Эволюция становления экономических и социально-трудовых отношений в области условий, охраны труда и досрочного пенсионного обеспечения

Экономические, трудовые и социальные отношения на производстве являются взаимосвязанными и взаимообусловленными отношениями между наемными работниками и работодателями. В современном индустриальном и постиндустриальном обществе трудовые отношения включают в свое предметное поле экономические и социальные отношения, т. е. рассматриваются шире, чем отношения на рынке труда1, поскольку на рынке отношения между работником и работодателем только начинаются, проявляясь и конкретизируясь далее в процессе труда[1] [2].

Более того, в силу биологической природы работника, выражающейся в его уязвимости от рисков болезней, несчастных случаев и старости, социально-трудовые отношения выходят за пределы самого трудового процесса и периода трудовой деятельности.

Поэтому в индустриальном обществе трудовые отношения шире, чем отношения только по поводу условий найма, столь ограниченно трактовавшиеся в период нарождающегося капиталистического общества времен Адама Смита. При такой незрелой форме неразвитых рыночных отношений работодатель не нес никакой ответственности за материальное обеспечение работника вне периода его трудовой деятельности. Поэтому оплата труда, определенная в ходе заключения трудового договора, не включала затрат, связанных с периодом нетрудоспособности работника. Риски ее утраты в случаях безработицы, болезни, инвалидности и старости представляли постоянные угрозы для материальной обеспеченности работников.

Необходимость изменения ситуации в сфере социальной защиты работников от воздействия социальных рисков стала очевидной уже в начале XIX в., когда трудовые отношения в промышленно развитых странах стали дополняться государственно-регулируемыми социальными отношениями в специфических для них формах — с помощью систем трудового законодательства и законодательства в области охраны труда.

Впервые законодательное регулирование условий и охраны труда начала применять Англия, которая приняла ряд законодательных актов, получивших название фабричного законодательства, целью которого стало:

  • — нормирование продолжительности рабочего дня;
  • — запрещение применения труда женщин и детей на тяжелых и вредных для здоровья производствах, прежде всего на шахтах;
  • — страхование отдельных профессий рабочих от последствий производственного травматизма;
  • — использование независимой государственной инспекции труда для контроля безопасности и гигиены труда наемных рабочих.

Согласно принятым фабричным законам в 1820—1840 гг. продолжительность рабочего дня была снижена до 12 ч, минимальный возраст приема на работу был повышен до девяти лет, запрещалась ночная работа для подростков в возрасте до 16 лет.

В 1834 г. в Англии была учреждена «фабричная инспекция», что ознаменовала собой важную веху в организации государственного надзора за безопасностью и гигиеной труда на производстве. Со второй половины XIX в. инспекции труда как полномочные государственные органы надзора и контроля в сфере охраны труда были созданы практически во всех странах Западной Европы.

1

Фабричные, промышленные, горные инспектора законодательно наделялись независимым от местных властей правовым статусом и существенными полномочиями. Им вменялось в обязанность осуществление надзора за безопасной эксплуатацией техники и безопасной организацией работ, направленное на предотвращение производственных аварий, особенно на шахтах и при работе с паровыми котлами. Они выступали в качестве контролеров, уполномоченных государством обеспечивать надзор за исполнением работодателями фабричных законов, имели право накладывать на нарушителей (работодателей) административные штрафы или возбуждать судебные иски. В первой четверти XX в. инспекции труда были созданы практически во всех европейских странах.

Параллельно с фабричным законодательством развивалось законодательство по безопасности в горнорудной промышленности[3].

Во многом становление национальных систем безопасности и охраны труда связано с периодом технической революции первой половины XIX в. Внедрение в массовом масштабе паровых котлов и использование энергии пара для приведения в движение разнообразных машин и механизмов сопровождалось невиданными ранее по масштабам взрывами этих котлов и человеческими жертвами.

Стала очевидной необходимость принятия комплекса мер: повышения надежности техники и стремление сделать ее всеми доступными средствами максимально безопасной, а также обеспечивать денежную компенсацию работникам в случае утраты ими трудоспособности на производстве или их семьям в случае летальных исходов. Так зародились элементы техники безопасности, гигиены труда и страхования от несчастных случаев на производстве.

