Поиск богатства по всему миру

В XIV и XV вв. Европа столкнулась с серьезными демографическими проблемами. Особенно драматическими событиями был наполнен XIV в. Чума 1348–1350 гг. и последующие эпидемии, Столетняя война (1337–1453), массовые народные выступления и их жестокое подавление (Жакерия во Франции, 1358 г.; восстание "оборванцев" во Флоренции, 1378 г.; восстание Уота Тайлера в Англии, 1381 г. и множество других выступлений), периодически повторяющиеся неурожайные годы, вызывающие голод и вымирание, – все это приводило к демографическому кризису. Население Европы сократилось за век с 73 до 43 млн человек[1]. В условиях экстенсивного воспроизводства в Европе просто не хватало трудовых рук. Попытки господствующих классов компенсировать потери ростом эксплуатации и налоговым прессом не привели к желаемому результату. Европейская буржуазия торговая, финансовая и только что "народившаяся" промышленная искала новые источники обогащения, расширения поля рыночных отношений.

Наивные экономические воззрения того времени связывали понятие "богатство" только с одной его формой – денежной. Полноценными же деньгами практически во всех доиндустриальных цивилизациях считали исключительно золотые и серебряные. Правда, более передовой Восток в те времена уже знал бумажные деньги[2], но для Европы это было далеким будущим. "Люди гибли за металл" в самом буквальном смысле слова. Но денежного металла в Европе оказалось крайне мало. Его не хватало ни для обслуживания реализации возраставших товарных потоков (хотя бы потому, что с середины XV в. население Европы стало расти), ни для выплат налогов, денежных рент и заработной платы, ни для накопления капитала, ни, наконец, для престижного потребления европейской аристократии и королевских дворов. Пассивность торгового баланса во взаимоотношениях с Востоком стала приводить к утечке золота и серебра. К концу XV в. практически истощились серебряные рудники Германии, снабжавшие Европу денежным материалом. Деваться было некуда. Нужны были новые источники денежного металла.

Опыт Крестовых походов на Восток (1096–1270) подсказывал, где искать золото и серебро. Но сухопутные пути для экспансии па Восток, в Индию, Китай, Среднюю Азию были перекрыты турками, арабами и монголами.

В этот период в Европе возрождаются античные представления о шарообразности земли. Стало ясно: если очень долго плыть на Запад, то обязательно приплывешь на Восток. Появились надежды на возможность западного пути в Индию.

Первые морские походы за золотом (а именно такая ограниченная цель была у первооткрывателей новых земель) совершили португальцы и испанцы. Тогда они еще не помышляли о широкой колонизации Индии и других стран: европейцам были нужны только деньги и экзотические товары. Испания, с VIII в. находившаяся под властью Арабского халифата и сто приемников, только в 1479 г. приобрела независимость. Образовалось новое единое государство в составе Арагона и Кастилии.

Гораздо раньше, в 1143 г., независимой стала Португалия. Португальские и испанские дворяне, из поколения в поколение занимавшиеся только одной проблемой – освобождением родины, Реконкистой, вдруг оказались не у дел, в разоренной войнами стране, обремененные долгами и с нищим крестьянством. Свобода далась дорого. Теперь следовало подумать об источниках богатства. Взоры пиренейского дворянства обратились к Африке и Азии. В Европе им было делать нечего: па Средиземном море господствовали итальянские купцы (преимущественно венецианские), на Севере – немецкая Ганза. Но под боком простирался неизведанный Атлантический океан. В поисках нового пути в Индию туда и устремились испанские и португальские смельчаки.

В 1415 г. португальцы проникли в Африку и начали продвижение на Юг вдоль западного побережья в поисках золота. В 1486 г. португальская флотилия Бартоломео Диаса (Диаша Бартоломеу) обогнула Мыс Доброй Надежды в Африке и дошла до Мадагаскара. А в 1492 г. генуэзец Христофор Колумб смог уговорить испанских монархов организовать морскую экспедицию в Индию через Атлантический океан. Соблазн был большим, но и предприятие было дорогостоящим. Испанской королеве даже пришлось одолжить крупную сумму денег у дома Фуггеров из Аугсбурга. Но игра стоила свеч. В результате была открыта Америка, которую долго еще, с легкой руки Колумба, называли в Европе Вест-Индией.

Теперь заторопились португальцы. В 1498 г. Васко да Гама дошел-таки морским путем до Индии. И вскоре португальцы стали господствовать в Индийском океане. В 1499–1504 гг. флорентиец Америго Веспуччи на испанские и португальские средства исследует берега Южной Америки и понимает, что Колумб открыл не Индию, а "Новый свет", который в 1507 г. лотарингским картографом М. Вальдземюллером впервые был назван Америкой[3]. В первой трети XVI в. испанцы завоевали Мексику (Эрнандо Кортес) и Перу (Франсиско Писсаро) и установили контроль над всем Западным полушарием за исключением Бразилии.

Достижения в кораблестроении и навигации, изобретение компаса и астролябии, появление морских карг и огнестрельного оружия позволили весьма быстро осваивать Мировой океан. Немаловажно и то, что в XV в. европейцы научились консервировать мясо и засаливать сельдь, и теперь можно было совершать длительные морские походы с запасом провизии. К началу XVII в. европейцы открыли 61% земной поверхности, тогда как в XV в. им были известны только 10% земли.

