Полная версия

Главная arrow Философия arrow История, философия и методология естественных наук

  • Увеличить шрифт
  • Уменьшить шрифт


<<   СОДЕРЖАНИЕ   >>

5.11. Реляционная и модальная интерпретация

5.11.1. Реляционная интерпретация К. Ровелли

Квантовая механика знаменовала собой новый этап физического познания, который имел авторитетного предшественника – теорию относительности Эйнштейна. Ее концептуальные достижения, естественно, не могли не оказать определенного влияния на специалистов в области квантовой механики. Но распорядиться ими было очень непросто. В этой связи привлекла к себе внимание идея Бора об относительности квантовых состояний относительно средств наблюдения. Она была принята многими исследователями, но не стала краеугольным концептуальным камнем квантовой механики. Возможно, вследствие ее дополнения концептом редукции волновой функции. С его учетом относительность имеет разрушающий характер, что не вяжется с основными идеями Эйнштейна.

Итальянский физик К. Ровелли, вдохновленный успешным культивированием в физике концепта относительности, придает именно ему основополагающее значение в деле интерпретации квантовой механики. Результатом его усилий стала реляционная интерпретация квантовой механики[1]. Он полагает, что не существуют абсолютные квантовые состояния, все они относительны. Идею же относительности он истолковывает с двух сторон. Во-первых, подчеркивается, что относительность имеет место там, где есть физическое взаимодействие. Физика является теорией взаимодействующих систем. Во-вторых, результат взаимодействия регистрируется наблюдателем. У Ровелли нет относительности, независимой от наблюдателя. Концепт наблюдателя для его интерпретации квантовой механики необходим. Без него невозможно непротиворечиво объяснить квантовые парадоксы, в частности парадокс Эйнштейна – Подольского – Розена. При объяснении квантовых парадоксов непременно возникает вопрос о совмещении позиций различных наблюдателей. Именно этот вопрос привлек внимание критиков реляционной интерпретации, среди которых наиболее энергично повел себя Б. ван Фраассен[2].

Он формулирует три каверзных вопроса: 1) могут ли наблюдатели прийти к противоречивым выводам? 2) могут ли быть повторены измерения? 3) может ли экспериментатор установить, что наблюдалось ранее? Вывод, к которому приходит ван Фраассен, таков[3]: на эти три вопроса можно ответить лишь в случае, если предполагается наличие знания, разделяемого всеми наблюдателями. Но как раз это в интерпретации Ровелли отрицается.

Таким образом, концепт относительности приветствуется очень многими авторами, но не столь амбициозно, как Ровелли. Имеется в виду, что при выстраивании концептуального аппарата квантовой механики необходимо учесть, что он является одним и тем же для всех наблюдателей. Лишь после этого разумно обратиться к концепту относительности. Ровелли же поставил концепт относительности на первое место. Но тогда возникают концептуальные трудности.

  • [1] Rovelli С. Relational quantum mechanics // International Journal of

    Theoretical Physics. 1996. Vol. 35. No. 8. P. 1637–1678; Rovelli C. Relational quantum mechanics // URL: plato.stanford.edu/entries/qm-relational/.

  • [2] Van Fraassen В. C. Rovelli's world // URL: princeton. edu/~fraassen/abstract/Rovelli_sWorld-FIN.pdf/.
  • [3] Там же. С. 18–19.
 
<<   СОДЕРЖАНИЕ   >>