Полная версия

Главная arrow Туризм arrow ГЕОГРАФИЯ ТУРИЗМА. ЮЖНАЯ ЕВРОПА

  • Увеличить шрифт
  • Уменьшить шрифт


<<   СОДЕРЖАНИЕ ПОСМОТРЕТЬ ОРИГИНАЛ   >>

Развитие гостиничного бизнеса в Испании

Зарождение и развитие гостиниц

Несмотря на то что Пиренейский полуостров расположен на южной оконечности Европы и почти изолирован, он всегда поддерживал тесные связи с народами других областей. Это наложило отпечаток на культуру Испании, а следовательно, на характер ее культурного наследия.

Первые достоверные сведения о населении Испании исходят от чужеземцев, посетивших Пиренейский полуостров в весьма давние времена, и восходят к VI в. до н. э. Период древней истории Испании кончается — согласно общепринятому мнению — в V в. н. э., когда произошло вторжение народов Северной Европы в Испанию. Среди первых народов, заселявших Испанию, были иберы, предопределившие древнее название Испании — Иберия.

Население различных государств с незапамятных времен перемещалось на большие расстояния. Не была исключением и территория современной Испании, где проживали племена кельтов и иберов задолго до прихода финикийских мореплавателей на Иберийский полуостров. К сожалению, древние иберийские народы не имели письменности, поэтому об организации быта местных народов стало известно лишь после их встречи с финикийцами. Первые записи, где упоминаются гостиницы Испании, относятся к римскому периоду.

По мнению историков, гостиницы Испании начали упоминаться в описаниях с приходом Римской империи (II в. до н. э.). Благодаря огромным размерам государства по разветвленной цепи римских дорог перемещалось большое количество войсковых соединений, гражданских лиц, торговцев, перевозивших различные товары[1].

Население Римской империи постоянно возрастало, возникла почта. Вдоль дорог на расстоянии 10—15 км друг от друга располагались Mutatio (почтовые станции для смены лошадей), для недолгой остановки почтальонов или путешественников. Через каждые три почтовые станции располагался один постоялый двор, удаление между ними было 50 км — это и были первые гостиницы Испании.

Эти гостиницы (постоялые дворы) отличались от других придорожных строений тем, что их стены были красного цвета. Здесь путники могли отдохнуть и провести ночь, для лошадей имелись конюшни, работал конюх и мастер по ремонту повозок. Появилось такое понятие как «таверна». Древнеримские историки сообщают, что первые гостиницы Испании для простых людей пользовались дурной славой, а уровень услуг был низким. Интерьеры постоялых дворов были очень просты; комнаты для гостей имели самую примитивную мебель: исцарапанные столы, скамьи, полки для посуды, несколько стульев. Часто в комнате для ночлега размещалось до дюжины постояльцев, а то и более. Спали обычно на скамьях, на тюфяках, набитых соломой. Гостям более высокого ранга хозяин уступал свою спальню. Вообще же краткий совет путешественникам того времени сводился к фразе: «Будь доволен тем, что получишь, или, ешь, что дают». Состоятельные путешественники предпочитали альтернативные заведения для людей с более высоким достатком. Римляне пользовались законом гостеприимства (hospitium); готовясь к путешествию, они запасались рекомендательными письмами к местным жителям, у которых затем останавливались на ночлег.

Первые гостиницы для военных включали специальную сферу услуг, такую как медицинская помощь, ремонт амуниции, уход за лошадьми.

Параллельно с первыми гостиницами начали появляться проводники, которые хорошо знали данную местность. Историки отмечают, что первые гостиницы Испании были местами образования целых поселений.

Через весь иберийский полуостров, римляне проложили одну из самых крупных мощеных, каменных дорог длиной 1500 км, соединившую Кадис, Картахену, Валенсию, Барселону, Жирону. Дорога, где располагались гостиницы, являлась основной транспортной артерией, торговой осью, ответвления от которой соединяли внутренние провинции Испании и Средиземноморские порты.

Сначала дорога называлась Via Herculea или Via Heraclea (дорога Геркулеса), затем Via Exterior (Внешняя дорога), последнее ее название Via Augusta (дорога Августа), названа именем великого римского императора Октавиана Августа (Гай Юлий Цезарь Август).

Без сомнения, древние государства Ближнего Востока были очень тесно связаны торговыми отношениями со своими соседями. Бесчисленные торговые караваны перемещали огромное количество товаров и людей. Естественно возникла необходимость обеспечения людей и вьючных животных всем необходимым во время продолжительных переходов. Так возникли восточные гостиницы, караван-сараи.

Со II тыс. до н. э. существовали вьючные караван-сараи, однако это название персидского происхождения, закрепилось за ними к X в. С приходом арабов на Пиренейский полуостров, гостиницы стали приобретать восточные черты. Караван-сараи строились двух типов: открытые и закрытые.