В этой связи крупным нововведением в области социальной защиты рабочих стал закон, принятый в 1897 г. в Англии «О компенсации рабочим при несчастных случаях и профессиональных заболеваниях». Он положил начало рассмотрению несчастных случаев на производстве с позиции событий неотвратимой силы и заложил тем самым основы особой правовой процедуры рассмотрения исков рабочих к работодателям по поводу компенсации утраты трудоспособности.

В конце XIX в. в связи с расширением масштабов промышленного производства, сопровождавшегося увеличением числа несчастных случаев на производстве, все более очевидным становится вопрос о необходимости введения механизмов компенсации работникам утраты трудоспособности с помощью специальных форм — страхования в пользу третьих лиц.

Еще одной важной вехой в развитии государственного регулирования сферы охраны труда стал нормативный документ «Акт о фабриках и мастерских», принятый в Англии в 1901 г. Он предписывал сокращение рабочего дня на 1 ч для подростков и женщин на текстильных фабриках, запрещал труд детей моложе 12 лет на всех без исключения фабриках и мастерских, определял возраст подростков с 14 лет, а возраст взрослых рабочих (мужского пола) — с 18 лет.

Кроме того, акт ограничивал суммарное время работы для женщин и подростков на текстильных фабриках продолжительностью не больше 55,5 ч в неделю, а на прочих производствах — не более 60 ч. При этом максимальная продолжительность работы малолетних (до 14 лет) не должна была превышать половину продолжительности рабочей недели женщин или подростков.

Кроме того, Акт о фабриках и мастерских устанавливал ряд важных требований техники безопасности, пожарной безопасности и санитарной гигиены при организации производственной деятельности. Для оборудования устанавливались особые требования безопасности: его опасные зоны должны были иметь специальные ограждения, а узлы — обладать герметичностью с целью защиты персонала от выделяемой оборудованием пыли и газов.

Требования пожарной безопасности определяли необходимость устройства производственных помещений таким образом, чтобы они были обеспечены аварийными выходами для случаев пожаров.

Нормы санитарной гигиены устанавливали требования к санитарному состоянию производственных помещений: они должны были содержаться в чистоте, соответствовать по объему и пространству численности работающих, в них должны быть обеспечены определенные параметры температуры воздуха, а его чистота поддерживаться с помощью вентиляции.

Таким образом, постепенно круг задач, вмененных работодателям для практического решения, расширялся. Безопасность и гигиена труда включала технические и организационные меры, связанные с эксплуатацией любой техники, а также меры по оздоровлению производственной среды в рабочих помещениях.

Справочно

В 1869 г. в США был издан закон об обязательном устройстве вентиляции в шахтах и наличии запасных выходов из шахт и рудников.

Французские законы 1892 и 1893 гг. содержали требования по ограждению машин, колодцев и люков, применению вентиляции и освещению мастерских.

Ряд английский законов определил общие требования по гигиене и безопасности труда, предусматривающие очистку воздуха в помещениях с помощью вентиляции, минимально-допустимые размеры производственных помещений (закон 1878 г.); обязательные требования для каждой открывающейся фабрики с численностью работников более 20 человек (закон 1891 г.), получение удостоверения от компетентных органов на предмет противопожарной безопасности; требования к предпринимателям ограждать движущие части машин, а также нормативы на установление определенных размеров помещений, приходящихся на одного рабочего (закон 1895 г.).

В Германии устав о промышленности (1891) определил требования об ограждении механизмов и станков, а государственные правила (1900 и 1907 гг.) установили нормативы безопасности труда на предприятиях по изготовлению свинцовых красок, на свинцово-плавильных заводах, в типографиях, на цинковых заводах, а также на заводах по производству спичек, использовавших белый фосфор.

Аналогичные законы были приняты в первой четверти XX в. в большинстве промышленно развитых стран, включая Россию.

Социальными предпосылками к формированию механизмов охраны труда стали: существенный рост абсолютной численности и удельного веса работников наемного труда, активное применение машин и оборудования, связанный с этим рост производственного травматизма и увеличение численности инвалидов вследствие трудового увечья, а также сирот и вдов, погибших на производстве.

