Полная версия

Главная arrow Религиоведение arrow Религиоведение

  • Увеличить шрифт
  • Уменьшить шрифт


<<   СОДЕРЖАНИЕ   >>

14.3.2. Воздаяние

Проявлением мировой справедливости в жизни людей является справедливое воздаяние – связь между усилиями человека и их результатом. Именно по характеру этой связи можно определять тип вероучения. Все секулярные вероучения признают стихийное воздаяние, т.е. такую связь усилий и результата, когда последний может и не зависеть от характера усилий. Все собственно религиозные вероучения признают закономерный характер воздаяния, однако различаются между собой по интерпретации его механизма.

Языческие религии признают, что воздаяние является справедливым, т.е. определенные усилия автоматически влекут определенный результат. Результат этот может проявиться либо непосредственно после совершения конкретного усилия, либо через некоторое время, либо в конце жизни по итогу жизни всех людей. Кроме того, результат может корректироваться либо усилиями других людей, либо предшествующей жизнью, либо вмешательством богов. Теистические религии также признают закономерность воздаяния, однако отрицают его непосредственный автоматизм. Согласно теистическим вероучениям связь между человеческими усилиями и их результатом целиком находится во власти единого и всемогущего Бога, который может определить эту связь либо в соответствии с исключительно своим произволом, либо в соответствии с договором, который он в той или иной форме заключает с человеком.

В древнегреческой религии воплощением негативной справедливости как возмездия за грехи является Немесида (Немезида) – богиня, дочь ночи, именуемая также Адрастеей ("неотвратимой") и близкая по своим функциям богине Дике. Немесида наблюдает за справедливым распределением благ среди людей (грсч. пето – "разделяю") и обрушивает свой гнев (греч. nemesao – "справедливо негодую") на тех, кто преступает закон. Немесида – богиня мести. Любимые богами гипербореи никогда не испытывают гнев Немесиды. Она немедленно запоминает любую человеческую несправедливость. По одному из мифов, Елена (воплощение мести богов человеческому роду), спровоцировавшая Троянскую войну, была дочерью Немесиды от Зевса.

Символом неотвратимости справедливого воздаяния является Адрастея ("неизбежная", "неотвратимая") – божество фригийского происхождения, отождествлявшееся сначала с великой матерью богов Кибелой, впоследствии – особенно у орфиков и неоплатоников – с Немесидой. По Эсхилу, "мудрые поклоняются Адрастее", являющейся, как толкует словарь Гесихия (V в. до н.э.), богиней возмездия, т.е. Немесидой. Орфическая традиция видит в Адрастее воплощение "законов Зевса, Кроноса, божественных надкосмических и внутрикосмических", указывая на связь Адрастеи с платоновским законом о судьбе душ. Платон признает "установление" или "закон" Адрастеи, понимая ее как эпитет Немесиды и уподобляя ее Дике[1]. Адрастея устанавливает круговорот душ и таким образом смыкается у Платона не только с Немесидой, но и с Анаке и Дике.

Практически во всех формах древнегреческой религии говорится о справедливом воздаянии, осуществляемом после смерти человека по итогу всей его жизни. В традиционных представлениях такое воздаяние было окончательным актом мировой справедливости, происходившим в загробном мире ("царстве мертвых"), и служило своеобразным дополнением воздаянию земному, реализующемуся на основе коллективной ответственности, тогда как в реформированных представлениях (учения Орфея, Пифагора, Платона и их последователей) посмертное воздаяние превращалось в цепь перерождений и считалось единственной формой мировой справедливости.

Традиционную древнегреческую религию можно характеризовать как героизм, т.е. языческое учение о коллективном справедливом воздаянии. Согласно этому учению каждый член социума (всего народа эллинов, городской или сельской общины) отвечает за сумму усилий всего коллектива. Таким образом, отдельный грек не мог рассчитывать на то, что его индивидуальная добродетель принесет ему заслуженную награду, так как последняя может быть обретена только всей общиной, если добродетельных людей в ней будет больше, чем порочных. Однако, как правило, либо порочных людей больше, либо пороки общины значительнее, чем ее добродетели, поэтому добродетель остается невознагражденной. Исправить положение мог только человек, достоинства которого превышают недостатки всей общины. Обыкновенный человек не может обладать такими достоинствами; они – удел богов. Однако боги не входят в человеческую общину, поэтому их достоинства не могут быть суммированы с пороками и добродетелями людей. Следовательно, община нуждается в таком человеке, который обладает свойствами богов, т.е. в человекобоге.

Человекобог – сын божества и смертного человека, призванный своими подвигами искупить пороки и грехи целой общины, и есть герой. Следовательно, единственной надеждой правоверного грека является приход героя, а его долг сделать все, чтобы исполнение миссии последнего было ускорено.

Реформаторы традиционного древнегреческого вероучения стремились полностью заменить коллективное воздаяние индивидуальным. Для этого они переносят акцент с посюсторонней справедливости, которая не вознаграждает добродетель непосредственно, на посмертную. Так, у философа и религиозного мыслителя Платона не раз встречается миф о том, как Зевс учредил суд над мертвыми. В диалоге "Федон" рисуется подробный путь души в Аид, а также "истинное небо, истинный свет и истинная земля" иного мира, где все прекрасно, все полно света и сияния. Те же, "кто благодаря философии очистился полностью, впредь живут совершенно бестелесно и прибывают в обиталища еще более прекрасные". В диалоге "Федр" есть образ вселенской бессмертной души.

  • [1] См.: Платон. Федр.
 
<<   СОДЕРЖАНИЕ   >>