Полная версия

Главная arrow Политология arrow Международные отношения стран Азии и Африки. Проблема исламизма

  • Увеличить шрифт
  • Уменьшить шрифт


<<   СОДЕРЖАНИЕ ПОСМОТРЕТЬ ОРИГИНАЛ   >>

ПОЯВЛЕНИЕ «ИСЛАМСКОГО ГОСУДАРСТВА» (ИГ)

Известный в России и далеко за ее пределами российский философ А. Зиновьев описывал этот феномен и причины его появления следующими словами: «Бесспорно, мировой терроризм есть факт... Он порожден социальным строем западных стран, их интеграцией в единое сверхобщество, их жизнедеятельностью по глобализации (по овладению планетой) и по западнизации незападных стран и народов. Он возник как сопротивление этому процессу... Естественно, он использовал те возможности, которые Запад ему предоставлял. Более того, западный мир во главе с США сам осуществляет глобализацию человечества методами террора, являясь образцом для подражания и оправдывая терроризм в глазах террористов» [Зиновьев, 2016. С. 525-526].

Предпосылки

Появление «Исламского государства Ирака и Леванта[1]» (ИГИЛ) для мировой общественности стало полной неожиданностью. Оно требует глубокого осмысления в контексте глобальных перемен, включая времена кризиса и краха СССР. Почему базой ИГ стали Ирак и Сирия? Какова его идеология и стратегическая цель? Кто его сторонники, кто его финансирует и вооружает?

Немного истории стран, так или иначе связанных с ближневосточным конфликтом[2].

В 1958 г. на волне подъема арабского национализма Египет объединился с Сирией, союзное государство стало называться Объединенная Арабская республика (ОАР). В 1961 г. Дамаск из него вышел, посчитав, что условия союза его не устраивают. Египет вскоре после смерти президента Гамаль Абдель Насера (1971) вернулся к собственному названию — Арабская Республика Египет (АРЕ). Анвар Садат, пришедший на смену Насеру, взял курс на сближение с США и установление мира с Израилем. Радикальные националисты объявили его предателем, и в 1981 г. он был убит в результате теракта, организованного одной из боевых групп «Братьев-мусульман».

В Сирии была создана общеарабская партия БААС («Возрождение»), имевшая свои филиалы в некоторых арабских странах. Это были светские режимы, их идеологией был арабский социализм, в котором социалистические элементы переплетались с панарабизмом и антиимпериализмом.

Почти на всём мусульманском Востоке сосуществовали суннитские и шиитские религиозные общины. Однако в администрации, армии и бизнесе этих государств они представлены непропорционально. В Ираке, например, ведущую роль в жизни общества традиционно играли сунниты (около 30% населения). Шииты составляют около 60 % населения и (что очень важно) живут в основном на юго-востоке страны, в том числе в пограничных с шиитским Ираном районах.

С 1979 по 2003 гг. Иракской республикой фактически единолично правил суннит Саддам Хусейн, отличавшийся крайней жёсткостью

(если не сказать — жестокостью), коварством и упорством в достижении цели. После того как в 1979 г. в Иране свершилась исламская революция, шиитские районы Ирака подверглись влиянию иранской шиитской пропаганды, направленной против суннитского режима С. Хусейна. Одновременно в связи с активизацией в Ираке борьбы местных курдов за независимость правящий режим начал против них карательные операции с применением химического оружия, а также развязал репрессии против нелояльных ему соотечественни- ков-шиитов. В итоге между Ираком и Ираном вспыхнула кровопролитная война, продолжавшаяся с 1980 по 1988 год[3].

Война с Ираном опустошала иракскую казну, и Саддам Хусейн вознамерился компенсировать военные расходы, оккупировав богатый нефтью соседний Кувейт, оправдываясь тем, что в стародавние времена территория Кувейта якобы относилась к Ираку. В ситуацию вмешались (как всегда) США с союзниками. 17 января — 28 февраля 1991 г. они провели военную операцию «Буря в пустыне», разгромив иракскую армию. ООН наложила на Багдад санкции, резко ограничив экспорт иракской нефти.

В Сирии ситуация складывалась по-другому. Там сунниты составляют не менее 60 % населения, и представители суннитских кланов занимали высшие ступени социальной лестницы. Остальные 40% сирийского населения— этноконфессиональные меньшинства: алавиты, курды, друзы, исмаилиты, христиане и др. Для суннитов служба в армии не считалась престижной, поэтому в силовых структурах ключевые посты оказались в руках представителей национальных меньшинств и в первую очередь алавитов[4] (они же стали и костяком партии БААС). Алавиты не идентифицировали себя как мусульмане и находились на нижних ступенях социальной лестницы.