Учитывая, что единственным источником доходов наемных работников является заработная плата, то риск ее потери полностью лишал работника и его семью средств к существованию, т. е. сам факт быть наемным работником выступал фактором риска для жизнедеятельности.

Усугублялась ситуация тем, что примерно половина несчастных случаев происходила по причинам, не зависящим ни от работодателя, ни от работника. Следовательно, решить вопрос о том, кто несет ответственность за причиненный ущерб здоровью и трудоспособности работников в соответствии с существовавшими гражданско- правовыми отношениями, не представлялось возможным.

Данная ситуация заставила рассматривать риск несчастного случая на производстве как фактор неизбежный, имеющий характер непреодолимый силы, что требовало применения иной парадигмы социальной защиты наемных работников, которая, в отличие от гражданско-правовой ответственности, наступавшей в различных случаях экономических взаимоотношений, позволила бы учесть рисковый и массовый характер происходящих несчастных случаев на производстве.

По мере стремительного развития техники в XX в., ее усложнения и возрастания мощности, использования новых источников энергии (угля, нефти, газа, электричества, атома) вопросы безопасности труда становились все более актуальными и сложными. Потребовалось развивать не только отдельные методы защиты, но и формировать целые отрасли специальных знаний: производственной гигиены, медицины и психологии труда, профпатологии и эргономики, пожарной, электро- и атомной безопасности, права социального обеспечения, охраны и гигиены труда.

По мнению известного испанского философа Хосе Ортега-и- Гассет, инженерные формы организации труда стали важнейшими характеристиками индустриальной эпохи, определили в качестве доминирующего в XIX и XX вв. «инженерный тип мышления», сформировали «инженерный стиль жизни», породили феномен «технического разума» и «человека-техника»[4].

Инжерный подход в области организации производства и труда позволил осуществить прорыв в области безопасности труда, регламентировать технологические процессы и тем самым обеспечить условия для стабильной работы предприятий и производственной инфраструктуры, придать устойчивость повседневной жизни трудящихся и членам их семей с помощью введения систем обязательного страхования от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний, пенсионного и медицинского страхования.

Результатом законотворческой и контролирующей деятельности государства в промышленно развитых странах стало формирование национальных систем безопасности, охраны и гигиены труда, обязательного социального страхования от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний, других механизмов социальных гарантий, содержащихся в трудовых кодексах и законодательстве о социальном обеспечении.

Данные социотехнические, организационные и правовые системы стали включать следующие элементы социальной защиты в процессе труда:

  • — систему технической безопасности, регулирующую устройство машин, оборудования, зданий и сооружений с позиции защиты работников от угроз механического, термического и химического характера, содержащую требования по ограждению движущихся частей оборудования, а также его герметизации;
  • — систему гигиены труда, устанавливающую на основе научных исследований предельно допустимые уровни (концентрации) физических, химических, биологических производственных факторов, служащую законодательно установленными нормативами, на основе которых должны осуществляться меры, направленные на предотвращение или уменьшение влияния вредных и опасных факторов производственной среды на организм работника;

— систему социальных гарантий и социальной защиты на основе трудового права, регламентирующую режим труда и отдыха персонала, ограничивающую применение труда женщин и подростков на вредных и опасных для здоровья производствах, устанавливающую нормативные требования, регулирующую взаимоотношения работодателей и работников по организации труда, его интенсивности, социальной защите работников от профессиональных рисков, включая обязательность для работодателей страхования работников от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний, а также организацию обучения работников правилам охраны труда.

Столь широкий спектр используемых научных и прикладных дисциплин в сфере охраны труда и жизнедеятельности людей объясняется тем, что проблема обеспечения безопасности человека в процессе трудовой деятельности зависит от комплекса сложных факторов, таких как состояние техники и технологии, организация производства и труда, структура отраслей экономики, наличие и развитость современных экономических, правовых и медицинских институтов по социальной защите работников, географические и природно-климатические особенности размещения сферы приложения труда, а также правовые и социокультурные традиции страны.

На формирование новых взглядов на социальную защиту работающего населения значительное влияние оказали две крупные причины.

