Полная версия

Главная arrow Культурология arrow История английского искусства

  • Увеличить шрифт
  • Уменьшить шрифт


<<   СОДЕРЖАНИЕ ПОСМОТРЕТЬ ОРИГИНАЛ   >>

Расцвет английского портрета

Иностранные художники принесли в Англию традиции итальянского и Северного Возрождения. Все это положило начало национальному английскому искусству, впитавшему в себя особенности ренессансного искусства.

Особенности портретной живописи, основанной Гольбейном Младшим, наследует первый национальный художник английского Возрождения Николас Хиллиард (Nicholas Hilliard, 1547—1619). С его именем связано зарождение английской национальной портретной живописи.

Хиллиард родился в семье ювелира и с раннего детства приобщился к ремеслу отца. Впоследствии это сказалось на стиле портретной живописи художника — в ювелирной тонкости и виртуозности его произведений. Быстро овладев тайнами мастерства, Хиллиард становится придворным миниатюристом королевы Елизаветы I и получает монополию на королевские портреты. На «Автопортрете» 1577 года мы видим образ молодого, энергичного придворного, с коротко подстриженной бородкой, с пытливым, изучающим взглядом. Хиллиард был создателем многочисленных портретов представителей нового дворянства, людей предприимчивых и достигающих успеха личным трудом. Эти портреты отличает чувство достоинства и самоценности личности. В этом отношении творчество Хиллиарда близко по духу шекспировским произведениям, проникнутым атмосферой веселости, юмора, задора, поиска приключений и открытий. Среди его ранних произведений следует выделить портреты «Неизвестного в возрасте 24 лет» (1572), «Роберта Дадли, графа Лестера» (1574). Его портрет «Молодого человека, прислонившегося к дереву», на котором изображается юноша в свободной позе меланхолически настроенного человека, напоминает нам влюбленных героев ранних пьес Шекспира — Бенедикта или Меркуцио. Впоследствии его ученик Исаак Оливер пишет портрет «Молодого человека, сидящего у дерева», подражая, несомненно, учителю. Но при общности темы совершенно очевиден контраст этих двух портретов — молодой человек Хиллиарда грациозен и лиричен, тогда как герой Оливера, изображающий, как полагают, поэта Филипа Сидни, — это уставший, грузный, погруженный в свои мысли человек.

Хиллиард написал портреты членов своей семьи — «Портрет Ричарда Хиллиарда, отца художника» (1577), портрет первой жены Алис Брендон, дочери Роберта Брендона, королевского золотых дел мастера, с которым Хиллиард работал при дворе. Кроме того, он создал серию портретов Елизаветы I, отличающихся естественностью и наблюдательностью, подчеркивая в них характерные особенности своей модели — белый цвет лица, маленькие темные глаза. Интересны портреты придворных елизаветинского двора — сэра Генри, графа Саутгэмптона, которому, как полагают, посвящены сонеты Шекспира. В ностальгической форме воспоминаний о рыцарских временах Хиллиард изображает Джорджа Клиффорда, графа Камберленда — он изображен в героической позе, в одежде ирландского воина, босым, опирающимся на копье, как победитель рыцарского турнира. Образы портретов Хиллиарда проникнуты духом поэзии, они сугубо индивидуальны и отражают чувство личного достоинства.

Хиллиард — автор теоретического сочинения «Трактат об искусстве миниатюры» (1601), в котором он опирается на художественный опыт Альбрехта Дюрера, предлагая копировать его гравированные портреты. Правда, его оставляет равнодушным эстетика пропорций, которую разрабатывал Дюрер в своем творчестве и трактате о живописи.

Главное в портретах Хиллиарда — чувство меры и ясности, гармония силуэта и украшения контура. Он редко изображает фигуру в полный рост. Наиболее популярен у него полуфигурный портрет, напоминающий миниатюру. Композиционным центром являются развернутые на три четверти головы, увенчанные беретами у мужчин и накидками у женщин, покоящиеся на кружевных воротниках. Хрупкостью форм, удлиненностью пропорций, воздушностью линий эти портреты напоминают готическую капеллу с ее сложным переплетением нервюр, поддерживающих своды.

