Полная версия

Главная arrow Литература arrow История древней русской литературы. Часть 1

  • Увеличить шрифт
  • Уменьшить шрифт


<<   СОДЕРЖАНИЕ ПОСМОТРЕТЬ ОРИГИНАЛ   >>

Соседи русского племени

Если мы представим себе ту довольно узкую полосу, занимаемую русским племенем, которая очерчена была выше, то увидим, что ближайшими соседями русских являются племена неславянского происхождения: это, прежде всего, племена финские (или угоро-финские), которые соприкасаются с русским племенем по северо-восточной и частью восточной его границе. Это известные, часто упоминаемые в наших летописях чудь, мордва, меря, весь и др. Все эти племена, вероятно, в то время были продвинуты гораздо далее на запад, чем теперь остатки некоторых этих племен, оттесненных позднее движением русской колонизации на северо-восток. На основании многих данных мы вправе заключать, что финско-угорские племена отличались от русских племен своей культурой, не только языком. Точно определить финское влияние мы в настоящее время еще не можем, но, во всяком случае, оно не подлежит сомнению. Археологические данные показывают нам, что жившие тогда по соседству с русскими финские племена обладали известной, довольно значительной культурой и входили во взаимоотношение с племенами русскими. Эти финские племена, как предполагают обыкновенно, переселились откуда-то из Средней Азии или из Сибири в незапамятные времена в равнину теперешней России и принесли с собой своеобразную, притом уже довольно развитую культуру; стало быть, взаимоотношение, как культурное, так и литературное, между ними и русскими было вполне возможно. И действительно, как показали новейшие исследования, русская устная литература несет на себе следы влияния устной литературы финской, и следы эти очень стары. Но так как несомненно, что культура финских племен была, во всяком случае, не выше культуры русских племен, то влияние было возможно не только со стороны финнов на русских, но и обратное. Это предположение подтверждается, опять же, присутствием многих элементов русской поэзии в эпосе финском[1].

Затем, на юге от местности, занимаемой русскими племенами, приблизительно с того места, где теперь находятся города Орел и Курск, и далее на юг вплоть до самых Азовского и Черного морей, жило также чуждое русским население, но уже не финского происхождения: эти племена — безусловно индоевропейские, скорее всего иранцы — скифы, может быть, предки теперешних осетин. История русская их уже не застает в указанных местах, но несомненно, что их обломки продолжали еще существовать в период, непосредственно предшествующий началу русской письменности. Только влиянием этих племен может быть объяснено присутствие в нашем эпосе кое-каких отголосков иранской культуры, а в языке древней Руси — кое-каких словарных элементов иранского происхождения[2].

Затем, в довольно ранний период на том же месте, где перед этим были какие-то скифы, появляется ряд племен тюркско-татарского племени, с которыми русским приходилось вести долгие века нескончаемую борьбу за степь. В X—XI вв. эта борьба уже ведется энергично, а при борьбе, конечно, неизбежно взаимовлияние. Затем, может быть, из-за Кавказа, из Средней Азии в южнорусские степи проникали и более отдаленные народности азиатские, с которыми русские тоже входили во взаимоотношения, следствием чего было проникновение к нам многих восточных мотивов в устную литературу. Приходится при этом сказать, что точно определить размеры влияний этих довольно трудно, но в общем остается несомненным влияние и татарско-тюркских и восточно-азиатских элементов.

Затем, с другой стороны, то есть с северо-запада, нашими соседями, хотя и не непосредственно соприкасающимися, а живущими через Балтийское море, являются северогерманские племена — скандинавы. Влияние этих племен, культура которых стояла довольно высоко уже в VIII—IX вв., несомненно, было довольно сильное, так как и сношения их с русскими племенами были очень частыми и оживленными. Хотя культура скандинавских народов и превосходила древнерусскую культуру, но все же мы имеем полное право говорить не только о влиянии, но и о взаимовлиянии, как то показывает исследование скандинавского эпоса (саг), в котором имеются налицо мотивы, принадлежавшие русскому эпосу. Влияние скандинавов на русскую жизнь было так сильно, что в науке возникла целая «нормандская» теория основания русского государства, признающая это влияние не только в политическом быте, но и в других отношениях. Эта теория с известными ограничениями имеет полное право на существование, так как мы не можем отрицать действительного влияния северогерманцев на русскую культурную и умственную жизнь и в историческое время. Несомненно также, что это влияние было довольно давним, так как отзвуки этой культурной связи с норманнами мы видим еще в древний период нашей христианской культуры, то есть в период киевский. Само зарождение русского государства совершается не без влияния и не без участия нормандских, скандинавских элементов. Правители дома Рюрика в течение долгого времени не только состоят в связи со скандинавами, но и сохраняют память о своем кровном единении с ними, и еще в XI—XII вв. поддерживают с ними оживленные сношения как с родственниками.

