Полная версия

Главная arrow Философия arrow История, философия и методология психологии и педагогики

  • Увеличить шрифт
  • Уменьшить шрифт


<<   СОДЕРЖАНИЕ   >>

1.3. Проблемные ряды теорий. Проблематизация как интертеоретический метод

Каждая отдельная наука состоит из многих теорий. Надо полагать, что и ими следует каким-то образом управлять. Полагаем, что сделать это можно, в частности посредством операции проблематизации. Запись проблемного ряда теорий можно представить следующим образом[1]:

Вопрос о составе проблемных рядов теорий будет рассмотрен позднее. Пока же необходимо определиться с концептами проблема и проблематизация. Эти термины произошли от греческого слова problematon, обозначающего то, что необходимо разрешить, или то, что продвигает теорию вперед. Проблема – это затруднение, без преодоления которого невозможно продвижение вперед в области теории. Проблематизация – это выявление или формирование проблемы, которое предваряет ее разрешение. Приведем примеры проблем.

В психологии многие затруднения связаны с выяснением соотношения языка и ментальности. Одни исследователи полагают, что язык есть выражение ментальности. Другие, наоборот, полагают, что ментальность формируется языком. Стоит, однако, встать на одну сторону, как сразу же выясняется, что упущено нечто важное относительно другой стороны. Налицо проблемная ситуация, которая, как мы полагаем, едва ли может быть преодолена раз и навсегда.

В педагогике по-разному оценивается актуальность соответственно педагога и учащегося. Кто из них является основной инстанцией ответственности? Ответы варьируются по-разному, и вновь без надежды выработать единственно верное решение. И здесь налицо проблема.

Проблематизация всегда создает поле напряженности внутри теории. В ее отсутствие она представляла бы собой спокойное движение по неведомо кем проложенной колее. Но практика научных исследований показывает, что в таком случае подлинное содержание теории обедняется, в результате продуцирование нового знания замедляется или же вообще прекращается.

Теорияэто концептуальное поле высокого проблемного напряжения. Тот, кто осознает это обстоятельство, вынужден культивировать проблемный метод, предполагающий последовательное конструирование и разрешение проблем.

Проблематизация нередко выступает как поиск противоречий, апорий, парадоксов, антиномий, но она не сводится к нему. Наиболее же часто она является стремлением выработать новое знание на основе уже известного. Завершенных форм знания не существует, а потому всегда возможна проблематизация. Череда вопросов, обращенных к концептам теории с целью их совершенствования, это как раз и есть основная форма осуществления проблематизации.

Таким образом, проблематизация – это довольно специфический прием научного исследования, обладающий ярким эвристическим содержанием. Инициируется он автором соответствующего научного труда, в том числе и учебника. Как правило, проблемы не выявляются, а конституируются за счет творческих способностей человека. Интересно отметить, что термин "проблематизация" не без труда завоевывает позиции в научном, в частности русском, языке. Так, его невозможно найти ни в одном из словарей русского языка. И все-таки этот термин необходим, ибо он весьма удачно выражает существенные черты теории науки. Начиная с конца 1990-х гг., термин проблематизация находит все более частое применение в английском языке (problematization, сравните этот термин с термином problematise, не имеющем аналога в русском языке).

В философию проблемный метод был привнесен элеатами Парменидом и Зеноном. Их исключительный творческий талант проявился в умении находить апории (от греч. а – отрицательная частица и poros – выход) – неразрешимые проблемы – в теориях, которые их современникам казались очевидными. Справедливости ради следует отметить, что элеаты умели апории выявлять, но не преодолевать. Указав на противоречия в традиционном понимании древними греками механического движения, элеаты решили, что его вообще нет (стрела не летит, а покоится), и не сумели развить новую концепцию движения. Но зато их исследования стали образцом проблематизации теорий. Понадобилось около 24 веков, прежде чем было выяснено, что органическим элементом любой науки являются апории, парадоксы[2] и антиномии[3]. Между этими тремя концептами есть определенные различия, хотя и не очень существенные.

Апория, антиномия и парадокс – это наиболее яркие способы проявления проблем. Во всех трех случаях проблемы выступают как выявление противоречий. Естественно, возникает вопрос о причинах их появления, выступают ли противоречия проявлениями трудностей процесса познания или же они присущи самим изучаемым процессам.

Рассматривая проблемный метод, следует вспомнить выдающихся философов, которые внесли в его актуализацию и развитие решающий вклад. Речь идет о диалектике Г. Гегеле, критическом рационалисте К. Поппере, и постструктуралисте М. Фуко.

Г. Гегель как автор диалектической логики выдвинул в высшей степени оригинальное предположение. Все логики полагали, что противоречия логике претят, их следует выявлять и тут же исключать из теории. Гегель же утверждал, что противоречия движут миром, следует обеспечить простор противоречиям, заменяя одно противоречие другим.