В 1970 г. в результате военного переворота к власти пришел алавит Хафез Асад, отец нынешнего президента Башара Асада. Поскольку в конституции Сирии записано, что главой государства может быть только мусульманин, то с целью сохранения верховной власти ала- виты объявили себя шиитской ветвью ислама. Против Хафеза Асада выступили исламские экстремисты во главе с «братьями-мусульма- нами», которые развернули террористическую деятельность по всей Сирии, с особой жестокостью расправляясь с курсантами военных училищ, членами и активистами партии БААС. В ответ X. Асад объявил «братьям-мусульманам» тотальную борьбу и фактически убрал их с политической арены. После этого течение 30 лет в Сирии царили относительный мир и спокойствие. Кстати, алавиты, составляя большинство в спецслужбах, военных и партийных структурах, не были таковым в административных органах и — надо отдать им должное — старались делиться властью: одно время президентом Сирии был курд, а премьером — суннит.

Многие западные аналитики считали меры сирийских властей, предпринимавшиеся ими против оппозиции, недопустимо жестокими. Однако неизвестно, какова была бы судьба тех, кого в случае захвата власти исламистами посчитали бы «неверными». Ваххабитское течение в суннитском исламе (иногда его называют «салафизмом») отличается крайней нетерпимостью к представителям других конфессий. На ваххабитах лежит ответственность (и они её признают!) за жестокости и уничтожение шиитов, курдов, езидов и христиан.

В то же время необходимо сказать, что к гражданской войне в Сирии привёл не только конфессиональный, но и экономический фактор. В течение нескольких лет в Сирии наблюдалась тяжелая засуха, поразившая в основном районы проживания суннитов. Из-за возведённой Турцией плотины и мощной ГЭС «Ататюрк» в общей для обеих стран реке Евфрат в два раза уменьшился сток воды, стали истощаться запасы подземных вод. Обнищавшие крестьяне нахлынули в города, уже переполненные беженцами из соседних стран.

За период с 1963 по 2013 гг. население увеличилось с 5 млн человек до 22,5 млн. Резко выросла безработица, в том числе среди образованной молодежи, которая, как известно, инициировала волнения в большинстве стран так называемой арабской весны. Захваченные идеями «западной демократии», молодые люди наивно полагали, что она является универсальной и подходит для стран иного уровня общественного развития, истории и культуры.

Все государства мира соответственно имеют тот политический режим и ту власть, до которых созрело общество. Поэтому навязывать всем странам западную модель демократии и вообще вмешиваться в естественный ход развития крайне неразумно, так как это зачастую приводит к возникновению вражды между людьми, междоусобным и межконфессиональным войнам.

За взрывами боевиками «Аль-Каиды» американских посольств в Кении и Танзании в конце 90-х гг. последовала атака на здание Всемирного торгового центра в Нью-Йорке (11 сентября 2001 г.). Реакцией США стало вторжение в Афганистан американского воинского контингента в октябре 2001 г. под лозунгом борьбы с «Движением Талибан» и уничтожения лидера «Аль-Каиды» Усамы бен Ладена. В 2003 г. войска США и их союзников вторично оккупировали Ирак. Мотивы этих действий объяснялись необходимостью принятия мер по обеспечению национальной безопасности Соединённых Штатов и «попутно» — «демократизации региона». Естественно, с применением силы. Военное вторжение в Ирак стоило около 1,7 трлн долл., погибло более 150 тыс. иракцев и 4800 солдат коалиции.

В Вашингтоне не понимали и не пытались понять последствия своего грубого вмешательства. «Продвигая демократию», американцы нарушили сравнительно устойчивый баланс между этносами и конфессиями в регионе. Как упоминалось выше, в Ираке, где проживают мусульмане-сунниты и мусульмане-шииты, сунниты составляли меньшинство, но они были «ключевой группой общества». Оккупанты в лице войск США и НАТО свергли режим суннита Саддама Хусейна, изгнали из руководства страной его сторонников и поставили у власти «лояльных» к ним представителей шиитского большинства. Сунниты же, ранее доминировавшие в армии, полиции и спецслужбах, были устранены от дел. Рухнула вся административная властная структура, страну охватил политический хаос. Итог: сплотившиеся бывшие силовики-сунниты создали «Высшее командование джихада и освобождения», стали ядром сопротивления иностранным оккупационным войскам и навязанному ими шиитскому правительству и, в конце концов, стали своеобразным фундаментом, на котором возросло ИГИЛ.

Нечто подобное происходило и в Сирии, где на ключевых постах находятся представители алавитского религиозного меньшинства.

Но как получилось, что религиозное (а иногда — и этническое) меньшинство оказывается правящим? Исследователи предлагают следующую картину восхождения к власти выходцев «из низов». На верхних этажах управления государством обычно находится элита — знатные и богатые личности из большинства. Для малоимущих или обедневших и незнатных имеется крайне мало возможностей для выдвижения. Обычно они вынуждены заниматься непрестижными профессиями, к которым в колониальные и постколониальные времена относились служба в армии, полиции, политическом сыске и других специальных службах. Хотя высшие посты и здесь оставались за представителями этно-конфессионального большинства.

