Полная версия

Главная arrow Право arrow Адвокатура России

  • Увеличить шрифт
  • Уменьшить шрифт


<<   СОДЕРЖАНИЕ   >>

Аутсорсинг как экономическая основа работы адвоката с юридическими лицами

В современной России распространена практика привлечения юристов (в том числе адвокатов) для решения различных правовых проблем хозяйствующих субъектов и иных организаций. Вместе с тем вопрос об основаниях заключения такого договора, особенно при наличии в штате предприятия "внутренних" юристов (юридической службы) имеет большое значение, ибо случаются как предъявления претензий со стороны контролирующих органов, так и обывательское непонимание смысла приглашения "сторонних" юристов. В среде российских предпринимателей и контролирующих органов иногда высказывается мнение о том, что к услугам сторонних юристов (особенно адвокатов) различным структурам (особенно государственным) если и следует прибегать, то в самом крайнем случае, а в повседневной жизни лучше обращаться к "своим", т.е. работникам организации. Этот взгляд поддерживается и некоторыми юристами. Например, немотивированно утверждается, что поскольку "адвокаты в штат обслуживаемых организаций не входят", то "очевидны те затруднения, которые испытывает организация, если ведущий исполнитель правовой работы не состоит в трудовых отношениях с ней"[1]. При этом никак не комментируется, что такие "затруднения" устраняются соответствующей обязанностью адвоката, закрепленной в договоре. Есть и иной подход (опять же, никак не мотивированный), по которому адвокаты могут заниматься узконаправленной правозащитной деятельностью, а не правовой работой в целом[2]. Эти взгляды нс соответствуют современному законодательству России. Так, в ст. 1 Закона об адвокатуре определено, что адвокаты оказывают квалифицированную юридическую помощь доверителям "в целях защиты их прав, свобод и интересов". Сам термин "защита" может толковаться и в узком, и в широком смысле. Так, под защитой понимается процесс реализации права на обращение в суд или иные государственные органы, а также осуществление иных правомерных действий для пресечения существующего нарушения охраняемых законом прав и интересов, т.е. для защиты "в узком смысле" необходим некий деликт. В широком же смысле защитой являются в том числе любые меры общей и частной превенции, направленные на предупреждение противоправных деяний и устранение причин, их порождающих, а также иные действия по обеспечению законных интересов субъектов правоотношений. Никаких ограничений для оказания правовой помощи – в том числе в виде наличия у предприятия собственных юристов – закон не содержит.

На современном этапе постоянное сотрудничество юридических лиц с адвокатами базируется на понимании того факта, что окружающая экономическая и политико-правовая среда требует привлечения квалифицированных специалистов, услуги которых полезны организации.

Касаясь современных условий хозяйственной деятельности, российский ученый С. О. Календжян пишет, что "компания должна постоянно приспосабливаться к окружению, отслеживать изменения во внешней среде <...> Изменение управления и применение новых методов и средств менеджмента, направленных па усиление конкурентоспособности, становятся ключевым инструментом стратегии устойчивого развития бизнеса в условиях глобализации"[3].

По мысли известного экономиста П. Друкера, в XXI в. "глобальная конкуренция должна стать стратегической целью всех учреждений. Ни одно учреждение, будь то коммерческое предприятие, университет или больница не может рассчитывать на выживание, не говоря уже об успехе, если не будет соответствовать стандартам, которые устанавливают лидеры индустрии, в какой бы части мира они не находились"[4]. Иными словами, деятельность и коммерческих, и некоммерческих организаций регулируется одними и теми же экономическими законами, и независимо от организационно-правовых форм они испытывают влияние одних и тех же глобальных условий хозяйствования.

Поиски новых форм управления привели к пониманию объективной необходимости передачи определенных функций внешним исполнителям (аутсорсинг). Экономической сущностью аутсорсинга "является система отношений, возникающая при передаче компанией-заказчиком некоторых видов своей деятельности специализированным фирмам на основе долгосрочных договоров"[5].