Во-первых, современный этап промышленного развития привел к необходимости материального обеспечения резко возросшей численности работников наемного труда, подверженных социальному риску утраты трудоспособности в связи со старостью, инвалидностью, а также обеспечения их медицинской помощью.

Во-вторых, формирующиеся социально-трудовые отношения, связанные с промышленным трудом, потребовали новых форм социальной защиты наемных работников, а потому стали включать в свой круг затраты на страхование работников от утраты ими заработной платы.

Начиная со второй половины XIX в. в промышленно развитых странах Западной Европы (в России с опозданием примерно на 50— 70 лет), сложился комплекс технологических, экономических, социальных, демографических условий, позволивших осуществить крупные изменения в жизнедеятельности людей нового индустриального общества.

Достижения промышленной революции XIX в. и научно-технической революции XX в. стали экономическим базисом развития производительных сил, многократно увеличившим производство валового внутреннего продукта (ВВП) на душу населения. За период с 1820 по 1913 гг. энерговооруженность и фондовооруженность труда увеличились более чем в 15 раз, что привело к 3-кратному росту валового внутреннего продукта на душу населения европейских стран — от 2-кратного в России до 3,4-кратного в Германии и почти к 5-кратному росту доходов западноевропейского населения в период с 1914 г. до начала 1990-х гг.1, а следовательно, к более высокому уровню жизни всего населения[5] [6].

В результате открывшегося доступа к более значимым по объему материальным ресурсам, которыми раньше располагали только состоятельные слои общества, произошла «революция потребления» и революция в области образования. Так, новая структура продуктов питания основного сословия индустриального общества — наемных рабочих — открыла возможность их семьям полноценно и существенно разнообразить и сбалансировать набор продовольственных продуктов. Более гигиенически комфортное жилье позволило им должным образом организовать отдых и восполнение жизненных сил при резко возросшей интенсивности труда. Увеличение продолжительности учебы способствовало повышению уровня знаний, культуры здоровой жизни, что благотворно влияло на увеличение продолжительности жизни.

Новое, более высокое качество жизни населения индустриального общества знаменовало собой качественный скачок его жизнедеятельности, оказало огромное влияние на все общественное развитие, стало не только следствием развития XX в., но и двигателем современного этапа второго демографического перехода, основными характеристиками которого сначала стало выступать снижение смертности практически во всех возрастных группах, а потом и снижение рождаемости, что привело в конечном итоге к суженной модели воспроизводства населения.

Вместе со снижением смертности существенно улучшилось состоя

ние здоровья населения[7], произошло заметное увеличение периода трудоспособной жизни. Если еще в середине XIX в. его продолжительность составляла примерно 25—28 лет, то к началу XX в. увеличилась почти на треть и приблизилась для большинства наемных рабочих (кроме занятых тяжелым физическим трудом и во вредных производственных условиях) к 40 годам. Тем самым продолжительность трудовой жизни выросла в большинстве индустриально развитых стран за последние 200 лет в два раза: с 20 до 40 лет.

Ожидаемая продолжительность жизни (ОПЖ) в странах Европы в XIX в. росла довольно медленно, постепенно набирая динамику, прирастая примерно на четыре месяца за каждый календарный год во второй половине XX в., что привело к увеличению ожидаемой продолжительности жизни с 50—55 лет перед Первой мировой войной до 75 лет в настоящее время (табл. 1.1).

Таблица 7.7

Ожидаемая продолжительность жизни (мужчин и женщин) в ряде западноевропейских стран и России в период с 1920 по 1994 гг.1

Страна

1920 г.

1950 г.

1970 г.

1994 г.

Великобритания

57,6

69,2

72

76,8

Франция

54

66,5

72,4

77,5

Германия

53,6

67,5

71

76,3

Италия

50

66

72,1

77,5

Испания

45,8

63,9

72,9

77,1

СССР (Россия)

42,9

67,3

68,2

64,5

Продолжительность жизни в СССР росла достаточно быстро, но все же была существенно ниже, чем в западноевропейских странах[8] [9].

В XX в. эти положительные изменения в условиях жизни населения продолжились. Они касались увеличения продолжительности жизни, улучшения состояния здоровья, получения доступа к образованию и к трудовой деятельности на условиях постоянного найма, а также использования новых форм социальной защиты населения.