Так уж исторически сложилось, что немногочисленная правящая элита нуждалась в меньшинствах, которые курировали и организовывали торговлю, ведали сбором налогов, составляли костяк административных служб и в колониальные времена выступали посредниками в отношениях с метрополиями. Из них шёл набор в элитные гвардейские части и охрану правителя и столицы. Замирённые кочевые племена контролировали границу. Вероисповедание представителей меньшинств, их национальные обычаи и внутренняя система управления значения не имели. XX век, ознаменовавший крах мировой колониальной системы, «обрушил всё это — вместе с самими империями» [Сатановский, 2016. С. 433].

В XX — начале XXI в. представителей «задвинутых» на вторые и третьи роли национальных и религиозных меньшинств такой порядок уже, естественно, не устраивал, и в ходе неоднократных военных переворотов и мятежей им удалось захватить ведущие позиции. Теперь они были озабочены обеспечением поддержки их деятельности со стороны населения. Предложив народу своего рода сделку — лояльность в обмен на безопасность, они её получили [Эль Мюрид, 2016. С. 24-25].

Такие отнюдь недемократические способы захвата власти и методы управления вызывают в «демократических» США и странах Запада осуждение. Новых правителей называют диктаторами. Но — это Восток с собственными традициями и менталитетом, а не Запад со своими «двойными стандартами», которые просчитывают ситуацию только с точки зрения его глобальных интересов.

Первые победы ИГ можно объяснить внезапностью, с которой эта организация подобно чёрной грозовой туче появилась в чрезвычайно запутанном узле противоречий региона Ближнего Востока. Противостояние развивалось одновременно по многим направлениям: суннитско-шиитский конфликт, клановые и племенные «разборки», борьба за региональное влияние между рядом государств Ближнего и Среднего Востока, прежде всего Ираном и Саудовской Аравией. Добавим острое соперничество внешних игроков, в которое в какой-то момент активно вступила Россия, и агрессивные действия Запада в отношении мира ислама.

Начало

Исследователи полагают, что за созданием ИГИЛ стояла группировка «Аль-Каида Ирака», образованная в 2004 г., т. е. через год после вторжения в Ирак войск западной коалиции во главе с США. В 2006 г. в Ираке в результате слияния 11 радикальных исламистских суннитских группировок — сторонников «Аль-Каиды» Усамы бен Ладена — была создана организация «Исламское государство Ирака». Её руководителем был иорданец Абу Мусаб Заркави, убитый в 2006 г. Организация была напрямую связана с «Аль-Каидой» и финансировалась из её «центрального бюджета».

В 2010 г. организацию возглавил уроженец Ирака Абу Бакр аль-Багдади, а собственно название «Исламское государство Ирака и Леванта (Шама)» появилось 9 апреля 2013 г. С этой даты ИГИЛ в союзе с антиправительственными силами; видимо, с нее и следует определять начало жестокой войны ИГИЛ против режима Башара Асада и народа Сирии.

О создании в Сирии халифата под названием «Исламское государство» (ИГ) было объявлено 29 июня 2014 г[5]. Конечная цель — создание более масштабного государственного образования с охватом территорий Сирии, Ливии и Ирака. Форма правления ИГ — шариат. Штаб-квартира — г. Ракка (территория Сирии). В руководство вошли бывшие офицеры политической разведки правительства казнённого президента Ирака Саддама Хусейна. ИГ контролировало 8 из 18ирак- ских провинций, а также проявляло активность в Сирии, Ираке, Иордании и Ливане. Затем оно отмежевалось от «Аль-Каиды» и финансировалось теми представителями иракской общины суннитов, которые требовали изгнания из своей страны американцев. По данным Центрального разведывательного управления США на сентябрь 2014 г., численность отрядов ИГ составляла от 20 до 31 тысячи боевиков [6].

Ни одна страна мира не признала этого государства.

Упоминавшийся выше германский журналист Ю. Тоденхёфер пишет, что госдепартамент США был серьёзно встревожен информацией о растущем военном и политическом сопротивлении в Ираке. Требовалось, в конце концов, обнаружить то самое «мифическое оружие массового уничтожения, из-за которого, собственно, развязали эту войну». Как известно, никакого оружия массового уничтожения (ОМУ), о котором докладывало ЦРУ, найти не удалось. Зато

«число погибших американских “джи-ай”[7] беспрерывно росло» [То- денхёфер, 2017. С. 9].

США вроде бы «выиграли» эту войну и ушли из Ирака в конце 2011 г., поставив у власти представителей шиитов, хотя ранее, как уже говорилось, опирались на суннитов и обещали сохранить за ними правительственные посты. Но ни американцы, ни новое иракское правительство так и не сдержали своих обещаний. Сунниты фактически были исключены из политической жизни страны, их всячески подавляли и преследовали. Местью шиитского премьер-министр Ирака Нури аль-Малики за диктатуру режима Саддама Хусейна стало установление жёсткого антисуннитского режима. Этим и воспользовались лидеры ИГ, к которым присоединились бывшие командиры армии Саддама, увеличившие численность своих отрядов.