Таким образом, экономический смысл привлечения "сторонних" специалистов заключается в получении юридических услуг высокого качества в условиях постоянно усложняющейся правовой реальности.

Раскрывая характер взаимоотношений заказчика и исполнителя, С. О. Календжян отмечает: "Принципиально важно, чтобы эти отношения были стратегическим выбором сторон, имели длительный период действия и, кроме того, предполагали очень высокий уровень взаимного доверия сторон. Ответственность за действия или бездействие со стороны аутсорсера значительно выше по сравнению с обычными контрактами купли-продажи. <...> Аутсорсинг предполагает передачу исполнителю не только полномочий, но и ответственности за ... предоставление некоторых видов услуг"[6]. Несомненно сходство отношений сторон при аутсорсинге и при адвокатской работе. Существенно, что ст. 5 Кодекса профессиональной этики адвоката закрепляет поддержание именно такого характера отношений. Более того, само наименование лица, обратившегося за юридической помощью – "доверитель" – раскрывает их особое содержание, не только формально- юридическую, но и межличностную, человеческую ценность.

Как отмечают экономисты, одним из главных принципов аутсорсинга является правило: не прибегать к передаче полномочий только с целью экономии средств, ибо экономия средств не является главной задачей при установлении аутсорсинговых отношений[7]. Необходимо заметить, что в России весьма активно развивается аутсорсинг юридических услуг, хотя и в меньшей степени, чем в развитых иностранных государствах[8]. По оценке журнала "Forbes", российские юристы, специализирующиеся на обслуживании корпораций, не уступают иностранным юридическим фирмам "среднего уровня" ни по доходам, ни по масштабам деятельности[9]. По опубликованным в газете "Ведомости" от 25 апреля 2013 г. данным, доход некоторых российских юридических компаний за 2011 г. превышает 4,8 млрд руб.

Ныне оплата услуг российских юристов при аутсорсинге (равно как и при оказании правовой помощи в иных формах) производится на основе стандартных общеизвестных подходов, нашедших отражение в практике и правовой литературе.

Тем не менее, как пишет Д. Н. Тихонов, "далеко не все корпоративные юристы и даже руководители понимают необходимость привлечения внешних юристов в определенных ситуациях"[10].

По мнению компетентных специалистов, сторонние юристы полезны для консультирования в тех отраслях права, где "внешняя" юридическая структура особенно сильна; при необходимости выполнения большого объема работ в короткие сроки; в случаях, когда нужно использовать авторитет "внешней" юридической компании; в конфликтных ситуациях, когда требуется участие стороннего посредника, и ряде других. Как видно, привлечение сторонних юристов обусловлено соображениями повышения эффективности работы "приглашающей" организации[11]. Таким образом, главным побудительным мотивом приглашения стороннего консультанта (адвоката) к правовому обеспечению функционирования юридического лица является компетентность и высокая квалификация адвоката, а также его профессиональные знания в очень узких областях[12].

Указанные экономико-организационные основания взаимодействия организаций и сторонних юристов нашли отражение в действующем законодательстве РФ. Так, ст. 48 Конституции РФ, гарантируя право на получение квалифицированной юридической помощи, не связывает реализацию данного права с наличием или отсутствием у организаций внутренней юридической службы.

В п. 2.1 мотивировочной части Постановления Конституционного Суда РФ от 23 января 2007 г. № 1-П указано: "Общественные отношения по поводу оказания юридической помощи находятся во взаимосвязи с реализацией соответствующими субъектами конституционной обязанности государства по обеспечению надлежащих гарантий доступа каждого к правовым услугам и возможности привлечения каждым лицом, заинтересованным в совершении юридически значимых действий, квалифицированных специалистов в области права, – именно поэтому они воплощают в себе публичный интерес, а оказание юридических услуг имеет публичноправовое значение".

