Полная версия

Главная arrow Туризм arrow История туризма и гостеприимства

  • Увеличить шрифт
  • Уменьшить шрифт


<<   СОДЕРЖАНИЕ   >>

Часть 3. ИННОВАЦИОННЫЕ ИЗМЕНЕНИЯ В ТУРИЗМЕ И ГОСТЕПРИИМСТВЕ В XX В.

Глава 14. ПРОЛЕТАРСКИЙ ТУРИЗМ: ОРГАНИЗАЦИЯ ДВИЖЕНИЯ И ДЕЯТЕЛЬНОСТЬ

В результате изучения данной главы студент должен:

знать

  • • основные принципы и идеологические позиции концепции пролетарского туризма;
  • • факторы эволюции концепции пролетарского туризма;
  • • направления деятельности Общества пролетарского туризма и экскурсий;
  • • названия новых видов туризма и новых направлений туристских маршрутов;

уметь

  • • аргументировать причины продолжения традиции экскурсионного движения в России после 1917 г.;
  • • обосновывать причины формирования и эволюции концепции пролетарского туризма;
  • • выделять инновационные и творческие элементы в деятельности Общества пролетарского туризма и экскурсий;
  • • анализировать идеологические и политические мотивации в туристском движении советского времени;

владеть

  • • ретроспективным видением инновационного потенциала в деятельности Общества пролетарского туризма и экскурсий;
  • • навыком выявления новых технологий в создании туриродукта в 1920-1930-с гг.

14.1. Советское экскурсионное движение в рамках Российского общества туристов

На момент создания советского общества и государственности туризм представлял собой большей частью клубное и достаточно элитное движение с добровольной структурой закрытого типа. Создание единой организации – РОТ – не имело коммерческих целей, а ее деятельность носила просветительскую, оздоровительную, отчасти спортивную мотивацию, оставаясь в пределах социальных практик. Поскольку туризм в дореволюционной России не стал полноценной бизнес-структурой, то национализация промышленности и всех отраслей хозяйства после революции 1917 г. не слишком сильно повлияла на него. По этой причине в первое десятилетие советской власти сохранялись сильные традиции экскурсионного дела в России, а также клубные формы туристской деятельности. Тем не менее внедрение государственного руководства в эту область было неизбежным, поскольку просвещение и культура рассматривались как каналы идеологического воздействия на массы.

Свою деятельность РОТ возобновило с 1923 г., хотя его аполитичный характер и клубная организация не соответствовали новым задачам. Тем не менее новая власть должна была использовать сеть организаций РОТ, которые охватывали всю Россию и имели серьезный опыт работы, кадры экскурсоводов и переводчиков. В первые годы после революции отмечался быстрый рост членства в РОТ, поскольку были сняты сословные ограничения. Однако первоначально отсутствовало четкое представление о целях и задачах туризма, поскольку его традиционная для России клубная форма не предполагала никакой определенной концепции. Одни ценили туризм за образовательные экскурсии и возможность знакомства с новыми местами, другие полагались на оздоровительный эффект путешествий, третьи рассматривали туризм как отдых и развлечение (Орлов, с. 33). В связи с этим первоначально в туристскую работу был вовлечен довольно большой круг организаций.

Экскурсионную работу в первое десятилетие советской власти вел главным образом Народный комиссариат (министерство) просвещения (далее – Наркомпрос), при котором работало экскурсионное бюро. В составе последнего создавались так называемые экскурсионные станции для организации школьных экскурсий. Набор услуг был минимальный: ночлег и бесплатное питание в походах. В 1920 г. эта система включала центральную станцию и опорные станции на основных маршрутах. Первоначально они сосредоточились вокруг Петрограда и Москвы. Экскурсионные станции обеспечивали проведение походов и экскурсий в музеи, старые усадьбы, на предприятия и в природные заповедники. Уже в 1920 г. число экскурсантов превысило 138 тыс. человек. О коммерческой стороне туризма и экскурсий речь, разумеется, не шла. Некоторое время сохранялись традиции экскурсионного дела как общественного движения, но тенденция огосударствления нарастала.

С 1922 г. научно-исследовательский экскурсионный институт при Наркомпросе начал издавать "Экскурсионный вестник", в котором ставились новые задачи экскурсионного дела. Однако созданные в 1921 – 1922 гг. научно-исследовательские организации но развитию экскурсионного дела просуществовали недолго, поскольку не смогли выйти за рамки просвещенческой и воспитательной направленности. Экскурсионные станции и организованный ими "Дом экскурсанта" в Петрограде к 1922 г. были закрыты. Руководство экскурсионной работой постепенно переходило из рук общественности в структуры Наркомпроса, принимая государственный характер. Нельзя сбрасывать со счетов огромный всплеск социального творчества в первое десятилетие после революции, своего рода социальный энтузиазм, который охватил все сферы общественной жизни. От туризма также потребовалась бо́льшая определенность в своих социальных и политических установках. Экскурсионное дело рассматривалось как просвещенческая и пропагандистская структура, причем пропагандистские задачи постепенно начинали преобладать.

Развертыванию экскурсионного дела в немалой степени способствовало бурное становление музеев в советской России, в первую очередь историко-революционных. Только за 1917–1923 гг. было создано 270 новых музеев, в том числе 80 музеев революции. Они открылись во всех республиках, образовавших СССР, в губернских городах, иногда в старинных усадьбах и монастырях. В 1924 г. в Москве открылся Центральный музей революции. В разработке новых просветительских маршрутов участвовали виднейшие ученые-краеведы: академик С. Ф. Ольденбург, профессора Д. Н. Кайгородов, Л. С. Берг. Формирование мощной научной школы советского краеведения (Грсвс, Анциферов и др.) обеспечивало информационную базу экскурсионного и познавательного туризма.