Это привело, с одной стороны, к снижению смертности и уменьшению риска преждевременной смерти, необходимости выстраивать долгосрочные личные стратегии занятости, разрабатывать и осуществлять государственные программы регулирования рынка труда. С другой стороны, заставило граждан и правительства индустриально развитых стран задуматься об источниках доходов населения после окончания периода трудовой деятельности.

Для решения этих проблем в 1880—1890-е гг. в Германии законодательно вводится массовое социальное страхование работников наемного труда: страхование от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний, пенсионное и медицинское страхование, а 1930-е гг. — ив связи с безработицей. Аналогичные законы принимаются в последующие 30 лет в подавляющем большинстве индустриально развитых стран, что положительно сказалось на их экономическом, социальном и демографическом развитии, позволило ликвидировать нищету в случаях болезни, несчастных случаев на производстве, безработицы и старости.

Становление индустриального общества в период второй половины XIX в. — первой половины XX в. кардинально изменило роль наемного труда и всего комплекса социально-трудовых отношений. Право на труд для рабочих стало рассматриваться в числе важнейших установок права на жизнь. Конституции большинства стран мирового сообщества определяют право на труд в качестве базовых прав человека. Действительно, оно сродни по важности праву частной собственности для имущих классов.

Поэтому на этапе индустриализации потребовалась принципиально новая форма социальной защиты, которая бы включала как существующие подходы — самоответственностъ и личную предусмотрительность, так и новые — социальную справедливость и солидарную взаимопомощь.

Возросшие требования к организации производства и труда, новая роль и более высокий статус наемного работника могли быть обеспечены только при условии новых стандартов жизнедеятельности не только наемных работников, но и их семей. Наиболее эффективными их формами стали институты обязательного социального страхования (конец XIX — первая половина XX в.), которые позволяли весьма эффективно (экономно и надежно) обеспечивать социальную защиту работников (и их семей), поддерживая тем самым непрерывность процесса воспроизводства рабочей силы.

Их формирование знаменовало важный этап в истории человечества. С этого времени пожилые лица, инвалиды, временно утратившие трудоспособность на производстве и члены их семей становятся социально защищенными и перестают страдать от материальной нужды, а старость перестает быть синонимом бедности и материальных лишений.

Финансовый потенциал социального страхования намного превосходил применяемые ранее формы социальной поддержки населения, обеспечивал приемлемый уровень защиты работников и тем самым позволял решать задачи индустриализации в области социально-трудовых отношений.

Основу нового института социальной защиты составляли трудовые договорные отношения (основа — трудовой договор) и социальные публично-правовые отношения (по поводу защиты работников от массовых и объективных по характеру социальных рисков)1.

Экономическими предпосылками возникновения институтов обязательного социального страхования выступают: постоянный характер трудовой деятельности, возросшая сложность труда и рост квалификации работников, огромные масштабы выпуска продукции. Массовость производства обеспечивалась, в том числе, и непрерывностью процесса воспроизводства рабочей силы. Сложились принципиально новые экономические, организационные и правые механизмы, которые позволяли, с одной стороны, производить накопления значительных по объему финансовых ресурсов, с другой — реализовывать застрахованным работникам пенсионные и другие страховые права в течение длительных периодов времени.

В этот период в ряде стран формируются первые государственные системы пенсионного обеспечения, имеющие массовый и универсальный характер: в Германии — в 1889 г.[10] [11], в Великобритании — в 1908 г., и во Франции — в 1910 г. Их основу составили базовые принципы социального страхования: увязка размеров пенсий с размерами страховых взносов и заработной платы страхуемых работников, обязательное по закону пенсионное страхование работников наемного труда (и их иждивенцев) от социальных рисков старости, инвалидности и утраты кормильца[12].

Финансовый кризис 1930-х г. в ведущих промышленно развитых странах продемонстрировал существенное отставание в развитии социально-трудовых отношений, выявил органические недостатки рыночной экономики в социальной сфере, которые, по мнению известного английского экономиста Джона Кейнса, призвано исправлять государство. К важнейшим мерам по стимулированию экономического роста Кейнс относил государственные программы, направленные на полную занятость и поддержку населения.