В соответствии с положениями гражданского законодательства организация вправе заключить любой не противоречащий закону договор, в том числе договор возмездного оказания юридических услуг. При этом ни ГК РФ, ни законодательство о федеральных государственных унитарных предприятиях не ставят право предприятия на заключение договоров со сторонними организациями в зависимость от наличия или отсутствия в штате предприятия тех или иных специалистов (в частности, юристов).

В п. 2.2 мотивировочной части Постановления Конституционного Суда РФ от 23 января 2007 г. № 1-П отмечено, что "в силу диспозитивного характера гражданско-правового регулирования лица, заинтересованные в получении юридической помощи, вправе самостоятельно решать вопрос о возможности и необходимости заключения договора возмездного оказания правовых услуг, избирая для себя оптимальные формы получения такой помощи и – поскольку иное не установлено Конституцией Российской Федерации и законом – путем согласованного волеизъявления сторон определяя взаимоприемлемые условия ее оплаты. Свобода гражданско-правовых договоров в ее конституционно-правовом смысле, как неоднократно отмечалось в решениях Конституционного Суда Российской Федерации, в частности в его Постановлениях от 6 июня 2000 года № 9-П и от 1 апреля 2003 года № 4-П, предполагает соблюдение принципов равенства и согласования воли сторон. Следовательно, регулируемые гражданским законодательством договорные обязательства должны быть основаны на равенстве сторон, автономии их воли и имущественной самостоятельности, недопустимости произвольного вмешательства кого-либо в частные дела. Субъекты гражданского права свободны в установлении своих прав и обязанностей на основе договора и в определении любых не противоречащих законодательству условий договора (пункты 1 и 2 статьи 1 ГК Российской Федерации)".

Как указывается в п. 3.2 мотивировочной части Постановления Конституционного Суда РФ от 23 января 2007 г. № 1-П, "одним из распространенных видов услуг, оказание которых регулируется главой 39 ГК Российской Федерации, являются правовые услуги, к которым относятся предоставление устных и письменных консультаций, составление юридических документов (исковых заявлений, отзывов, апелляционных и кассационных жалоб и т.д.), экспертных заключений, участие в разбирательстве судебных споров и т.д. Соответствующий договор может быть заключен как с адвокатским образованием (статьи 20 и 25 Федерального закона “Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации”), так и с иными субъектами, которые согласно действующему законодательству вправе оказывать возмездные правовые услуги".

Законодательством особо урегулированы отношения по оказанию правовых услуг для государственных и муниципальных нужд.

Федеральный закон от 5 апреля 2013 г. № 44-ФЗ "О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд" устанавливает особенности размещения заказа на оказание юридических услуг для государственных или муниципальных нужд.

Так, согласно п. 2 ст. 42 "Извещение об осуществлении закупки" указанного Федерального закона в извещении об осуществлении закупки, которое заказчик обязан разместить в единой информационной системе, должна содержаться, в частности, информация об условиях контракта, месте оказания услуги, являющейся предметом контракта, а также график оказания услуг, начальная (максимальная) цена контракта, источник финансирования. При этом указано, что в случае, если при заключении контракта объем подлежащих оказанию юридических услуг невозможно определить, в извещении об осуществлении закупки и документации о закупке заказчик указывает цену единицы услуги. При этом в извещении об осуществлении закупки и документации о закупке должно быть указано, что оплата оказания услуги осуществляется по цене единицы услуги исходя из объема фактически оказанной услуги, но в размере, не превышающем начальной (максимальной) цены контракта, указанной в извещении об осуществлении закупки и документации о закупке.

В отличие от действовавшего ранее Федерального закона от 21 июля 2005 г. № 94-ФЗ "О размещении заказов на поставки товаров, выполнении работ, оказание услуг для государственных и муниципальных нужд" Федеральный закон от 5 апреля 2013 г. № 44-ФЗ нс содержит иных, кроме указанных выше особенностей заключения контракта (договора) на оказание юридических услуг для государственных и муниципальных нужд. Так, нет в новом законе положения о том, что значимость таких критериев, как качество услуг и (или) квалификация участника конкурса составляет по общему правилу 20%, а при размещении заказа на оказание юридических услуг определена законом значительно выше – в пределах 45%.

