Типовые ситуации в судебных спорах о порядке воспитания и определении места жительства ребенка при раздельном проживании родителей, экспертные модели КСППЭ

I. У ребенка (детей) в связи с семейно-правовым спором выявляются психические расстройства; один из родителей в качестве истца обвиняет другого родителяответчика в том, что особенности психического состояния ребенка (детей) обусловлены недостаточным уходом и характером воспитания со стороны ответчика.

Гражданское дело рассматривалось в районном суде города Москвы по иску отца двоих детей 4,5 и 7 лет к матери. В исковом заявлении отец указывал, что мать "передала уход за детьми и воспитание в руки бабушки, которая препятствует его встречам с детьми, настраивает детей против него, физически наказывает их при непослушании".

При экспертном комплексном психолого-психиатрическом исследовании установлено следующее. Мать детей (ответчик) по характеру эмоциональная, общительная, состояла в браке с истцом более 8 лет, в настоящее время много внимания уделяет частному бизнесу. Возражает против встреч истца с детьми, так как они носят нерегулярный характер; отец настаивал на встречах только с сыном в отсутствие матери, во время встреч дважды пытался проводить обследование ребенка на предмет насилия по отношению к нему.

Истец характеризуется малообщительным, замкнутым, чувствительным к обидам и замечаниям; живет один, работает по специальности, социально адаптирован, за психиатрической помощью не обращался.

При исследовании младшего ребенка (мальчик 4,5 года) установлено: в течение последнего года отмечаются нарушения сна с ночными страхами, тики, повышенная плаксивость, возобновились случаи ночного недержания мочи. При обследовании держится замкнуто и тревожно, дает слабо выраженные эмоционально-поведенческие реакции как на мать, так и на отца; отсутствует устойчивый позитивный образ семьи. У старшего ребенка (девочка 7 лет) психических расстройств не выявлено, проявляет устойчивую привязанность к младшему брату и матери.

В выводах указано, что возрастное психическое развитие детей соответствует норме, психическое состояние младшего ребенка характеризуется развитием невротических расстройств, связанных с разводом и семейным стрессом. Ответчик (мать ребенка) является психически здоровой личностью с адекватными установками на оптимальное развитие ребенка; у нее отсутствуют какие-либо индивидуально-психологические особенности, которые могли бы оказывать негативное влияние на психическое и личностное развитие ребенка. В складе личности истца установлены признаки акцентуации характера шизоидного типа. Отношение младшего ребенка к матери и отцу в связи с развитием невротических расстройств характеризуется отсутствием реакции привязанности, поэтому продолжение конфликта развода и встречи отца с ребенком в отсутствие матери несут в себе высокий риск сохранения и актуализации патологических расстройств невротического типа.

2. Один из родителей в качестве истца требует ограничить общение с ребенком другого родителя, потому что тот состоит на учете в ПНД в связи с психическим расстройством и может оказывать негативное влияние на психическое состояние ребенка.

Гражданское дело рассматривалось по иску отца к матери с определением места жительства и порядка воспитания малолетнего ребенка 6 лет. В исковом заявлении истец указывал, что имеет хорошее материальное положение, активно занимается воспитанием сына, несет расходы, связанные с его содержанием, а ответчик – мать состоит на учете в психиатрическом диспансере и негативно влияет на состояние ребенка, поэтому он отстает в развитии.

При экспертном психолого-психиатрическом исследовании установлено следующее. Брак между истцом и ответчиком существовал около 8 лет, отношения в браке конфликтные, что истец связывает с "развитием у жены психических расстройств". Себя характеризует "спокойным, общительным и эмоциональным человеком", после развода повторно вступил в брак, в котором детей не имеет. Психических расстройств не выявлено; считает, что ребенок должен постоянно проживать с ним.

Мать ребенка (ответчик) имеет среднее профессиональное образование, по характеру сдержанная, малообщительная, много внимания уделяла семье и воспитанию ребенка. За два года до развода стала более подозрительной, высказывала идеи религиозного содержания "об особой миссии" и идеи отношения. При обследовании в психиатрическом стационаре установлен диагноз: параноидная шизофрения. После курса лечения находится в состоянии улучшения, продолжает работать, поддерживающей терапии не принимает. При исследовании выявлены нерезко выраженные признаки эмоциональной уплощенности, утрата интереса к продолжению отношений с мужем. Эмоционально-личностное отношение к ребенку сохранено, переживает из-за того, что отец намерен добиться судебного решения, чтобы ребенок постоянно проживал с ним в новой семье. Бредовых расстройств не выявлено, к перенесенному психотическому состоянию критика частичная.

