Полная версия

Главная arrow Религиоведение arrow Религиоведение

  • Увеличить шрифт
  • Уменьшить шрифт


<<   СОДЕРЖАНИЕ   >>

17.3. Типология социальных функций

В качестве первой обрядовой социальной функции Дюркгейм выделяет дисциплинарную. Эта функция иначе называется подготовительной и состоит в том, что ритуальная церемония подготавливает индивида к социальной жизни, налагая на него ограничения, подвергая принуждению и контролю. Особая культовая практика помогает людям тренироваться в самоотречении, терпении, послушании, без которых не может быть ни религии, ни общества.

Но действительно ли религия берет на себя дисциплинарные, принудительные обязанности? Приведем высказывание Иоанна Сан-Францисского: "Люди не объединяемы в силу своей духовной и личностной природы ни через насилие, ни в безличной пустоте “материи”, которая не является главным элементом в человеке. “Материя”, что бы ни понимать под ней, не обладает силой единения человеческих душ, ни также внутренних духовных сил человека. И оттого история мира есть непрестанный кризис единства человеческого и непрестанный суд над всяким ложным единством. Принудительная, неэкзистенциальная общность людей есть кошмар любви – без самой любви!

В этом пункте все спотыкается и все падает в истории человечества. Оно так часто не понимает, что любовь и свобода есть то, к чему нельзя принудить. И новая, лучшая жизнь людей может родиться только из той свободы, которая есть, прежде всего, внутренняя свобода человека от своего зла"[1].

Вторая социальная функция религии, по Дюркгейму, цементирующая. Она укрепляет социальное единство. Совершая ритуалы, социальная группа периодически заново утверждает, восстанавливает себя при неизбежной прерывности социальной жизни. Разумеется, в религиозной практике происходит сближение верующих, усиление их общности. Однако Дюркгейм опять-таки имеет в виду не духовные, а социальные связи, поэтому цементирование в его трактовке понимается в духе уже отмеченной дисциплинарной функции.

Э. Дюркгейм называет третью функцию религии воспроизводящей. Она состоит в поддержании традиций, обновлении веры, передаче и укреплении ценностей, иными словами, в трансляции и оживлении социального наследства. Культ является системой знаков, при помощи которых вера передается дальше и собранием средств, при помощи которых она периодически производится и воспроизводится.

Возвышающая (эйфорическая) функция является у Дюркгейма завершающей. Функция культа состоит в создании условий для социальной эйфории, т.е. радостного чувства социального благополучия. Эта функция особенно важная, когда группа встречается с угрожающими ей условиями социального неблагополучия. Все общества подвержены кризисам, стихийным бедствиям, потере своих членов, которые нарушают нормальное функционирование групп. Поэтому общество нуждается, по Дюркгейму, в противовесе разрушительному действию таких неблагополучных ситуаций. Церемонии ритуала оказывают здесь обществу неоценимую службу.

На индивидуальном уровне религия укрепляет веру человека в свои силы. Верующий, который общается с Богом, – это не только человек, который видит новые истины, которых неверующий не знает; это человек, который сильнее. Он чувствует внутри себя больше силы как для того, чтобы выносить трудности существования, так и для того, чтобы одолевать их.

Цель идеологического воздействия, по Дюркгейму, состоит в том, чтобы приподнять человека над самим собой и перенести его в высшую жизнь по сравнению с той, какой он живет, следуя своим спонтанным желаниям; верования выражают эту жизнь в представлениях; обряды ее организуют и регулируют ее функционирование.

Итак, Дюркгейм тщательно исследовал социальные функции религии, которые служат поддержанию социальной солидарности членов общества. Он правильно отметил большую роль массовых психических явлений в формировании групповой солидарности и большое значение коллективных обрядовых действий как средства, способствующего его становлению и укреплению.

Однако отождествление религии и общества, разумеется, не позволило Дюркгейму выявить специфические функции религии, показать своеобразие ее социальных функций.

Важнейшей функцией религии является мировоззренческая, смысложизненная.

