Полная версия

Главная arrow Философия arrow История, философия и методология естественных наук

  • Увеличить шрифт
  • Уменьшить шрифт


<<   СОДЕРЖАНИЕ   >>

13.6. Химия и субстанциальная этика

Этика – авторитетная философская дисциплина. Как ни странно, философия химии длительное время развивалась безотносительно к этике. Считалось, что этика актуальна в деле регулирования общежития людей. В естествознании же, в том числе в философии химии, она вроде бы неактуальна. Однако бурное развитие химии, особенно синтетической химии, развеяло предубеждение химиков против этики.

Не может быть свободной от этики область деятельности людей, в рамках которой они производят взрывчатые и отравляющие вещества, яды и химикаты, способные оказать нежелательное воздействие и на людей, и на природу.

Перед лицом нежелательных последствий своих же собственных действий люди неизменно обращаются к этике. Об этом в яркой форме свидетельствует история осмысления феномена техники. После Хиросимы и Нагасаки этика заняла в философии техники центральное место. В философии химии ситуация другая. Здесь этика всего лишь набирает обороты, пребывая в тени эпистемологии. Тем не менее, в актуальности этики химии уже мало кто сомневается.

В 2000 г. журнал "HYLE" опубликовал перечень проблемных вопросов по этике химии, предлагая авторам высказаться по их существу. Они действительно заслуживают пристального внимания. Приведем их полный список[1].

Профессиональная этика

  • 1. Доступны ли профессиональные кодексы поведения химических сообществ философскому анализу, согласуются ли они с ним? В каком отношении отличаются эти кодексы друг от друга и от кодексов других профессиональных и научных обществ?
  • 2. Существуют ли моральные идеалы, которые лежат в основе специфических этических химических норм?
  • 3. Чему мы можем научиться на примере функционирования “патологической науки” (аномальная вода, холодный синтез и т.п.) и эксцессах неудачного научного поведения?
  • 4. Существуют ли специфические типы и проблемы ущербных поведений, характерные именно для химии?
  • 5. Необходимы ли для химических исследований (включая оценки, публикации и документации) специфические формы доверия среди коллег по сравнению с положением дел в других науках?
  • 6. Фактическое химическое исследование следует за специфической моралью или неморальными величинами?
  • 7. Соответствуют ли актуальные методы химии (включая исследование, оценку, публикацию и документацию) их ценностям?
  • 8. Должно ли химическое исследование основываться на моральных или неморальных ценностях? Если да, то почему? Если нет, то почему?
  • 9. Каким образом когнитивные (познавательные) и методологические ценности соотносятся с моральными ценностями химического исследования?
  • 10. Как коммерциализация химического знания повлияла на или изменила традиционные когнитивные ценности?
  • 11. Можно ли обнаружить специфические корни профессиональной этики в истории химии и алхимии?

Химия и общество

  • 1. Характерны ли для химиков как научных работников, особенно для аналитиков и синтетиков, ввиду их знаний, способностей и практик, специфические типы философски обоснованной ответственности и обязанности (активные или пассивные) перед международным сообществом? Существует ли философский путь оправдания или ограничения "свободы исследования" в химии?
  • 2. Изменилось ли химическое исследование специфическим образом ввиду конфликта интересов, например, научных и социальных, национальных и международных, финансовых и публичных и т.п.?
  • 3. Какие уроки следует извлечь из исследований с неблагоприятными последствиями, касающихся опытов с живыми существами, производством вооружения, созданием новых лекарств, экспериментами с животными и т.п.?
  • 4. В каком отношении содействует химия неэкономическому развитию общества (например, моральному, политическому, интеллектуальному, эстетическому и т.п.)?
  • 5. Определяет ли химия пути самооценки людьми и обществом своей собственной природы?
  • 6. Не реализуется ли в химии тип рациональности, способный вызвать конфликт со здравым смыслом или политической рациональностью?
  • 7. Существуют ли внутренние причины, нуждающиеся в философском и социально-историческом анализе для преодоления отрицательного общественного образа химии как науки (в связи с повышенным вниманием к проблемам сохранения окружающей среды)?
  • 8. Инициирует ли химия, в отличие от других наук, надежды, страхи или другие чувства, которые должны анализироваться психологическими или феноменологическими средствами?
  • 9. Каким образом этика химии должна быть включена в университетские программы химии?
  • 10. Какую роль должна играть этика химии в публичной политике?
  • 11. Какие уроки следует извлечь в пользу этики науки вообще и особенно этики химии из участия ученых в широко известных общественных делах, например таких, как Манхэттенский проект?