При оценке развития ребенка установлено, что беременность и роды у матери носили патологический характер. С раннего детства у ребенка наблюдались расстройства сна, астмоидные состояния, нарушения речевого развития с трудностями звукопроизношения. При обследовании в Центре психолого-медико-социального сопровождения установлены нарушения возрастного психического развития с общим недоразвитием речи и дефицитарностью познавательных процессов. Одновременно отмечается высокий уровень внутренней напряженности с тревожными реакциями, что связано с конфликтной семейной ситуацией.

При исследовании держится отгороженно, легко дает тревожные или отказные реакции. В игровых ситуациях ограниченно общается с детьми младшего возраста; в играх повторяются темы, связанные со скрытой тревожностью. Слабо сформированы представления о семье и ситуации развода; не может понять и объяснить, почему он должен жить "сначала у мамы, а потом у папы". При усилении тревожности нарастают речевые нарушения в виде заикания; нарушений интеллекта не выявлено.

В выводах указано, что отец ребенка является психически здоровым; мать ребенка (ответчик) страдает параноидной шизофренией и в настоящее время находится в состоянии улучшения – терапевтическая ремиссия. При этом у нее отсутствуют признаки эмоциональноволевого дефекта или стойкие личностные расстройства болезненного характера, сохранено адекватное психосоциальное функционирование и состояние привязанности к ребенку с заботой о его воспитании и развитии. Со стороны психического здоровья у матери не выявлены какие-либо расстройства, которые могли бы оказывать в настоящее время негативное влияние на возрастное психическое и личностное развитие ребенка.

Психическое состояние ребенка характеризуется признаками органического астенического эмоционально-лабильного расстройства с задержанным возрастным психическим развитием, включая расстройства речи и признаки личностной незрелости. Отмеченные нарушения возрастного психического развития у ребенка не связаны с семейным стрессом, обусловленным разводом и судебным спором, или негативным влиянием психического расстройства у матери. На период обследования отношения матери (ответчика) и ребенка сохраняют характер устойчивой привязанности, поэтому разлучение ребенка с матерью несет в себе высокий риск декомпенсации, прогрессирования имеющихся у ребенка нарушений возрастного психического развития.

3. Ребенок индуцируется со стороны одного из родителей негативным, отвергающим отношением к другому родителю.

Гражданское дело рассматривалось в районном суде города Пензы по иску матери к отцу о лишении его родительских прав в отношении троих детей: 17 лет, 13 лет, 12 лет; встречному иску отца об определении порядка общения с детьми. В исковом заявлении истица указала, что отец детей в период их совместной жизни был вспыльчивым, агрессивным, нетерпимым к ней и детям, в результате чего у детей сформировалось негативное к нему отношение, они отказываются с ним встречаться, боятся его. Считает, что общение детей с отцом может нанести существенный вред их психическому здоровью, просит лишить его родительских прав. Во встречном исковом заявлении отец детей указал, что он всегда заботился о детях, участвовал в их воспитании, мать настроила детей против него.

При экспертном психолого-психиатрическом исследовании установлено следующее. Мать по характеру общительная, активно занимается общественной деятельностью. Отношения в браке характеризует как недостаточно близкие, лишенные эмоциональной теплоты и поддержки. После расторжения брака ответчица сменила фамилию, запретила ответчику встречаться с детьми, дважды обращалась в милицию с заявлениями о нанесении ей побоев ответчиком. Во время ссор провоцировала ответчика, говорила детям, чтобы они убегали из квартиры, так как отец "может их убить". К детям была эмоционально привязана, убеждена, что встречи детей с отцом являются для них "испытанием", негативно сказываются на их психическом состоянии. Признаков психического расстройства и аномальных личностных черт у подэкспертной не выявлено. При исследовании характера детско-родительских отношений признаков дисгармоничного стиля воспитания не установлено, отмечалось неосознанное неприятие "мужских" черт у детей мужского пола и поощрение таких качеств личности, как нежность, деликатность, опрятность.

