрос ответит ряд отдельных дисциплин, которые специально разрабатывают вопросы, имеющие место, но как частные, и при изучении древнерусской литературы. Сюда относятся: палеография, история русского языка, этнография и т. д. О каждой из этих отраслей, играющих в данном случае роль наук вспомогательных по отношению к истории русской литературы, необходимо сказать, обратив внимание на то, что будет наиболее полезно для изучающих древнерусскую литературу.

Что касается библиографии, то есть той отрасли знания, которая специально собирает указания о материале по той или другой специальности, то в данном случае библиография древнерусской литературы тесно связана с библиографией русской истории вообще. Несомненно, что библиографические труды должны были возникнуть в период собирания материала, то есть в начальный период изучения русской литературы, приблизительно в конце XVIII в. и до 20—30 годов XIX в. Но, конечно, ожидать в это время особого развития библиографии как справочника, как указателя, где какой материал находится, было бы трудно. Когда такого материала накопилось у собирателей достаточно, тогда только и начался библиографический обзор этого материала, его сортировка по отраслям.

Первую серьезную библиографию русской литературы мы видим еще в конце XVII в.[1], но к этому времени библиография еще не отличается ни полнотой, ни совершенством. На более правильный путь библиография вступает уже в конце XVIII и в начале XIX в., тогда, когда уже накопился материал в большей степени, когда пробудилось и в обществе самосознание. Одной из первых работ в области нашей библиографии, к которой до настоящего времени приходится иногда обращаться, была работа Новикова. Новиков, как уже было говорено, издал «Опыт словаря русских писателей», который охватывает, главным образом, XVIII в. и только изредка отмечает крупные литературные факты XVII в. Поэтому материала, который мог бы быть полезен нам для изучения литературы предшествующих столетий, начиная с X или XI вв., у Новикова мы почти не встретим. Это и понятно: тогда, в 1772 г., еще не было почти ничего известно о литературе и очень мало по истории этого старого периода. Новиков, проникнувшись историческим самосознанием, старается оглянуться назад, но дальше XVII в. интересы его не простираются. Но все-таки для изучающих литературу XVIII в. «Словарь русских писателей» Новикова, как составленный по свежим следам, отчасти современником, по фактам самой литературы XVIII в., представляет немалый интерес.

Гораздо более широкое значение в области библиографии приобретает труд другого, уже нам известного деятеля и в области изучения литературы — митрополита Евгения Болховитинова, одного из сотрудников Румянцева, одного из наиболее усердных и ранее других вышедших на научный путь исследователей памятников древней письменности, оставившего после себя два словаря, один — «Писателей российских духовного чина», другой словарь «Писателей русских светских». Сами заглавия уже показывают, какого рода материал входил в тот и другой словарь. Здесь мы уже имеем материалы и по древнему периоду русской истории и русской литературы. Само собой понятно, что от Евгения нельзя было требовать безусловной полноты и ясности, потому что он жил в эпоху, когда серьезная разработка истории древней литературы только начиналась. Он был одним из тех, кому впервые приходилось открывать, исследовать сырой материал и знакомить с ним других. Тем не менее «Словари» Евгения (особенно

«Словарь писателей духовного чина», как касающийся области духовной литературы, наиболее характерной и обильной в древнем периоде нашей письменности и более близкой самому Евгению по его положению и направлению, и потому отличающийся большей полнотой) сохраняют в значительной степени свое значение: к ним до сих пор приходится обращаться за справками. «Словарь писателей светских» является в значительной доле продолжением, дальнейшим развитием словаря Новикова, но он менее удовлетворителен. Вот главные словари древних писателей, интересные для того времени. Но, конечно, словарями не исчерпывается библиография. Древнерусская литература отличается от современной, прежде всего, тем, что в ней не только часто встречаются, но и преобладают памятники, а не лица, то есть мы знаем много памятников, авторов которых мы не знаем; поэтому отдельные произведения, неизвестно кем написанные, или, по крайней мере, долгое время неизвестно кем написанные, такие произведения с трудом и большей частью случайно могли попадать в словари писателей. Это объясняет, почему рядом со словарями писателей возникают другого рода библиографии: обзоры самих памятников литературы, большей частью анонимных, обзоры их списков, которые дошли до нашего времени от старой эпохи. В этом направлении библиография русской литературы дает очень многое. Прежде всего собиранием, приведением в известность таких памятников занималась вся школа Румянцева, вся созданная им Археографическая комиссия. Материала было извлечено сотрудниками Румянцева очень много. Но его так или иначе нужно было привести в известность, в порядок, и вот мы видим, что приведением в библиографический порядок этого материала занимается ряд видных ученых той же школы, например, П. Строев, Калайдович и др.