Параллельно набирало ход вооруженное сопротивление режиму Асада в Сирии. Ударной силой этой части оппозиции стала террористическая организация «Джебхат ан-Нусра»[8] под командованием сирийца Абу Мохаммада аль-Джулани. К восстаниям в Сирии оказались причастны несколько правительств Ближнего Востока и Запада, заинтересованных в свержении режима президента Б. Асада: Саудовская Аравия, Катар, США, Франция, Англия... Они стремились сплотить и укрепить оппозицию Асаду, снабжая её деньгами, поставляя оружие и оказывая соответствующее воздействие на общественное мнение. Оружие, по данным некоторых исследователей, прибывало в контейнерах морем или же по воздуху сначала в Турцию, а затем по суше перебрасывалось на территорию Сирии, в районы, оккупированные боевиками ИГ. Нередко местные посредники из «умеренных» группировок занимались перепродажей иностранного вооружения и боеприпасов близким по духу экстремистским организациям, получая баснословные доходы. Снабжение террористов деньгами, оружием и «добровольцами» осуществлялось, в основном, из Саудовской Аравии и Кувейта и было поставлено на широкую ногу. Такого рода деятельность запрещена законодательством этих стран, поэтому ею занимались частные спонсоры и «благотворительные исламские фонды». Львиная доля денег и оружия, естественно, доставалась радикальным исламистским группировкам» [Тоденхёфер, 2017, С. 13].

К тому времени боевики ИГ уже контролировали 35 % территории Сирии и большую часть её газовых и нефтяных месторождений, а общая площадь оккупированной ИГ территории оценивалась в 40- 90 тыс. кв. км., население на подконтрольных территориях в 2014 г. насчитывало 9 млн человек[9].

Численность боевиков

В отношении численности данные разнятся. «Исламское государство», как и его предшественник «Аль-Каида Ирака», привлекает в свои ряды представителей разных национальностей. Хотя никто, кроме, возможно, высших руководителей ИГ не в состоянии назвать точную цифру количественного состава его отрядов. В течение 2014 и 2015 гг. число членов ИГ оценивалось от 9 тыс. до 200 тыс. чел. В сентябре 2014 г. представитель ЦРУ сказал, что предполагаемое число членов ИГ 20 тыс. — 31 500 боевиков, и что в Сирию прибыло приблизительно 15 тыс. иностранных боевиков из 80 стран, включая 2 тыс. «западников». В начале 2015 г. американские разведслужбы давали цифру в 20 тыс. иностранных боевиков, прибывших в Сирию из 90 стран, начиная с 2011 г., и более 3 400 «западников»— в Сирию и Ирак. Многие присоединились к ИГ [Foundations of the Islamic State, 2016. P. ХХ1-ХХШ].

По информации британских спецслужб (март 2016 г.), на стороне халифата воюют граждане 50 государств. 70 % из них приходится на арабские страны, но лидерами по числу наёмников из европейских стран являются Франция, Германия и Великобритания. В декабре 2015 г. ФСБ РФ сообщала о примерно 2 тыс. россиян, примкнувших к ИГ.

И, наконец, в июне 2017 г. президент РФ В. Путин в интервью режиссеру Оливеру Стоуну сообщил, что «численность террористов группировки ИГ составляет порядка 80 тысяч человек, из них 30 тысяч — наемники из 80 стран мира, включая Россию»[10].

Вооружение

Террористы ИГ используют более 100 видов оружия происхождением примерно из 25 стран. Большую часть современного оружия и боеприпасов, в том числе бронетехнику, боевики захватили на военных складах иракской армии, отступавшей из Мосула.

Одним из основных и массовых видов оружия в армии ИГ является автомат Калашникова калибра 7,62 мм. На втором месте — ручной противотанковый гранатомёт М-79 «Оса» производства бывшей Югославии.

Из высокоточного оружия специалисты отмечают созданную на базе немецкого магазинного карабина разработки 1935 г. Mauser 98k, бывшего на вооружении армии Третьего Рейха, хорватскую снайперскую винтовку Elmech ЕМ992. Другой образец снайперской винтовки — китайская Туре 79 калибра 7,62 мм (точная копия винтовки СВД, производившейся в СССР).

По данным различных источников, в самые лучшие времена армия «халифата» располагала 140 американскими танками Abrams М1А1, захваченными у иракской армии. Стоимость танка— около 4,3 млн долл. На вооружении армии ИГИЛ находилось также большое количество танков производства СССР, а именно: Т-55 — средний танк 60-х— 70-х годов прошлого века, Т-62— продолжение и модификация машин Т-55, и легкая бронетехника типа БМП и БРДМ. Наиболее современным образцом, захваченным в единственном числе у сирийских правительственных войск в 2017 году, стал российский танк Т-90.

Основным противотанковым вооружением боевиков стали гранатометы РПГ-7. Среди захваченного ими вооружения оказалось некоторое количество противотанковых управляемых комплексов «Конкурс», «Фагот» и китайские ПТРК HJ-8.

