Полная версия

Главная arrow Культурология arrow История английского искусства

  • Увеличить шрифт
  • Уменьшить шрифт


<<   СОДЕРЖАНИЕ ПОСМОТРЕТЬ ОРИГИНАЛ   >>

Постимпрессионизм: путь к авангарду

Пожалуй, первым направлением, которое в начале XX века сформировалось на английской почве, был импрессионизм. Хотя уже в творчестве Тёрнера появились зачатки техники и эстетики импрессионизма, Великобритания экспортировала импрессионизм из Франции после того, как он получил там широкое развитие. «Англия пугливо начала воспринимать искусство импрессионистов в то время, когда Сезанн и Гоген уже стали модой, когда Матисс внес свой замечательный вклад в колорит фовистов, когда кубисты уже объявили об изобретении нового изобразительного языка»2.

Мостом между французским и английским импрессионизмом стал Люсьен Писсарро, старший сын Камиля Писсарро, который в 1890 году поселился в Англии и демонстрировал в своих пейзажах достижения позднего французского импрессионизма. Первым английским импрессионистом был Филип Стир. Он учился в Париже, но в 1884 году вернулся в Англию. Здесь с 1893 по 1930 год Стир преподавал в художественной школе Слейда. Многие его работы, такие как «Дети, плескающиеся в воде», «Сцены на пляже», являются прямым подражанием Моне, Дега и Тулуз-Лотреку.

Влияние импрессионистической техники ощущается также в работах Фредерика Гора, Гарольда Гилмена, использующего яркие цвета в духе Ван Гога, Чарльза Джинера, Роберта Бивана. Дункан Грант в своих работах следовал декоративности произведений Матисса. Параллель с французским фовизмом представляло творчество Ванессы Белл и в особенности Мэтью Смита, который в 1910—1911 годах работал в Париже, изучая достижения французских мастеров. Следуя за Матиссом, он создал серию замечательных картин обнаженной натуры, отличающихся ярким колоритом. Английские импрессионисты использовали опыт французских художников, изображая привычные городские пейзажи Лондона, придавая им новый колорит и смысл.

Большую роль в развитии авангардного искусства в Англии сыграл художественный и интеллектуальный кружок, который получил название «Блумсбери». Это название произошло от района Лондона близ университета и Британского музея, куда в начале

XX столетия перебрались две сестры — Ванесса и Вирджиния Стивен. Ванесса училась живописи, Вирджиния начинала писать. Вскоре вокруг них образовался интеллектуальный и художественный кружок, оказавший сильное влияние на развитие английского искусства в сторону модернизма.

В числе его членов были художники Роджер Фрай, Дункан Грант, Клайв и Ванесса Белл, писательница Вирджиния Вульф, экономист и меценат Мейнард Кейнс, его жена, русская балерина Лидия Лопухова (получившая от Сергея Дягилева имя Лопокова), писатели Эдвард Форстер и Литтон Стрэчи. Это было неформальное объединение, не имеющее какого-то определенного устава или программы. Тем не менее их объединяли общие вкусы и интересы, неприятие викторианской морали, высокий интеллектуализм, поиски новых художественных форм.

Корни интеллектуализма «Блумсбери» находились в Кембридже. Клайв Белл, Леонард Вульф, Литтон Стрэчи были членами Тринити-колледжа в Кембридже, Мейнард Кейнс и писатель Форстер принадлежали к Кингс-колледжу. Здесь в обществе «Апостолов» формировалось новое, антивикторианское направление мысли. Членом «Апостолов» был молодой философ Джордж Мур, который в 1903 году издал свой трактат Principia Ethica. В этой книге Мур пересматривал этические ценности, такие как добро, истина, значение, освобождая их от викторианского ригоризма и интерпретируя их в направлении бентамовского гедонизма.

В своих воспоминаниях «Мои ранние верования» (1949) Джон Мейнард Кейнс писал об этом времени: «Я поступил в Кембридж в 1902 году, и в это же время вышла из печати книга Мура Principal Ethica. Я не уверен, что современное поколение читало ее, но на нас она оказала сильное влияние... Сам Мур был пуританином и педантом, Стрэчи — вольтерианцем, Вульф — рабби, я — нонконформистом, Клайв — дружелюбным и веселым псом. Мы не часто видели Э. Форстера, который уже тогда выглядел темной лошадкой. Мур совершенно вытеснил МакТаггарта, Дикинсона, Рассела. Его влияние было вдохновляющим, оно открывало новый ренессанс, новые небеса на новой земле. Мы были предшественниками Нового Завета, мы не страшились ничего... Мы отреклись от всех версий доктрины о первородном грехе, который является иррациональным источником вырождения большинства людей. У нас не было никакого уважения по отношению к традиционным добродетелям или ограничивающим нормам»3.

Свобода от нравственных табу, открытое обсуждение всех вопросов философии, политики, морали перешло по наследству из Кембриджа в лондонский район Блумсбери, где поселилось большинство его выпускников. Здесь обсуждались проблемы морали, эстетики, писались романы. Леонард Вульф, муж писательницы Вирджинии

Вульф, открыл собственное издательство «Хогарт Пресс», которое издавало либеральные и критические книги.

Несмотря на то что члены группы «Блумсбери» избегали участия в политической деятельности, их политические взгляды были либеральны и радикальны. Леонард Вульф был членом лейбористской партии, его жена Вирджиния была автором феминистских программ, сын Клайва и Ванессы Джулиан Белл погиб в Испании, воюя на стороне республиканцев против фашистов, Мейнард Кейнс поддерживал в Кембридже либеральных мыслителей из-за рубежа, как, например, итальянского экономиста Пьеро Сраффа, австрийского философа Людвига Витгенштейна и русского физика Петра Капицу.