Религия – не просто поддержание порядка и интеграции в обществе. Прежде всего, это особый религиозный взгляд на мир, который разительно отличается от светского, научного или атеистического. Когда американский исследователь Джеймс задумывается над тем, что же представляет собой религия как мировоззрение, он пишет: "В истории человечества религия имела много разнообразных значений, но я буду употреблять это слово в его сверхнатуралистическом смысле, а именно когда она утверждает, что так называемый порядок природы, составляющий содержание нашего опыта, только часть Вселенной и что за видимым миром простирается невидимый, о котором мы теперь не знаем ничего положительного, однако весь истинный смысл нашей нынешней жизни заключается в определенном отношении к этому невидимому миру. Религиозная вера каждого человека (каковы бы ни были ее специфические догматы) есть, по моему мнению, вера в существование некоторого определенного невидимого порядка, в котором можно найти объяснение загадок естественного порядка вещей. В наиболее развитых религиях мир природы всегда рассматривается как преддверие к более истинному, более вечному миру и считается местом воспитания к восприятию последнего, местом испытания, искупления. Во всех этих религиях представляется необходимым умереть до некоторой степени для естественной жизни, перед тем, как войти в жизнь вечную"[2].

Религия отражает, по крайней мере, три основных духовных стремлений человека:

  • 1) поиск ответов на вечные вопросы, такие, как смысл жизни, страданий, смерти;
  • 2) стремление найти принципы, которыми можно было бы руководствоваться в жизни;
  • 3) стремление к чувству общности, созданию сообщества.

Религия отвечает и на смысложизненные вопросы. Смысл жизни – это регулятивное понятие, присущее всякой развитой мировоззренческой системе, которая оправдывает и истолковывает свойственные этой системе моральные нормы и ценности, показывает, во имя чего необходима предписываемая ими деятельность. В истории человеческой мысли можно выделить два концептуально различных подхода к проблеме предназначенности человеческой жизни. В одном случае смысл человеческого существования усматривается в моральных установлениях земного бытия человека, в другом – в неких запредельных трансцендентных критериях, определяющих окончательную ценность человеческой жизни. Русский религиозный философ В. С. Соловьев писал, что проблема человеческой предназначенности состоит в том, чтобы объяснить, каким образом человек, будучи существом бренным, может преодолеть свою конечность и устремиться к абсолютному. Есть ли у нашей жизни какой-нибудь смысл? А если есть, то имеет ли он нравственный характер, иначе говоря, коренится ли этот смысл в нравственной области? И если да, то в чем он состоит, каково его полное и верное определение?

Стремление к осмысленному и целостному миропониманию – одна из глубинных потребностей человека. Он старается воссоединить элементы своего духовного и социального опыта. Ему свойствен интенсивный запрос на связное, развернутое сознание. Только оно способно быть ориентиром индивидуальной жизни. Есть такие идеи, когда, по словам Маркса, разум приковывает совесть. Это "узы, из которых нельзя вырваться, не разорвав своего сердца"[3]. Истории известны крупные идейные движения, религиозно-обновленческие эксперименты, эпохи мощных культурных преобразований.

Человека интересует все. Он хочет знать, одинок ли он во Вселенной, куда движется история, в чем нравственная суть, какова ценность жизни.

Чем вызваны посмертные странствия души? Почему в мире господствует зло? Казалось бы, что он Гекубе, что ему Гекуба? А между тем человек, как выяснилось, не может существовать, если в его сознании не выстроилась относительно целостная, неразорванная картина мира. Без этого он утрачивает свои путеводные нити. Разумеется, такую картину мира дает наука, философия, но возможности религии в этом отношении огромны. Бездуховность существования порождает множество мучительных и острых проблем. Они напоминают о том, что ничто в сущности не способно компенсировать, заместить осмысленного видения мира.

Религия имеет еще и ценностную функцию. Осуществляя опыт понятийно-терминологического анализа, хотелось бы указать па сложившиеся в современной литературе специфические подходы к определению ценности:

  • – ценность отождествляется с новой идеей, выступающей в качестве индивидуального или социального ориентира;
  • – ценность воспринимается как распространенный субъективный образ или представление, имеющее человеческое измерение;
  • – ценность синонимизируется с культурно-историческими стандартами;
  • – ценность ассоциируется с типом "достойного" поведения, с конкретным жизненным стилем.

Ценность фиксируется и обозначается через определенные жизненные представления. Ее содержание раскрывается с помощью конкретного комплекса идей. Однако ценность ни в коей мере не может быть отождествлена с идеей, ибо между ними пролегает существенное, принципиальное различие. Идеи могут быть истинными или ложными, научными или религиозными, философскими или мистическими. Они характеризуются через тот тип мышления, который дает им нужный импульс. Главный критерий в данном отношении – степень истинности той или иной идеи.

Что же касается ценностей, то они тоже ориентируют человеческую деятельность в определенном направлении, однако не всегда в соответствии с результатами познания. Например, наука утверждает, что все люди смертны. Это вовсе не означает, что каждый индивид воспринимает данное неопровержимое суждение как безусловное благо. Напротив, в сфере ценностного поведения человек как бы опровергает безоговорочность приведенного утверждения. Человек в своем поведении может отвергать конечность своего существования. Более того, традиции некоторых культур опровергают идею смертности человека.

