Полная версия

Главная arrow Литература arrow Введение в литературоведение

  • Увеличить шрифт
  • Уменьшить шрифт


<<   СОДЕРЖАНИЕ   >>

2.2. Поэтические фигуры

Слово в художественном произведении многомерно, система средств выразительности ставит на службу поэтическому содержанию все элементы, его образующие. Значение слова складывается из главного и вторичных смыслов, различные семантические оттенки взаимодействуют, часто образуют новое значение, даже так называемые нейтральные слова получают свою роль в структуре поэтического текста. Звуковая материя слова также участвует в раскрытии содержания. Все поэтические средства выразительности нужно воспринимать и анализировать целостно. Иначе получится разбор произведения по составляющим, лишенный всякого смысла. Слово рождает разные ассоциации, так проявляется эстетическая функция слова. Г. А. Гуковский писал: "Слово используется в качестве знака, символа, вызывающего в сознании читателя ряд ассоциаций с собственными переживаниями, с образом души поэта...".

Стилистические фигуры – обороты речи, средство художественной выразительности, способствующие восприятию образа, передающие содержание на уровне стиля.

Гипербола (от греч. hyperbole – преувеличение) – стилистическая фигура, чрезмерное преувеличение, способ широкой типизации изображаемых явлений.

В большинстве случаев гипербола не только усиливает, но и обогащает мысль новым содержанием, часто используется как сатирический прием. В пьесе Н. В. Гоголя "Ревизор" фантазии Хлестакова экспрессивны и смешны:

На столе, например, арбуз – в семьсот рублей...

И в ту же минуту по улицам курьеры, курьеры, курьеры...

можете представить себе, тридцать пять тысяч одних курьеров!

Гипербола является метонимической формой, когда определение того или иного явления заменяется обозначением того же явления, но в большем числе, большей форме. Гипербола может образовывать метафорический образ. Например, "океаны слез" – безмерное страдание. Гипербола – одна из существенных сторон художественного образа. Так, романтики за счет условности, гиперболизации действительности создают исключительный образ, а сатирики представляют мир в подчеркнуто условных формах, как, например, Ф. Рабле представляет образы Гаргантюа и Пантагрюэля.

На приеме гиперболы построена одна из форм комического – гротеск, т.е. интенсивное комедийное преувеличение, придающее образу фантастический характер и условность, нарушающее границы правдоподобия, выводящее образ за пределы вероятного.

Литота (от греч. litotes – малость, простота) – стилистическая фигура, определение какого-либо лица, понятия или предмета путем отрицания противоположного, обратная гиперболе фигура, преуменьшение.

На приеме литоты построено стихотворение А. Плещеева "Мой Лизочек" (это произведение было положено на музыку П. И. Чайковским).

Не менее интересным примером литоты являются обороты, которые мы часто употребляем в речи, например: "У меня нет ни копеечки в кошельке", или студент говорит перед экзаменом: "Я ничего не знаю". В оценке человека мы часто используем литоту, даже не предполагая, что это стилистическая фигура, например: "Он не дурак".

Амплификация (от лат. amplificatio – расширение) – стилистическая фигура, представляющая собой ряд повторяющихся речевых конструкций, словосочетаний или отдельных слов. Амплификация является одним из средств усиления поэтической выразительности речи.

Повторяющиеся предлоги, ряд однородных определений создают здесь образ большой глубины и силы.

Амплификация может состоять из повторяющихся предложений:

Когда в листве сырой и ржавой

Рябины заалеет гроздь, –

Когда палач рукой костлявой

Вобьет в ладонь последний гвоздь, –

Когда над рябью рек свинцовой,

В сырой и серой высоте,

Пред ликом родины суровой

Я закачаюсь на кресте...

(А. Блок)

Возможны амплификации, представляющие собой ряд сравнений:

Берет –

как бомбу,

берет –

как ежа;

как бритву

обоюдоострую,

берет,

как гремучую

в двадцать жал

змею

двухметроворостую...

(В. Маяковский)

На амплификации может быть основано целое произведение. Таково, например, стихотворение А. С. Пушкина "Три ключа".

В степи мирской, печальной и безбрежной,

Таинственно пробились три ключа:

Ключ юности, ключ быстрый и мятежный,

Кипит, бежит, сверкая и журча.

Кастальский ключ волною вдохновенья

В степи мирской изгнанников поит.

Последний ключ – холодный ключ забвенья,

Он слаще всех жар сердца утолит.

Синтаксические фигуры – способ сочетания слов в целостные единства.

С помощью синтаксических конструкций достигается особое смысловое звучание текста: порядок слов в предложении (прием инверсии).

Под дыханьем непогоды,

Вздувшись, потемнели воды

И подернулись свинцом –

И сквозь глянец их суровый

Ветер пасмурно-багровый

Светит радужным лучом,

Сыплет искры золотые,

Сеет розы огневые...

(Ф. Тютчев)

Оформление предложения особой интонацией – восклицательные и вопросительные знаки:

Когда исчезнет омраченье

Души болезненной моей?

Когда увижу разрешенье

Меня опутавших сетей?

(Е. А. Баратынский)

Все мысль да мысль!

Художник бедный слова!

О, жрец ее! Тебе забвенья нет...

(Е. А. Баратынский)

Использование смыслового тире:

Без вас – хочу сказать вам много.

При вас – я слушать вас хочу...

(М. Ю. Лермонтов)

Пунктуационные знаки в тексте – это своеобразная "партитура" художественного слова. Именно эти синтаксические фигуры помогают нам, читателям, понять авторское отношение к изображаемому, почувствовать пафос. Так, недопустимо воспринимать пушкинский "Я памятник себе воздвиг..." как текст, передающий торжественность и величественность, не следует это стихотворение прочитывать как оду, поскольку автор не акцентировал внимание на патетике стиля, не оформил стихотворение восклицательными знаками и риторическими вопросами, это философское размышление о жизни и творчестве, это выражение своего поэтического предназначения. Такая же ошибка часто встречается на плакатах, посвященных юбилейным датам Москвы. Цитируя А. С. Пушкина как самого авторитетного поэта, писавшего о Москве – древней столице, авторы плакатов "редактируют" поэта: "Москва! Как много в этом звуке!" Но ведь в седьмой главе "Евгения Онегина иначе: "Москва... Как много в этом звуке для сердца русского слилось!" Пушкин основной эмоциональный акцент делает на национальной природе столицы как патриархальном центре русской жизни.

 
<<   СОДЕРЖАНИЕ   >>