В указанном выше конституционно-правовом смысле и русле гражданского законодательства решен вопрос о привлечении сторонних юристов в нормах налогового права. Согласно подп. 14 п. 1 ст. 264 ("Прочие расходы, связанные с производством и (или) реализацией") НК РФ к прочим расходам, связанным с производством и реализацией, относятся, в частности, расходы налогоплательщика на юридические и информационные услуги.

В практике правоприменительной деятельности решен вопрос о праве хозяйствующего субъекта-налогоплательщика на основании указанных налоговых норм включить в состав прочих расходов, связанных с производством и реализацией, затраты на приобретение консультационных, юридических и иных услуг при наличии у данной организации структурных подразделений или работников, на которых возложены аналогичные функции.

По данному вопросу Конституционный Суд РФ в и. 3 мотивировочной части Определения от 4 июня 2007 г. № 320-О-П сформулировал следующие правовые позиции: "Гражданское законодательство рассматривает предпринимательскую деятельность как самостоятельную, осуществляемую на свой риск деятельность, направленную на систематическое получение прибыли (пункт 1 статьи 2 ГК Российской Федерации), которая для коммерческих организаций является основной целью их деятельности, а для некоммерческих организаций служит достижению целей, ради которых они созданы (статья 50 ГК Российской Федерации).

Глава 25 Налогового кодекса Российской Федерации регулирует налогообложение прибыли организаций и устанавливает в этих целях определенную соотносимость доходов и расходов и связь последних именно с деятельностью организации по извлечению прибыли. Так, перечень затрат, подлежащих включению в состав расходов, связанных с производством и реализацией, содержит материальные расходы, расходы на оплату труда, суммы начисленной амортизации и прочие расходы, включая расходы на ремонт основных средств, направленные на развитие производства и сохранение его прибыльности (статьи 253–255, 260–264 Налогового кодекса Российской Федерации). Этот же критерий прямо обозначен в абзаце четвертом пункта 1 статьи 252 Налогового кодекса Российской Федерации как основное условие признания затрат обоснованными или экономически оправданными: расходами признаются любые затраты при условии, что они произведены для осуществления деятельности, направленной на получение дохода".

Из этого же исходит и Пленум Высшего Арбитражного Суда РФ, указавший в Постановлении от 12 октября 2006 г. № 53 "Об оценке арбитражными судами обоснованности получения налогоплательщиком налоговой выгоды": обоснованность расходов, учитываемых при расчете налоговой базы, должна оцениваться с учетом обстоятельств, свидетельствующих о намерениях налогоплательщика получить экономический эффект в результате реальной предпринимательской или иной экономической деятельности. При этом речь идет именно о намерениях и целях (направленности) этой деятельности, а не о ее результате. Вместе с тем обоснованность получения налоговой выгоды, как отмечается в том же Постановлении, не может быть поставлена в зависимость от эффективности использования капитала.

Налоговое законодательство не использует понятие экономической целесообразности и не регулирует порядок и условия ведения финансово-хозяйственной деятельности, а потому обоснованность расходов, уменьшающих в целях налогообложения полученные доходы, не может оцениваться с точки зрения их целесообразности, рациональности, эффективности или полученного результата. В силу принципа свободы экономической деятельности (ч. 1 ст. 8 Конституции РФ) налогоплательщик осуществляет последнюю самостоятельно на свой риск и вправе самостоятельно и единолично оценивать ее эффективность и целесообразность.

По смыслу правовой позиции Конституционного Суда РФ, выраженной в Постановлении от 24 февраля 2004 г. № 3-П, судебный контроль не призван проверять экономическую целесообразность решений, принимаемых субъектами предпринимательской деятельности, которые в сфере бизнеса обладают самостоятельностью и широкой дискрецией, поскольку в силу рискового характера такой деятельности существуют объективные пределы в возможностях судов выявлять наличие в ней деловых просчетов.