Внесение в теорию противоречий было отвергнуто научным сообществом в силу его неэффективности. Отказ от формальной логики в пользу диалектической не состоялся. Источником движения были признаны не противоречия, а всевозможные взаимодействия и взаимовлияния. Вместе с тем не отрицается, что теории не обходятся без проблем, которые должны преодолеваться. Главный минус в рассуждениях Гегеля состоял в том, что он легкомысленно недооценивал статус науки.

На наш взгляд, по следам Гегеля пошел выдающийся постструктуралист Ж. Деррида. Его метод деконструктивизма состоял в том, что автор формулировал апорию (например, соотношение речи и письма), а затем одну апорию заменял другой. В результате получалась трансгрессия апорий, напоминающая трансгрессию противоречий Гегеля.

Критический рационалист К. Поппер приветствовал "смелое выдвижение теорий, стремление сделать все возможное для того, чтобы показать ошибочность этих теорий, и временное их признание, если наша критика оказывается безуспешной"[4]. Он полагал, что теория всегда находится перед вызовом проблем. В позиции Поппера, во многом заслуживающей под держки, также есть несомненное слабое место: исследователь рассуждал о проблемах в самом общем плане, не разъясняя, каким именно образом проводится проблематизация. Полагаем, что проблема всегда возникает как затор на пути либо дедукции, либо аддукции, либо индукции, либо абдукции. По Попперу, свидетельством проблемы является в конечном счете несогласованность дедуктивных предсказаний и результатов экспериментов, а это является лишь одним из свидетельств проблемного характера теории – есть и многие другие.

М. Фуко в своих работах постоянно обращался к триаде: критика – генеалогия – археология. "Критика анализирует процессы прореживания, но также перегруппировки и унификации дискурсов; генеалогия изучает их образование – одновременно рассеянное, прерывное и регулярное"[5]. Археология же анализирует проблематизации в историческом (отсюда термин "археология" – В. К.) поле дискурсов, переход от одного фрагмента работы к другому[6]. Фуко в конечном счете решающее значение придавал именно проблематизациям в историческом поле дискурсов. Он явно придерживался воззрения, согласно которому исторический метод несостоятелен без проблемного метода. И в этом мы готовы с ним безусловно согласиться. Проблематизация является ключом, впрочем, не единственным, к концептуальному пониманию истории развития знания.

Гегель, Деррида, Поппер и Фуко, несмотря на их внимание к проблемному методу, не построили ни одного проблемного ряда теорий. Это означает, что они явно не учитывали должным образом проблемную преемственность теорий. Если одна теория "снимает" часть проблем другой, то она явно сохраняет с ней известную преемственность. Именно это обстоятельство учитывается в построении проблемного ряда теорий.

Из отмеченного выше следует, что далеко не любые теории могут быть объединены в проблемный ряд. Геометрия Евклида и Лобачевского, механика Ньютона и Эйнштейна, психология Пиаже и Выготского, дидактика Дистервега и Давыдова представляют собой пары теорий, которые могут быть объединены друг с другом. Но в один и тот же ряд нельзя включать, например, геометрию Лобачевского и дидактику Коменского. Неправомерно объединение в один ряд даже ассоциативной психологии Гербарта и его же педагогики (педагогическая теория попадает в проблемный ряд педагогических теорий, а ассоциативная психология – в проблемный ряд психологических теорий).

Само наличие проблемных рядов теорий указывает на недопустимость монотеоретичности, т.е. замены ряда теорий одной теорией. Такая замена приводит к утрате проблемного метода, к ошибочному представлению теории как беспроблемного концептуального целого. Следствием монотеоретического подхода является отрицание плюрализма, ибо истинной признается только одна теория.

Выводы

  • 1. Теория представляет собой поле высокого проблемного напряжения.
  • 2. Проблема – это затор на пути концептуальной трансдукции.
  • 3. В проблемные ряды теорий объединяются лишь те концепции, которые обладают соответствующей преемственностью.
  • 4. Постижение характерного для современной науки плюрализма начинается с построения проблемного ряда теорий.

  • [1] Стрелка "→" символизирует преодоление проблем той теории (Т), от которой она исходит.
  • [2] Парадокс (от греч. para – против и doxa – мнение) неожиданное высказывание, не согласующееся с общепринятой теорией.
  • [3] Антиномия (от греч. anti – против и nomos – закон; противоречие в законе) – противоположность двух взаимоисключающих положений, каждое из которых может быть доказано на основе одного и того же закона, что свидетельствует о противоречии в нем.
  • [4] Поппер К. Логика и рост научного знания. М.: Прогресс, 1983. С. 268–269.
  • [5] Фуко М. Воля к истине. М.: Касталь, 1996. С. 87.
  • [6] Фуко М. Воля к истине. С. 281–282.
 
<<   СОДЕРЖАНИЕ   >>