Основные цели морских походов были достигнуты – в Европу хлынуло золото из Америки. Что при этом происходило с обитателями открытого континента европейцев мало интересовало. Помимо уничтожения в ходе военных действий, американских индейцев в 1492–1532 гг. постигло другое несчастье – невиданное по масштабам вымирание из-за инфекций, занесенных кастильскими завоевателями[4].

Нехватка рабочей силы привела к тому, что с 1501 г. испанцы стали ввозить в Вест-Индию рабов из Африки. Америка стала объектом первых колониальных захватов и первых колониальных войн европейских держав за пределами Евразии. Амбиции испанцев и португальцев распространялись на весь мир. Поразительно, но через два года после того, как Христофор Колумб открыл Америку, две первые колониальные державы – Испания и Португалия – вполне серьезно решили поделить между собой наш земной шар.

В 1494 г. эти страны заключили договор, по которому вся Америка отдавалась Испании, а Азия и Африка – Португалии. Характерно, что папа Римский, этот милосердный представитель Бога на земле, стал гарантом такого варварского договора[5]. Ведь народы, которых делили, даже не догадывались об этом.

И все было бы хорошо (для европейцев!) если бы не два неожиданных обстоятельства.

Во-первых, не реализовались наивные ожидания безмерного обогащения. Приток золота в Европу привел только к тому, к чему всегда приводит избыток денег в обращении – к инфляционному росту цен, к первой в истории мировой "революции цен", коснувшейся, кстати, и России. Покупательная способность русского рубля снизилась в течение XVI в. на 75%[6].

Во-вторых, героические мореплаватели Пиреней совершали морские переходы, тонули в океане, воевали с индейцами, привозили в Европу золото, а потом вдруг обнаруживали, что американское золото начинает сосредоточиваться в руках английских и голландских купцов. Загадка разрешилась довольно быстро: у англичан и голландцев было много экспортного товара, прежде всего тканей, металлических изделий, оружия, книг, наконец. Тогда-то у европейских предпринимателей (и ученых) появился интерес к производственной деятельности. Само испанское правительство вывозило золото в Италию, Германию и Нидерланды для уплаты долгов и финансирования непрерывных войн. Меркантилистские заблуждения о том, что золото есть богатство, а богатство – суть золото, в Европе преодолевалось довольно быстро (по историческим меркам).

Позже, в XVIII в., появился и вовсе невозможный для первых завоевателей "мировой треугольник". Европейцы "открывали" Индию, чтобы получать оттуда денежные потоки, а все происходило наоборот: американские ценные металлы превращались в Европе в золотые и серебреные деньги, которые вывозились в Индию, а оттуда в Европу ввозились пряности, ткани, хлопок, драгоценные камни, ювелирные изделия.

Золото рассредоточивалось и мигрировало по миру, и это был первый признак того, что в XVI–XVIII вв. началось формирование мировых рынков.

Формирование первых колониальных империй привело к значительным изменениям в экономической жизни и быте европейских народов. Кофе из Африки, какао из Америки, чай из Индии стали обычными напитками европейцев. Табак тоже скоро перестал быть роскошью (несмотря на сопротивление католической церкви, осуждавшей курение табака с момента его появления в Европе). Хлопковые ткани и сахар оказались доступны рядовым европейцам. Хлопчатобумажное производство стало важнейшей отраслью промышленности в Европе. Повсюду продавались тропические фрукты и орехи, меха, кожи, экзотическое дерево. Из Америки пришли картофель, помидоры, бобы, кабачки, тыква и кукуруза. Из Мексики была завезена индейка. Рис из Азии стали сеять в Европе и в Америке.

Что касается социальных результатов, то ярче всего на них отразился инфляционный рост цен. Реальные заработки трудовых слоев значительно сократились. На глазах беднели и дворяне, получавшие фиксированную ренту от своих вассалов. Те социальные группы, по словам Рондо Камерона, "чьи доходы изменялись параллельно изменениям цен – купцы, промышленники, землевладельцы, обрабатывающие собственную землю, крестьяне, обеспеченные землей и осуществляющие производство на рынок, – выиграли за счет лиц, живущих на заработную плату, и тех, чей доход либо был фиксирован, либо менялся медленно – получателей различного типа рент и крестьян-арендаторов"[7].

Несмотря на то что инициаторами морских путешествий были европейские дворяне, нет сомнений в том, что больше всего от Великих географических открытий выиграла европейская торговая и промышленная буржуазия, а колониальная экспансия стала важнейшим фактором первоначального накопления капитала.

  • [1] Соколов В. Снова в Средневековье? // МЭиМО. 2000. № 2. С. 127.
  • [2] Существуют неточные сведения, что в Китае бумажные деньги существовали уже в X в. Достоверно же известно, что в XIII в. правительство Чингисхана свободно обменивало бумажные деньги на золото.
  • [3] Вообще-то европейцы побывали на американском континенте гораздо раньше, возможно, уже в VIII–X вв. По то были кратковременные и случайные набеги скандинавских викингов, которые практически не оставили следов ни в хозяйственной, ни в культурной жизни коренных народов Америки, как, впрочем, и Скандинавии.
  • [4] Ле Руа Ладюри Эмманюэль. Застывшая история // Теория и история экономических и социальных институтов и систем. 1993. Т. I. Вып. 2. С. 162.
  • [5] В 1529 г. договор был закреплен новым соглашением.
  • [6] Рожков Н. Указ. соч. Т. 4. Ч. 1. С. 35.
  • [7] Камерон Р. Указ. соч. С. 135.
 
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ     След >