Человек сам определяет, что для него свято, какие святыни ему дороги. Однако многие духовные абсолюты у людей тождественны, одинаковы. О том, что у человека могут быть безмерно дорогие для него жизненные установки, знали давно. Однако общепринятого слова, которое закрепляло бы данное понятие, не было. Оно появилось только в XIX в. Незыблемую сокровенную жизненную ориентацию философы назвали ценностью. Это и есть то, без чего человек не мыслит полноценной жизни. Исследователи подразумевают под ценностью то, что свято для конкретного человека.

Личность далеко не всегда стремится жить по науке. Напротив, многие с опаской относятся к ее чисто умозрительным рекомендациям, хотят погрузиться в теплый мир мечты, презрев общезначимые земные реальности. Люди часто ведут себя так, словно они бессмертны. Человек черпает жизненную энергию в том, что по существу противостоит холодному научному постулату. Стало быть, ценность – это нечто иное, нежели одухотворяющая истина.

Наука по своему определению отдалена от ценностей. Представим себе такую картину. На лужайке пасется ягненок. Вдруг появляется волк и разрывает его на части. Наука, разумеется, может объяснить, что тут произошло. Однако само это истолкование, по существу, не затронет вопроса о смысле эпизода. Ученый может сказать: хищники поедают травоядных, так устроен мир. Однако отчего и во имя чего ягненок оказался жертвой? Увы, такой вопрос не соотнесен с логикой науки как средства объяснения мира.

Религия обладает еще одной функцией – коммуникативной. В светской литературе общение нередко рассматривается в обыденном смысле и считается взаимодействием людей, которое обусловлено формами совместной жизни и деятельности. В процессе развития культуры складываются разнообразные предметные и знаковые средства, с помощью которых люди осуществляют контакты между собой. В ходе общения люди обмениваются информацией. Она может быть знаковой, чувственной, образной, практической. Интеллектуальная информация кодируется знаками, абстрактными символами, уравнениями. Коммуникацией называется обмен информацией между людьми, в котором участвуют интеллектуальные, эмоциональные и волевые качества личности.

Говоря же о коммуникативной функции религии мы имеем в виду особую форму общения, которая одухотворена Божьим словом. В работе "Проблемы поэтики Достоевского" Μ. М. Бахтин (1895–1975) написал: "Человек никогда не найдет всей полноты только в себе самом"[4]. Речь здесь совсем не о том, что человек зависит от другого, не о формуле социальности. Мысль эта – открытие. В ней ключ прежде всего к самому человеческому бытию. Оно хрупко, прихотливо, легко поддастся деформации. Чтобы сохранить себя, ощутить окликнутость бытием, надо впитать в себя живые взволнованные голоса других.

Человеческое бытие хрупко, но стойкость его зависит от душевной и умственной отзывчивости. Услышать голос, далекий, возможно неслышный, но такой нужный лично мне, как весть иного равноправного сознания. Войти в мир другой человеческой Вселенной. Ощутить посторонний голос как особую точку зрения на мир и на самого себя, как бытие другого человека.

Заключение

Под социальной функцией подразумевается характер и направление воздействия религии на общество в целом и на отдельные его элементы. Э. Дюркгейм в работе "Элементарные формы религиозной жизни" (1912) определил общество одновременно реальным и идеальным феноменом и, по существу, оно – творец идеального. Трудно представить религиозную практику одиноких индивидов. Общество творит религию, будучи в состоянии возбуждения. Религия сплачивает общество. Прежде всего, она несет людям ценностный, ориентирующий смысл, т.е. отвечает на вопросы: "Зачем? Во имя чего? В чем смысл?" Однако религия не ограничивается этой функцией. Она также объединяет людей, выполняя функцию интегрирующую. Благодаря религии общество сплачивается. Религия – своеобразия (духовная) скрепа общества, поскольку создает коллективные представления, предлагая людям определенные ориентиры поведения. Таким образом, она выполняет свою нормативную функцию.

  • [1] Иоанн Сан-Францисский. Избранное. С. 391.
  • [2] Джеймс Уильям. Воля к вере. С. 39.
  • [3] Маркс К., Энгельс Ф. Соч. Т. 1. С. 118.
  • [4] Бахтин Μ. М. Проблемы поэтики Достоевского. М., 1979. С. 384.
 
<<   СОДЕРЖАНИЕ   >>