В руки террористов попали 52 артиллерийские буксируемые гаубицы Ml98 Howitzer стоимостью 0,5 млн долл, за штуку производства США.

Сообщалось также о наличии у боевиков реактивных систем залпового огня (РСЗО) БМ-21 и оперативно-тактических ракетных комплексов (ОТРК) СКАД армии Ирака, изготовленных на базе советских баллистических ракет Р-17. Однако ввиду отсутствия у ИГ квалифицированных специалистов ни одна ракета СКАД не взлетела.

Большой популярностью у боевиков пользуется автомобиль пикап Toyota Hilux, вооружённый крупнокалиберным пулеметом ДШКМ (или его китайский аналог «Тип 54»). Это модернизированный пулемёт Дегтярева и Шпагина, который и сегодня обладает высокой эффективностью стрельбы по бронированным целям. Второй по популярности для установки на пикапы — 14,5 мм крупнокалиберный пулемет Владимирова (КПВТ), который представляет серьезную угрозу для легкой бронированной техники и авиации. Встречаются и пикапы, оснащённые 107-мм реактивной системой залпового огня «Тип 63», китайского производства и счетверённой пусковой установкой 122-мм ракет SACR (Египет).

В первый год войны в Сирии и Ираке боевики ИГИЛ захватили некоторое количество американских вертолетов UH60 Black Hawk, истребителей МиГ-21 и МиГ-23 советского производства. Однако полное господство в воздухе авиации России и стран НАТО, установление «зон запрета доступа» над военными базами с использованием зенитно-ракетных комплексов С-400 и Панцирь-Cl не дали террористам возможности подняться в небо. Большинство самолётов были уничтожены на аэродромах.

Боевики активно используют беспилотные летательные аппараты (БПЛА), созданные на основе коммерческих моделей квадро- и гек- сакоптеров. Они снабжены видеокамерами высокого разрешения, усиленными аккумуляторами; минометные снаряды подвешивают на БПЛА и сбрасывают над позициями противника.

Из средств ПВО боевики ИГ используют крупнокалиберные пулеметы и переносные зенитно-ракетные комплексы (ПЗРК). Террористам удалось захватить также некоторое количество американских комплексов «Стингер», российских ПЗРК «Стрела», «Игла» и с их помощью сбить несколько вертолетов сирийской армии.

Пропаганда

Подпольные группировки сторонников ИГ ведут активную пропаганду среди граждан разных стран, вербуя их в свои ряды. В этом направлении особенно сильна деятельность сторонников «халифата» в Иране, Афганистане и Пакистане. Что касается их влияния в странах Запада, то, по последним данным, около 15 % молодых подданных, например, Великобритании поддерживают ИГ. Среди них не только мусульмане, но и граждане, недовольные внешней политикой и правительством Лондона.

Из России для участия в войне на стороне ИГ уезжали выходцы с Северного Кавказа, жители больших городов Сибири, Поволжья и других регионов России. Русскоязычная пропаганда «халифата» особенно воздействовала на мусульман центральноазиатского региона. Радикальные интернет-пропагандисты убеждали их, что именно на «очищенной» от язычников, кафиров и шиитов территории они обретут мирную жизнь, следуя канонам ислама.

Администрация ИГ создала высокопрофессиональную пропагандистскую структуру, состоявшую из «центральных» СМИ («аль-Фуркан медиа» и «аль-Хаят медиа») и «региональных». Кроме того, информагентство AMAQ News освещало ход военных операций и жизнь в «халифате». За годы своего существования ИГ выпустило более 41 тысячи медиарелизов и создало с помощью своих сторонников 2,3 миллиарда аккаунтов в соцсетях. Начав с закрытых форумов, в 2013 г. джихадисты активно перешли на твиттер. На пропаганду денег не жалели. По некоторым данным, в годы победоносного шествия ДАИШ по территории Ирака и Сирии (2014-2015) пропагандистам платили в семь раз больше, чем рядовым боевикам[11].

Со временем спецслужбы мира научились удалять и блокировать этот контент. Например, как недавно сообщил госсекретарь США Р. Тиллерсон на встрече с министрами стран-членов международной антитеррористической коалиции, возглавляемой США, пропаганда идеологии террористической группировки «Исламское государство» в социальных сетях за последний год сократилась примерно на 75%. «Нам также удалось, — сказал он, — заблокировать более 475 тысяч аккаунтов в Twitter, связанных с террористами»[12].

Тем не менее, ИГИЛ продолжает экспериментировать с разными площадками, блогами и соцсетями. Каналов распространения пропаганды становится меньше, однако теперь исламисты переходят в dark net — скрытую часть сети, а там отслеживать их действия весьма затруднительно.