Начиная с 80-х годов XVI века стиль портретов Хиллиарда меняется. В них обнаруживается стремление к изображению естественного человека в естественной обстановке, без головных уборов и придворной одежды, склонного к рефлексии или меланхолии. Таковы «Портрет неизвестного на фоне пламени» (1600) или «Портрет неизвестного» (1588).

Творчество Хиллиарда заложило основы национального стиля в портретной живописи. Этот стиль был унаследован и развит рядом других художников, прежде всего в творчестве ученика Хиллиарда Исаака Оливера (Isaac Oliver, 1556—1617).

Оливер родился во Франции, откуда его отец, тоже художник-миниатюрист, бежал в Англию из-за религиозных преследований как гугенот. Здесь молодой Исаак учился в мастерской Хиллиарда. В 1602 году Оливер женится на сестре ведущего в то время придворного художника Маркуса Герардса Младшего и также становится придворным художником, получая приглашение работать при дворе Герберта, принца Уэльского.

По своему стилю работы Оливера чрезвычайно близки портретам учителя, хотя в них появляется и ряд новых черт. Так, для Оливера характерно изображение полнофигурного портрета. Замечательным образцом такого портрета является изображение трех братьев Браун (1598), портрет поэта, философа и дипломата Эдуарда Герберта, изображающий возлежащую фигуру со щитом и мечом на фоне лесного пейзажа. Оливер создал портрет графа Эссекса, известного фаворита королевы Елизаветы I, обвиненного в заговоре и казненного в 1601 году.

Если Хиллиард акцентирует внимание на рисунок, то Оливер прибегает к светотени. В его портретах главное не линия, а тон и цвет. Вершиной творчества Оливера является «Портрет неизвестной» (1600), изображающий пленительный, загадочный образ молодой женщины.

В живописи английского Ренессанса большое место занял образ королевы Елизаветы I. Ее царствование пришлось на время подъема Англии и неслучайно называется «золотым веком» английской культуры. Хорошо образованная, Елизавета была отличным политиком и вполне заслуженно стала лидером новой аристократии. Во время царствования Елизаветы Англия превратилась из бедной, раздираемой на части страны в мощную военную державу, единолично управляемую королевой. В своем обращении перед армией в Тилбери Елизавета выразила понимание своей миссии монарха: «Я знаю, что обладаю телом слабой и немощной женщины, но вместе с тем я обладаю сердцем и животом королевы, притом королевы Англии. И я думаю, что Парма и Испания, и любой принц Европы не отважится нарушить границы моего королевства. Я сама буду руководить армией, я сама буду вашим генералом, судьей и наградой за все ваши доблести, проявленные на поле боя».

Поэты, художники и придворная знать создали культ Елизаветы, ее образ связывали с античными богинями, Богоматерью, в нем отразился средневековый рыцарский идеал прекрасной дамы и величие королевской власти. При Елизавете, которая взошла на престол в 1558 году после скоропостижной смерти своей единокровной сестры королевы Марии I, двор существенно изменился. Ко двору приглашались поэты и музыканты, звучала музыка, и всю ночь проходили танцы. Об этом свидетельствует картина, на которой изображена Елизавета, весело танцующая со своим приближенным лордом Робертом Дадли в доме поэта Филипа Сидни в Кенте. При Елизавете успешно развивалась торговля, расцветали гильдии купцов, господствовал на море английский флот, во главе которого стояли такие мореходы, как Дрейк, Хоукинс и Ралеф. В Лондоне строились театры, для которых писали пьесы Кристофер Марло и великий Уильям Шекспир. В Лондоне с населением в 200 тысяч человек еженедельно 20 тысяч посещали театральные спектакли. Расцветала литература, поэзия и музыка. В елизаветинскую эпоху творили поэт Джон Донн, Филип Сидни, Эдмунд Спенсер, композитор Томас Таллис. В университетах Оксфорда и Кембриджа строились новые колледжи, на смену средневекового «тривиума» и «квадривиума» приходили гуманистические и научные дисциплины. Чарльз Косли в своем стихотворении «Королевский колледж» следующим образом описывает Кембридж времен Генриха VIII и Елизаветы I:

Здесь звучала музыка Берда и Таллиса И хор мальчиков пел на почерневших скамьях, Свет свечей отражался на лицах хористов И лики Тюдоров кругом на стенах.