Революционный энтузиазм 1920-х гг. затронул и сферу путешествий. Поскольку о комфорте речь не шла, а мотивация чаще всего была замешана на идеологии, в это движение активно вступила молодежь советской России. В 1926 г. Московский комитет комсомола (Всесоюзный ленинский коммунистический союз молодежи – ВЛКСМ) провел первую массовую экскурсию (300 человек) на строительство первой в СССР гидроэлектростанции – Волховскую ГЭС. Был выделен специальный поезд с плацкартными полками в три яруса. Электрического освещения в нем не было, состав не отапливался, о постелях речь не шла. Но молодой энтузиазм помог комсомольцам-туристам выдержать четырехдневное путешествие в таких условиях. Успех этой первой поездки предопределил развертывание кампании за массовый молодежный туризм в СССР. В 1927 г. при Московском комитете комсомола было создано бюро туризма, а с 1928 г. аналогичная структура работала при Центральном комитете ВЛКСМ.

В первое десятилетие советской власти туризм реализовался в развитии познавательного экскурсионного движения под лозунгом: "Хочешь знать СССР – будь туристом!". Поскольку для полноценных длительных путешествий не было ни организации, ни инфраструктуры, ни средств, туристское движение первых лет советской власти переместилось в область экскурсионной деятельности. Акцент на пропагандистскую и познавательную роль экскурсий определял их маршруты и объекты. Самую активную роль в становлении экскурсионного дела в новой России сыграл Наркомпрос, при участии и по инициативе которого было открыто шесть экскурсионных станций: три в окрестностях Петрограда и три около Москвы. Еще в годы Гражданской войны было проведено огромное количество кратковременных экскурсий, охвативших почти 300 тыс. человек. В 1924 г. было создано бюро дальних экскурсий, которое пыталось восстановить многодневные маршруты в Крыму, на Кавказе и создать маршрут "Москва – Ленинград". За лето 1924 г. по дальним маршрутам прошло 2139 экскурсантов (Орлов, с. 35), но поскольку туристами в этих маршрутах чаще всего были учителя и учащиеся, финансировать их приходилось либо самим экскурсантам по минимальным ценам, либо Наркомпросу и другим организациям.

Образовательные и пропагандистские задачи предполагали бесплатность или минимальную стоимость экскурсий, поэтому в экскурсионной работе участвовали три типа организаций: органы просвещения Наркомпроса, музейные учреждения, профессиональные союзы. На плечи последних чаще всего и ложилось материальное обеспечение проводимых экскурсий. Неэффективность такого способа финансирования стала очевидна уже в 1924 г., когда состоялись первые дальние экскурсии. Убытки составили более 21 тыс. руб., а бюро дальних экскурсий, по сообщениям прессы, не могло сводить концы с концами, имело всегда дефицит и обычно в конце сезона распродавало весь инвентарь для покрытия долгов (Крымский турист. 1932. 7 нояб.; Орлов, с. 36). Уже в следующий после образования бюро сезон 1925 г. количество воспользовавшихся этими путевками туристов оказалось существенно меньше предыдущего года – всего 1358 человек. Другие подобные организации при Нарком- просе, Главпауке, Главполитпросвете также не имели успеха. Проблема состояла в том, что следовало сделать выбор: либо государственное финансирование туризма с ярко выраженной идеологической и воспитательной задачей, либо коммерческая организация, для которой пропагандистские цели неизбежно отступят на второй план. Правда, когда туристы стали сами платить за пользование турбазами, питание, финансовое положение экскурсионных организаций стало более устойчивым. В 1927 г. услугами бюро экскурсий воспользовались 8720 человек, не считая тех самодеятельных туристов, которые приняли участие только в экскурсиях.

Поскольку 47% организованных туристов составляли работники просвещения, о доходности этой отрасли речь не шла. В годы новой экономической политики (далее - нэп) 1921 – 1929 гг. экскурсионное дело даже привлекло внимание новых предпринимателей. В Крыму и на Кавказе появились самодеятельные гиды, проводники, переводчики. Достаточно вспомнить авантюру героя романа "Двенадцать стульев" Остапа Бендера, который продавал "вид на Провал" в Пятигорске. Действие романа происходит как раз в этот период. В одной только Ялте открылось 15 частных экскурсионных контор (Орлов, с. 37). В период нэпа действовало даже акционерное общество для организации экскурсий вместо объединенного лекционно-экскурсионного бюро. "Разгул гидизма" был прекращен постановлением властей в 1928 г., установившим полную монополию органов народного образования на проведение экскурсий.

На раннем этапе советского туризма, в 1920-е гг., доминировала концепция туризма как средства идейно-воспитательной работы. Группы туристов, которые прибывали в отдаленные местности, рассматривались как пропагандисты советского строя. Из досуговой области туризм стал перемещаться в сферу идеологии. Новая советская власть увидела в путешествиях и экскурсиях важное орудие пропаганды советского образа жизни. Аполитичность стала рассматриваться как главный признак "буржуазного туризма". "Наркомпросовский" подход к туризму как просветительскому движению начал себя изживать. Требовалась более централизованная и управляемая структура, которая соответствовала бы общей государственной экономической политике на ликвидацию любых форм частного предпринимательства.

 
<<   СОДЕРЖАНИЕ   >>