Как видим, вниманию философов химии были представлены актуальные вопросы. Ставилась задача развить их в систематической форме. А для этого нужна была определенная концепция этико-химической направленности. Но именно ее как раз и не было. Журнал "HYLE" опубликовал около десятка статей, в которых предпринимались попытки представить этику химии в тщательно выверенном концептуальном виде. По мнению автора, наиболее значимыми оказались исследования Дж. Дель Ре и Й. Шуммера.

Джузеппе Дель Ре начал свое исследование с рассмотрения соотношения этики и науки[2]. Во-первых, он убежден, что в современных условиях рассуждать следует не просто о нравственности, а иметь в своем распоряжении хорошо отлаженную теорию, этику. Во-вторых, Дель Ре решительно высказывается в пользу аксиологии, оперирующей ценностями. Его не устраивает деонтология (от греч. deon – долг), в которой речь вдет об обязанностях людей. Дель Ре привлекает не этика долга, а ценностная этика. В-третьих, он делает свой наиболее значимый философский ход, а именно – интерпретирует этику ценностей с позиций теории принятия решений. Суть этического дела видится им в том, что человек, оказавшись в ситуации риска, делает соответствующий выбор, за который ему необходимо нести ответственность. Риск, выбор, ответственность – таковы главные концептуальные ориентиры итальянского исследователя. Он приводит следующие три формулы:

(13.4)

(13.5)

(13.6)

Согласно формуле (13.4), риск R(n) определяется вероятностью негативного (n) исхода Р(n) и его величиной (весом) W(n). Формула (13.5) выражает связь характеристик позитивного исхода (р): его вероятности Р, желательности D и выигрыша G. Наконец, формула (13.6) определяет величину стоимости выбора С (n, р). Она тем выше, чем больше выигрыш G(p) и меньше величина риска Р(n). Аргументация итальянца выглядит очень убедительно в той ее части, которая касается включения этики в научный контекст. Традиционной проблеме добра дается вполне конкретное не метафизическое, а научное истолкование. И это в условиях, когда традиционная этика со времен Аристотеля пребывает в метафизических одеждах.

К сожалению, Дель Ре столкнулся с существенными трудностями при объяснении института ценности. Выбор-то осуществляется в соответствии с некоторыми ценностями. В таком случае необходимо объяснить, откуда они берутся. Если из науки, то какой? Научно ориентированный Дель Ре не находит ответа на этот вопрос в науке. Приводимый им список ценностей включает деньги, власть, физиологическое удовольствие, признание живых существ, справедливость, мудрость, красоту, любовь к отчизне, взаимную привязанность друг к другу членов семьи[3]. Список этих ценностей приведен в произвольной форме. А между тем в науке действительно есть адресат ценностей. Это концепты всех прагматических наук, причем как базовых наук, так и метанаук. Если вы желаете иметь дело, например, с экономическими ценностями, то необходимо обратиться непосредственно к экономическим наукам. Стоимость, ставка процента, прибыль, личный доход, многие другие концепты экономических наук как раз и являются экономическими ценностями. Самые рафинированные ценности поставляют именно науки. Менее рафинированные ценности содержатся в составе донаучных концепций.

Еще одно слабое место в концепции Дель Ре – отсутствие разработки темы ответственности. Она в его статье едва обозначена. Итальянский исследователь не рассмотрел также специфику отдельных наук. Применительно к химии он ограничился приведением примеров озабоченности отдельных химиков, например Жака Моно, этическими проблемами. Таким образом, вознамерившись перевести этику на метанаучные рельсы, Дель Ре лишь частично справился с этой задачей.