Данные меры, основанные на принципе эффективного спроса, по мнению Кейнса, способствуют росту доходов населения и служат целям достижения высокого благосостояния граждан любого государства[13].

Такой взгляд находил поддержку в общественном мнении. Не случайно, что в 20—60-х гг. XX в в США, Великобритании, Франции, Германии и СССР проводились крупномасштабные научные исследования в области трудовой мотивации, научной организации труда, физиологии, психологии труда и трудовых отношений, обоснования потребительских бюджетов семей рабочих.

Важнейшие из научных школ, основанные Ф. У. Тейлором («тейлоризм») и Г. Фордом («фордизм»), провели значительный массив научных исследований и обосновали методы рационализации производства на основе упрощения и пооперационного разделения трудовых операций, что позволяло максимально стандартизировать процесс труда, синхронизировать во времени трудовую деятельность крупных трудовых коллективов, применить для них единые режимы труда и отдыха.

В конечном счете с помощью психофизиологической рационализации и научной организации труда данные нововведения были направлены на упрощение сложного квалифицированного труда для отдельных работников или, как тогда это называли, позволяли «достигать редукции труда». Смысл данных форм организации труда состоял в том, что с помощью сведения сложного труда к простому достигался эффект «разбивки» квалифицированного труда, бывшего ранее прерогативой высококвалифицированных мастеров, на менее сложный набор операций, которые могут выполнять работники средней квалификации, поскольку они выполняют его сообща. Теперь даже самые трудные работы членятся на сложный труд, выполняемый узким слоем конструкторов, технологов и инженеров, и малоквалифицированный труд, выполняемый большей частью средне- и малоквалифицированными рабочими.

В то же время данные формы организации труда требуют совершенно иного уровня трудовой и производственной дисциплины. С ее помощью удалось внедрить новые формы организации и оплаты труда, более высокую дисциплину и социальную защиту труда (Тейлор и Беверидж) и формирования спроса на товары массового производства (Генри Форд). Таким образом, массовый характер промышленного производства сопровождается организацией наемного труда на постоянной основе (более 50 % трудоспособного населения), что получило свое юридическое закрепление в 1950-е гг. в бессрочном трудовом договоре. Данный тип найма рабочей силы стал отправной точкой в построении индустриального общества.

«Армии труда» при этом выступают не собирательным понятием, а вполне конкретным явлением. Любую сложную работу самого крупного производства, например строительство больших океанских кораблей, тепловозов, автомобилей, можно организовать на основе инженерных форм производства и трудовой деятельности. Так достигается гомогенизация условий труда, что позволяет снизить издержки при производстве массовых товаров в несколько раз.

Впоследствии эти методы инженерных форм производства и научной организации труда вышли за пределы промышленности. Они стали широко использоваться в строительстве, армии, торговле

(супермаркеты), сфере обслуживания. Применение бессрочного трудового договора знаменовало важную веху в социально-трудовых отношениях: в промышленно развитых странах формируется новый тип вознаграждения за труд. Заработная плата — основной и стабильный источник доходов работников наемного труда. Она перестает быть разовым вознаграждением, как это практиковалось ранее. Типичные примеры такого типа вознаграждения в доинду- стриальном обществе — это заработная плата поденных и сезонных работников, получаемая за конкретно выполненную работу и отражающая эпизодический и нерегулярный характер трудового найма.

В индустриальном обществе заработная плата выплачивается на регулярной и постоянной основе по принципу «равная плата — за равный труд», подвергаясь своего рода стандартизации и унификации. Она перестает быть прямым вознаграждением за конкретную работу, а стала выплачиваться за общее потраченное время. Ее размер становится достаточным не только для текущего потребления семьи работника, но предусматривает возможность участия самих работников в системе обязательного социального страхования: пенсионного, медицинского, в связи с несчастными случаями на производстве и безработицей, т. е. в финансировании своих будущих пенсий, пособий и медицинской помощи.

На этапе развитого индустриального общества функции заработной платы включают не только удовлетворение текущих жизнеобеспечивающих задач, но и позволяют активно участвовать в системах среднего и высшего образования, а также получить доступ к приобретению жилья и к качественной медицинской помощи.