Следовательно, нормы, содержащиеся в абз. 2 и 3 п. 1 ст. 252 НК РФ, не допускают их произвольного применения, поскольку требуют установления объективной связи понесенных налогоплательщиком расходов с направленностью его деятельности на получение прибыли, причем бремя доказывания необоснованности расходов налогоплательщика возлагается на налоговые органы.

В соответствии с письмом Минфина России от 7 марта 2006 г. № 03-11- 04/2/57 даже организация, основным видом деятельности которой является оказание юридических услуг, вправе учитывать в целях налогообложения обоснованные и документально подтвержденные расходы на оплату аналогичных услуг, оказываемых сторонними организациями.

Указанные правовые позиции подтверждаются и в судебно-арбитражной практике. Например, в постановлении Федерального арбитражного суда Северо-Западного округа от 13 ноября 2006 г. № А56-20288/2005 суд пришел к выводу, что расходы налогоплательщика на приобретение консультационных, юридических и иных услуг могут уменьшать полученные организацией доходы при условии, что данные расходы экономически обоснованы и документально подтверждены. По мнению судей, налоговое законодательство не устанавливает безусловной связи между признанием указанных расходов экономически оправданными и отсутствием структурных подразделений, должностных лиц, решающих аналогичные задачи.

Судебная практика признает в качестве экономически оправданных и обоснованных расходы на оказание юридических услуг налогоплательщикам, при этом наличие собственной юридической службы не препятствует возможности использовать юридические или аналогичные услуги. Так, в постановлении от 29 апреля 2008 г. № Ф08-2243/2008 Федерального арбитражного суда Северо-Кавказского округа указано, что вопрос о целесообразности производства тех или иных работ входит исключительно в компетенцию налогоплательщика и не ставится в зависимость от усмотрения налогового органа. Данная позиция поддержана Высшим Арбитражным Судом РФ в Определении от 1 августа 2008 г. № 9785/08.

На основе постановления Федерального арбитражного суда Уральского округа от 18 июня 2008 г. № Ф09-4346/08-СЗ в правовой литературе приводится следующий характерный пример: налоговым органом проведена налоговая проверка налогоплательщика и вынесено решение (которым начислен налог на прибыль и пени), основанием которого послужили выводы о том, что налогоплательщик якобы неверно включил вознаграждение адвоката по соглашению об оказании юридических услуг в состав расходов, связанных с производством и реализацией продукции. Полагая, что решение налогового органа нарушает его права и законные интересы, налогоплательщик обратился в суд. Удовлетворяя заявление, суды указали, что подп. 14 п. 1 ст. 264 НК РФ установлена возможность для отнесения налогоплательщиками в состав прочих расходов, связанных с производством и реализацией, расходов на юридические и информационные услуги.

В соответствии с положениями АПК РФ бремя доказывания необоснованности расходов налогоплательщика возлагается на налоговые органы; налогоплательщик должен доказать факт и размер понесенных расходов.

Судом установлено, что налогоплательщиком с адвокатом заключено соглашение об оказании юридической помощи, по условиям которого адвокат за плату оказывает юридическую помощь по направлениям, указанным в п. 2 соглашения. В подтверждение выполнения и оплаты услуг адвоката в материалы дела представлены заверенные копии актов сдачи-приемки работ за каждый месяц, письменные объяснения адвоката, заверенные копии заключений адвоката по вопросам налогообложения и составленных им писем, отчетов адвоката об основной деятельности с результатом за каждый месяц, платежных поручений на оплату спорных сумм с отметками банка о списании, карточки субконто по расчетам с адвокатом с указанием сумм оплаты и соответствующих счетов и актов на оплату, копии решений и определений арбитражных судов, подтверждающих участие адвоката в качестве представителя налогоплательщика. Указанные документы подтверждают конкретное содержание услуг адвоката согласно условиям соглашения, производственная направленность спорных расходов следует из условий соглашения, перечня оказанных услуг и подтверждается материалами дела.

