Полная версия

Главная arrow Этика и эстетика arrow Эстетика

  • Увеличить шрифт
  • Уменьшить шрифт


<<   СОДЕРЖАНИЕ   >>

Гегель

Концепция Г. В. Ф. Гегеля (1770–1831) изложена им в "Лекциях по эстетике" и в других работах. Искусство, в понимании Гегеля, есть одна из высших форм воплощения абсолютной идеи (бога). Популярным стал гегелевский афоризм о том, что искусство – это эпоха, схваченная в чувственно-образной форме. Искусство создается как результат особой формы человеческой деятельности. Художественное творчество представляет собой опредмечивание сущностных сил человека.

Прекрасное является, согласно Гегелю, основной эстетической категорией. В произведении искусства может содержаться и безобразное, но только в "снятом" виде. Преодоление безобразного прекрасным происходит благодаря авторскому приговору какому-либо явлению.

Искусство прошло в своем развитии, согласно Гегелю, три исторические стадии: символическое искусство (доминирует на Востоке); классическое искусство (античное); романтическое искусство (преобладает в современной христианской Европе). Критерием для различения этих стадий является соотношение между художественным содержанием и формой. В символическом искусстве содержание еще не нашло адекватной формы (основной вид искусства – архитектура). Классическое искусство отличалось единством формы и содержания (основной вид – скульптура). В романтическом искусстве произошел разрыв: содержание перерастает форму (основные виды искусства – живопись, музыка, поэзия).

Гегель полагал, что уже с гибелью античности исчезло единство человека и общества, была утрачена гармония в человеке. Античное искусство обладало мощным воспитательным воздействием. Настоящее искусство должно восстановить в человеке утраченную гармонию.

Для Гегеля характерен исторический подход к эстетическим категориям. Он утверждал, что невозможны вечные и неизменные определения категорий в эстетике и их роли в развитии искусства. Для Востока (символическое искусство) основная категория – возвышенное. Для классики (античность) главная категория – прекрасное. Трагическое и комическое выходят на первый план в кризисные периоды истории и отражают ее реальные противоречия.

Гегель утверждал, что искусство не должно копировать действительность. Даже в том случае, когда копия доставляет вначале некоторое удовольствие, оно остывает тем быстрее, чем более копия походит на оригинал: "существуют портреты до отвратительности похожие". Искусство организовано сообразно своим принципам, которые не тождественны принципам организации жизни. Если бы художник стал просто излагать реальные подробности какого-либо случая, то он сделал бы изображение тусклым, безвкусным, утомительным и невыносимым.

Развитие эстетики в России

До конца XVIII в. эстетики как теоретической дисциплины в России не существовало.

Позднее эстетические взгляды во многом определялись противостоянием двух основных идеологических направлений: славянофилов и западников.

Славянофилы настаивали на самобытности русского пути развития на том основании, что существование общины и православия сформировали в России уклад жизни, который превосходит собой европейский. Одним из центральных понятий славянофильской эстетики являлось понятие "соборность", понимаемое как характеристика русской жизни и русского национального характера. Соборность, как толковали ее славянофилы, – это абстрактное единство всех людей "в любви" при сохранении индивидуальности каждого. Что означает "единство в любви" – так и осталось неясным. Любовь невозможна без ее предмета. Любовь к чему именно соединяет людей: любовь к богу, к царю, к "раю на земле" или к чему-то другому? Этот ключевой вопрос, без ответа на который понятие "единение в любви" лишается смысла, так и повис в воздухе.

Славянофилы критиковали эстетизм "чистого искусства" и полагали, что художественное творчество должно отражать и утверждать общинный характер русского народа, христианскую религиозность и смирение русского человека. Искусство призвано воплощать в жизни идеал соборности.

А. С. Хомяков подчеркивал, что презрение к родному народу породило "безнародность" в искусстве. И. В. Киреевский писал, что настоящее искусство учит святости жертвования, а значит, приводит к христианской этике. Позднее идеи славянофилов получили продолжение в идеологии почвенничества (А. А. Григорьев, Ф . М. Достоевский, Η. Н. Страхов). Они вступили в полемику с Н. Г. Чернышевским и Д. А. Писаревым о революции, прогрессе и искусстве. История при этом понималась славянофилами как борьба за победу христианства, а особой религиозной миссией русского народа, призванного спасти человечество, считалось создание каких-то не особенно ясных "новых форм жизни". Вслед за ранними славянофилами почвенники отстаивали самобытный путь развития России. Отвергая буржуазную демократию по европейскому образцу, они одновременно высоко оценивали европейскую культуру, не отдавая себе отчета в том, что демократия являлась (и остается) ключевым моментом западноевропейской культуры.

Западник В. Г. Белинский подчеркивал в своих работах общественное значение искусства, его социальноисторическую детерминированность и гражданские функции. Жизнь выше искусства. Ранний Белинский утверждал, что прекрасно то, в чем есть жизнь. Полнота прекрасного проявлена всего более в действительности, в искусстве мы видим его отблеск, схваченный художником. Эстетический идеал обусловлен исторически и социально. Трагическое существует вследствие неустроенности мира; искусство вскрывает эту неустроенность и побуждает к творческому изменению действительности. Комическое Белинский понимал как то, что противоречит идее жизни, а сатиру – как единственно достойную форму комического. Движущая сила сатиры – ненависть, источником которой является любовь. Сатира – это "гроза духа, оскорбленного позором общества". Белинский подчеркивал познавательную силу искусства: искусство извлекает из действительности ее сущность, будучи не только зеркалом действительности вообще, но и зеркалом общественной жизни. Служение общественным интересам следует из природы искусства и согласуется с творческой свободой художника: художник должен быть прежде всего гражданином; он – следователь и обвинитель жизни в одном лице. Белинский поддерживал идею о единстве этического и эстетического: настоящее искусство всегда нравственно, а содержанием произведения искусства является "нравственный вопрос, эстетически решаемый". Народ является исконным трудовым слоем нации, именно поэтому искусство обязано быть народным. Задача демократической интеллигенции – помочь русским людям "вырасти до самих себя", а "народ нужно учить, просвещать и образовывать".