Труд и профессиональная квалификация становятся основными ценностями индустриального общества. Они определяют не только уровень доходов, но и образ жизни, социальный статус в обществе, возможности реализации политических прав гражданина.

Трудовой контракт позволяет регулировать не только отношения найма, но и статус наемного работника. Известный немецкий ученый Дарендорф в этой связи отмечает, что именно фактор трудовой деятельности делает человека гражданином, поскольку условием избирательного права выступал статус человека как налогоплательщика, а социальные гражданские права были связаны с профессиональной деятельностью через использование механизма страхования социальных прав[14].

Установление девятичасового, а впоследствии восьмичасового рабочего дня, еженедельного выходного дня и ежегодного отпуска для наемных работников в первой половине XX в. были крупными вехами в социальных завоеваниях рабочего класса. Время, не занятое работой, требуется не только для восстановления жизненных сил, израсходованных интенсивной работой, но и для повышения образования и культуры, занятия спортом, укрепления семейных отношений.

Первая, а потом и Вторая мировые войны усилили тенденции к регламентации и дисциплине труда, научной его организации, повышению квалификации, массовому применению инженерного труда. Мобилизация экономик, введения для этого строгой трудовой дисциплины в большинстве европейских стран и стран Северной Америки потребовали одновременно повышенного спроса на рабочую силу, создания условий для нового, более высокого уровня социального согласия, что положительно повлияло на распределительные механизмы национальных экономик и резкому повышению в бюджетах доли социальных расходов, позволило применить, а впоследствии и закрепить социальные стандарты приемлемых доходов населения, образования и медицинской помощи.

Квинтенсенцией достигнутого понимания сущности социальнотрудовых отношений на индустриальном этапе развития общества может служить позиция Международной организации труда, выраженная в Филадельфийской декларации МОТ 1944 г.: труд не является товаром, нищета в любом месте представляет угрозу для общего благосостояния; борьба с нуждой должна вестись в каждом государстве и в международном масштабе усилиями представителей трудящихся, работодателей и правительств.

С этого времени можно говорить о создании института социальной защиты, основанного не на благотворительности, а на личной ответственности и социальной солидарности. Участвуя в финансировании социального страхования, наемные рабочие зарабатывают право на пенсии, пособия и медицинскую помощь и не чувствуют себя иждивенцами ни у работодателя, ни у государства. Такой порядок сохраняет у рабочего чувство собственного достоинства.

Источником социальной безопасности наемного труда становится передача собственности посредством труда и страхования, что ввиду особой социальной значимости происходит под контролем государства. Плата страховых взносов становится обязательной, но при этом она приводит к неотчуждаемому праву, поскольку это не вид продаваемого имущества, а собственность, подчиненная правовым и страховым ограничениям. Ее можно реализовать только при наступлении социальных страховых случаев.

Финансовой базой выступает перераспределение части заработной платы застрахованных работников во времени — от периода трудовой деятельности до периода выхода на пенсию или до момента временной или постоянной утраты трудоспособности.

Уплачивая страховые взносы, наемный работник и работодатель вступают в солидарные отношения со всеми другими работниками и работодателями по поводу создания индивидуально-коллективных форм социальной защиты работников. При этом финансовые ресурсы социального страхования являются собственностью всей совокупности застрахованных, т. е. выступают общественной собственностью, использовать которую могут получатели пенсий, пособий, медицинской помощи и других социальных услуг, или на современном страховом языке — бенефициарии.

Другими словами, наемный работник, лишенный частной собственности, внося страховые взносы, приобретает право на часть общественной собственности, сосредоточенной в фондах социального страхования, и тем самым приобретает право на материализованную социальную защиту.

Ввиду особой социальной значимости сама процедура страхования и предоставления пособий и пенсий реализуется с помощью специализированных организаций (страховых фондов), финансово и юридически не зависимых от работодателей, и осуществляется под контролем государства.