Далее на западе с русским народом является пограничным литовское племя, которое живет по Западной Двине, приблизительно в том месте, где теперь находятся наши Полоцкая, Псковская, Гродненская, Ковен- ская губернии, вплоть до Балтийского моря, до которого когда-то доходила Литва, еще не оттесненная финнами и немцами. Литовское влияние на русское племя тоже может быть учтено, причем могут быть намечены и точки соприкосновения. Возможно говорить и о взаимовлиянии, хотя культура литовского племени в историческое время была, по-видимому, ниже культуры русских племен.

Затем, с запада же граничат с нами владения уже родственного западнославянского племени — именно, поляков. Об отношениях русских и поляков нужно говорить особо. Видимо, в начале нашей исторической жизни это взаимоотношение русских и поляков, как двух родственных по происхождению народов, чувствуется довольно живо; но скоро новый фактор, именно — особенные условия, в которые довольно рано был поставлен польский народ, не позволили, чтобы отношения его с русскими развивались или оставались близкими. В силу исторических и географических условий поляки очень рано стали сознавать себя равноправным членом в семье западноевропейских народов. Одним из упомянутых условий была принадлежность их к римской церкви, а с ней и к романо-германской культуре. Все это делало польское влияние на древнюю Русь значительно более слабым, чем оно могло бы быть при других условиях.

Наконец, дальше идут словаки и другие отпрыски чешского племени, которые тоже по культуре принадлежат к Западу и поэтому тоже не могли оказывать особенно интенсивного влияния на русских в историческое время.

Иначе дело обстоит с нашими южными соседями, каковыми являются славяне, живущие на Балканском полуострове, т. е. болгары и сербо-хорваты. Несмотря на то, что между балканскими славянами и русскими лежала область, населенная неславянским народом (это древнее Седмиградье, то есть область от того места, где Дунай поворачивает к югу, где лежит город Брантов; здесь расположилось племя романизированных варваров — теперешних румын), между ними поддерживаются деятельные сношения. Румынская национальность вступила на историческую арену гораздо позднее славянства. Христианская румынская литература развивалась не только под влиянием славянства, но и на славянском, именно, на болгарском языке. В более древнее время эта связь была еще более сильна. Поэтому румыны не могли особенно мешать нам при сношениях со славянами Балканского полуострова. Но, кроме того, у нас была возможность и непосредственного сношения со славянством, это именно в том месте, которое теперь называется Добруджей, то есть в той узкой полосе, которая лежит по западному берегу Черного моря и между ним и Дунаем в нижнем его течении: здесь южнорусские племена непосредственно сталкивались с болгарами. И по этому-то именно пути и происходили, главным образом, постоянные оживленные сношения русских и балканских славян (например, при Святославе это уже традиционный путь).

Вот все те соседи, с которыми приходилось жить русскому племени в начале изучаемого периода. Многие из этих соседей, ранее подвергшиеся культурному влиянию Византии или Запада, при взаимных сношениях с русским племенем, естественно, оказывали, со своей стороны, одни — в большей, другие — в меньшей степени, известное влияние, как на культурно-историческую, так и умственно-поэтическую жизнь русского народа, который, в свою очередь, имел влияние, хотя, может быть, и более слабое, и на своих соседей.

  • [1] Ср. М. Сперанского, Русская устная словесность (М., 1917), стр. 288—290.
  • [2] Ср. Вс. Ф. Миллера, Экскурсы в область русского народного эпоса (М., 1892),в частности, стр. 209—212.
 
<<   СОДЕРЖАНИЕ ПОСМОТРЕТЬ ОРИГИНАЛ   >>