Й. Шуммер продемонстрировал принципиально другой подход, чем Дель Ре[4]. Он не отрицает необходимости подсчета выигрыша и потерь. Но этот подход актуален лишь тогда, когда он предваряется двумя основополагающими принципами, а именно принципами ответственности и справедливости. "Если х ответственен за у перед 2, то мы имеем возможность различать различные типы ответственности соответственно различным инстанциям х, у и s"[5]. Ответственным можно быть перед руководством фирмы, перед обществом, перед самим собой.

По мнению автора, Шуммер в представлении принципа ответственности не совсем точен. Недопустимо ставить знак равенства между, с одной стороны, принципом ответственности и, с другой стороны, отношением ответственности. Приведенное выше определение Шуммера является определением отношения ответственности, но не принципа ответственности. Принцип ответственности должен задавать концептуальные рамки интерпретации отношения ответственности. Само по себе отношение ответственности не предохраняет от зла. Шуммер, разумеется, это отлично осознает. Он находит выход из затруднительного положения, но уже за пределами принципа ответственности. Шуммер формулирует три основополагающих в рамках развиваемой им концепции вывода:

"(1) Основополагающей ценностью является благоденствие человечества, которое в нашем понятии общей ответственности включает всех настоящих и будущих людей. (2) Все моральные нормы и обязательства должны соотноситься с первичной ценностью, так что, следуя за этими нормами, можно, по крайней мере, поддерживать благосостояние человечества, не уменьшая его. (3) Все моральные нормы и обязательства (включая общую ответственность), должны одинаково быть адресованы каждому человеку в качестве принципов как для определения стандартов, так и для суждений о поступках людей"[6].

Итак, Шуммер выводит на первый план вместо принципа ответственности принцип необходимости обеспечения сохранения и преумножения благоденствия людей. Такое решение не представляется очевидным. Непонятно, что именно понимается под благоденствием. В какой науке раскрывается природа благоденствия? Шуммер имеет в виду мораль, общую для всего человечества. Но в таком случае возникает трудный для разрешения вопрос о природе этой универсальной моральной теории. Что касается принципа справедливости, то он должен предотвратить злоупотребления в пользу каких-либо избранных социальных групп людей. По мнению Шуммера, развитой им концепции вполне достаточно для развития этики химии. В частности, производство новых химических веществ является моральным делом, ибо оно призвано способствовать благоденствию людей.

Отмечу еще несколько интересных этических идей философов химии. П. Ласло отмечает, что этика химии не может состояться без углубленного знания[7]. В противном случае широкое распространение химических веществ и технологий будет неминуемо сопряжено с нежелательными последствиями.

Американец Г. Бауэр тщательно проанализировал феномен так называемой "патологической" науки, примерами которой являются учения о холодном термоядерном синтезе, об аномальной воде, N-лучах (речь идет об особом типе радиации)[8]. Обычно наука считается "патологической", если ее выводы трудно подтвердить, а критика не встречает аргументированных возражений. "Патологическая" наука подрывает авторитет своей академической родственницы, что как раз и приводит к моральным коллизиям. Бауэр показывает, что во всех случаях "патологической" науки речь идет о действительных трудностях научного познания, ситуация вокруг которых постепенно проясняется. Само введение в середине XX в. термина "патологической науки" несостоятельно, ибо такая наука вообще не существует.

Американец Б. Коппола привлек внимание к моральным дилеммам, которые возникают в связи с коммерциализацией химии. Преподавателям университетов и студентам трудно избежать искушения отказаться от обязательной исследовательской и образовательной деятельности в пользу достижения личного материального благополучия[9]. Выход из затруднительной ситуации он видит в этике ответственности, которая призвана избавить от изъянов утилитарной университетской культуры.

Итак, выше рассмотрены этические работы видных философов химии. Все они, по сути, решительно отказались от попыток приспособить к химии так называемую субстанциальную этику, которая входит в арсенал философии. Эту этику называют субстанциальной, ибо она развивается независимо от науки. Но справедливы ли философы химии в своем отношении к субстанциальной этике? Правы ли они, отказываясь от услуг таких выдающихся этиков, как Аристотель, Иммануил Кант, утилитарист Джон Стюарт Милль, феноменолог Макс Шелер, гуманист Альберт Швейцер, аналитики Джон Мур и Ричард Хэар?