Таким образом, специализация, разделение и кооперация труда индустриального производства потребовали наряду с высокой трудовой дисциплиной создания условий для зарабатывания приемлемого уровня заработной платы наемных работников и формирования развитых систем социального обеспечения. Внимание к этим двум вопросам было предопределено необходимостью социальных стандартов, связанных с доходами населения, учитывающей, что материальной основой жизнедеятельности людей является заработная плата (для текущего потребления) и социальное страхование (как форма резервируемой заработной платы на случаи наступления социальных рисков).

Из-за того, что социальная политика — по существу, превращенная форма распределения произведенного продукта, и позиции работодателей и работников по поводу социальной справедливости, как правило, расходятся, возникла настоятельная необходимость в регулируемых государством институтах в сфере доходов населения (заработная плата и социальная защита).

Введение в европейских странах института обязательного социального страхования позволило во многом преодолеть одно из самых сложных противоречий между трудом и капиталом по поводу источников доходов работников при наступлении для них социальных рисков, приводящих к утрате заработной платы, использовать эффективные формы и механизмы социальной защиты наемного персонала.

Страховые формы защиты оказались приемлемыми как по финансовой нагрузке для работодателей и работников, так и по уровню материального обеспечения. С этого времени можно говорить об общепринятой доктрине института социального страхования, основанного не на благотворительности, а на личной ответственности и социальной солидарности субъектов трудовых отношений.

  • [1] Куликов В. В. Введение. Концептуальные основы современной экономики труда // Современная экономика труда. М. : Финастатинформ, 2001. С. 10.
  • [2] В процессе труда они касаются таких важных для субъектов трудовых отношений вопросов, как организация и нормирование труда, условия и охрана труда,социальное страхование.
  • [3] В 1842 г. в Англии было принято несколько законов в области безопасностигорного дела, которые впоследствии регулярно обновлялись и совершенствовались:Акт о регулировании металлических рудников 1872 г., Акт о регулировании угольных копий 1887 г., Акт о регулировании карьров и открытых разработок 1894 г.Аналогичные законы были приняты во второй половине XIX в. во многих промышленно развитых странах Западной Европы и США.
  • [4] См.: Ортега-и-Гассет X. Избранные труды : пер. с исп. / под ред. А. М. Рутке-вича. 2-е изд. М., 2000. С. 164—233.
  • [5] См.: Maddison A. Monitoring the World Economy 1820—1992. OECD. Paris,1995. P. 27.
  • [6] Увеличение качества жизни позволило улучшить структуру питания, что положительно повлияло на сопротивляемость организма к воздействию инфекцийи быстрому росту продолжительности жизни и привело к устойчивому росту продолжительности жизни большинства западноевропейских стран.
  • [7] В качестве критериев улучшения состояния здоровья населения и укрепленияфизических сил людей демографы используют показатели увеличения человеческого роста, которые на протяжении последних двух столетий демонстрируют тенденцию к устойчивому росту, а также статистику среднего возраста установления инвалидности населения, также перемещающуюся верх по возрастной шкале.
  • [8] Баччи М. Л. Демографическая история Европы. СПб. : Alexandria, 2010. С. 237.
  • [9] Следует отметить, что в СССР, несмотря на огромные потери в двух мировыхвойнах, гражданской войне и голодных 1930-х и 1947-х гг., темпы прироста ожидаемой продолжительности жизни в отдельные периоды времени были выше, чемв среднем по Европе, но в целом за период 1920 по 1994 г. составили около трехмесяцев за каждый календарный год. — См.: Урланис Б. Ц. Эволюция продолжительности жизни. М. : Статистика, 1978. С. 281.
  • [10] См.: РоикВ. Д. Основы социального страхования : учебник. М. : РАГС, 2007.С. 54—75.
  • [11] Следует отметить, что пенсионное обеспечение было впервые введено в Пруссии в 1825 г. для государственных чиновников.
  • [12] Conrad С. The emergence of modern retirement: Germany in an international Comparison (1850—1960) // An English Selection. 1991. Vol. 3. P. 171—200.
  • [13] Кейнс Дж. M. Общая теория занятости, процента и денег. М., 1999. С. 80—210.
  • [14] См.: Дарендорф Р. Современный социальный конфликт. Очерки политики свободы. М., 2002. С. 195.
 
Посмотреть оригинал
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ   ОРИГИНАЛ     След >