Летом 2015 г. пропагандистский аппарат ИГ объявил о создании русскоязычного СМИ «Фурат медиа». Чеченские боевики, прибывшие на войну в Сирию, создали сайт, специализировавшийся на освещении новостей с поля боя и призывах к «братьям» присоединяться к борьбе. «Фурат медиа» возглавил Абу Джихад (Ислам Атабиев из Карачаево-Черкесии). Проведя переговоры с группами джихадистов на Северном Кавказе, он убедил их примкнуть к ДАИШ и объявить о создании «вилаята (провинции) Кавказ» на Северном Кавказе. Русскоязычная пропаганда отличалась высоким профессионализмом: первоклассные съемки, режиссура, монтаж, спецэффекты, включая «статистику» и инфографику. Причем далеко не все сюжеты связаны с казнями и боевыми действиями, очень много из них рассказывает о деятельности полиции, судов, системы здравоохранения и других аспектах повседневной жизни Исламского государства. Пропагандисты ИГ сумели создать даже несколько полнометражных фильмов, специалисты довольно высоко оценивают их качество. Новинка последнего времени — пропаганда, направленная на детскую аудиторию, в том числе игры и мобильные приложения.

Сам бренд «халифата» был одним из сильнейших пропагандистских приемов. В соответствии с концепцией ислама, халифат — это единственный тип исламского государственного устройства, имеющий правовые последствия для всей мировой мусульманской общины. Все мусульмане обязаны признать его правителя и присягнуть на верность. Отсюда следовало, что эмиграция в халифат или участие в боевых действиях — обязанность каждого мусульманина наравне с молитвой, постом и паломничеством. Но пилюлю надо подсластить, поэтому халифат — это ещё и светлая мечта, братство, справедливость в жизни, устроенной по законам Аллаха. Значительная часть русскоязычной пропаганды ИГ освещала «мирную жизнь» в «халифате», демонстрируя красоты природы, школы, больницы, забитые продуктами супермаркеты и т. п.

В последнее время русскоязычный «Фурат медиа» резко сократил объем своего оригинального контента. Однако уже 18 октября

2017 г. ИГ выпустило новую листовку с призывами готовить теракты на чемпионате мира по футболу в 2018 г. в России.

Утрата территории, материальных ресурсов, бегство боевиков под ударами ВКС России и сил международной коалиции существенно сократили поток пропаганды. Руководство ИГ осознаёт, что с потерей идеологического аппарата проект халифата будет похоронен. Поэтому оно приступает к переориентации методов своей деятельности. Уже с конца 2015 г., когда спецслужбы разных стран ввели жёсткий контроль за прибытием в Сирию, ИГ сначала советовало своим сторонникам искать обходные пути или направляться в другие «провинции» халифата. А в прошлом году объявило, что те, кто не сможет прибыть на территорию «халифата», должны совершать теракты у себя дома. Территория ИГ сжимается как шагреневая кожа, и руководство ДАИШ теперь всё больше концентрируется на джихаде. По данным Международного центра изучения радикализации и политического насилия (ISCR), если в 2015 г. 53% пропагандистских изданий преподносили своим читателям и слушателям утопию о жизни в «халифате», а 39% романтизировали джихад, то в 2017 г. 80 % материалов были посвящены джихаду и лишь 14% — утопии [13].

Вместо пропагандистского журнала «Дабик» в ИГ стали издавать новый — «Румийя», который выходит на десяти языках, в том числе на английском, французском, немецком и русском. Журнал публикует серию материалов о тактике «справедливого террора», объясняя, например, методы обращения и владения ножом, подход к выбору грузовика для совершения наезда на толпу и т. д. В нём содержатся призывы к нападениям на посольства и дипломатов, объекты инфраструктуры, на граждан враждебных им государств.

Самый дешёвый и легкий способ ведения боевых действий — теракты, совершённые примитивно обученными смертниками. Чем чаще они происходят, тем большее медиапространство предоставляется их освещению в СМИ.

Такого рода внезапные нападения на беззащитных людей, несомненно, вызывают чувства ужаса, незащищенности и страха. Вместе с тем, как считают социологи, участившиеся случаи атак могут привести к постепенному снижению шокового эффекта, к восприятию терактов как обыденному явлению наподобие высокого уровня уличной преступности или автоаварий. И те же социологи отмечают, что религиозные люди, ожидавшие со дня на день апокалипсиса, сравнительно легко примиряются с ситуацией, когда, вопреки предсказаниям, конец света так и не наступает. Предсказатели способны интерпретировать события таким образом, что большинство верующих сохраняет приверженность им и группе.

И в данном случае пропагандисты ИГ будут стараться смягчить реакцию своих последователей, связанную с военным поражением. Они вновь выступят с призывами к мщению, к возвращению на фронты для борьбы за цели халифата. Тем более что даже после кажущегося неизбежным поражения ДАИШ другие террористические группировки, изучив его опыт и сделав выводы из его поражения, будут готовы поднять падающее чёрное знамя.

Идеология

Основным вопросом, ответ на который пытаются найти многочисленные отечественные и зарубежные эксперты, заключается в причинах появления такой организации, как ИГ, превосходящей по своей жестокости известную террористическую «Аль-Каиду».

