Полная версия

Главная arrow Философия arrow История философии

  • Увеличить шрифт
  • Уменьшить шрифт


<<   СОДЕРЖАНИЕ   >>

Впечатления и идеи

Все наши восприятия, перцепции, отмечает Юм вслед за Беркли и Локком, следует разделить на впечатления (англ, impressions) и идеи. Впечатления ярки, отчетливы и не могут быть нами сконструированы по собственной воле. Впечатления – это опыт, происходящий из чувств или из наблюдения за ними, т.е. из рефлексии. Идеи отличаются меньшей степенью "живости", они всегда следуют за впечатлениями и только ими и вызываются. Поскольку любые размышления есть не что иное, как совокупность идей, то единственный источник человеческого знания – это впечатления. Из этого Юм делает важный вывод: если нам необходимо прояснить собственную идею, нам нужно указать на впечатление, эти идеи породившее. Впечатления порождают идеи, но не наоборот. Если мы хотим кого-то познакомить с какой-либо простой идеей, например с идеей оранжевого цвета, то единственный способ это сделать – показать что-либо оранжевое. А вот наши идеи не производят соответствующего впечатления.

Впечатления порождают в нас только простые идеи. Пример простых идей: красное, круглое, сладкое. Но идеи могут связываться, как говорит Юм, ассоциироваться, и примером ассоциации идей является яблоко. Эта связь осуществляется нашим умом чрезвычайно легко и, вообще говоря, мы способны установить связь между любыми двумя идеями. Но если бы мы действительно связывали идеи каждый раз в произвольном порядке, то у нас не было бы никакого упорядоченного и воспроизводимого опыта, а мы видим, что и разные люди видят одни и тс же предметы, и в разных языках обозначаются сходные явления. Следовательно, существуют какие-то способы ассоциации идей, и этих способов, говорит Юм, три: сходство, смежность во времени или пространстве и причинно-следственное отношение. "Портрет естественно переносит наши мысли к оригиналу; упоминание об одном помещении в некотором здании естественно ведет к вопросу или разговору о других, а думая о ране, мы едва ли можем удержаться от мысли о следующей за ней боли"[1]. Все остальные способы установления ассоциаций сводимы к этим трем.

Природа причинно-следственных отношений

Вес объекты человеческого ума делятся на два вида: на отношения между идеями и на факты. Под первыми Юм понимает только те, что могут быть однозначно доказаны, т.е. математические высказывания, которые демонстрируют собственную достоверность независимо от того, соответствуют ли описываемые ими объекты каким-либо вещам в мире, или нет. Противоположность математическим высказываниям содержит в себе противоречие. А вот противоположность фактическим высказываниям не проявляет такого признака: суждение "Солнце завтра не взойдет" не содержит в себе никакого противоречия, оно столь же ясно и отчетливо, как и противоположное ему.

Откуда же берется та ясность, которая присутствует во всех суждениях факта? Все заключения о фактах основаны, указывает Юм, на отношении причины и следствия. По что такое это отношение? Здесь Юм приглашает нас к мысленному эксперименту: допустим, мы неожиданно попали в наш мир и ничего не знаем о тех отношениях, которые здесь господствуют. Смогли бы мы из того, что один бильярдный шар ударил другой, вывести следствие: второй покатится? Ни в коем случае! – отвечает он, ведь в основании не содержится ничего от следствия, у них нет ничего общего, у нас было множество предположений: шары застынут на месте, первый шар откатится назад, не сдвинув второй, и т.д. Значит, даже и после того, как следствие станет нам известно, мы не должны полагать, что открыли причинно-следственную связь. Мы лишь усвоили некоторый навык, мы заметили, что такое-то столкновение шаров сопровождается таким-то их последующим поведением. Таким образом, все причинно-следственные отношения – это суждения, основанные на опыте, а вовсе не на априорных умозаключениях. Таким образом, отношение причин и действий не что иное, как наша ментальная привычка. Хорошо закрепленная привычка порождает в нас веру (не религиозную faith, a belief), каковая есть чувство. Это чувство и дает нам ощущение ясности и отчетливости, когда мы выносим суждения факта. И таким образом, причинно-следственное отношение из рационального основания превращается в эмоциональное, основанием фактических суждений оказывается не онтология, а психология.