Сюда на службу приходили Елизавета и Генрих К алтарю, украшенному лилиями золотыми, Львы поднимались на задние лапы пред ними, И королевские пальцы листали псалтыри.

Генрих любил трик-трак и мелодии лютни, Елизавете нравилась органа гармония. В красных париках и орденских лентах Восседали торжественно, как сама история4.

Любопытно проследить, как эволюционировал образ Елизаветы. Сохранился ее портрет кисти неизвестного художника, относящийся к 1546 году, когда она была еще принцессой. Этот портрет находится в королевской коллекции Букингемского дворца. Здесь она изображена еще девочкой, в простом красном платье, с книгой в руках. Став королевой, Елизавета сделалась предметом многочисленных изображений, многие из которых носили символический и метафорический характер. Например, Хиллиард в «Портрете с пеликаном» (1576) изображает Елизавету как символ милосердия. В «Портрете с фениксом» она — символ чистоты. Интересен портрет Елизаветы работы Джорджа Гауэра, прозванный «Армада» (около 1588), посвященный, очевидно, гибели испанского флота. Здесь Елизавета изображена как защитница страны от испанской экспансии. Королева держит руку на глобусе, как бы символизируя претензии Англии на мировое господство, а в проеме окна видны тонущие испанские галеоны.

Сложной иконографией обладает «Портрет с ситом» (1579), приписываемый Квентину Метсису. Здесь Елизавета изображена с ситом в руках, которое символизирует целомудрие, — согласно римской мифологии девственные весталки могли набрать воду ситом, не пролив ни капли. Любопытен и более поздний портрет Елизаветы, приписываемый Маркусу Герардсу Младшему, который по традиции называется «Дитчли» (1592). Это один из немногих портретов Елизаветы, изображающий ее в полный рост. Здесь она стоит на карте местности Дитчли, что в Оксфордшире, принадлежащей верному рыцарю королевы сэру Генри Ли, организатору ежегодных турниров в честь восшествия Елизаветы на престол. В этой картине образ Елизаветы становится в большой мере условным, скорее иконным и аллегорическим, чем живым и непосредственным, как его изображал Хиллиард. Елизавета символизирует божественную мощь королевской власти, у ног которой простирается весь мир. Такая же тенденция к иконизации содержится и в другой картине, приписываемой Роберту Пику Старшему, «Торжественный выход Елизаветы I» (около 1600). Так выглядит она и на картине «Елизавета и три богини», приписываемой Эворту, где три античные богини — Юнона, Минерва и Венера — приветствуют Елизавету, стоящую на ступенях храма.

Любопытно сопоставить две картины, изображающие власть династии Тюдоров и роль королевы Елизаветы. Одна из них под названием «Семья Генриха VIII» находится в королевском дворце Хэмптон-Корт. Она написана неизвестным художником около 1545 года. На ней изображен сидящим на троне король, он держит руку на плече своего сына Эдварда, а по левую руку стоит его третья жена Джейн Сеймур. Эти три фигуры составляют композиционный центр картины. В отдалении стоят две дочери короля — слева Мария, а справа Елизавета. В проемах дверей стоят еще две фигуры — справа служанка, а слева любимый шут короля с обезьянкой на плече, одетой в красное платье. Эта картина — своеобразный семейный портрет, изображающий быт Генриха с его женой, детьми и домочадцами. Правда, художник как бы противопоставляет двух будущих королев, Марию I и Елизавету I, изображая их по разные стороны семейной группы. И, тем не менее, это скорее бытовая картина, как бы семейная фотография на память.