Но пока до 50—60 гг. у нас в распоряжении нет таких общих обзоров памятников литературы. Это время наступило позднее, когда уже русская наука вполне сформировалась и вышла на вполне научный путь. К этой эпохе можно, пожалуй, отнести труды, которые имеют отношение к этой области, но не будут в прямом смысле справочными книгами, подобно словарям: имеем в виду описания отдельных рукописных собраний, которые занимают очень видное место, играют видную роль в тех трудах, которыми сопровождается развитие русской науки истории литературы. Но о них придется говорить ниже.

С другой стороны, можно указать труды, которые стараются совместить принципы «Словарей писателей» с принципами чисто библиографического указания на само произведение. Образцом такого рода труда можно назвать «Опыт Российской библиографии» В. Сопикова (1813—1821 гг., 5 томов)[2]. Сопиков был большим любителем книг, собирателем их. В конце своей деятельности решил издать «Опыт Российской библиографии», то есть перечень всех русских книг, которые были печатаны как церковным, так и гражданским шрифтом. Его кругозор, таким образом, не ограничился теми книгами, которые читались в его время или в период, близкий к нему, то есть до двадцатых годов XIX столетия: он желает дать обзор русской и славянской книги с конца XV в., когда была основана первая славянская типография (в Кракове), и напечатана первая славянская книга (1491 г.), и с половины XVI в., когда основана была первая русская типография в Москве, и напечатана первая русская книга (известный «Апостол» Федорова 1563 г.). Сопиков дает, таким образом, обзор печатных книг с XV и до начала XIX в., и не только книг, но и писателей. Это значительно облегчает наше знакомство с тем, что было сделано в древний период нашей письменности. Следовательно, если у Сопикова мы не будем искать полного материала для изучения древнерусской литературы, то, с другой стороны, найдем обильный печатный материал для этого изучения, поскольку он дошел с конца XV в. и до начала XIX в. и стал известен книжному любителю; а в этом материале мы можем встретить указания, которые полезны и нам, изучающим более древнюю эпоху, даже древнекиевский период, так как ко времени Сопикова уже было издано кое-что из произведений этого периода, например, летописи, «Слово о полку Игореве» и др. К этому указателю и до сих пор приходится довольно часто обращаться исследователям, потому что другого такого общего и полного обзора русской книги за такой большой период времени, который дал нам Сопиков, мы не имеем, несмотря на целый ряд трудов, которые предприняты были позднее Межовым, Ундольским, Каратаевым и другими; эти последние труды[3] имеют не общий, а частный и специальный характер.

  • [1] Этот труд неизвестного начитанного любителя (одни считали им известногов XVII в. ученого Сильвестра Медведева, другие также ученого того же времени КарионаИстомина) издан в «Чтениях в Обществе истории и древностей», 1846 г., кн. 3.
  • [2] Труд Сопикова был переиздан с поправками В. Н. Рогожиным в 1908 г. (СПб);им же издан подробный указатель к этому труду («Чтения в Обществе истории и древностей» за 1899 г.).
  • [3] Межов издавал библиографию (правда, весьма полную) преимущественнопо изданиям XIX в., Ундольский — дополнил списки Сопикова книг церковной печати,Каратаев описывал также церковные книги, но остановился на половине XVII в., Пекарский — книги петровского времени и т. п.
 
<<   СОДЕРЖАНИЕ ПОСМОТРЕТЬ ОРИГИНАЛ   >>