Та же вера лежит в основании нашей убежденности в существовании материальной и духовной субстанций. Существование вещей есть не что иное, как наша привычка соединять простые идеи, руководствуясь их смежностью. Так, идея яблока – это сплетение идей красного, круглого, твердого, сладкого и т.д. Само яблоко в опыте нам не дано, нет никакого впечатления, которое бы соответствовало идее яблока. То же самое мы должны сказать и о себе самих: наше "я" есть не что иное, как пучок различных идей, и нет никакого впечатления, которое соответствовало бы идее "я". А следовательно, и поиск принципа индивидуации, и вопрос о том, бессмертна ли душа, являются заведомо вопросами о воображаемых предметах: вместо того чтобы спрашивать, "что я есть?", следует задаваться вопросом о том, как устроено мое воображение, и шире – как такого рода знание поможет мне ориентироваться в повседневном опыте. Именно поэтому Юм называет свою позицию академическим скептицизмом: теоретическое рассмотрение приводит нас к совершенно скептическим выводам, однако эти выводы не опровергают нашего опыта, а, напротив, должны служить ему, помогая нам перестать задаваться ненужными вопросами и попросту ограничить то поле, на котором мы можем надеяться узнать что-либо достоверным образом. "Люди, имеющие склонность к философии... будут продолжать свои изыскания, ибо они приходят к выводу, что помимо непосредственного удовольствия, сопровождающего занятия философией, философские заключения есть не что иное, как систематизация и исправление размышлений, осуществляемых в обыденной жизни"[2].

Моральная философия

Разум не способен быть основанием для добрых или злых поступков, ведь добро – это то, что приводит нас к удовольствию, а зло – к боли. Но поскольку и то и другое – впечатления, которые разум не способен сформировать, удел разума – поставить себя на службу аффектам, помогая нам приблизиться к удовольствию и избежать боли. Нравственность, таким образом, основана не на разуме, а на особом чувстве: "Добродетель есть всякое духовное действие или качество, которое доставляет тому, кто его наблюдает, приятное чувство одобрения; порок же – нечто обратное"[3]. Различение добра и зла – вовсе не дело разума, а дело этого особого чувства. Что именно вызывает моральное одобрение? Благим мы считаем или приятное, или полезное. Полезно и приятно бывает, в свою очередь, для нас и для других. Соответственно, мы получаем четыре признака морального чувства. Моральное чувство нейтрально, оно не направлено исключительно на эгоистические интересы, потому нравственное чувство бескорыстно. Поэтому такие свойства, как доброжелательность или симпатия, нравственно значимы и ценятся в обществе. Юм приходит к выводу, что в основании этики лежит польза, коль скоро этика руководствуется нравственным чувством, вызывающим в нас особое удовольствие. Однако эта польза направлена не на отдельное "я", а на все общество.

Коль скоро всякое знание имеет либо математический, либо эмпирический характер, то любая философия, которая выходит за пределы этих сфер, нс только бессмысленна, но и прямо вредна, поскольку отвлекает силы и время па изучение ненужных предметов. Поэтому трактат "Исследование о человеческом познании" Юм завершает следующим призывом к здравомыслящим людям: "Если, удостоверившись в истинности этих принципов, мы приступим к осмотру библиотек, какое опустошение придется нам здесь произвести! Возьмем в руки, например, какую-нибудь книгу по богословию или школьной метафизике и спросим: содержит ли она какое-нибудь абстрактное рассуждение о количестве или числе? Нет. Содержит ли она какое-нибудь основанное на опыте рассуждение о фактах и существовании? Нет. Так бросьте ее в огонь, ибо в ней не может быть ничего, кроме софистики и заблуждений!"[4].

  • [1] Юм Д. Исследование о человеческом познании // Юм Д. Соч.: в 2 т. М.: Мысль, 1996. Т. 2. С. 20.
  • [2] Юм Д. Исследование о человеческом познании. С. 141.
  • [3] Юм Д. Исследование о принципах морали // Указ. соч. С. 284.
  • [4] Юм Д. Исследование о человеческом познании. С. 144.
 
<<   СОДЕРЖАНИЕ   >>