Вторая картина — «Аллегория Тюдоров» (собрание Пола Меллона, Йель) — приписывается кисти художника Лукаса де Хира. Она написана позднее, в 1569 году, и, хотя сохраняет с первой картиной композиционную общность, совершенно отлична от нее по содержанию и концепции. В центре изображен сидящий на троне Генрих VIII, основатель англиканской церкви. Около него стоит сын Эдуард, которому Генрих вручает «меч справедливости». Как и на картине «Семья Генриха VIII», его дочери находятся на разных сторонах по отношению к трону. С левой стороны от него расположены приверженцы католицизма королева Мария и ее муж Филипп, сопровождаемые богом войны Марсом, который потрясает оружием. С другой стороны изображена королева-протестантка Елизавета, которую сопровождает богиня Мира, попирающая ногой меч вражды и раздора. За ней стоит фигура, символизирующая богатство. Несомненный смысл этого сопоставления представителей династии Тюдоров заключается в том, чтобы возвеличить правление Елизаветы, которое принесло Англии мир и процветание. Таким образом, художник использует первоначальную, хорошо известную композицию, представляющую семью Генриха VIII, но вкладывает в нее новый смысл. Теперь это не просто бытовая зарисовка, а изображение символического характера. Это достигается путем замены бытовых фигур — служанки и шута — на фигуры, символизирующие, с одной стороны, войну и раздор, а с другой — мир и процветание. Несомненно, что художник стоит на стороне Елизаветы и прославляет ее царствование, осуждая правление Марии, которая получила прозвище Кровавой. Эту картину с полным правом можно назвать первым в Англии произведением политической живописи.

В елизаветинскую эпоху бурно развивалась миниатюра. Если первоначально миниатюрный портрет строился на основе средне вековых традиций, с тенденцией к условному изображению, декоративной орнаментальности, со стремлением к заполнению пустот, то позднее развитие портрета вело к большей обобщенности, отказу от мелких деталей, орнаментальной декоративности, что приближало миниатюру к жанру портретной живописи.

В этом смысле интересны работы Уильяма Ларкина (William Larkin, ранее 1580—1619), продолжавшего традиции Хиллиарда. Среди девяти сохранившихся его картин семь — женские портреты. Его портрет Дианы Сесил, графини Оксфордской (1618), изображает прекрасную женщину, стоящую перед креслом с веером в руке. Хотя декоративный элемент в изображении платья и обстановки богатого дома сохраняется, но он более гармонично сочетается с индивидуальностью и психологией портретируемой модели.

К числу оригинальных национальных художников, связанных с традициями итальянского Ренессанса, относится Иниго Джонс (Inigo Jones, 1573—1652). Он родился в Лондоне в семье портного, который, по-видимому, прибыл в Британскую столицу из Уэлса. Молодой Иниго изучает живопись, затем путешествует в Италию и Данию. В 1604 году королева Анна приглашает его ко двору для изготовления моделей костюмов и масок для придворных маскарадов и представлений, тексты к которым должен был писать комедиограф Бен Джонсон. Представления такого рода, использующие экзотические костюмы, музыку, пантомиму и танцы, становятся популярными при дворе. Довольно часто они посвящаются сюжетам античной мифологии, популяризуя таким образом наследие античной культуры. Иниго Джонс становится постановщиком многих таких представлений, создает новый тип зрелищ, предвосхищающих балет.

Во второй свой визит в Италию в 1613 году Иниго изучает итальянскую архитектуру, в частности, стиль Андреа Палладио. В этом стиле он начинает строить в Англии, создавая Двор королевы в Гринвиче (1618), а затем Банкетный зал в Уайтхолле (1619—1622). Для его архитектурных работ характерен интерес к перспективе и иллюзорным эффектам.

 
<<   СОДЕРЖАНИЕ ПОСМОТРЕТЬ ОРИГИНАЛ   >>