Характеристики коммуникатора как фактор успешного контакта с информацией

В какой мере характеристики самого источника способствуют успешному контакту с информацией? Начнем с понятий престижа, доверия к нему, его надежности. Значение этих характеристик, известное нам на уровне здравого смысла[1], исходя из опыта общения на межличностном уровне, точно так же велико и для общения индивида с массовыми источниками информации. И это подтверждается опытом, накопленным эмпирической социологией.

Упомянем лишь два примера. Один из них относится к достаточно ранним попыткам изучения влияния коммуникации на индивида, предпринятым группой американских социопсихологов Йельского университета под руководством К. Ховланда в период с 1946 по 1961 г.

Группе испытуемых (в качестве которых выступали студенты колледжа) представлялся для оценки список источников информации по следующим проблемам: может ли быть в настоящий момент построена атомная подводная лодка; можно ли продавать определенные лекарства без рецепта врача; степень ответственности сталелитейной промышленности за падение выплавки стали; как влияет телевидение на уменьшение количества кинотеатров и т.д. Источники информации для каждой проблемы были различны. Так, в вопросе об атомной субмарине источниками были Р. Оппенгеймер (под его руководством в Манхэттенском проекте создавались первые американские атомные бомбы) и советская газета "Правда". По поводу правомерности продажи лекарств без рецепта в качестве источников фигурировали научный журнал и популярное глянцевое массовое издание. Была зафиксирована степень доверия к разным источникам. Например, Оппенгеймер был назван американцами более надежным, точнее, самым надежным источником информации в соответствующей сфере. Затем другой группе испытуемых (идентичной первой по большинству параметров – этим, кстати, объясняется выбор гомогенной группы испытуемых, студентов или солдат американской армии) были предъявлены статьи по этой проблематике от имени Р. Оппенгеймера и от имени газеты "Правда". Каждый студент читал одну статью. Хотя аргументация в статьях была сделана (в целях эксперимента) идентичной, первая статья была признана заслуживающей доверия 94% опрошенных, а вторая – только 1%[2]. Вывод, который сделали авторы эксперимента, говорит, что на нашу оценку журналистского материала в значительной степени влияет наша же оценка самого журналиста – часто независимо от фактов, которые он приводит[3]. Это обобщение входит в более широкий контекст взаимоотношений личного опыта индивида и его представлений о более широкой социальной действительности, не входящей непосредственно в его личный опыт. Личный опыт формирует, стереотипизирует определенные представления, оценки, отношения личности, и в дальнейшем индивид достаточно механически переносит эти оценки на новую, незнакомую ему социальную реальность. Такие социальнопсихологические механизмы как престиж источника информации, его авторитет начинают действовать еще до контакта личности с продуктом этого источника.

Р. Мертон назвал такую ситуацию "эффектом Матфея". В свое время он разослал в журналы уже опубликованные им же статьи, но с подписью неизвестных авторов. Ни одна не была принята! Решающим оказался научный авторитет автора.

В 2007 г. фонд "Общественное мнение" провел общероссийский опрос населенных пунктов (44 субъекта РФ и 1500 респондентов) с просьбой к респондентам описать современного российского журналиста. Отвечавшие говорили как о его принципиальности, независимости от каких- либо структур, неподкупности, стремлении "объективно давать информацию" (13%), так и о беспринципности, продажности, нечистоплотности (6%). Как пишет автор[4], одни отмечали образованность, эрудированность, высокий интеллектуальный уровень российских журналистов (9%), другие отзывались о них как о "хамоватых ребятах, везде сующих свой нос".

В массовом сознании доминирует представление о том, что работать журналистом в нашей стране престижно, – это мнение разделяют 63% респондентов (противоположных взглядов придерживаются 16%, а 21% участников опроса затруднились ответить на вопрос). Между тем лишь каждый второй россиянин (53%) полагает, что журналисты сегодня пользуются уважением в обществе (чуть более четверти – 27% – разделяют противоположную точку зрения, а каждый пятый – 20% – не имеет мнения на этот счет). Судя по этим данным, значительная часть россиян воспринимает журналистику как престижную профессию, представители которой не пользуются в обществе уважением.

В сознании россиян существует представление о том, что журналист – тяжелая профессия. Это мнение разделяет подавляющее большинство наших сограждан (87%). Определенное единодушие наблюдается и в оценке такого параметра работы журналиста, как профессионализм. Половина участников опроса (52%) оценивают его высоко. Почти половина опрошенных (48%) считают, что российские журналисты в целом объективно освещают происходящие в стране события. Треть (32%) придерживается противоположной точки зрения, а пятая часть (20%) затруднилась с ответом. Сравнение этих данных с опросами 2000–2001 гг., когда россиянам задавались аналогичные вопросы, показывает определенный рост доверия населения к информации, поставляемой журналистами: так, в 2000 г. лишь 42% считали ее объективной, а 45% оценивали как необъективную.