Что касается эстетики и художественной программы «Блумсбери», то она складывалась из многих параметров. Прежде всего в ней проявлялась традиция, идущая от прерафаэлитов и Уильяма Морриса. Дункан Грант декорировал жилище своих друзей и свое собственное жилье в Лондоне и Кембридже в духе движения «Арт энд Крафт». Роджер Фрай поддерживал деятельность группы «Омега Уоркшоп», которая занималась изготовлением мебели и декорированием жилья.

Другая тенденция в эстетике «Блумсбери» была связана с адаптацией передовых течений из-за рубежа, прежде всего из Франции и России, к английскому искусству. Из Франции Роджер Фрай экспортировал постимпрессионизм. Из России блумсберийцы экспортировали стилистику и энергетику «Русского балета», в котором они обнаруживали, с одной стороны, традиции искусства Византии, а с другой — свободу к эксперименту, свойственную искусству модернизма.

Теоретиком и идеологом группы был Роджер Фрай. Он получил образование в университете Кембриджа, где, поступив в Кингс-кол-ледж, стал заниматься изучением естественных наук. В 1880 году Фрай был избран членом общества «Апостолов», в которое также входили Мур, Кейнс и Стрэчи. В Кембридже Фрай подружился с Чарльзом Эшби, возглавлявшим гильдию ремесленного труда, возникшую под влиянием моррисовского движения «Арт энд Крафт». Его жена, умершая в 1910 году от неизлечимой болезни, была художником по витражу. Окончив с отличием Кембридж, Фрай едет в Италию, а затем в Париж, где изучает искусство. В 1899 году он издает первую свою книгу о Джованни Беллини, предисловие к которой написал историк искусства Бернард Беренсон. В 1903 году он приглашается в редакционную коллегию вновь созданного артистического журнала «Барлингтон мэгазин».

На следующий год Фрай едет в США, где знакомится с американским миллионером и меценатом П. Морганом. В это время он получает приглашение занять пост заместителя директора музея Метрополитен в Нью-Йорке. Фрай сотрудничает с американскими музеями и фондами до 1910 года. После этого возвращается в Англию без постоянной работы, но с репутацией знатока современного искусства. К этому времени относится его встреча с членами кружка «Блумсбери», прежде всего с Клайвом Беллом и его женой Ванессой, на которой он женился в 1907 году. Клайв в то время писал большую книгу, которая должна была называться «Новый Ренессанс». Позднее он издал материалы этого исследования в виде книг — «Искусство» (1914) и «Цивилизация» (1928), получивших широкую известность в Англии.

Фрай был одержим идеей познакомить английскую публику с французским импрессионизмом. Он организует и проводит в Лондоне две выставки в 1910 и 1912 годах. Кроме того, Фрай участвует в двух художественных группах — Камден-Таунской и «Омега Уорк-шоп».

Самым крупным художником среди блумсберийцев был, по-ви-димому, Дункан Грант (Duncan James Corrowr Grant, 1885—1978). Он был не только художником, но и дизайнером, работающим по ткани, в керамике, им было подготовлено несколько театральных декораций. Раннее детство провел в Индии. В Англии в 1902 году поступает в Вестминстерскую художественную школу. После ее окончания едет в Италию, где занимается копированием работ Мазаччо, затем в Париж, где знакомится с работами импрессионистов и оказывается под сильным влиянием Сезанна. Он был членом Камден-Таунской группы, основанной в 1911 году, и группы «Омега Уоркшоп», возглавляемой Роджером Фраем.

Помимо французского постимпрессионизма, на эстетические и художественные взгляды блумсберийцев оказывало влияние русское искусство. Прежде всего, к группе «Блумсбери» примкнули два представителя русского искусства — художник Борис Анреп и балерина Лидия Лопухова. Борис Анреп участвовал в выставках Роджера Фрая, посвященных постимпрессионизму. А Лопухова стимулировала интерес английских художников к спектаклям русского балета, которые оказали огромное влияние на стилистику раннего английского модерна.

Находясь под влиянием дягилевских спектаклей, Дункан Грант расписывает в 1812—1813 годах стены в частном доме на Брунсуик-сквер, 38. На этой фреске он изображает теннисистов во время матча. Но теннис для Гранта не спортивная игра, а скорее великолепный танец, сочетающий атлетизм и сексуальность. Кристофер Рид, написавший книгу о работах Гранта этого времени, отмечает: «Если рассматривать их все вместе, эти декорации в жилом квартале на Брунсуик-сквер представляют собой различные версии модернистской фантазии, порожденной “Русским балетом”». Движения танца и тенниса являются метафорой эротики, и поэтому эти изображения являются аллюзией секса. В своих воспоминаниях английский писатель Фрэнсис Осберт Ситвелл так описывает предвоенный Лондон: «Каждый угол, каждый светильник, каждая подушечка отражали сюжеты “Русского балета”. Художники из “Блумсбери” не были единственными англичанами, кто рисовали под влиянием русских спектаклей, но они принесли эстетику русских танцев к себе в дом. Тем самым они превратили свои дома в театральные подмостки для домашней жизни и, как и “Русский балет”, возвели примитивную сексуальную свободу, которая ассоциировалась с Востоком, во что-то глубоко современное»4.

Импрессионизм органично врос в современное английское искусство. Многие современные художники широко пользуются ярким колоритом Матисса или Ван Гога. Примером может быть творчество Филипа Саттона, действительного члена Королевской Академии художеств, живущего в Уэльсе и создающего яркие пейзажи.

 
<<   СОДЕРЖАНИЕ ПОСМОТРЕТЬ ОРИГИНАЛ   >>