«Исламское государство, — пишет Грэм Вуд в журнале “Atlantic” (США), — это не просто сборище психопатов. Это религиозная группа с тщательно продуманными убеждениями в том, что она является ключевым фактором грядущего апокалипсиса». И далее приводятся слова командующего специальными операциями США на Ближнем Востоке генерала Майкла К. Нагаты, который, признавая, что он едва начал разбираться в идеологических воззрениях ИГ, сказал: «Мы не победили эту идею. Мы даже не понимаем этой идеи»[14].

На практике руководство «халифата» предлагает следовать пророчеству и примеру Пророка до мельчайших деталей. Любой мусульманин может отвергать «Исламское государство», но не может отвергать изречения Пророка, которыми оперируют проповедники ИГ. В цитированной выше статье Г. Вуда говорится о том, что игнорирование религиозной составляющей борьбы уже заставило США недооценить угрозу и обратиться к глупым схемам борьбы с ней. «Нам нужно понять интеллектуальную генеалогию ИГ и реагировать таким образом, чтобы не укрепить его, а содействовать его самосожжению в пламени собственного чрезмерного рвения»[14].

Таджикский эксперт Д. Назиров считает, что совершение боевиками ИГ актов терроризма — это в какой-то степени реакция «на политику государственного террора США, на их вторжение в Ирак, свержение законно избранного президента Саддама Хусейна под предлогом уничтожения химического оружия в этой стране, которого, как известно, в Ираке не оказалось». Далее Д. Назиров указывает на несостоятельность обвинений С. Хусейна о его связях с «Аль-Каидой», первоначально выдвигавшихся американцами. Ведь в декабре 2014 г. ЦРУ рассекретило свои материалы и объявило, что таких связей на самом деле не было[6].

Действительно, все эксперты признают, что история создания ИГ берёт начало в принадлежности его лидеров к руководству «Аль-Каиды». Впоследствии они от него отошли, в частности, «из-за жесткого отношения к салафитам». По всей вероятности, причин для разногласий между террористическими группировками было несколько. Не в последнюю очередь имели место противоречия на почве извечной вражды между суннитами и шиитами. Кроме того, поведение лидеров во многом зависело от финансовой помощи спонсоров терроризма. Так или иначе, дело доходило до ожесточённых боевых столкновений между отрядами боевиков. Относительного согласия о примирении и объединении исламистов удалось достичь после того, как поступила информация о создании международной коалиции для борьбы с ИГ. Тем не менее, религиозные и политические разногласия среди сторонников «Аль-Каиды» и ИГИЛ сохранились.

От рук боевиков ИГ уже погибли тысячи шиитов, езидов, христиан. Огромное число граждан вынуждено бежать в Европу. В то же время нельзя не отметить приток в ряды боевиков добровольцев (см. гл. 3).

Идеология «Исламского государства» является салафитской. Для салафитов не существует разницы между понятиями «государство» и «религия». Все решения основаны на жесткой интерпретации шариата, который насаждается в районах, контролируемых исламистами.

Главный догмат салафитов — вера в единого Бога («таухид»). В основе идеологии салафитов лежит стремление вернуть правоверным ислам в «чистом виде», т. е. в том, в каком он существовал во времена преемников пророка Мухаммеда. Они отвергают любые нововведения и более поздние дополнения к вероучению, считая их неприемлемыми. Мусульмане, допускающие отклонения от строго определенной салафитами интерпретации ислама, считаются «кафирами» (еретиками) и приговариваются к смерти. Важно отметить, что своими действиями Аль-Багдади и его сподвижники смогли завоевать авторитет у многих молодых мусульман. Причина этого кроется в новой трактовке ислама. Подобно другим религиям, ислам призывает своих последователей к самоограничению и скромности в период земного существования, обещая взамен блага загробной жизни. Нынешнее же «Исламское государство» предлагает своим адептам воспользоваться этими благами уже сегодня, стать вершителями людских судеб. «Райские гурии» будут в их распоряжении не в иллюзорном будущем, а «здесь и сейчас».

Жестокие казни, практикуемые боевиками ИГ, служат доказательством их готовности «идти до конца». Решения о «жизни и смерти» на территории ИГ — это попытка спроецировать своего рода местную разновидность «власти народа». Любой малообразованный боевик начинает ощущать себя частью этого неформального правящего режима.

В социальных сетях вербовщики ИГ внимательно изучают профили пользователей, фотографии и комментарии, на основе которых производятся психологические расчёты и ведётся адресное воздействие на человека, включающее и рассылку роликов, и переписку с последующим контактом. Общаясь с одними, играют на чувстве справедливости, другим предлагают деньги для переезда и обустройства и хорошую зарплату.