Как отмечают аналитики фонда, если говорить о доверии к самим журналистам, то здесь наблюдается скорее обратная (хотя и слабовыраженная) тенденция: в 2000 г. почти половина россиян (47%) заявляла о своем доверии журналистам, в 2006 г. – 44%. По-видимому, в российском массовом сознании идет переоценка роли журналиста. Наблюдается определенная динамика мнений о характере влияния журналистов на общественную жизнь страны: "Убеждение в том, что влияние журналистов позитивно, явно преобладает над любой иной точкой зрения – сегодня его разделяют 45% россиян, в то время как об отрицательном влиянии заявляют 13%, а об отсутствии сколько-нибудь серьезного влияния на общество – 23% респондентов (19% затруднились ответить на вопрос)"[4]. Наиболее позитивно журналистов воспринимают на селе, где половина граждан испытывает к ним доверие, 53% убеждены, что их влияние на общество позитивно, а 57% полагают, что они пользуются уважением в обществе. Иначе относятся к журналистам в Москве и других мегаполисах: в столице доверяют им 30%, а 53% – не доверяют (в селах не доверяют людям этой профессии 35%).

По степени доверия Интернет повсеместно выходит на второе место после телевидения. Россияне упоминают его в качестве наиболее достоверного источника информации почти в два раза чаще, чем газеты и радио, вместе взятые (табл. 13.1).

Таблица 13.1

Ответы на вопрос "Как Вам кажется, где сегодня можно получить наиболее объективную информацию о событиях в России – но телевидению, из газет, но радио или в Интернете?", % от числа опрошенных

Источник

Население в целом

Москва

Большой город

Малый город

Село

Телевидение

58

45

58

59

65

Газеты

5

10

6

5

1

Радио

4

2

2

5

3

Интернет

16

29

15

18

11

Более сложную проблематику отслеживают социологи, когда они выясняют мнения аудитории о коммуникаторе, доверяет ли она реально тем конкретным информационным каналам, с которыми ежедневно встречается как потребитель их продукции. Хотя эта информация много говорит и о самой аудитории, зачастую это все же сигнал для СМК. В какой мере они воспримут ее как руководство к изменению – другой вопрос; но то, что это реальная информация к размышлению, – факт. Недаром зачастую заказчиками таких исследований выступают сами информационные органы[6].

  • [1] В книге К. Виланда "История абдеритов", где речь идет о вымышленном народе и его традициях, есть пример к случаю: "Нужно прежде всего обладать вкусом, который невозможно выработать в себе никаким искусством и образованием, если не имеешь природных задатков, определенной тонкости души, способной ощущать прекрасное, чтобы понять различия между хорошим и плохим... Природа, по-видимому, начисто лишила абдеритов этой способности. Им было все одинаково по вкусу. Поэтому при каждом новом произведении, с которым им приходилось сталкиваться, они прежде всего всегда задавали вопрос: “Кто автор?”. Превосходнейшие произведения они воспринимали равнодушно, пока не узнавали, что они принадлежат знаменитым мастерам" (см.: Кристоф Мартин Виланд. История абдеритов. М.: Наука, 1978. С. 88).
  • [2] См.: Hovland С., Weiss W. The Influence of Source Credibility on Communication Effectiveness // Public Opinion Quarterly. 1951. P. 288; Hovland C. et al. Communication and Persuasion. New Haven: Yale University Press, 1953. P. 29.
  • [3] Однажды на собрании художников и других близких к искусству людей очень хвалили один женский портрет Тициана; и один из жующих остроумцев сказал, обращаясь к Тинторетто: "Вот как надо бы писать"; Тинторетто, уже старику, показалось, что эти слова были направлены против него; придя домой, он взял полотно, на котором, тоже Тицианом, была написана женская голова, написал на другом конце этого полотна головку девушки, своей соседки; и, закончив ее немного, а другую голову покрыв клеевой краской, отнес ее на очередное собрание; когда она была выставлена, все устремили на нее взгляды, обсуждая ее как исключительное произведение самого Тициана. Тогда Тинторетто, сняв губкой краску с первой головы, сказал; "Вот эта действительно кисти Тициана, а ту, другую, сделал я; теперь, синьоры, вы видите, какое значение в суждении о картине имеют обаяние имени художника и установившаяся репутация" (см.: Мастера искусства об искусстве. В 7 т. Т. 2. М.: Искусство, 1969. С. 258).
  • [4] Шмерлина И. Российский журналист: декомпозиция имиджа? // Социальная реальность. Журнал фонда "Общественное мнение". 2007. № 6. С. 22-28.
  • [5] Шмерлина И. Российский журналист: декомпозиция имиджа? // Социальная реальность. Журнал фонда "Общественное мнение". 2007. № 6. С. 22-28.
  • [6] Отмечаемые нами в предыдущем разделе исследования прессы в рамках советской социологии были инициированы газетами "Литературная газета", "Известия", "Правда".
 
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ     След >