Как ни странно, для критической позиции философов химии есть действительные основания. Разумеется, речь не идет об отсутствии плодотворных идей в работах перечисленных выше выдающихся этиков. Дело, однако, состоит в том, что даже выдающимся авторам не под силу предвосхитить концептуальное содержание химии без непосредственного обращения к ее собственному потенциалу. Именно в силу этого развиваемые ими концепции малопригодны в этике химии. Чтобы не быть голословными, приведем пример. Кант – высочайший авторитет в области субстанциальной этики. Главный принцип его этики, так называемый категорический императив, состоит в том, что каждый должен поступать так, чтобы быть достойным представителем человечества. Как раз в этом состоит его долг. Попробуйте развить на основе принципа категорического императива этику химии. Вы тотчас окажетесь перед непреодолимыми трудностями, ибо рассматриваемый принцип не уточняет механизм его функционирования. По Канту, этот механизм реализуется за счет обращения к моральным максимам: не лги, не воруй, будь справедливым. Но и эти максимы имеют всего лишь предварительный характер. Что значит – не лгать? Не лжет ли химик, который, не обладая достаточным арсеналом знания, тем не менее, стремится занять во всем, что касается химии, командные высоты? Итак, в своем критическом отношении к субстанциальной этике философы химии правы. В современных условиях, когда химия достигла высокого уровня развития, субстанциальная этика не способна ответить на ее запросы. По мнению автора, ее трудности вполне преодолимы. Но чтобы показать это, автору придется развить собственную концепцию этики химии[10]. Перечислим ее основные концептуальные ориентиры.

Выводы

  • 1. Современная так называемая субстанциальная этика, развиваемая в рамках философии, нс учитывает новейшие достижения наук, а потому не соответствует им, в том числе и химии.
  • 2. Альтернативой субстанциальной этике является метанаучная этика, вырастающая на базе науки. Этика химии должна быть поставлена на рельсы науки.
  • 3. Концептуальные ориентиры этики химии содержатся в самой химии как науке.
  • 4. Подобно всем другим метанаучным этическим концепциям этика химии должна ориентироваться на достижения теории принятия решения, исследование операций, системный анализ, – выражаясь кратко, на теорию максимизации ожидаемой полезности.
  • 5. Основополагающим принципом метанаучной этики является принцип ответственности.

  • [1] Hyle invites papers for a special issue on Ethics of Chemistry // HYLE – International Journal for Philosophy of Chemistry. 2000. V. 6. No. 2.
  • [2] Del Re G. Ethics and science // HYLE – International Journal for Philosophy of Chemistry. 2001. V. 7. No. 2. P. 85–102.
  • [3] Del Re G. Ethics and science // HYLE – International Journal for Philosophy of Chemistry. 2001. V. 7. No. 2. C. 91.
  • [4] Schummer J. Ethics of chemical synthesis // HYLE – International Journal for Philosophy of Chemistry. 2001. Vol. 7. No. 2. P. 103–124.
  • [5] Ibid. P. 104.
  • [6] Ibid. P. 107.
  • [7] Laszlo Р. Handling proliferation // HYLE – International Journal for Philosophy of Chemistry. 2001. V. 7. No. 2. P. 125–140.
  • [8] Bauer Η. H. "Pathological science" is not scientific misconduct (nor is it pathological) // HYLE – International Journal for Philosophy of Chemistry. 2002. V. 8. No. 1. P. 5–20.
  • [9] Coppola В. Р. The technology transfer dilemma. Preserving morally responsible education in a utilitarian entrepreneurial academic culture // HYLE – International Journal for Philosophy of Chemistry. 2001. V. 7. No. 2. P. 155–167.
  • [10] Основные положения ниже развиваемой этической теории, впрочем, без упоминания химии, содержатся в монографиях: Канке В. А. Этика ответственности. Теория морали будущего. М.: Логос, 2003; Его же. Современная этика. 3-е изд. М.: Омега-Л, 2010.
 
<<   СОДЕРЖАНИЕ   >>