К ИГ присоединяются совершенно разные люди, из разных социальных групп — богатые и бедные, высокообразованные и невежественные, глубоко религиозные и те, кто имеет о религии весьма смутные представления. Причины индивидуальны: низкий уровень жизни, невозможность зарабатывать на жизнь законным путем, высокий уровень коррупции и разочарованность властью, низкий образовательный и моральный уровень представителей официальных мусульманских структур. А в салафитских мечетях их принимают с распростертыми объятиями и во всём им помогают.

К отказу от традиционного ислама неопытную молодёжь может подтолкнуть низкий уровень компетентности отдельных представителей исламского духовенства, неквалифицированность имамов, которые не пользуются у верующих авторитетом.

Среди примкнувших к ИГ стоит отметить тех, кого привлекает именно жестокость обращения с «неверными». Такие убеждены, что настал их час, когда можно стать настоящим «вершителем судеб от имени Аллаха», безнаказанно совершать убийства.

  • [1] Левант, в узком смысле слова, включает Сирию и Ливан.
  • [2] Кива А. Исламское государство: откуда оно взялось? // Сайт Столетие,ру, 21.11.2014. URL: http://www.stoletie.ru/search/index.php?q=%E0.+%EA%E8%E2%E0.+%E8%F1%EB%E0%EC%F1%EA%EE%E5+%E3%EE%F1%F3%E4%E0%F0%Fl%F2%E2%EE&s= (дата обновления, 22. 11.2014).
  • [3] Кстати, США, оказавшись в острой конфронтации с режимом имамаХомейни, подталкивали Саддама к военному противостоянию с Ираном.
  • [4] Алавиты, или нусайриты, — одна из сект шиитов, исповедует тайное учение, которое представляет собой смесь исламских, христианских,манихейских элементов, а также элементов древневосточных астральныхкультов. Алавиты также разделяются на некоторые группы, большая частьверит в божественный принцип троицы.
  • [5] В СМИ используется также арабская аббревиатура ДАИШ (ад-дауляаль-исламийя аш-шамия).
  • [6] История возникновения ИГИЛ по версии таджикского ученого (интервью Д. Назирова) // Медиагруппа «ASIA-Plus» (Душанбе, Таджикистан),12.01.2015. URL: http://news.tj/ru/news/istoriya-vozniknoveniya-igil-po-versii-tadzhikskogo-uchenogo (Дата обращения 19.11.2017).
  • [7] От англ. G. I. (сокр. government issue — «казённое имущество») — расхожее название солдат вооружённых сил США. Первоначально так называлось только военное обмундирование и экипировка.
  • [8] Организация признана террористической и запрещена на территорииРФ. В июле 2016 г. переименована в «Джебхат Фатах аш-Шам».
  • [9] Халифат террора: «Исламское государство» вчера и сегодня // Сайт«ТВ-новости», 29.06.2016. URL: https://russian.rt.com/article/310195-halifat-terrora-islamskoe-gosudarstvo-vchera-i-segodnya (Дата обращения 19.11.2017).
  • [10] Путин назвал численность террористов ИГ // Сайт РИА Новости,15.06.2017: https://ria.ru/syria/20170615/1496521708.html (Дата обращения19.11.2017).
  • [11] Сокирянская Е. Проповедь ножа и топора. После разгрома ИГИЛ призовёт сторонников мстить самым дешёвым способом — терактами одиночек // Сайт Новая газета, 11.11.2017. URL: https://www.novayagazeta.ru/articles/2017/11/11/74515-propoved-nozha-i-topora (Дата обращения 19.11.2017).
  • [12] США: пропаганда ИГИЛ сократилась на 75% // Сайт islamtoday,23.03.2017. URL: http://islam-today.ru/novosti/2017/03/23/ssa-propaganda-igil-sokratilas-na-75/ (Дата обращения 19.11.2017).
  • [13] Сокирянская Е. Проповедь ножа и топора. После разгрома ИГИЛпризовёт сторонников мстить самым дешёвым способом — терактамиодиночек // Сайт Новая газета, 11.11.2017. URL: https://www.novayagazeta.ru/articles/2017/11/1 l/74515-propoved-nozha-i-topora (Дата обращения19.11.2017).
  • [14] Wood G. What ISIS Really Wants? 11 The Atlantic, March 2015 issue.URL: https://www.theatlantic.com/magazine/archive/2015/03/what-isis-really-wants/384980/ (Дата обращения 20.11.2017).
  • [15] Wood G. What ISIS Really Wants? 11 The Atlantic, March 2015 issue.URL: https://www.theatlantic.com/magazine/archive/2015/03/what-isis-really-wants/384980/ (Дата обращения 20.11.2017).
  • [16] История возникновения ИГИЛ по версии таджикского ученого (интервью Д. Назирова) // Медиагруппа «ASIA-Plus» (Душанбе, Таджикистан),12.01.2015. URL: http://news.tj/ru/news/istoriya-vozniknoveniya-igil-po-versii-tadzhikskogo-uchenogo (Дата обращения 19.11.2017).
 
<<   СОДЕРЖАНИЕ ПОСМОТРЕТЬ ОРИГИНАЛ   >>