При исследовании отца признаков психического расстройства не выявлено. Воспитывался в рабочей семье, увлекался боксом, борьбой, имеет высшее физкультурное образование. Причиной ухудшения семейных отношений считает разногласия в вопросах воспитания детей, так как "жена потакала детям, растила из них неженок". При исследовании детско-родительских отношений у подэкспертного отмечалось выраженное недовольство воспитательными методами матери детей; выявлялся стиль воспитания по типу доминирующей гиперпротекции.

Дети при исследовании высказывали негативное отношение к отцу, обвиняли его в том, что он с детства унижал их. В стереотипных выражениях обвиняли отца в том, что он "постоянно к ним лезет... мешает им жить". Более терпимо относилась к отцу дочь, 13 лет. Старший сын заявлял, что, как и мать, поменял фамилию, имя и отчество, чтобы "вычеркнуть отца из своей жизни".

Дано экспертное заключение, что у родителей отсутствуют психические расстройства, имеющиеся индивидуально-психологические особенности не могут оказать негативного влияния на психическое здоровье и гармоничное развитие детей. Учитывая выраженный негативный характер отношения детей к отцу, общение детей с отцом в настоящий момент может оказать негативное влияние на их актуальное психическое состояние и развитие. Указано также, что негативное отношение детей к отцу является не полностью самостоятельным, а во многом обусловлено позицией их матери и взаимоисключающими стилями воспитания обоих родителей.

4. Один из родителей в ситуации развода совершает действия, которые непосредственно приводят к ухудшению психического состояния ребенка и формированию у него негативного отношения к родителю.

Гражданское дело рассматривалось в районном суде города Москвы по иску отца об определении места жительства ребенка с ним.

При экспертном психолого-психиатрическом исследовании установлено следующее. Ребенок родился от первой нормально протекавшей беременности. До года наблюдался у психоневролога в связи с повышенным мышечным тонусом, отставал в речевом развитии. По характеру был доброжелательным, активным, общительным, привязан к матери. При конфликтах в связи с разводом ребенок занял сторону отца и стал проживать совместно с ним. При этом он регулярно виделся с матерью (3–4 раза в неделю), иногда оставался у нее на выходные дни. Через год после развода отец подэкспертного обратился в суд с иском об определении места проживания ребенка с ним. Мать обратилась с встречным иском об определении места проживания сына с нею, в котором указывала, что ранее мальчик был к ней очень привязан. Его отказ проживать с нею связывала с тем, что отец его "настраивает". Во время одной из встреч с сыном мать встретила его после школьных занятий, силой посадила в машину и увезла на дачу к своей подруге, где удерживала его в течение недели. При этом запретила ребенку звонить отцу, забрала у него мобильный телефон, говорила, что он больше "не увидит отца" и будет теперь жить с ней. Согласно показаниям матери ребенок плакал, отказывался от еды и общения, поэтому она пыталась силой разжимать ему зубы и давать настойку валерьяны. Через неделю мать была вынуждена позволить мальчику вернуться к отцу. После возвращения к отцу у ребенка отмечалась невротическая реакция, проявившаяся сниженным фоном настроения, страхами, нарушениями сна, тиками. С этого периода он стал отказываться от встреч с матерью, говорил, что боится, что она "опять его украдет". В связи с тем, что на момент исследования у подэкспертного сохранялся фиксированный страх перед ситуацией пребывания у матери с изоляцией от отца и других родственников, дано заключение, что в настоящее время проживание ребенка только с матерью отдельно от отца и бабушки может стать для него психотравмирующим фактором и привести к фиксации связанных со стрессом невротических расстройств.

Таким образом, в настоящей главе представлены методологические основы судебно-психиатрической экспертизы по защите прав детей в соответствии с парадигмой СК. Выделено два ведущих направления экспертного исследования: защита прав детей, подвергающихся опасности со стороны родителей (фактических воспитателей), включая различные формы семейного насилия, и разработка комплексного психолого-психиатрического экспертного подхода к оценке обстоятельств, имеющих доказательное значение в судебных разбирательствах по спорам о воспитании детей. Раскрыты правовые, социально-психологические и клинические основания назначения психолого-психиатрических экспертиз по делам о защите детей; приведены модели типичных экспертных заключений.

 
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ     След >