Довод налогового органа о наличии у налогоплательщика штатных юристов со ссылками на штатное расписание, должностные инструкции, табели учета рабочего времени и, следовательно, отсутствии необходимости в получении юридических услуг сторонних специалистов отклонен, поскольку наличие собственной юридической службы не препятствует праву прибегать к услугам профессионального представителя, обоснованность таких расходов не поставлена НК РФ в зависимость от наличия у налогоплательщика собственной юридической службы. Заявление налогоплательщика удовлетворено[13].

Существуют и иные, весьма серьезные, основания привлечения сторонних организаций для оказания юридических услуг. Согласно ст. 60 ТК РФ запрещается требовать от работника выполнения работы, не обусловленной трудовым договором, за исключением отдельных случаев, предусмотренных ТК РФ и иными федеральными законами. Однако ряд возложенных на внешних консультантов функций работодатель не вправе возлагать на юристов предприятия, так как эти функции не предусмотрены должностными обязанностями по должностям "начальник юридического отдела" и "юрисконсульт", установленными Квалификационным справочником должностей руководителей, специалистов и других служащих (утв. Постановлением Минтруда России от 21 августа 1998 г. № 37).

Так, согласно данному Квалификационному справочнику, представительство в суде вправе осуществлять только начальник юридического отдела: только он "представляет интересы предприятия в суде, арбитражном суде, а также в государственных и общественных организациях при рассмотрении правовых вопросов, осуществляет ведение судебных и арбитражных дел". Понятно, что данная ситуация неприемлема не только для крупных, но и для средних предприятий.

На юристов организации нельзя возложить, например, правовые услуги, направленные на согласование интересов предприятия, уполномоченных органов власти и хозяйствующих субъектов; участие в подготовке нормативных правовых актов федерального уровня и ряд других функций, востребованных в условиях современной экономико-правовой реальности.

Важную роль играют и требования к квалификации. Согласно Квалификационному справочнику должностей руководителей, специалистов и других служащих требования к квалификации юристов таковы:

  • – юрисконсульт I категории: высшее профессиональное (юридическое) образование и стаж работы в должности юрисконсульта II категории не менее трех лет;
  • – юрисконсульт II категории: высшее профессиональное (юридическое) образование и стаж работы в должности юрисконсульта или других должностях, замещаемых специалистами с высшим профессиональным образованием, не менее трех лет;
  • – юрисконсульт: высшее профессиональное (юридическое) образование без предъявления требований к стажу работы или среднее профессиональное (юридическое) образование и стаж работы в должностях, замещаемых специалистами со средним профессиональным образованием, не менее пяти лет.

Таким образом, максимальные требования предъявляются к юрисконсульту I категории, который должен иметь высшее юридическое образование и стаж работы по специальности не менее шести лет.

При этом требования к квалификации начальника юридического отдела несколько ниже: высшее профессиональное (юридическое) образование и стаж работы по специальности не менее пяти лет.

Существенно, что Квалификационный справочник должностей руководителей, специалистов и других служащих является не нормативным правовым актом, а документом, рекомендуемым к применению (п. 2 постановления Минтруда России от 21 августа 1998 г. № 37). Следовательно, работодатель вправе самостоятельно определить квалификационные требования к лицам, осуществляющим юридическое обеспечение деятельности предприятия, и формы такого обеспечения, однако при повышении требований к квалификации существенно снижается предложение на рынке труда и повышается уровень материального вознаграждения исполнителя.