Открытые караван-сараи находились внутри городских стен, где не требовалась защита от дорожных разбойников. Закрытые караван-сараи располагались вдоль караванных путей. Это были укрепленные строения, стены которых могли отразить нападение разбойников или выдержать недолгую осаду. Внутри одно-, двухэтажного строения квадратной, либо прямоугольной формы с просторным двором обязательно имелся колодец, расположенный посередине двора. Внутри располагались комнаты отдыха, складские помещения для товаров, загон для вьючных животных. Сегодня в некоторых городах Андалусии можно найти здания, бывшие арабскими гостиницами.

Средневековье — это время странников, которых «не только не удерживает дома никакой материальный интерес, но самый дух христианской религии выталкивает на дороги»[2]. Люди были легки на подъем — у многих все имущество умещалось в одном мешке или сундуке. При этом путники часто рассчитывали на приют у знакомых или просто добрых людей. Вообще, дух духовной общности, объединявший людей Средневековья и Возрождения, во многом облегчал жизнь путешественников, которые даже в чужой земле могли рассчитывать на поддержку и солидарность.

Постепенно, с ростом городов, на важных торговых дорогах стала появляться традиция «платного гостеприимства». В постоялых дворах хозяин часто держал специальную комнату, предназначенную для ночевки гостей. Постоялые дворы обычно располагались на пересечении важных торговых дорог или в центре города у рыночной площади, где находились главный собор и ратуша.

В Средние века сложилась своеобразная система вывесок и названий. В наши дни по ним можно определить историческое прошлое той или иной гостиницы — «Под знаком меча», «Железный шлем», «Лев», «Ангел», «Пилигрим» и многие другие. Многие постоялые дворы помимо вывесок имели настоящие гербы, которые частенько устанавливались на высоких столбах, чтобы издали привлечь внимание путников.

Существенной частью услуг, предоставляемых постояльцам, были возможности для размещения лошадей и карет. С начала XVII в. в Испании была введена система государственных почтовых карет, курсировавших по определенным маршрутам. Существовавшие гостиницы стали транзитными пунктами, где меняли лошадей и кареты. С этого времени идет традиция почтовых гостиниц — «Старая почта», «Почтовая гостиница». Они были рассчитаны на почтовых курьеров и других путешественников, которым требовалась только ночевка.

В целом, постоялые дворы были тем местом, где встречались местные жители и проезжие путешественники, там обсуждались события и происходил обмен мнениями, заключались знакомства и торговые сделки.

Опасность, подстерегавшая путешественников и на дорогах, и на постоялых дворах, — это разбойники и грабители. Это и обычные «рыцари большой дороги», и постоялый двор, который оказывается притоном разбойников, и трактирщик, который убивает и грабит постояльцев. Путеводители того времени рекомендовали путешественникам при остановке в пустынных местностях дать понять хозяину постоялого двора или гостиницы, что у них с собой пистолеты, и сделать так, чтобы хозяин в этом убедился.

Характерно для этого времени, что гостиницы часто получают названия по основному контингенту туристов, которые размещаются в гостинице, например — «Английский двор», «Французский двор» и т. п. И. Яковлев (1848—1930) в своих «Очерках современной Испании» (1885) писал: «...Но вотъ и Ирунъ. Поездъ остановился и все выхо- дятъ изъ вагоновъ. Французской речи сразу не стало. На платформе вокзала бегаютъ и суетятся смутлыя фигуры испанскихъ полицейскихъ, въ странныхъ кэпи (краснаго цвета съ белымъ) и въ длинныхъ черныхъ пальто съ золотыми пуговицами...»

«...Немного вдали отъ оборванцевъ стояло несколько комиссюровъ, громко, но съ достоинствомъ выкрикивая назвашя своихъ отелей. Одинъ изъ нихъ, широкоплечш негръ, подошелъ ко мне и заговорилъ по-французски. Я обрадовался ему, какъ отцу родному.

  • — Вы изъ “Hotel de Paris”? — спрашиваю, заметивъ на околыше его фуражки слово “Paris”; другая часть надписи была скрыта.
  • — О, да!
  • — Чего же лучше! Отель этотъ я зналъ по гиду Делаваня, и, какъ тамъ сказано, за 30 реаловъ въ сутки негръ обязанъ дать мне хорошую комнату и полный пансюнъ, “des plats exquis”, какъ выразился онъ, причмокнувъ губами...»