II. Г. Чернышевский утверждал, что высшая красота – это красота в жизни. Прекрасное есть жизнь, писал он. Прекрасно то существо, в котором мы видим жизнь такой, какой она должна быть по нашим понятиям; прекрасен тот предмет, который выказывает в себе жизнь или напоминает нам о жизни. Представление о красоте социально-исторически обусловлено: для трудящихся идеал красоты связан со здоровьем (отсюда народный идеал женской красоты); у образованных людей идеал может быть извращенным. У каждой исторической эпохи свое представление о красоте. Трагическое Чернышевский определял как "ужасное в человеческой жизни", комическое – как "преобладание образа над идеей" (например, внутренняя ничтожность, прикрывающаяся внешностью, претендующей на глубину и значение). Для искусства характерно, что оно является одновременно воспроизведением жизни, ее объяснением, приговором реальному положению дел и, наконец, учебником жизни.

Н. А. Добролюбов считал, что народность искусства связана с воспроизведением настроений и интересов революционного крестьянства. Он выдвинул концепцию человека – героя времени: на смену "лишним" людям, мечтателям и им подобным как в жизни, так и в искусстве должен прийти реалист, способный преобразовать действительности.

Д. И. Писарев полагал, что эстетика не является и не может стать наукой, поскольку наука опирается на опытное знание, а в искусстве царит произвол. Прекрасное объективно не существует, есть бесконечное разнообразие субъективных вкусов. В общем и целом история ведет от красоты к пользе: чем дальше человечество живет на свете и чем умнее оно становится, тем равнодушнее оно относится к чистой красоте и тем сильнее дорожит теми атрибутами человеческой личности, которые сами но себе составляют деятельную силу и реальное благо. Писарев провозгласил ставшую широко известной нигилистическую идею "сапоги выше Пушкина". Жизнь богаче, выше любого искусства, наука гораздо полезнее, чем искусство, так что писатели должны сделаться популяризаторами научных идей.

В конце XIX в. в русской эстетике существовало три основных течения: демократическое (народники, Л. Н. Толстой): религиозно-философское (В. С. Соловьев); либерально-эстетское (группировавшееся вокруг журнала "Мир искусства").

Л. Толстой начинал с оппозиции к утилитарной эстетике, выступая против односторонней "пользы" как принципа отношения к искусству. Но позднее Толстой отверг все социальные институты (государство, систему образования), образ жизни высших классов вместе с их наукой и культурой. Искусство он трактовал как одно из коммуникативных средств, посредством которого публика "заражается" чувствами автора. Однако такое "заражение" чужими чувствами редко оправдано. Люди труда живут своими, подлинными идеалами. Толстой отвергал Шекспира, Данте,

Бетховена, Рафаэля, Микеланджело: их искусство дико и бессмысленно, поскольку оно непонятно народу. Подвергалась сомнению Толстым и ценность собственного творчества. Гораздо важнее ему казались народные сказки и другие рассказы для народа, чьи главные достоинства – доступность, понятность. Этическое и эстетическое связаны, по мысли Толстого, обратно пропорционально: чем больше эстетического, тем меньше этического.

История, с точки зрения В. С. Соловьева, представляет собой постепенное просветление косной материи, ее одухотворение, интеграцию частей при сохранении значения каждой. Красота – это "преображение материи через воплощение в ней другого, сверхматериального начала". Высшая красота – бог, начало и конец всего. Земная красота – лишь символ высшей красоты, и в этом ее ценность. Красота в природе, по Соловьеву, ниже, чем красота в искусстве. Искусство не отражает, не повторяет природу, а продолжает то художественное дело, которое начато ею. Соловьеву были одинаково чужды как теория "искусства для искусства", так и утилитаризм в эстетике.

Представители эстетики, связанной с кругом журнала "Мир искусства" (В. А. Серов, М. А. Врубель, И. И. Левитан, М. В. Нестеров, К. А. Сомов и др.) пытались практически объединить различные виды художественной деятельности. Идейными вождями "мирискусников" были С. П. Дягилев, А. Н. Бенуа. Цель искусства усматривалась в нем самом: искусство ценно и полезно само но себе.

Во второй половине XIX в. на смену традиционному искусству приходит современное искусство. Параллельно с этим, начиная уже с Ф. Ницше (1844–1900), традиционная эстетика постепенно вытесняется современной эстетикой. Встает не разрешенная и сейчас задача включения в современную эстетику всех тех позитивных идей, которые содержались в традиционной эстетике и которые выдержали испытание опытом современного искусства.

Подводя итог этому краткому очерку развития эстетики, можно еще раз подчеркнуть, что эстетика как наука имеет такую же древнюю историю, как и сама философия.

 
<<   СОДЕРЖАНИЕ   >>