Касаясь статуса юрисконсультов, небезынтересно отметить, что по данным социологического опроса представителей юридических профессий, проведенного в 2007 г. доктором юридических наук Н. Я. Соколовым, в качестве причин допущенных ими нарушений законов 12,2% юрисконсультов сослались на отсутствие профессионального опыта; 13,2% – на незнание законов; 16,4% (наибольший показатель среди всех представителей юридических профессий) – на давление со стороны руководства. В целом по результатам исследования Н. Я. Соколов отметил, что опрошенные подчеркивают, наряду с состоянием действующего законодательства, значение профессиональной подготовки, а также личных качеств юристов. Это важнейшие показатели их профессиональной культуры. Таким образом, делает вывод Н. Я. Соколов, если что и мешает осуществлению профессиональных функций, так это недостаточно высокий уровень правовой культуры[14].

Неслучайно возможность привлечения адвокатов к представительству и защите интересов государства закреплена в п. 116 и 120 Регламента Правительства РФ, утвержденного постановлением Правительства РФ от 1 июня 2004 г. № 260. Проблемы юридического аутсорсинга в органах государственной власти привлекают и внимание исследователей; в частности, Л. А. Василенко пишет, что наличие в штате государственной организации собственных юристов "не мешает ей обратиться в юридические фирмы для дополнительной квалифицированной помощи"; выбор формы юридического сопровождения зависит от профессионализма работников и совокупности факторов, к которым автор относит в числе других оценку имеющихся рисков и необходимость в правовых услугах на стыке разных областей права[15].

Таким образом, общий анализ сложившейся правовой доктрины, нормативного регулирования, судебного правоприменения и практики привлечения коммерческими предприятиями и государственными организациями (в том числе Правительством РФ) адвокатов – квалифицированных внешних юридических консультантов для решения особо сложных и (или) комплексных задач – показывает эффективность данного способа обеспечения интересов субъектов соответствующих правоотношений.

  • [1] Пугинский Б. И., Неверов О. Г. Правовая работа. М.: Зерцало-М, 2004. С. 131.
  • [2] См.: Тихонов Д. Н. Правовая работа на 100%: эффективное юридическое сопровождение бизнеса. М.: Альпина Бизнес Букс, 2006. С. 19–20.
  • [3] Календжян С. О. Аутсорсинг и делегирование полномочий в деятельности компаний. М.: Дело, 2003. С. 31-32.
  • [4] Друкер П. Задачи менеджмента в XXI веке. М.: Вильямс, 2001. С. 92 (Цит. по: Календжян С. О. Аутсорсинг и делегирование полномочий в деятельности компаний). С. 34.
  • [5] Календжян С. О. Аутсорсинг и делегирование полномочий в деятельности компаний. С. 32.
  • [6] Там же. С. 34-35.
  • [7] Там же. С. 95.
  • [8] См.: Тихонов Д. Н. Правовая работа на 100%: эффективное юридическое сопровождение бизнеса. С. 210.
  • [9] См.: Игуменов В. Законные миллионы // Forbes. 2006. Янв. С. 62.
  • [10] Тихонов Д. Н. Правовая работа на 100%: эффективное юридическое сопровождение бизнеса. С. 210.
  • [11] Там же. С. 213–214.
  • [12] Например, о высокой специфичности адвокатских услуг в сфере авиации см.: Рау А. Э. Оказание юридической помощи по делам о повреждении гражданских воздушных судов на аэродромах Российской Федерации. М.: Спутник, 2010. С. 23–26.
  • [13] Лермонтов ΙΟ. М. Практический комментарий к главе 25 Налогового кодекса Российской Федерации (постатейный). М. 2009 // Справочно-правовая система "КонсультантПлюс".
  • [14] См.: Соколов Н. Я. Профессиональная юридическая деятельность и причины нарушения законности юристами // Журнал российского права. 2009. № 9.
  • [15] См.: Василенко Л. А. Аутсорсинг – инновационная кадровая технология государственной службы / Российская академия государственной службы при Президенте РФ. М.: Наука, 2007. С. 104–106.
 
<<   СОДЕРЖАНИЕ   >>