«...На другой день моего пр1езда, я переехалъ въ Casa del huespedes. Это семейства, которыя даютъ столъ и квартиру студентамъ, арти- стамъ, литераторамъ по разнымъ ценамъ, разумеется, смотря по тому, сколько занимается и какихъ комнатъ, и какая еда. Но здесь всегда удобнее и дешевле, чемъ въ отеляхъ. Casa не имеютъ вывесокъ; когда въ нихъ есть свободный комнаты — въ углу балкона привязывается белая (пустая) бумажка, — и только. Такъ какъ испанцы очень добродушный и ласковый народъ, почти съ любовью относящейся къ иностранцу, то жить съ ними очень весело...»[3].

В. П. Боткин в своих «Письмах об Испании» так описывает отель, в котором он остановился в Кордове: «Гостиница, в которой стою я, есть вместе и кофейная; ее мавританский, с тонкими, изящными колоннами двор (patio), густо покрытый виноградом с огромными темными кистями, дает днем самую отрадную прохладу, которую еще увеличивает бьющий посереди фонтан, обсаженный крином; по вечерам эти великолепные цветы имеют запах упоительный, страшно раздражающий нервы и воображение... Сегодня вечером должен проехать здесь дилижанс, в котором я авось найду место до Севильи.

Посылаю к вам его из Севильи, куда приехал вчера и застал великолепнейшую corrida de toros (бег быков); семь быков и 22 лошади остались на месте; но эта corrida так поразила и взволновала меня, что я решительно не в состоянии теперь писать. До следующего письма...»[4].

В. П. Боткин, путешествуя по Испании в 1845 г., получил возможность сравнения: проехав через всю Испанию, он добрался до Гибралтара, английской территории. «Переселенцы Англии принесли сюда всю свою терпеливую деятельность, всю свою угрюмость, обыкновенную у людей, жадных до прибыли. Под этим пламенеющим небом они построили себе дома на английский манер, перетащили сюда весь свой лондонский комфорт и вместе с ним все свои английские предрассудки. Я никогда не забуду той неги, которая разлилась по всему моему существу, когда столько месяцев живя в грязных испанских фондах, я в Гибралтаре увидел себя в превосходной английской гостинице, с прекрасной мебелью, исполненной всех самых мелочных удобств, по-видимому, излишних, но удивительно способствующих к изящному ощущению жизни»[5]. В приведенном отрывке существенно ощущение разительного контраста между «превосходной английской гостиницей» и «грязными испанскими фондами», которые, кстати, по русским меркам были совсем неплохи. Во всяком случае, до Гибралтара Боткин не находил их грязными, а композитор М. И. Глинка (1804—1857), приблизительно в то же время совершивший путешествие по Испании, отзывается об испанских гостиницах с большой похвалой.

С течением времени, особенно на побережье моря, вокруг пляжей начинает развиваться туристическая индустрия: наряду с небольшими скромными отелями начинают открываться комфортабельные отели и большие гостиничные комплексы, принадлежащие крупным инвесторам, рестораны, улучшается транспортная инфраструктура — особенно развивается сеть железных дорог, создаются справочники отелей для размещения клиентов.

Пилотным проектом (1918 г.) стала Приморская Водолечебница Кармен, располагавшаяся в восточной части пляжной зоны Малаги. Затем открылось первое поле для гольфа близ Торремолиноса, западнее Малаги (1928 г.).

Далее процесс развития курортной инфраструктуры, строительство гостиниц приостановили политические события, потрясшие страну, демократически революционные настроения Красной Малаги (1931— 1933) и Гражданская война (1936—1939).

Возобновилось развитие туристической инфраструктуры, строительство гостиниц лишь в 50-х гг. Вслед за европейской аристократией, побережье Коста дель Соль облюбовали мировые знаменитости, такие как, Грейс Келли, Ава Гарднер, Марлон Брандо, Орсон Уэллс, Френк Синатра, Бриджит Бардо. Курорты начинают приобретать мировую известность. Прибрежные гостиницы радикально изменили внешний вид небольших рыбацких деревень.

Мариц Рикардо Сориано со своим двоюродным братом, принцем Альфонсо, начинают создавать знаменитый аристократический курорт Марбелья со строительства курортного комплекса Marbella Club (1946 г.) — первой роскошной пятизвездочной гостиницы Испании.

Это явление привело к тому, что крупные капиталы стали инвестировать в прибрежные зоны, создавая, таким образом, новые туристические районы: Коста Брава в Каталонии, Коста Бланка в Леванте или Коста дель Соль в Малаге.

  • [1] Крючков А. А. История международного и отечественного туризма. С. 10.
  • [2] Ле Гофф Ж. Цивилизация средневекового запада. С. 108.
  • [3] Яковлев И. (Павловский И. Я.) «Очерки современной Испании» 1884—1885.С. 312.
  • [4] Боткин В. П. Письма об Испании. С. 46.
  • [5] Боткин В. П. Письма об Испании. С. 114.
 
<<   СОДЕРЖАНИЕ ПОСМОТРЕТЬ ОРИГИНАЛ   >>